home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


5

— Уехали около полутора суток назад. Судя по экипировке — к финской границе. Времени, товарищи, в обрез, — говорил Климов, час назад прилетевший с Сашей Колосковым в Верхнереченск и взявший на себя руководство дальнейшими действиями группы. — Ты, Евгений, немедленно готовь и отправляй телеграммы в Ленинград, Петрозаводск, Мурманск. Ориентируй, что попытка прорыва через границу может состояться уже сегодня-завтра. Вас, Юрий Константинович, — майор повернулся к Волкову, — попрошу срочно проверить в адресном бюро: действительно ли Засыпкина проживает там, где указала Орехова, не значится ли прописанным Овчаров; затем примите меры к срочному сбору хотя бы первичных сведений о них. Евгений, закончив с телеграммами, присоединится к вам. Я и Колосков начнем разговор с Засыпкиной; учитывая обстановку, будем говорить почти в открытую. Саша, давай в машину и вези эту Зиночку сюда...

Душа Зиночки Засыпкиной, стань она объектом изучения психолога, отнюдь не явилась бы для него загадкой. Увы, есть еще такие уникальные натуры, сочетающие полудетские легкомыслие и наивность с женской обаятельностью и кокетством. К тому же Зиночка была мила, добра, честна и верна своему слову. И если ее общеобразовательный багаж значительно уступал по объему тому, что значилось в аттестате, а представления о политических событиях были весьма туманны, то это ее не угнетало... В общем, этакое милое существо, которое даже малознакомые люди безотчетно начинают называть ласкательным именем. Своего Славика она боготворила и слепо выполняла все его наставления.

«Попробуй, скажи, что ее Славик — изменник и подлец, что сейчас, когда она в упоении готовится к свадьбе, он стремится бежать за границу, предать Родину и навсегда покинуть свою «возлюбленную» — не поверит! — подумал Климов, успевший уже за короткое время предварительной беседы разобраться в Зиночкином характере. — Мало того, что не поверит, всячески защищать и выгораживать его будет. Пока докажешь ей истину — искать Рачинского станет поздно. Что же, пусть будет пока полуправда, быть может, так и она легче перенесет эту трагедию».

И Алексей Петрович объяснил Засыпкиной: органам государственной безопасности стало известно, что у нее на квартире проживает некий Овчаров, который подозревается в совершении тяжкого преступления. Что может сообщить товарищ Засыпкина об этом человеке?

Овчарова Зиночка не любила, даже больше, испытывала к нему чувства ревности и антипатии. Ревности — потому что он, несомненно, имел большое влияние на Славика; антипатии — потому что она убедилась в его нечестности. Конечно, она с радостью расскажет об этом Овчарове все, что знает...

И вдруг хорошенький ротик Зиночки скривился, на глаза набежали слезы. Боже! Но ведь Овчаров сейчас где-то в лесу наедине со Славиком, это же, наверное, опасно, надо немедленно их найти, отвести от Славика угрозу...

Так, после тридцатиминутного разговора с Климовым, Зиночка вдруг обнаружила, что и у нее и у этого симпатичного майора одна цель — скорее найти пропавших рыболовов. И стала старательно вспоминать и рассказывать обо всем, о чем ее спрашивали. Алексей Петрович в форме тезисов будущего протокола записывал.

Как он выглядит? Около пятидесяти лет, волосы светлые и седина в них слабо заметна, глаза голубые, даже белесые, нос с горбинкой, как у хищной птицы, жесткий разрез рта. Носил бороду, но три дня назад сбрил ее, сказал, что надоела...

Да, очень похож на молодого человека, изображенного вот на этой фотокарточке, наверное, таким и был в молодости...

Познакомил с ним Славик около года назад, перед своим отъездом в Долинск. С тех пор заходил раза три-четыре, передавал Славику приветы, просил переслать записки.

Нет, эти записки Зиночка не читала, просто вкладывала в свои письма...

Почему не посылал письма Славику сам? Может быть, и посылал, она не знает. И не трудно же переслать записочку...

Говорил, что хлопочет о переводе Славика снова сюда, в Верхнереченск, что мечтает погулять на их свадьбе...

Последний раз появился вместе со Славиком одиннадцатого июля. Они оба в отпуске. Сказали, что вопрос о переводе Славика наконец-то решен. Отпраздновали свадьбу в узком, «своем кругу», наметили официальную, большую, с приглашением гостей на девятнадцатое августа.

Когда и куда уехали? Двадцать восьмого, в семь часов вечера ушли на автовокзал. Нет, провожать Славик не разрешил, он такой заботливый, а собирался дождь...

Уехали на рыбалку на озеро Верхнее. Нет, это совершенно точно, это говорил не Овчаров, а сам Славик. Потом должны проехать в Павловск, там у Славика какое-то дело на заводе дорожных машин. Никаких других мест не называли...

Где живет Овчаров? В Каменске. Хотя ее, Зиночку, он обманул. Говорил, что живет в Павловске. Однако, когда оба они (за день до отъезда) крепко выпили и уснули, она посмотрела паспорт Михаила Павловича. Конечно, она понимает, что это нехорошо: взять из чужого кармана документ, но... была взволнована. Не нравится он ей, вот и не удержалась. Собственно, тогда только она а узнала его фамилию, ни он сам, ни Славик ее никогда не называли... В паспорте прописка города Каменска. Штамп о работе в каком-то СМУ, точно не запомнила. С какой целью обманул? Зиночка не знает, но, конечно, очень была обижена... Зачем же врать?

Как он мог хлопотать о переводе Славика на верхнереченский завод, если сам работает в СМУ в Каменске? Этого она не знает. И не задумывалась. Наверное, как-нибудь мог. Знакомства какие-нибудь. Нет, не обманывал, это подтверждал сам Славик...

Нет, никаких фамилий, имен, названий городов или сел они при ней не упоминали. Кроме Павловска, конечно...

В квартире она весь месяц одна, сестра с мужем в отпуске на юге, их дочь Таня в лагере. Впрочем, Таня на один день приезжала, но Славик и Овчаров ее, кажется, не видели...

Да, разговор с Таней о них был. Помнится, Таня что-то говорила о их поездке на рыбалку, но Зиночка не прислушивалась: заботы, надо было накормить двух мужчин да собрать Таню снова в лагерь. Просто некогда было... Сейчас Таня в пионерском лагере имени Гагарина, это семь километров от города...


предыдущая глава | Две операции майора Климова | cледующая глава