home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Трек четырнадцать

Время действия: шестое июля, поздний вечер

Место действия: самолёт, выполняющий рейс Инчхон-Токио

— ЮнМи, ты ужинать будешь? — спрашивает меня БоРам осторожно тряся за руку. — Просыпайся.

Не открывая глаз в попытке доспать ещё пару секунд согласно мычу в ответ. Слышу, как по громкой связи ещё раз объявляют, что сейчас нам будет предложен ужин. Ужин, это хорошо. Ужин, это классно. Всё классно! Сбылась наконец моя давняя мечта ещё из первой жизни. Я еду в Японию! И всё шикарно, как оно должно было быть, когда сбывается мечта. И массовые проводы, устроенные фанатами, которых, как мне показалось, никто не ожидал, и места в бизнес-классе с шикарными креслами, и сон, перед ужином, и ужин сейчас принесут. В бизнес-классе должен быть неплохой ужин.

Открываю глаза, сажусь прямо, перевожу спинку кресла в вертикальное положение, как просили и достаю телефон, чтобы глянуть, сколько времени.

Ага, почти час времени с момента вылета прошёл. Ужин, где-то с полчаса займёт, получается, что еще час можно будет потом поспать. Это радует. Две самых больших человеческих радости — поесть и поспать. Третья радость мне недоступна. Ну хоть две остались. Нужно во всем видеть хорошее, советуют специалисты. Иначе можно и не всплыть. Некоторые из них правда говорят, что можно «в радости» добавить работу, или работой заменить одну из них или, может, даже все целиком, но что-то мне это сомнительно. Последние три дня работы было выше крыши, но вот радости я с этого не ощущаю. Ощущаю усталость, ну и облегчение, что наконец-то всё закончилось. Может, радость от работы наступает тогда, когда работа заканчивается? Похоже, это что-то из философии, что требует осмысления. Под коньяк и на гамаке с видом на море. Можно ещё и костерок добавить. Чтобы осмысление проходило интенсивней …

Откидываюсь на спинку кресла и закрываю глаза, собираясь подремать, покуда не принесут еду.

Я думал, отдохну эти три дня, перед Японией, посижу в общаге, скрываясь от всех, высплюсь… КудЫ там, как говорится! Только и успевал «летать» вместе со всеми. Отсняли рекламную фотосессию спортивной одежды по заказу «Seagroup». Вот что значит, корпорация, всего у них полно! Ожидал, что что-то будет про гостиничный бизнес, а в итоге, оказалась спортивная тема. Вполне возможно, что в следующий раз будут, допустим, судовые двигатели. Расположимся все вместе на гребном винте, вот вам и реклама.

Айдол-ян - 2

Потом еще до последнего дня оттачивали хореографию к «кролику», будь она неладна. Мотивируя, менеджер КиХо сказал, что провал — недопустим. Все, все, все, с ним согласились. И стаф, и «Корона», ну и я вместе с ними. Куда мне, одному-то против всех? Пока был «как все», посетила мою голову мысль. Крамольная. Что СанХён на самом деле мечтает «завоевать Японию» и это у него «идея фикс», «голубая мечта». А про Европу и Америку у него даже мыслей нет. Вроде того, что да, есть такое, ну куда нам, с нашим фейсом-то, туда лезть. Вот если Японию получится заполучить, это да. Тогда его жизненный план будет выполнен. Всё остальное же — пустое. Не для нас. Вот такая мне мысль пришла в голову.

Наконец доделал с СонЁн песню. Тоже, до последнего момента работали. Когда уже было либо отказываться, либо соглашаться с тем, что есть. Вроде ничего так вышло. Похоже. Публика оценит. Но, блин, это мне дорого встало. У СонЁн голос есть, не Пиаф, конечно, но для Кореи считается очень неплохим. Только с английским у неё, это просто тихий ужас. Не говоря уже про «завывательную» манеру исполнения. В следующий раз пусть СанХён нанимает какого-нибудь титчера произношение ей ставить. В гробу я видел такие работы. Или, пусть доплачивает.

Кстати, из этого опыта я сделал себе вывод, что продюсерство, оно совсем мёдом не намазано и по количеству испорченной крови и нервных клеток может вполне конкурировать где-то с должностью управляющего фирмой. В фирме, конечно, людей, побольше, чем возня с одним исполнителем, но, по ощущениям, где-то близко. Потом, исполнителей может быть много, и они могут оказаться упёртыми. СонЁн все же девушка интеллигентная, в рамках себя держит. А попадётся кто-то вроде ИнЧжон, и что с ней делать? Не зря в институте предупреждали, да и так, по жизни сам понял, что работа с людьми, одно из самых изматывающих занятий. И эмоционально, и физически, ибо рост функции количества идиотов на единицу площади, предела не знает… Поэтому, исходя из этого, лучшим для меня будет продюсировать себя любимого. Объяснять по сто раз ничего не придётся… Но для этого нужен голос. А пока его нет, придётся всё же работать согласно принятым стандартам. Где-то надо будет найти группу или исполнителя и провести над ними серию смелых экспериментов. Только, где найти? Чтобы и с английским у них проблем не было, и вид был более-менее европейский. Мои старушки по обоим этим требованиям не подходят, да и работать с ними нет никакого желания.

Если подвести итог моим раздумьям о продюсировании за последние несколько дней, то можно констатировать, что у меня есть только идея, что я могу быть продюсером, основанная на, можно сказать, единичном удачном опыте. Всего остального у меня нет. Ни исполнителя, не времени, чтобы его искать. Со вторым, со временем, совсем плохо. Буквально, на части рвут. А ведь к этому вопросу следует подойти вдумчиво. Исполнитель, как я думаю, это самое главное в продюсировании. Сделаешь ставку не на того и считай, весь труд насмарку. Интересно, как мне тогда с парнями повезло? Может, у меня есть всё же природный талант — определять людей? Впрочем, лучше на это не рассчитывать, поскольку раньше я такого за собой не замечал и вряд ли это откуда-то вдруг взялось. Лучше работать согласно канону и рекомендациям уже признанных в отрасли профессионалов. Как новичку. Не выделываться. Причём ладно, когда сам облажаешься, так ведь ещё постороннего человека подведешь. Исполнитель, он хрупкий. Одна неудача и попробуй найди потом желающих с тобой связаться во второй раз. Продюсер всегда найдёт крайнего, кто у него виноват. А вот исполнитель, нет. На сцене виноват только он. Это мне СонЁн двумя словами объяснила, сказав, что продюсер обычно не извиняется.

