home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


5. ТРИ ЛУНЫ НА ЗВЕЗДНОМ НЕБЕ

Мне трудно судить о том, что происходило дальше.

Не знаю, как долго я пробыла без сознания.

Под щекой я ощущала жесткую траву, а руками вцепилась в какой-то корень. Я попыталась закричать, но у меня не было сил даже пошевелиться. В сознании промелькнули события душной августовской ночи, показавшиеся мне кошмарным сном. Нужно поскорее снова уснуть и проснуться, уже лежа на мягкой постели в своей квартире, в пентхаузе на крыше небоскреба. Я сильнее зажмурила глаза, но прикосновение к щеке жесткой травы говорило мне, что я больше не в своей квартире, где все мне так близко и знакомо.

Я перевернулась на бок.

В лицо ударил солнечный свет. Он показался мне необычным.

Я приподнялась, упираясь руками в землю, и тут же испуганно вскочила на ноги.

Меня окружал не мой мир, привычный и родной; этот мир был каким-то странным, незнакомым — чужим!

Однако воздух показался мне удивительно чистым, прозрачным. На траве, густой и сочной, празднично сверкали капельки росы. Среди стеблей травы выглядывала желтая головка цветка, покачивающегося на тонкой ножке. Я наклонилась поближе. Я еще никогда не встречала таких цветов. Вокруг расстилалось зеленое поле, но в отдалении виднелись деревья — неожиданно высокие и черные. Еще дальше, в стороне от них, я увидела целый лес — тоже состоящий из деревьев, но не с зеленой или черной кроной, а с желтовато-коричневой, на удивление яркой. Где-то в отдалении слышалось журчание ручья.

Все было очень красивым, но я чувствовала себя испуганной.

Из травы взметнулась в воздух крохотная птичка с малиновым оперением, и я вздрогнула от неожиданности.

Вдалеке, у рощи с желтоватыми деревьями, я увидела неторопливо идущее грациозное животное с такой же коричнево-желтой окраской. Оно было от меня очень далеко, и я не смогла его хорошенько рассмотреть, но мне оно показалось небольшим оленем или газелью. Животное пощипывало траву и вскоре скрылось среди деревьев.

Я оглянулась.

В сотне ярдов от себя я увидела груду искореженного черного металла, глубоко ушедшего в развороченную вокруг землю.

Это все, что осталось от дискообразного корабля.

Я заметила, что у меня на щиколотках уже нет узких полосок металла. Я не знала, когда их с меня сняли.

На мне все еще была одежда, в которой меня поймали: поношенные слаксы и широкая черная блузка. Сандалии я потеряла еще на Земле, когда пыталась убежать от преследовавшего меня малого дискообразного корабля.

При этом воспоминании я снова напряглась и приготовилась бежать куда глаза глядят, но вокруг не было заметно ни малейшего признака цивилизации.

Я почувствовала, что умираю от голода.

Осторожно пробираясь среди высокой травы и поминутно оглядываясь, я отыскала неширокую речку и, наклонившись, зачерпнула воды.

При моем приближении то, что я приняла за качающийся на поверхности цветок, внезапно разлетелось в разные стороны и оказалось стайкой крохотных желтовато-серебристых рыбешек.

Не переставая удивляться, я напилась свежей холодной воды.

Меня не оставляло желание убежать от корабля подальше; где-нибудь непременно должны быть люди, которые мне помогут. Однако корабль казался совершенно мертвым, неподвижным. Над ним беззаботно кружилось несколько ярких пичужек.

Я решила, что мне ничто не угрожает, зато на корабле могли оставаться какие-то запасы провизии.

Очень медленно, осторожно, шаг за шагом я приблизилась к кораблю. Подойдя к нему ярдов на двадцать, я обошла его со всех сторон. Он напоминал бесформенную груду металла — искореженного, разорванного и местами оплавленного.

Признаков жизни на корабле заметно не было.

Тогда я подошла к нему поближе и заглянула внутрь через один из больших разрывов в корпусе. Края металла, образующего разрыв, были оплавлены. Внутри корабля, насколько хватало глаз, все было разворочено. Бегущий изнутри вдоль корпуса корабля трубопровод ощетинился обрывками торчащих во все стороны труб. Разбитые панели управления открывали взгляду обгоревшие платы каких-то сложных приборов и беспорядочное переплетение проводов. Пол был усеян осколками разбитых защитных экранов.

