home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Августа 10 дня, около полудня, +17° С.

Дом в Малой Подьяческой улице

Как бы опять пожалеть не пришлось: дверь не заперта, а в щель сквозняком свищет. Родион Георгиевич прислушался. Кажется, из квартиры доносятся рыдания, а может, стоны. Более медлить нельзя.

Ротмистр выхватил револьвер, со всей силы дернул створку и влетел галопом.

Ванзаров последовал за помощником.

В прихожей трупов или разрушений не оказалось. Зато плач слышался отчетливо.

Столь же резво Джуранский проник в комнаты и встал, как вкопанный.

От милого беспорядка не осталось и следа. Чудовищная свалка из книг, картин, коллекции оружия, домашних мелочей и одежды громоздилась прямо посреди комнаты. Обеденный стол для чего-то перевернули вверх тормашками, а потертые, но удобные кресла исполосовали в лохмотья. Посреди безжалостного разгрома сидела Антонина Ильинична в раздрызганном платье и предавалась любимому женскому занятию – безутешным слезам.

Мечислав Николаевич с сожалением убрал револьвер, и отправился осматривать другие комнаты. А Ванзаров, кое-как пристроил неудобную шпагу, присел на корточки рядом барышней:

– Ну, будет-будет. Слезами делу не поможефь. Что стряслось?

– Он…Он… Он… – Дальнейшее так и не выпуталось из сопливых всхлипываний.

– Кто злодей-то?

– Ленский! – Рыдания только пуще.

Да что ж такое! Все время мертвецы воскресают и путают умных чиновников сыскной полиции. Пора бы им успокоиться, в самом деле.

– Что ему понадобилось?

– За-а-ве-е-е-ща-а-ание!

– Хотел лифить опекунского наследства?

– Не-е-ет, кн-кн-князя…

Имея большой опыт успокоения всяческих слез, Родион Георгиевич быстро привел девицу в чувство. И тут выяснились совершенно удивительные обстоятельства.

В одиннадцатом часу утра явился Ленский и заявил, что никуда не уехал и более того, не уезжал. У него были безотлагательные дела, которые закончились полным фиаско. Но подробности сообщить отказался. Был он страшно взволнован, рассержен и крайне торопился. Причину столь внезапного визита объяснил просто: ему требуется завещание Одоленского. Вернее, не само завещание, а та половина листа, которую надо предъявить стряпчему. Князь составил душеприказную странно: все состояние, дома, счета в банках и даже мотор должны были отойти предъявителю оторванной половины листа, на котором и были изложены все условия рукой Его светлости. Почему-то Ленский был уверен, что вторая половина хранится у Берсов. Сколько Антонина ни уверяла, что этого быть не может, он не слушал. Ленский словно обезумел – скидывал книги, проверяя каждую, срывал картины, распарывал обшивку кресел и даже перевернул стол, надеясь обнаружить пропажу. Но так ничего и не нашел.

– Почему он был уверен, что завефание здесь? – задумчиво, как мог, спросил Ванзаров.

Антонина жалостно всхлипнула:

– Я не знаю, поверьте…

– Может быть, дядя что-то утаил?

– Это на его совести…

– У стряпчего Выгодского искать не пытался?

– Откуда мне знать…

– Куда Ленский мог двинуться теперь?

– Мне кажется, он собирался обыскать нашу дачу…

До Озерков даже на сумасшедшем лихаче ехать не меньше полутора час. Если Ленский был здесь два часа назад, у него приличная фора. Но не испробовать такой шанс – просто грех.

Родион Георгиевич приказал девушке напиться чаю или водки, уж как получится, запереть дверь, никуда не уходить, и открывать лично ему и никому более.


Августа 10 дня, чуть позже, +16° С. Зимний дворец, Дворцовая набережная, 32 | Камуфлет | Августа 10 дня, ближе к двум, жары не чувствуется. Дача по Финляндской железной дороге