Так что с продюсированием это ещё тот, скользкий вопрос. Требует взвешенного подхода с предварительным тщательным обдумыванием. Лучше, опять же повторюсь, на себе тренироваться. Есть же известные исполнители, не обладающие значимым голосом? Полно таких. Живут как-то, деньги зарабатывают, композиции свои в топы чартов пропихивают. Ну вот, например … например…

Внезапно где-то позади раздаются испуганные крики. Что такое? Пожар?

Поскольку моё место у самого прохода, нагибаюсь и смотрю назад, в хвост самолёта. Что там случилось?

Занавеска, отделяющая салон бизнес-класса от эконома, топорщится внизу и, в проходе, неожиданно появляется Мульча. С деловым видом и задрав вверх хвост, она трусит по центру прохода в моём направлении.

Откуда она тут? А где СунОк?

Люди в салоне, которые, как и я, оглянулись назад, издают испуганные возгласы увидев чёрную кошку.

Добежав до меня, кошатина делово запрыгивает мне на колени и тут же плюхается себе на живот.

Мульча в ответ начинает бодро урчать. Снова оглядываюсь назад в проход. Из-за занавесок встревоженно смотрит на меня стюардесса. Через секунду появляется слегка растрёпанная моя онни.

СунОк протягивает было руки, но Мульча переворачивается на спину и начинает воинственно махать на неё лапами громко при этом шипя.

Все окружающие пассажиры, выглядывая из своих кресел, смотрят, что происходит. Кто-то уже даже на телефон снимает.

СунОк совсем не против вернуться к себе, кошатина против! Машет лапами и угрожающе орёт. Заразатакая!

СунОк пытается было возражать, но я спрашиваю у стюардессы разрешение оставить кошку пока у себя. Стюардесса не возражает. Отправляю онни на её место.

Летим дальше, ожидаю ужин. Сидящая рядом со мной БоРам наклоняясь вперёд и осторожно заглядывает, желая увидеть, что там делает кошатина. Я тоже, чуть наклоняюсь и тоже смотрю. Мульча с довольным выражением на морде сощурила глаза и урчит, словно маленький трактор.

— Она по тебе так соскучилась? — смотря на меня большими глазами спрашивает БоРам. — Кошки так скучают?

— Это ненормальная кошка. — отвечаю я ей. — Обычно, кошки — это существа, которые гуляют сами по себе. Но, везде есть исключения. Мульча — исключение.

— А-а, понятно, — с серьёзным видом кивает БоРам с уважением смотря на мою животину.


Время действия: спустя примерно полтора часа, десятый час вечера

Место действия: Япония, аэропорт Нарита, стойка паспортного контроля. У СунОк возникли какие-то проблемы. Японец в форме, разрешающий доступ в страну, держит в руках листок бумаги и что-то ей объясняет. Судя по виду последней, та явно не понимает, чего от неё хотят и растеряна.

— Проблемы, — произносит рядом КюРи, смотря туда же, куда и я.

Вижу, как к стойке подходит менеджер Ким и что-то спрашивает у японца, видимо, причину проблемы. Тот в ответ, помахав в воздухе бумажкой, которую держит руках, начинает объяснять уже ему, тыкая в неё пальцем. Выражение лица у Кима становится растерянным. Он что-то говорит моей онни, та поднимает на уровень полки для документов переноску с Мульчой и они втроём, вместе с японцем, начинают её разглядывать.

— Похоже, ошибка в документах, — делает вывод КюРи.

Мда, похоже, что так.

— Я пойду, спрошу, что там случилось. — говорю ей я.

— Куда ты? — пугается та. — Мы же уже прошли контроль. Мы за жёлтой линией. Наверное, возвращаться нельзя!

Но я уже иду, на ходу снимая с себя очки.

— Прошу прощения, господин офицер, что случилось? — громко спрашиваю я на японском языке.

Японец оборачивается ко мне и замирает, по-видимому от вида моих глаз.

Айдол-ян - 2

— Прошу прошения, господин офицер, что вмешиваюсь в вашу работу. — ещё раз извинившись говорю я. — Но это моя кошка. Я участница корейской группы «Корона», я приехала с выступлением в Японию и взяла с собой в качестве талисмана свою манэки-нэко. Что-то не так?

— Эа-а… — продолжая смотреть на меня мычит в ответ японец. — Эээ… неправильно оформлена справка ветеринаром. Он, похоже, взял не тот бланк. Здесь, в графе «пол собаки», написано — «кошка».

В подтверждении своих слов он показывает мне бланк и тыкает пальцем в место, о котором говорит.

— Правда? — удивляюсь я.

— Правда, — кивает он.

— Онни, а ты куда смотрела? — поворачиваюсь я к СунОк, решив, что проверяющему врать смысла нет.

— Не знаю. — растеряно отвечает она. — Я сказала, что мне нужна справка для поездки за границу. Мне выдали…

Мда… не понятно, кто тут больше обмишурился. То ли СунОк, которая до этого никогда подобные документы не делала, то ли чудаки-ветеринары, у которых есть бланки только для собак. Но надо что-то делать, иначе идея СанХёна с кошкой может накрыться медным тазом…

— Господин офицер, — говорю я, просительно смотря на японца и делаю возле своего лица «штуку», которой научился на съёмках в «VELVET».[34]


— Похоже, произошла досадная ошибка. К большому сожалению, в Корее не так хорошо относятся к манэки-нэко, как в Японии и поэтому, врач был невнимателен. Но вы не сомневайтесь, я очень хорошо слежу за своим животным и у него есть все необходимые прививки. Посмотрите, пожалуйста.

Японец, вместо того, чтобы посмотреть в бланк, продолжат пялиться на меня. Я стараюсь сделать просительное выражение у себя на лице и улыбаюсь.

— Пожалуйста, пропустите нас, — прошу я. — Это талисман. Если вы не пропустите мою кошку, то в промоушене не будет удачи и поклонники огорчатся, они очень ждут.

Мужик в будке ещё секунды три смотрит на меня, а потом берёт печать и шлёпает её в паспорт СунОк, разрешая въезд и так и не посмотрев в справку насчёт прививок.

— Спасибо господин офицер, — кланяясь, благодарю я.

Ко мне, с благодарностями, присоединяются СунОк и менеджер Ким. Дальше идём вместе с ними к ожидающей меня группе.

— Давай мне Мульча, — дойдя, оборачиваюсь я к онни. — Сейчас будем выходить.

— ЮнМи, что это только что было? — спрашивает она.

(несколько позже)

Через широкие открытые раздвижные двери в зал аэропорта дружной группой выходит группа «Корона». Все девушки в солнцезащитных очках и только ЮнМи, с чёрной кошкой на руках сверкает синими глазами.

— Вауу-у!! — разом выдыхает неожиданно большая толпа встречающих фанатов и заливает своих кумиров морем фотовспышек. — Принцесса Мононоке!! Каваиии!!!

