home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


2

Мелодичный звонок телефона специальной связи прервал Климова на полуслове.

— Алексей Петрович? — раздался в трубке хрипловатый басок директора завода имени Калинина. — Зубарев позвонил. Приветствую.

— Здравствуй, Михаил Степанович.

— Поздравляю тебя, дорогой. От всего сердца и, как говорится, от всей души.

— С чем же?

— Звезды хватаешь, подполковник, а старого друга не приглашаешь обмывать их? Смотри, обижусь.

Климов покраснел. Полученный накануне приказ Комитета госбезопасности о присвоении ему очередного воинского звания еще не был объявлен в управлении. Зубарев, очевидно, узнал об этом от начальника секретариата, жившего с ним по соседству. Алексей Петрович сердито посмотрел на сидевших вокруг приставного столика участников оперативной группы, которые начали перешептываться. Видимо, басок директора слишком ясно пробивался из трубки.

— За мной не пропадет, Михаил Степанович. Потерпим до субботы, сейчас дела замучили. Лады?

— Если бы все вопросы так легко решались... С этим я, конечно, потерплю, а вот когда ты снимешь свое вето на включение в рабочую группу по девятому проекту новых лиц? Меня сроки поджимают.

— Какое «вето», Михаил Степанович? Просьба. Убедительная просьба. Я уже говорил тебе, что к этому проекту сейчас проявляет особый интерес некая иностранная разведка. Проявляет, но, по нашим данным, не добралась вплотную. Нельзя пока новых людей подключать, Михаил Степанович, всю обедню можно испортить. Нам с тобой не простят утечку такого секрета. Сохрани, пожалуйста, статус-кво еще дней на десять. Подожди еще немного.

— Я жду, жду — да и взвою. Смотри, жаловаться начну.

— Все-таки подожди. И, кстати, скажи, кого конкретно хочешь в эту группу включить.

— Да на первый случай хотя бы человек восемьдесят Мы тут подобрали, все старые проверенные работники.

— А персонально?

— Персонально? Ну записывай: Сомов, Золотарев, Сырмолотов, Абашидзе, однофамилец твой — Климов. Дальше: Григорьев, Пестерев, Туманян, Завьялов, Шушарин. Вот и все.

— Так потерпишь еще, Михаил Степанович?

— Неделю потерплю. Но смотри — ты слово дал. Потом не обижайся. Ну, привет.

— Пока.

Гребенщиков, склонившись к столу, старательно вырисовывал в своем блокноте какой-то сложный лабиринт с вопросительным знаком в центре. Колосков задумчиво рассматривал ногти. Миронов, улыбаясь чему-то своему, покусывал кончик карандаша.

«Устали ребята, — подумал Сергей Петрович. — Смотри-ка, у такого завзятого франта, как Сергей Миронов, и галстук помят, и щеки плохо пробриты». Ероша редеющие волосы, встал.

— Что, хлопцы, приуныли?

— Тонем, Алексей Петрович, в массе людей и информации. У меня лично, — Евгений постучал себя пальцем по темени, — исчерпываются творческие возможности мозга. Придумывать для проверки каждого все новые и новые способы и комбинации способов — за что такое наказание?

— Между прочим, — улыбнулся Климов, — специалисты утверждают, что мозгу нужна постоянная тренировка. Очевидно, был перерыв?

И тут же, посерьезнев:

— В одном ты прав, Евгений Андреевич: на проверку всех, кто перечислен в наших списках, потребуются многие месяцы, если не годы. Такой роскоши мы себе позволить не можем. Будем проверять избирательно, но по дополнительным, уточняющим основные версиям. Думается, что главных, точнее, первоочередных — две.

Алексей Петрович откинулся в кресле, закурил. Верно его решение или ошибочно — другого он не видел. Он обязан брать на себя ответственность.

— Первая: мы должны учитывать стремление шпиона пробраться в самый секретный узел завода — к проекту ракетной установки, так называемому «проекту номер девять». Нужно выяснить: кто такие поползновения предпринимал. Но сначала проверить этих десятерых, — Алексей Петрович поднял список, продиктованный Зубаревым. — Займутся этим Гребенщиков и... Миронов. Срок — неделя. Ясно, почему одна неделя?

— Чего уж яснее, — пробормотал Гребенщиков.

— Вторая: будем исходить из предположения, что «Файльхен» — это та самая «Фиалка», что была заброшена к нам в далекие военные годы. Что это нам дает? Ограничивается возраст шпиона, время его появления в Долинске. В тысяча девятьсот сорок четвертом году «Файльхен», безусловно, был здесь: заложенный для него Зандбергом тайник при проведенной тогда проверке оказался очищенным... И еще одно: вы помните, что радиопередачи для «Фиалки» ведутся с марта месяца. Значит, до этого времени он где-то имел контакт с нынешними хозяевами. Может быть, ездил за границу. Может быть, встречался с иностранцами внутри страны... Задача: выбрать из списков всех подходящих под эти признаки лиц. Займешься этим ты, Саша. Пока все. Приступайте.

— Есть приступать, товарищ подполковник, — не утерпел Евгений. — А поздравить вас можно?

— Можно, только быстренько, — улыбнулся Климов, пожимая руки товарищам.


* * * | Две операции майора Климова | cледующая глава