home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


22 Раджаба, 09:41[9]

Конечно, вчера вечером я позвонил Таське. Но застал ее отнюдь не дома – она находилась на очередной пышной презентации хрен знает чего, кажется, очередной процедуры моментальной доставки заказа.

В цифровом замке толклись разодетые личности, и моя супруга в том числе. Само собой, меня не пустили туда, заперев экраном дабира.

– Ну что, постиг сокровенные имена? – усмехнулась Тася.

Неподалеку от нее торчал незнакомый хлыщ в смокинге, который делал вид, что изучает старинную вазу.

– Запутался еще больше, хотя что-то и прояснилось. – Скорее всего, она не читала мой последний отчет о байкерском караван-сарае с уклоном в притон. С чего бы тогда такое благодушие? – Ты не могла бы приехать?

– На такси? – удивилась она.

– Я оставил свою машину далеко от дома.

– Так и быть, приду к тебе, но сегодня только в цифре. Нет настроения…

– И времени, похоже?

До того, как она прислала свою виртуальную копию, я успел поваляться в ванной и вспомнить музыкальное прошлое, которое и зафиксировал, коротко надиктовав на дабир. Получалось так, что визиты по Натальиным адресам вскрывали у меня в мозгу некие ключевые «точки бифуркации», от которых я мог двинуть в ту или иную сторону. Причем именно сейчас, а не тогда, в прошлом.

Мистика, словом. Рационального объяснения искать не хотелось – даже если бы мне и удалось увязать ситуацию с неким пересечением виртуального пространства с реальным, отчего в «поле вероятностей» возникли возмущения… Иначе как бредом подобную теорию назвать было бы нельзя, и сама ее терминология была бредовой.

«Книга Судеб, вот как это называется», – осенило меня под струей горячей воды.

Я читаю собственную Книгу Судеб, вот именно так, с больших букв! Все нереализованные когда-то возможности, варианты – ее главы, и они последовательно читаются мной.

Почему же попытки вжиться в роль виртуального Танка оканчиваются так плачевно? «Поле вероятностей» сопротивляется перемене судьбы? На фига тогда было дарить мне саму возможность поглядеть на себя иного? Нет, все-таки это я виноват, слишком уж неловко пытаюсь прочитать очередную главу великой Книги…

Когда я вылез из ванны, оказалось, что Таська уже возится на кухне, смелыми движениями сооружая чисто сетевое великолепие. Что ж, оставалось надеяться, что ей хватит того убогого пищевого набора, что валялся в моих холодильнике и шкафу. Надо бы заказать жратвы.

Переживал я напрасно. Она заказала «живого» барашка и прирезала его огромным тесаком – есть такая процедура «природного» изготовления виртуальной пищи.

Чтобы дополнить ее творчество, я запустил процедуру интим-вечера и превратил гостиную в подобие обширного зала в старинном поместье. Благо одежда, в которой Тася явила себя, вполне соответствовала случаю. Она надела платок, блузку с воротником-стойкой типа «труба» и капюшоном, длиннейшую юбку до пальцев ног – и все ярко-синего цвета. Не поленилась же сменить прикид!

– Слушай, я уже забыла, на что рассердилась, – сообщила жена.

– Я тем более не помню.

Так мы и помирились. Просто чудо, что она не успела ознакомиться с моей последней записью, порой думал я. А потом Тася между пустяками сказала, что вовсе перестала читать мой журнал. И собственных дел ей хватает, и неохота натыкаться на всякие глупости вроде тех, которые я туда помещаю.

– И правильно, – радостно согласился я.

Таська с подозрением глянула мне в харю, так что я мысленно проклял себя за болтливость. Не мог промолчать, что ли?

– Опять записки сумасшедшего урода тиснул? Или…

– Нет, – поспешно ляпнул я. – Ничего такого! Записки, правда, скачал в караван-сарае с кассеты – представляешь? Но напечатать их еще не успел.