(несколько позже, группа уже в микроавтобусе, едет в гостиницу)

— А я и не подозревала, что мы так популярны в Японии. — недоумённо произносит ИнЧжон обращаясь ко всем сразу.

Ответом ей служит озадаченное молчание других участниц.

— Почему мы тогда здесь не выступали? — продолжает недоумевать ИнЧжон.

— Это потому, что у вас коровы тогда не было. — не удержавшись, ехидно отвечает ЮнМи.

— Какой ещё коровы? — не понимает ИнЧжон.

— Жирной. — поясняет ЮнМи. — Меня.

Повернув голову ИнЧжон с изумлением смотрит на томбоя, а тот пускается в пространные объяснения.

— До этого, коллектив группы состоял из легковесных газелей, — говорит она. — Что при переизбытке на рынке коллективов подобной комплекции, не вызывало у публики хоть сколько-то интереса. Руководство агентства, поняв свой промах, ввело в состав коллектива жирную корову, что тут же дало нужный результат. Сначала группу чуть не затоптали фанаты на проводах в Корее, а японские фаны, приняв от них эстафету, чуть не расплющили её в Японии. Вот что значит, правильно подобранный вес!

— Что ты несёшь? — озадаченно спрашивает ИнЧжон.

— ЮнМи, выпей воды. — просит СонЁн. — Ты волнуешься?

— Немного. — подумав, отвечает та.

— Не волнуйся, всё будет хорошо. — говорит СонЁн.

— Возможно. — отвечает та.

— ИнЧжон, передай ЮнМи воду. — просит СонЁн и напоминает. — У ЮнМи первые серьёзные выступления, причём за границей. Сразу её успокаивайте, если услышите, что она говорит что-то не то. Помните, что говорил президент СанХён и старший менеджер КиХо.

Девушки дружно качают головами, кивая, вспомнив «предполётные инструкции».


(ещё позже. вечер. Ючжин, наморщив лоб читает комментарии в чате)

[*.*] — Боже, что творилось сегодня в Инчхоне! Словно не какую-то второсортную корейскую гёрлз-группу провожали, а десятикратных призёров Billboard и «Грэмми».

[*.*] — Завидуешь? Завидуй молча.

[*.*] — Завидую? Я? Было бы чему. Я просто поражаюсь сколько у нас в стране неадекватов, оказывается.

[*.*] — Девочки заслужили такую любовь.

[*.*] — Чем это? Каких-то успехов у них давно не было. И в день отлёта, я их тоже не наблюдала, успехов.

[*.*] — Тогда скажи, почему было столько фанов, если не было успехов?

[*.*] — Всё дело в ЮнМи. Все припёрлись посмотреть на Агдан. Кому нужна ваша «Корона»?

[*.*] — Врёшь ты всё от зависти. Фаны скандировали «Корона», а не Агдан. Так что уймись и заткнись.

[*.*] — Ничего, фаны «Соши» и в Японии её достанут. Никуда она от них не денется.

[*.*] — Не понимаю причин столь яркой ненависти.

[*.*] — Она тут натворила дел, а сама уехала деньги зарабатывать.

[*.*] — Каких ещё дел?

[*.*] — А то, что «Соши» перенесли свой комбэк из-за того, что пострадали из-за её тодук- коянъи, это как, не считается, что ли? Сколько людей его ждали и вот — перенос!

[*.*] — Ничего страшного не случилось. Немножко потерпят и всё.

[*.*] — Ничего страшного? А то, что у Санни лёгкое сотрясение мозга, это — НИЧЕГО по-твоему?! Агдан даже НЕ ИЗВИНИЛАСЬ толком. Сказала, мне очень жаль. И это всё, что смогли получить «Соши» и их фанаты в качестве извинения?!

[*.*] — И что она должна была ещё сделать? По мне, она довольно корректно извинилась.

[*.*] — Не разговаривай с ним. Это упоротый «совон». Они никогда вменяемыми небыли. Лучше давайте обсудим как наших девочек приняли в Японии. Я не ожидала, что у них там такая большая фанбаза.

[*.*] — Какая там — «фанбаза»? Все припёрлись посмотреть на эту кошку с помойки. Петь не умеет, так решила диким животным внимание к себе привлечь. Знает, куда японцам надавить на жалость. Как это низко, потакать японцам.

[*.*] — «Совон», свали отсюда. Иди к себе на сайт, где обитают такие же альтернативно одарённые, как ты.

[*.*] — Ничего у «Короны» не выйдет. Они флопнутся. Вот увидите.

[*.*] — Это ваши «Соши» уже флопнулись в Америке. А наших девочек ждёт успех. Агдан написала специальную песню для СонЁн. Она будет в топе. Ждите.

[*.*] — Никогда такого не будет! Агдан — лгунья! Она обещала две песни в Billboard и где они? Зря ей поверили.

[*.*] — Что значит — зря? Что, нужно было с крыш, что ли, прыгать? Ты — идиот?


Ючжин прекращает чтение и задумывается.

Вот зараза-то какая, — думает она о ЮнМи. — Стоило только мне отлучиться, съездить отдохнуть на пару дней в Европу, как она уже чуть ли не в казарму к ЧжуВону жить заехала. У этих помоечных с окраин, такая прыть, что без присмотра их просто ни на миг нельзя оставлять…

Ючжин с хмурым видом возвращается к чтению.


[*.*] — Кто знает, что это за аджума была в красном? По виду, похожа на мудан.

[*.*] — Какая-то ненормальная. Зачем-то стала падать на пол перед ЮнМи. ЮнМи так перепугалась, что пыталась убежать. Хорошо там охрана была.

[*.*] — Наверное это кто-то из «совонов» эту ерунду устроил. Нарядили кого-то за деньги и устроили провокацию.

[*.*] — Какую провокацию? В чём смысл?

[*.*] — Ну не знаю. Кому-то это ведь было нужно зачем-то это устроить?

[*.*] — Там была госпожа МуРан. Это бабушка жениха ЮнМи. Вряд ли бы кто стал устраивать какую-то провокацию рядом с уважаемой женщиной.

[*.*] — Ха! А действительно! Тогда, что это было?

[*.*] — Непонятно. И ЮнМи сильно испугалась.

[*.*] — Свидетели пишут, что мудан закричала «бодхисатва» и упала на колени.

[*.*] — Что, Агдан — бодхисатва? Не похожа она на ГуаньИнь.

[*.*] — Вообще тогда ничего непонятно! Так что, бабушка жениха привела к невесте шаманку? Зачем?

[*.*] — Ну, может, хотела проверить, дух Мён СонХва она или нет?

[*.*] — Что, прямо в аэропорту? При всех? У бабули — прогрессирующий маразм?