Стараясь о них не порезаться и не зацепиться о рваные края искореженного металла, я, сдерживая дыхание, забралась внутрь корабля.

Здесь, казалось, не было ни одной живой души.

Организация внутренней части корабля поражала рациональностью расположения многочисленных приборов и экономией свободного пространства. Однако сейчас сложная техника представляла собой сплошное месиво развороченного металла, пробираясь среди обломков которого мне нередко приходилось опускаться на четвереньки.

Я обнаружила помещение, служившее, очевидно, рубкой управления. Внутри помещения находились два кресла, расположенные перед широким, во всю стену, экраном. Еще четыре кресла, чуть поодаль, были обращены к бесформенной массе пластика и металла, прежде представлявшей собой, вероятно, панель управления. Машинный зал я не смогла отыскать. По-видимому, он находился в нижней части разрушенного корабля, добраться куда у меня не было никакой возможности. Какая бы сила ни приводила корабль в движение и каким бы оружием ни пользовались пилоты — если, конечно, на борту корабля вообще имелось оружие — управление им производилось именно из этого помещения.

Отыскала я и отсек, где находились прозрачные капсулы из тяжелого, толстого пластика или стекла, внутрь одной из которых на время перелета была помещена и я. Сейчас крышки с капсул были сняты. Все они были пусты.

Внезапно я услышала за спиной какой-то шорох.

Мимо меня пробежало небольшое, покрытое пушистой шерстью существо с шестью ногами.

Я поспешно забралась на торчащие из стены обломки труб и замерла, затаив дыхание.

Зверек скрылся в густой темноте соседних помещений, но я уже не ощущала прежнего спокойствия.

Я никого не обнаружила внутри корабля.

Но где же все люди, которые на нем находились во время перелета? Корабль потерпел крушение, но на нем не было тел погибших. Если после аварии некоторые из членов экипажа остались в живых, куца они делись? Может, они скоро сюда вернутся?

Я снова прошла в центральный отсек корабля и осмотрела проломы в его корпусе. Они показались мне не похожими на результат простого крушения в результате аварии. Таких проломов в корпусе было четыре. Один, в днище корабля, достигал, наверное, футов трех в диаметре. Два других, в боковой части, были размером поменьше. Разрыв, через который я проникла на корабль, был самым большим. Он выглядел так, словно обшивочный лист был сорван и сила взрыва или ударная волна выгнула его края наружу. При этом в самой широкой части разрыв достигал девяти футов, а в самой узкой — никак не меньше четырех. На корпусе наверняка имелись и другие повреждения, но, как мне казалось, большинство из них, вероятнее всего, являлись результатом аварии корабля при соприкосновении с землей. Проломы же в корпусе, и особенно их правильная форма и оплавленные края, наводили на мысль, что корабль, вполне вероятно, подвергся нападению.

Это испугало меня больше всего, и я бросилась искать какие-нибудь запасы провизии или оружие.

Я отыскала комнату отдыха членов экипажа. Здесь я увидела несколько встроенных в стену шкафчиков, большое зеркало и шесть подвесных коек, прикрепленных к стене попарно, одна над другой. Дверцы шкафчиков были разломаны, сами шкафчики — пусты. На одной из кроватей виднелись следы крови.

Я поспешно оставила комнату.

В соседнем помещении находился крошечный камбуз. В дальнем углу, согнувшись, что-то вынюхивало существо величиной со средних размеров собаку. Обернувшись на звук моих шагов, животное подняло хищную морду и злобно зашипело. Длинная жесткая щетина у него на холке и на спине вздыбилась, и животное прямо у меня на глазах увеличилось, казалось, раза в два.

Я испуганно закричала.

Шкура у животного была густая, шелковистая, темно-коричневого цвета, с подпалинами. Налитые кровью глаза пылали злобой. Пригнувшись, словно для прыжка, животное снова оскалило пасть и зашипело, обнажив два ряда близко посаженных острых, как иглы, зубов. С двух пар верхних и нижних клыков стекала густая желтая слюна. У него было четыре ноги, в отличие от того, более мелкого, шестиногого существа, которое встретилось мне раньше. На голове, позади черных, тускло сверкающих глаз, виднелись два толстых рогоподобных отростка.

Животное сидело, нагнувшись над круглым металлическим предметом, который вполне мог служить экипажу корабля тарелкой, миской или другим столовым прибором.