Тут ее отвлек сигнал печки, в которой жарилось бедро серны. (Что, опять ошибся? Ну и хрен с ним.) Запах, к сожалению, моя периферия выдавала не слишком яркий – наоборот, если честно. Менять уже пора, а то в ресторанах и в такие роскошные вечера чувствую себя обделенным. Но воображение работало неплохо, и вид истекающего жиром дикого мяса в специях заставил меня волноваться.

– По-моему, я уже сам схожу с ума, – пожаловался я.

– Потерпи, сейчас будем жрать. Или ты вообще?

– Вообще, конечно.

– Зря ты все-таки не бросил это дело. Ты хоть уверен, что клиент все еще готов платить за него? Может, он уже давно помирился с супругой и забыл о тебе?

– Не уверен…

– Я читала то место, где ты об этом рассуждаешь. Значит, тебе важно знать, кем бы мог стать в жизни?

Ответ, когда-то казавшийся прозрачным, сейчас отчего-то не лег на язык. Думаю, все предыдущие Кулешовы, которым довелось похозяйничать у меня в мозгах, оставили по себе память. Наверное, им нравилось, как они устроились, и покидать черепушку Танка было им больно. Кто знает, что они чувствовали перед смертью, когда понимали, что некто пришлый, со стороны (то есть я-1), разрушил все, над чем они трудились годами?

Да и мертвы ли они? Может быть, сидят в тайных закутках головы и с печалью взирают на быт полунищего рафинада?

– Я убиваю этих мифических людей, сам не желая того. Теперь я уже не знаю, стоит ли мне ближе знакомиться с оставшимися. Хотя… Вдруг кто-то из них будет удачлив и отстоит себя, не даст уничтожить?

Только сказав это, я понял, как унизил Таську. Но она оказалась выше этого – или попросту взглянула на вопрос под иным углом:

– Интересно, что станет со мной, когда ты не вернешься? Наступит ли в моей жизни такое же счастье, как и постигшее тебя? Наверняка со всеми, кто тебя знает, произойдут ощутимые перемены. Самые крупные, видимо, со мной, ведь мы женаты.

Верно, если я готов стать кем-то еще, почему того же не хотеть ей? После такого озарения впору было оскорбиться мне, но я, разумеется, предпочел оставить эту тему. Иначе бы я выглядел как полный кретин.

– А ведь ты ничего не замечаешь, когда я превращаюсь в иного. Помнишь, мы ловили вирус-копию? На самом деле это был я!

– Ерунда какая, – поморщилась Тася. – Это невозможно.

– А то, что я превращаюсь в нереализованные ипостаси Танка, возможно?

Она устало пожала плечами, и мы дружно допили бокалы с райхани. Пока я жевал кенгурятину, рассеянно таращась на иллюминацию, Тася сменила наряд на более интимный, почти прозрачный. Когда я это заметил, то разом вспомнил, что мы с ней уже Иблис знает сколько времени не занимались сексом. Хорошо, что я догадался принять ванну и заодно отмыть насадку на член.

– Я тут подумала и решила, что ты прав: пора съездить с Маришке в интернат.

– В пятницу поедем?

– Ну да, мы же с тобой сегодня об этом говорили.

О чем она толкует?

– Сегодня я тебе не звонил, Тася.

– Как меня твоя копия достала, – рассердилась она.

– Не знаю, копия ли это…

Пока она совсем не переключилась с романтического настроения на любое другое, я врубил сообразный музон и пригласил ее на танец. Специально для таких случаев я спроектировал рядом с единственной комнатой квартиры колоссальное помещение с паркетным полом и могучими люстрами (под свечи, разумеется).

Тактильные датчики на периферии, правда, я очень давно не тестировал. Ладно, буду верить, что они не дадут мне, ведя партнершу, врезаться вместе с ней в стену или шкаф. И они не подкачали!

Положительно, вчерашний вечер сложился удачно. Хорошо все-таки, что Таська бросила читать мои дурацкие отчеты.

Лицемеры и лицемерки – одни от других: они внушают неодобряемое, и удерживают от признаваемого, и зажимают свои руки.

9:68


21 Раджаба, 22:06 | Это я, Эдик | 22 Раджаба, 09:45