[*.*] — Да уж, не просто будет ЮнМи в новой семье…


Ючжин вновь прерывает чтение.

— Не будет у неё новой семьи, — категорично возражает она не подозревающим о её существовании людям в чате, — по крайней мере той, о которой вы думаете.

— Я её остановлю. — обещает она и задумывается.

— Анти-фаны у неё есть. Вот пусть они и действуют. Нужно только объяснить им, как. — подумав, решает она и берётся за мышку. — Где тут у меня закладка с фан-клубом «Соши»? Там есть весьма тупорылый чат…


Место действия: дом семьи ЧжуВона

Время действия: вечер, приблизительно в то же время


— Всё-таки, ты мне объяснишь, что это было сегодня в аэропорту? — спрашивает ДонВук смотря на мать.

МуРан, с болезненным видом на лице, массирует указательным пальцем свой правый висок.

— Если бы я могла, то я бы объяснила. — говорит она.

— Что значит — могла? — удивляется ДонВук. — Ведь ты же притащила с собой эту шаманку?

— А, ты об этом? — говорит МуРан. — Просто я взяла с собой эту уважаемую женщину, чтобы она определила, является ли невеста ЧжуВона реинкарнацией королевы Мён СонХва…

— Я предполагал это. — говорит ДонВук. — Но, всё равно, спрошу — мама, ты сошла с ума?

— Не смей так разговаривать с матерью. — отвечает ему МуРан.

— Мама! — восклицает ДонВук. — А что я могу ещё спросить, когда вижу безумное шоу, в котором ты являешься участницей?! Вся страна видела! И что мне теперь говорить по этому поводу?

— Скажи, что твоя мать выжила из ума. — предлагает МуРан.

— Замечательно! — восклицает ДонВук.

— В моём возрасте это позволительно. — говорит МуРан.

(на несколько секунд в разговоре возникает пауза)

— Что хоть мудан сказала? — уже другим тоном спрашивает ДонВук.

— Не знаю. — отвечает МуРан. — Я отвезла её в больницу.

— Больницу? — удивляется ДонВук.

— Да. — сварливым голосом говорит МуРан. — Она как грохнулась перед ней на колени, так без сознания и валялась. Пришлось позаботиться о ней, отвезти к врачам. Не бросать же было мне её?

— Где ты только нашла такую впечатлительную мудан? — удивляется ДонВук.

— Она считается самой сильной шаманкой в стране. Или, одной из самых сильных. — говорит МуРан. — И если она упала в обморок, то значит, что-то в этом есть. И я вот думаю, если то, про что я думаю, это правда, то нужна ли ЧжуВону такая жена?

Мать с вопросом смотрит на сына.

— Мама, не надо вовлекать меня в твои оккультные штуки, — просит в ответ тот. — Ючжин, хорошая девушка, тихая и спокойная. С ней нет никаких проблем. Я не понимаю, зачем тебе ЮнМи?

— Сама не знаю. — пару секунд подумав, признаётся МуРан. — Но просто так ничего в жизни не бывает. Во всём есть смысл. Нужно только его найти.


Время действия: седьмое июля, утро

Место действия: гостиница в Японии, выбранная для проживания группы «Корона»


— Заканчиваем завтрак! — требует менеджер Ким. — Нужно не выбиваться из графика. Сегодня у вас напряжённый день, который может вас подвинуть к вершинам славы, либо обрушить в пропасть забвения. Чтобы случилось первое, нужно хорошенько потрудиться. Чтобы случилось второе, нужно ничего не делать и продолжать завтракать… Как ЮнМи…

— Работа не волк, господин менеджер, в лес не убежит. — говорю я, бросив взгляд на настенные часы. — По расписанию, до конца завтрака ещё восемь минут. Я знакомлюсь с кулинарией страны и ещё не попробовала вон ту штуку, в синей чашке.

— БоРам, это можно есть? — обращаюсь я к своей соседке за столом отворачиваясь от вытаращившегося на меня менеджера.

— Горько. — отвечает мне БоРам.

Ну, горько мне не надо…

— Сегодня прилетает господин СанХён. — говорит Ким. — ЮнМи, я сообщу, что ты нарушаешь расписание.

— Простите, господин Ким, — отвечаю я. — Но расписание нарушаете сейчас именно вы. Зачем-то выдёргиваете нас раньше времени из-за стола, мы ведь ещё не поели. Нам ещё целый день ноги нужно будет таскать. У нас сегодня выступление, нам силы нужны. Что, хотите, чтобы мы попадали от голода на сцене?

Ким смотрит на меня, я смотрю на него. Девочки напряжённо примолкли.

— Кому не грозит падение от голода, так это тебе. — окинув меня взглядом, говорит Ким.

— Господин Ким. — говорю я, — Предлагаю не нагнетать обстановку. Все сейчас несколько взволнованы, день действительно, сегодня у нас сложный, поэтому, давайте будем просто следовать расписанию. И всё будет спокойно и профессионально.

— Будем следовать расписанию. — поиграв ещё со мной в гляделки, соглашается Ким. — До конца завтрака ещё пять минут. Поторопитесь.

— Спасибо, менеджер Ким. — кивнув, благодарю я и берусь за кофейник.

Девочки выдыхают.


Время действия: седьмое июля, утро, ближе к полудню

Место действия: аэропорт Нарита

Прилетевший в Японию президент СанХён, пройдя паспортный контроль, в одиночку направляется в сторону выхода из аэропорта. Проходя мимо большого телевизора стационарно установленного на стене, он цепляется взглядом за изображение на нём и останавливается.

«Политический кризис в Корее!» — читает он бегущую строку под изображением японского диктора, сообщающего последние новости.

У телевизора выключен звук и поэтому новости можно только читать.

«В правительстве Южной Кореи разразился политический кризис.» — читает СанХён. — «Как стало сегодня известно мировым средствам массовой информации, министр Ко, возглавляющий министерство иностранных дел страны, заявил о своей добровольной отставке со своего поста. Тяжёлый политический кризис был спровоцирован словами корейской школьницы, подвергшей резкой критике действия своего правительства по переименованию Японского моря в Восточное. Как нам стало известно, вчера, эта девочка прилетела в Японию, для проведения промоушена в составе группы корейских айдолов…»

Смотря на показываемое на экране фото улыбающейся ЮнМи, СанХён начинает хлопать себя рукой по правому карману в поисках лекарства.

«…Отличительной особенностью этой девушки, носящей сценическое имя Агдан…» — продолжает сообщать бегущая строка, — «… являются её невероятно синие глаза, так как она, как утверждают в Корее, является реинкарнацией корейской королевы Мён СонХва, жившей более двухсот лет назад. Японские фанаты группы «Корона», в которой выступает Агдан, устроили вчера яркий приём, встречая своих кумиров…»

— Просто обалдеть какая реклама, — шепчет СанХён нащупав в кармане лекарства и наблюдая на экране толпу бегающих по аэропорту школьников с поднятыми вверх телефонами.

