home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Августа 7 дня, лета 1905,

в то же время, +25° С.

1-й Выборгский участок 4-го Отделения

С.-Петербургской столичной полиции,

Тихвинская улица, 12

Еще не хватало, чтобы господин пристав торчал у двери морга в собственном участке! Вынужден подглядывать и подслушивать в замочную скважину, как простой школяр! Однако как ни старался подполковник Шелкинг, загадка не поддавалась.

Полчаса назад влетел Лебедев, задушил смрадом сигарки, распугал дежурных чиновников да задержанных мазуриков и потребовал немедленно открыть морг. Зачем и для чего – отвечать решительно отказывался. Более того, приказал доставить электрическую лампу из кабинета самого пристава. А хуже всего – закрылся и никого не впускал.

Шелкинг подслушал глухие звуки, будто ворочали тяжесть, наблюдал полоску яркого света под дверью, нюхал омерзительный дым, – и все. Так продолжалось с четверть часа. Наконец, услышав, что Лебедев собирается, отскочил от двери, поднялся в дежурную часть и принял невозмутимый вид.

Аполлон Григорьевич явился с толстым окурком в зубах, пожелал приставу «бдить» и покинул участок, помахивая походным саквояжем. Но так не соизволил объяснить, что все это значит.

Подполковник считал себя глубоко передовым человеком. Поэтому мордобой пользовал не часто, раза три на неделю. Но сегодня его оскорбили в лучших чувствах. Так что участок дрожал и прятался. Досталось всем.

Наконец, усталый, но успокоенный Ксаверий Игнатьевич плюхнулся в кресло, обмокнул перо и принялся дописывать дело на «чурку».

Как назло, ожил телефонный аппарат.

– Пристав Шелкинг слушает, – рявкнул подполковник.

– Здравствуйте, голубчик, как поживаете?

– Благодарю, ваше высокоблагородие, все слава Богу.

– Ксаверий Игнатьевич, что собираетесь делать с обрубленным трупом? Дело-то глухое. Вести розыск неизвестно кого затруднительно.

– Что прикажете?

– Не прикажу, а хочу посоветоваться, не против?

– Никак нет.

– Я вот что подумал, давайте покажем его народу, может, кто и опознает?

– То есть как?

– Да как обычно, подполковник. Отправляйте тело в морг Медико-хирургической академии, дадим объявление, народ пойдет глазеть, может, кто признает. Будет хоть какая-то зацепка.

– Когда отправлять?

– Да прямо сейчас и отправляйте. К утру его приготовят, чтоб не совсем жутко смотреть было.

– Слушаюсь!

Шелкинг повесил рожок и ощутил, как дурное настроение разливается желчью. Ну, как понять этих господ из сыска! Один в морге, что-то мудрит, другой приказы отдает сомнительные. Эх, скорей бы пенсия!


Августа 7 дня, лета 1905, начало шестого, +25° С. Бани купца Соболева на Мойке у Красного моста | Камуфлет | Августа 7 дня, лета 1905, после шести, +24° С. Недалеко от Финского вокзала Финляндской железной дороги