В этот момент у него самого звонит телефон.

— Да! — достав его из кармана отвечает СанХён, одновременно пытаясь продолжить смотреть новости. — Здравствуй, КиХо. Если ты о том, что министр Ко ушёл в отставку, то я уже об этом знаю. Вот, стою перед телевизором, думаю, стоит ли мне теперь возвращаться в Корею или нет.

СанХён издаёт нервный смешок.

— Добрый день, господин президент. — отвечает ему КиХо. — Раз вы это уже знаете, то у меня для вас ещё одна новость. Сингл «Таксист Джо» на первом месте в чарте SNEP.

— В смысле? — удивлённо переспрашивает СанХён. — Ты так говоришь, будто я знаю все чарты на свете! Где это? Что за чарт?

— SNEP — главный музыкальный чарт Франции. — отвечает КиХо. — Сингл ЮнМи попал на первое место после первой же недели продвижения. АйЮ на первом месте, господин президент.

— Ух ты ж… — только и находит в себе сил на короткую фразу президент.

— Я сделал подборку по европейским чартам, сабоним. — говорит КиХо. — «Таксист Джо» сейчас на сорок третьем месте в Великобритании, тридцать седьмое место в Германии, двадцать восьмое место в Нидерландах, Швеция — тридцать девятое, Бельгия — сорок первое. Почти во всех европейских странах сингл попал в первые пятьдесят позиций. Скорее всего, номера позиций подрастут в направлении первой десятки, так как во Франции он сразу попал на первое место.

На некоторое время между собеседниками устанавливается молчание.

— Сабоним? — осведомляется КиХо.

— Чёрт! — с чувством произносит СанХён. — Нужно было из БоРам француженку делать, а не АйЮ всё отдавать! Кто мне сказал — ничего особенного?!


Время действия: тот же день, примерно в это время

Место действия: Сеул. Съёмочный павильон, в котором проводятся съёмки фрагмента для будущего развлекательного шоу с историческим уклоном. Одна из участниц — АйЮ.

— АйЮ! АйЮ!

Держа телефон в вытянутой руке и повернув его экраном вперёд, к АйЮ подбегает её младший менеджер.

— АйЮ, вы только посмотрите! Ваша песня заняла первое место во французском чарте!!

— Моя песня? — неподдельно удивляется АйЮ.

— Да! Ваша песня! Вот, смотрите!

Девушка-менеджер в порыве энтузиазма слишком близко подносит телефон к лицу АйЮ. Та ошарашенно выворачивает свои глаза в попытке разглядеть.

Айдол-ян - 2

Первое место!

— Не вижу. — секунду спустя говорит она, отстраняясь.

В этот момент раздаётся звонок ещё одного сотового.

— О, это господин Чо СуМан! — восклицает АйЮ узнав по мелодии вызывающего и требует у менеджера. — Скорее дай мне мой телефон!

— Здравствуйте, господин президент. — спустя несколько секунд говорит она, приветствуя своего начальника.

— Здравствуй, АйЮ. — отвечает СуМан. — Хочу тебя поздравить. Твоя французская песня на первом месте в главном французском чарте. Всего через неделю её продвижения во Франции. Несомненно, это замечательный успех. Ты — молодец!

— О, спасибо, сабоним. Это так неожиданно! Я даже не думала, что так выйдет!

— Ещё одно подтверждение разносторонности твоего таланта, который теперь признали и в Европе.

— Спасибо, сабоним!

— Я сейчас думаю над тем, как закрепить твой успех. Наверняка будет нужно твоё личное присутствие. Поездка в Париж.

— В Парижжжж?!

— Думаю, без этого не обойтись. Кстати, вопрос. Как ты рассталась с ЮнМи? Она обиделась?

— ЮнМи?

— Да. Она автор твоей песни. Высока вероятность, что тебе придётся контактировать с ней на каком-либо шоу или пресс-конференции. Хочу понять для себя состояние ваших отношений и возможные риски. Как вы с ней расстались?


Время действия: седьмое июля, после обеда

Место действия: Япония. Токио. Сценическая площадка. Выступление группы «Корона».

Внимательно смотрю из-за кулис на СонЁн. «Кролика» мы уже оттанцевали, вроде нормально, из зала не свистели и помидорами не кидались. Сегодня примчался из Кореи сыплющий искрами СанХён. Привёз две новости. Первую, про то, что на родине переворот, министр иностранных дел подал в отставку, оппозиция ликует. Вот блин, ничего же не делал! Только пару слов сказал! А у них сразу кризис! Хлипкая какая-то политическая система в Корее. Кушают, что ли плохо? Интересно, что теперь будет?

И вторая новость, которую притащил шеф, это то, что «Таксист» сразу, после первой же недели, влетел на первое место в главном французском чарте! Вот просто офигеть какая новость! Покруче новости об отставке министра Ко. Это, что же теперь? Я теперь могу выделываться как хочу и ничего мне за это не будет? Так, что ли? Шеф сильно расстроен, что тогда из БоРам француженку не сделали. А я говорил! А меня никто не слушал, что нужно делать так, как я говорю, а не самим, фугню всякую придумывать…

А сейчас мы с шефом и со всей «Короной» наблюдаем за выступлением СонЁн. Кажется, СанХён возжелал второго чуда. Думает, раз с АйЮ получилось, может и с ней так же выйдет? Хоп, и через неделю на первом месте в Японии! Фантазёр…

Звучит знакомый проигрыш, подходя к концу. Пора вступать. Ну СонЁн, как говорится, ни пуха, ни пера! Файтин![35]


Место действия: Япония, сьёмки первого шоу


(ЮнМи. С энтузиазмом и брызжа энергией) — Я очень давно хотела побывать в Японии и поэтому собираюсь получить от своего пребывания тут как можно больше!

(Ведущая, с улыбкой) — Что же ты хочешь получить?

(ЮнМи) — Всё, что только смогу! Хочу попробовать все знаменитые японские кушанья, увидеть вблизи гору Фудзияма, поносить японские наряды, побывать в храме Химэдзи, погулять в районе Сибуя и Акихабара, съездить на гору Коя-сан, посмотреть на Токио с телевизионной башни!

(Ведущая, смеясь и округляя глаза) — Какие у тебя большие планы!

(ЮнМи, тоже, широко улыбаясь в ответ) — Очень надеюсь, что они сбудутся!

(присутствующие в студии другие участницы группы «Корона» сдержанно улыбаются.)


Место действия: Япония, гостиница, место проживания группы «Корона»

Время действия: неделю спустя, понедельник, четырнадцатое июля


— Oricon… продали… мы… семь … тысяч…! — захлёбываясь воздухом выпаливает влетевшая в комнату КюРи прижимая к себе планшет.[36]

ИнЧжон, недоуменно смотрит на неё.

— Чего, семь тысяч? — непонимающе спрашивает она и начинает строить догадки. — Семь тысяч, на «Oricon»? Чего продали? Всего семь тысяч синглов? Так мало?

КюРи отрицательно мотает головой, никак не совладея с дыханием.

— А чего тогда?! — восклицает ИнЧжон. — Чего — «семь»?! Говори уже, чего ты молчишь?!

— Мы продали за неделю! — наконец справившись с дыханием кричит КюРи. — По данным «Oricon» мы получили за неделю восемьдесят семь тысяч оплаченных скачиваний синглов «Bunnystyle»!

— Не может быть! — восклицает ХёМин. — Где? Покажи!

— Вот! — вытягивает перед собою на руках планшет КюРи. — Смотрите!

Вскочив со своих мест, девочки окружают КюРи со всех сторон, заглядывая в её планшет. Одна ЮнМи остаётся сидеть там, где сидела.

— Первое место по продажам в Японии… — с восхищением в голосе произносит ДжиХён.

— Дай! — БоРам, которой ничего толком не видно из-за её роста, решительно забирает у Кюри планшет.

Девочки склоняют головы уже над ней, смотря на экран.

— «Bunnystyle», группа «Корона», Корея, оплаченные скачивания за неделю — восемьдесят семь тысяч… — читает она вслух, ведя пальцем по экрану.

На пару мгновений устанавливается пауза, подняв головы, девочки смотрят друг на друга.

— Мансе! — кричит ИнЧжон и, распахнув руки, бросается обнимать оказавшуюся рядом с ней СонЁн.

Радостные крики, визг, объятья, ликование и прыжки. Группа искренне радуется неожиданному успеху.

— А где ЮнМи? — минуту спустя, когда восторг начал стихать, спрашивает СонЁн оглядывая комнату.

— Тут вроде была… — обернувшись, непонимающе произносит ХёМин.

— ЮнМи! — кричит СонЁн. — Ты где? ЮнМи!

— Куда она ушла? — спрашивает она у всех. — ЮнМи, где ты?


(несколько позже. В гостиничный номер где поселили СунОк из коридора заглядывает СонЁн и обнаруживает ЮнМи, тискающую кошку)


— ЮнМи, что ты тут делаешь? — спрашивает СонЁн и, поздоровавшись с СунОк заходит в комнату.

— Пришла проведать Мульчу. — отвечает та, прижимая к себе довольное-предовольное животное.

— Чего ты убежала? — спрашивает СонЁн.

— Вы там заняты. — отвечает ЮнМи. — Не хотела вам мешать праздновать. А меня тут любят.

— Да лапа? — обращается она с вопросом к кошке.

СунОк удивлённо переводит взгляд с ЮнМи на СонЁн и обратно.


(ещё несколько позже.)


— Так, поздравляю группу с отличным результатом! — говорит СанХён, войдя в общую комнату.

— Спасибо, сабоним! — кланяются девушки.

— СонЁн, — поворачивается к главной солистке группы. — Мои личные поздравления за отличную работу.

— ЮнМи, — поворачивается он уже к другой участнице группы. — Мои личные поздравления за отличную работу.

Девушки недоумённо переглядываются.

— Господин президент, — произносит СонЁн. — что вы имеете в виду?

— Я имею в виду семьдесят шесть тысяч твоих продаж, — улыбаясь, отвечает ей президент.

— Семьдесят шесть тысяч? — удивляется СонЁн.

— Если ты ещё не знаешь, то после недели промоушена продажи сингла «Sayonara» составили семьдесят шесть тысяч.

— Вау… — изумлённо выдыхает группа, смотря на удивлённую СонЁн.

— По количеству проданных синглов группа и СонЁн имеют отличные шансы на получение золотых сертификатов «Nippon Rekоdo Kyоkai». — с довольным видом продолжает говорить СанХён. — Продажи очень хороши и есть высокая вероятность продать больше ста тысяч синглов к окончанию промоушена. Отличный результат.[37]

Девочки радостно приветствуют предположение президента.

— А я ничего не видела, про СонЁн. — говорит КюРи. — Там в таблице только мы.

— Ты, наверное, посмотрела только результат для групп. — говорит её СанХён. — результаты сольных исполнителей смотрела?

— Ой, не смотрела. — виновато признаётся КюРи.

— Ну вот в этом и причина, почему ты не видела. — говорит СанХён и объявляет. — В ближайшее время мы все вместе отметим ваше достижение. Где-нибудь в ресторане.

Девушки радостно хлопают в ладоши и благодарят своего работодателя за столь хорошее к ним отношение.

— Как только в вашем расписании появится возможность для этого. — делает небольшое уточнение СанХён и продолжает. — А пока нужно хорошо трудиться!

— Да, сабоним, спасибо, сабоним. — кланяются девушки и обещают. — Мы будем хорошо стараться!

— ЮнМи, — дождавшись, пока все разогнутся, обращается к самой младшей СанХён. — У меня с тобой сегодня будет отдельный разговор. А пока, скажу тебе, что песня АйЮ за неделю, так и осталась на первом месте во французском чарте…

СанХён и все присутствующие смотрят на ЮнМи.

— Что ж, большому кораблю, большое плаванье. — решив, что все ждут, каких-то слов или реакции, говорит она. — АйЮ — молодец. АйЮ — профессионал.


Время действия: после пяти вечера

Место действия: небольшой ресторан в Токио


— О, господин президент, я вижу у вас на руке цепочка, которую я вам подарила? — игриво произносит ЮнМи. — Неужели вы задумались о своём здоровье?

— ЮнМи, — смотря на неё со значением в голосе произносит СанХён.

— Да, господин президент. — откликается та.

— Я предложил тебе вместе поужинать…

— Это было очень мило с вашей стороны, сабоним. — невежливо перебивая, улыбается ЮнМи. — Давно хотела попробовать японской говядины.

— … чтобы обсудить с тобой несколько вопросов. — не одобряя легкомысленного отношения строго произносит СанХён.

— О повышении размера моих процентных отчислений? — уже мило улыбаясь, интересуется ЮнМи.

— Мне кажется, ты излишне оптимистично настроена.

— Не без основания, сабоним. Промоушен проходит на должной высоте. Разве это не повод для оптимистичного взгляда в будущее?

— Вот про будущее я с тобой и хотел поговорить.

— Я внимательно вас слушаю, сабоним.

— Есть несколько тем для разговора. Первая, мне сегодня прямо с утра позвонил президент Чо СуМан. Как ты думаешь, о чём он хотел со мной поговорить?

— Даже не могу себе представить. — с ехидцей отвечает ЮнМи. — Просто не имею никаких предположений.

СанХён вздыхает.

— Расскажи мне, как вы расстались с АйЮ. — просит он.

— Мы с ней не расставались, сабоним, — пожимает плечом ЮнМи. — Это она со мной расставалась.

— Я хочу знать, как именно это произошло.

— Она подарила мне маленькую сумочку «Louis Vuitton» и сказала, что я молодец, но деньги поклонников ей дороже. И мы не можем по этой причине больше встречаться…

СанХён внимательно следит за выражением лица ЮнМи.

— … Предложила, «заходить, если что» — заканчивает свой короткий рассказ ЮнМи. — «Если что» пока ещё ни разу не наступало, сабоним, поэтому я не знаю, сказала она это серьёзно или это было просто следование этикету вежливости…

— Ты обиделась. — делает вывод, смотрящий на ЮнМи СанХён.

— Не знаю. — не встречаясь с ним глазами, отвечает ЮнМи смотря в сторону.

— Я тебе кажется говорил, что АйЮ профессионал?

— Да, сабоним. — не отрицает ЮнМи.

— Профессионалы работают профессионально.

ЮнМи кивает, показывая, что понимает тавтологию.

— Профессионалы зарабатывают деньги. — говорит СанХён.

ЮнМи наклоняет голову, в подтверждении, что не оспаривает это высказывание.

— Президент СуМан спросил меня, нет ли у меня ещё песен для АйЮ?

— Во Франции внезапно закончились рифмоплёты и нажиматели на клавиши? — с иронией в голосе интересуется ЮнМи.

— У тебя внезапно закончилось желание зарабатывать деньги? — с такой же иронией в голосе интересуется СанХён.

Поджав губы, ЮнМи делает движение плечом и головой которое можно трактовать как — «да вроде бы нет».

— СуМан неожиданно для себя вылетел на европейский рынок. — говорит СанХён решив объяснить ЮнМи как он сам видит причину звонка президента «SM». — Он там никого не знает и, похоже, немного от этого перепугался. Поэтому, первым делом он позвонил тому, кого знает.

— Но, сабоним, я слышала, что у вас с ним испортились отношения? — напоминает об известном факте ЮнМи.

— Не до такой степени, чтобы перестать вместе зарабатывать деньги. — несколько сварливо отвечает СанХён.

— Но ведь АйЮ, это же другое агентство? — напоминает ещё об одном известном факте ЮнМи.

— Другое. — кивает в ответ СанХён. — Но, Франция, это рынок, на котором нет айдолов моего агентства. Поэтому, АйЮ в данном случае для меня не конкурент и можно заработать, продавая «SM» для неё песни.

— А разве вы не хотите, сабоним, чтобы ваши артисты выступали во Франции?

— Хочу. Но это не вопрос одного дня. Подготовка займёт много времени. А у АйЮ просто удачно сложились звёзды. В Корее год Франции и во Франции сейчас много внимания обращают на Корею. Нужен корейский артист, которого можно показывать на ТиВи и приглашать для участия в шоу. Для АйЮ очень удачно сложилась её внешность и твоя песня на французском. Сейчас она там на первом месте, но у неё единственный сингл. Ей срочно нужно наполнение для удержания интереса к себе и продолжения какого-то успеха.

ЮнМи понимающе кивает, но молчит.

— Вот тебе хороший момент для старта твоего продюсерства. — говорит СанХён. — Лучше сразу работать с известными исполнителями и на международном рынке. Или ты собралась начать с никому неизвестной группы? С минимальной оплаты?

ЮнМи задумывается над его словами.

— Но и провал в этом случае будет ошеломительным, по сравнению с никому неизвестной группой. — резонно замечает она.

СанХён кивает.

— Всё имеет свою цену. — говорит он и добавляет. — Если это сделаешь не ты, то это сделает кто-то другой. Во Франции есть нажиматели на клавиши и рифмоплёты. Они и получат деньги Чо СуМана.

— А есть уже какие-либо сроки? — интересуется ЮнМи. — Какие-то пожелания?

— Сроки — всё нужно было ещё вчера. А пожелания… — отвечает СанХён и на секунду задумывается. — … Сингл должен быть популярным. Сингл должен продаваться. Обычные пожелания.

СанХён пожимает плечами, ЮнМи с задумчивым видом медленно кивает.

— Я подумаю. — обещает она.

— Сколько времени ты будешь думать?

— До завтра.

— Хорошо, — говорит СанХён. — Буду ждать твоего решения. Следующее, о чём я хотел с тобой переговорить. Ещё вчера мне позвонил господин Икута…

СанХён многозначительно смотрит на своего айдола.

— Это который из «Sony Music»? — потратив пару мгновений на то, чтобы вспомнить кто это такой, уточняет ЮнМи.

— Да, речь идёт о нём. Он сейчас находится в Америке, но собирается вылететь в Японию раньше запланированного. Причина — он желает встретиться с тобой.

— Мы же взяли с ним паузу на полгода пока у меня не появится голос. Разве не так? — спрашивает ЮнМи.

— Он желает обсудить с тобой сотрудничество как с композитором. Думаю, это из-за того, что АйЮ оказалась на первом месте французского чарта. Я хочу предварительно переговорить с тобой об условиях работы с «Sony Music». До того, как встречусь с господином Икута.

ЮнМи задумывается.

— Я буду рассматривать только варианты взаимодействия, при которых выплаты роялти будут производиться от объёма продаж. — говорит она. — Никаких разговоров о процентах с прибыли быть не может.

— Нагло. — саркастически кивает СанХён. — Вряд ли Икута согласиться с этим, но продолжай, я слушаю.

— Ну если на первом же вопросе мы не находим согласия, какой смысл — продолжать? — спрашивает ЮнМи.

— Икута — это объёмы продаж. — говорит СанХён. — Икута — это поддержка продвижения твоих произведений по всему миру. Это гарантированно выкупленное время на радиостанциях и в тв-эфире.

— И за это я должна отдать им все права?

— Всё имеет свою цену. — повторяет СанХён

— Да, — соглашается с ним ЮнМи. — Но порой цена бывает неоправданно высокой. Знаете, господин СанХён, я тут подумала и решила, что разговоры о передаче прав, они всё больше и больше кажутся не соответствующими моим интересам. Особенно после вашего урока.

— О каком уроке ты говоришь? — недовольно спрашивает СанХён.

— Когда вы меня вышвырнули за дверь. — смотря в глаза мужчины поясняет ЮнМи.

— Ты сама этого долго добивалась, нарушая все оговорённые ранее правила сотрудничества. — не моргнув глазом отвечает СанХён. — Это был всего лишь мой шаг навстречу твоим устремлениям. Не более.

— Вполне возможно, что именно так это и было. — кивает ЮнМи. — Хотя многое зависит от точек зрения на проблему, но не об этом сейчас разговор. — Просто после этого у меня возникло осознание реальной ситуации …

ЮнМи делает паузу, СанХён молчит, давая ей высказаться.

— Вот вы, сабоним, платите «Короне», образно говоря, за то, что они крутят своими задницами на сцене. — продолжает она. — Кроме этих задниц, у них ничего нет. И если вдруг, завтра, по какой-то причине, их у них вдруг оторвёт, то мои сонбе станут вам не нужны. И вы их выгоните.

— Интересное у тебя оказывается мнение о своих сонбе. — неодобрительно качает головой СанХён.

— Я говорю не о их человеческих качествах, а о способности производить прибыль агентству. — объясняет ЮнМи. — И быть востребованными.

— То, что ты сказала, так это и есть, та самая, повседневная жизнь. — отвечает ей СанХён. — Все в ней кому-то нужны пока с них можно что-то получить. Если это до тебя только что дошло, то — поздравляю. Ты стала взрослой. Добро пожаловать во взрослую жизнь.

— Жизнь пестра нюансами. — говорит в ответ ЮнМи смотря на СанХёна. — И один из этих нюансов состоит в том, что у меня кроме задницы есть ещё голова. Если мне оторвут задницу, то у меня останутся ежегодные роялти, которые я заработала своей головой, а не вращением разных частей своего тела на сцене. Зачем отдавать их какой-то «Sony Music»? Они мне самой пригодятся.

— Чтобы были хоть какие-то роялти, песни должны быть популярными. — наставительно произносит СанХён. — А популярными их делают лейблы, вкладывая в их раскрутку деньги и человеческие ресурсы. Без лейбла популярности не достичь.

— Пока жизнь не подтверждает ваши слова, сабоним. — возражает ЮнМи. — Например, АйЮ.

— СуМан заключил договор на продвижение с местным французским лейблом, не помню, как он называется. Думаю, если начать разбираться в его финансовой истории, то с вероятностью процентов семьдесят окажется, что он принадлежит всё той же «Sony Music». По-другому рынок не работает. — говорит СанХён.

— У нас с господином Икута был назначен срок встречи. — подумав, отвечает ЮнМи. — Суета и торопливость не делают ему лица. Как я понимаю, господин СанХён, вы хотите заранее получить от меня согласие на сотрудничество с лейблом? Но я даже условий не видела. Те, что прозвучали прошлый раз, были самопродажей в рабство, а не условиями совместной деятельности.

ЮнМи спокойно смотрит на недовольного СанХёна.

— Господин президент, — по-прежнему спокойно говорит она. — Если вы пообещали господину Икута моё присутствие на переговорах, то я, несомненно, буду. Но вот согласие на контракт с его работодателем, я не дам. Не дам до тех пор, пока не увижу, что он для меня выгоден. Извините, если это прозвучало грубо.

СанХён крайне недовольно смотрит на ЮнМи.


(позже. ЮнМи возвращается в гостиницу после разговора с президентом своего агентства)


Еду в гостиницу, не отрывая своего взгляда от окна микроавтобуса. За окном — Токио. Ещё раз убеждаюсь, что я наивный чукотский юноша. Думал, приеду в Японию, посмотрю все достопримечательности, попробую всяких национальных кушаний… Ага, щас! Три раза, за амбаром! Не надо, как говорится путать эмиграцию с туризмом. Я сюда работать приехал, а не ходить, раззявив рот. Работать я сюда приехал, работать! А в корейском понимании работать, это значит с самого раннего утра и до позднего вечера. И можно ещё и полночи прихватить. Но с утра снова — как штык! По-другому — ни-ни, даже и не мечтай… Вот я дурак, когда думал раньше, что это правильно так жить, так работать, как в Корее… а сейчас я думаю — ну его нафиг, такую жизнь! Японию вижу только из окна микроавтобуса, когда переезжаю с группой на новое место сьёмок или выступлений. Едим то, что дают. Завтрак, в отеле, обед и ужин — что привезут доставщики еды. Спрашивают, чего хочешь и к назначенному времени привозят. Тут этих доставщиков еды — как комаров на болоте. В Корее это тоже развито, ну но Токио это уже кажется перешло в разряд бедствия, ну лили вот-вот перейдёт. Не раз наблюдал по дороге как они носятся на своих мопедиках или, мотиках, плюя на все правила дорожного движения: ломят на красный свет, фигачат по тротуарам прямо между пешеходами, а развернуться через двойную сплошную, так это сам бог, как говорится, велел. Прямо с утра. Как доставщик проснулся, так повеление и получил. И не менее двадцати раз за день сделать…

Японская повседневная еда оказалась странной. Сашими, суши, роллы — всё это, оказывается местная экзотика и в повседневной жизни японца отсутствует. А присутствует в больших количествах — лапша, рис и морепродукты в панировке. Всякие там креветки, осьминоги, рыба или мясо. Обмакивают в жидкое рисовое тесто, а потом жарят в масле. Называется такие блюда одним общим словом — «темпура». Пожаренное потом выкладывают на бумагу, масло стекает и получается, в целом, не жирно. Только вот после того, как я поел с ЧжуВоном осьминогов, как-то на морепродукты меня не тянет. Как и на водянистые мисо-супы с водорослями. Собираясь в Японию, думал, ух, приобщусь к японской кухне! В результате уже второй день заказываю себе «итальянское меню» — салат, лазанья, ризотто, паста. Почему-то заказать это здесь можно без проблем. Приехать в Токио и питаться итальянской кухней в местном исполнении… Воистину, жизнь полна неожиданностей…

Возвращаемся в отель «за полночь», быстро помылся, упал в постель и тебя уже толкают — вставать! Работать! Утро уже!

Ни на одной экскурсии ещё ни разу не был, ничего в городе не видел. Видел только обстановку в студиях, когда снимали шоу, да непонятно где находящиеся сценические площадки, на которых выступали… Печально…

Единственный «плюс» … Нет, вру, два «плюса». Первый — мне нравится выступать. Выходишь на сцену и «ууу-х, погнали!». А второй — хорошо встречают. Когда объявляют «Корону» у зрителей нет равнодушной реакции. Кричат, свистят, визжат, машут руками и плакатиками с именами участниц, чаще всего с моим именем.

Айдол-ян - 2


Трек тринадцать | Айдол-ян - 2 | Постер БоРам



Loading...