Я снова почувствовала, что умираю от голода.

Нащупав рукой дверцу расположенного рядом с дверным проемом шкафчика, я потянула ее на себя и обнаружила, что на полках шкафчика ничего нет, за исключением нескольких железных кружек. Схватив пять-шесть кружек, стоявших ближе других, я, топая ногами, с истерическими воплями стала бросать их в напряженно замершее в углу животное.

Ударяясь о пластиковое покрытие стен, кружки с грохотом падали на вымощенный металлическими плитками пол.

Животное оскалило зубы и, прижимаясь к полу, бросилось в дверной проем. На мгновение я почувствовала, как его шелковистая шерсть скользнула по моим ногам. Я даже успела заметить его волочащийся по полу длинный розовый безволосый хвост.

Не в силах сдержаться от отвращения, я закричала во весь голос.

Едва животное скрылось в мрачных переходах корабля, я тут же захлопнула за ним двери камбуза.

Немного успокоившись, я открыла все находившиеся в комнате шкафы, ящики и коробки. Все, что было на корабле съестного, было унесено.

Значит, мне суждено умереть от голода!

Я обессиленно опустилась на пол и разрыдалась.

Наплакавшись вволю, я подползла к плоской металлической посудине, из которой ело это отвратительное, мерзкое существо, и, глотая слезы, сдерживая подступающую тошноту, подобрала оставшиеся объедки.

Это было жареное мясо. По вкусу оно напоминало говядину, но по жесткости и волокнистости мяса я поняла, что это нечто другое.

Пальцами, ногтями я соскребла с посудины все остатки еды. На тарелке не осталось ни крошки. Я даже облизала пальцы.

С пола я поднялась несколько окрепшей. Мне все еще хотелось есть, но сил у меня прибавилось.

Я снова обыскала все шкафы. На полках оставалась кое-какая посуда, но я не нашла ни ножей, ни чего-либо, что можно было использовать как оружие.

Тут мне показалось, что я нахожусь на корабле слишком долго. Я не обнаружила тел погибших, но в одном месте, на кровати, в комнате отдыха членов экипажа, мне попались на глаза следы крови. Если после аварии есть оставшиеся в живых, они могут вернуться.

Страх охватил меня с новой силой. В своих поисках съестного я забыла обо всем, даже о собственной безопасности.

Я осторожно приоткрыла двери камбуза и прислушалась.

Снаружи доносились птичьи трели.

Я открыла дверь пошире.

Птичка была маленькой, размером с воробья, но больше напоминала крохотного совенка с торчащими над глазами пучками волос. Крылья и хвост у нее были темно-красного цвета. Она сидела на обломке трубы и при моем появлении окинула меня удивленным, изучающим взглядом. Секунду-другую она смотрела на меня своими черными, навыкате, глазами и затем, словно чего-то испугавшись, быстро взмахнула крыльями и через пробоину вылетела из корабля.

Я тоже поспешила оставить эту мертвую груду железа.

Снаружи все казалось спокойным. Я остановилась и внимательно осмотрелась. За кораблем в отдалении возвышались черные деревья. По левую от меня сторону простирались поля. Еще чуть левее, вдали виднелась роща деревьев с желтоватой кроной, которую я заприметила часом раньше. Солнце на небосводе изменило свое положение, и тени стали длиннее. Судя по всему, день в этом мире клонился к вечеру. Было тепло, но в воздухе ощущалась легкая прохлада. Если на этой планете имелось деление на времена года — без чего природе трудно обойтись, — сейчас, наверное, стояла поздняя весна. Интересно, подумалось мне, как долго здесь продолжается год?

Рядом с кораблем я обратила внимание на примятую траву, словно здесь еще совсем недавно стояли ящики или нечто подобное. В другом месте я обнаружила клок женских волос. Чуть дальше по траве тянулась цепочка темно-бурых следов засохшей крови.

Нужно скорее убираться отсюда!

Я направилась было к темнеющей вдали роще желтоватых деревьев, но ее подавляющая мрачность вызвала у меня непреодолимый страх.

Внезапно с той стороны донесся приглушенный расстоянием хриплый рев какого-то крупного животного.

Это решило мои сомнения. Я побежала по заросшему густой травой полю, протянувшемуся до самого горизонта.

Не успела я отбежать достаточно далеко, как впереди, высоко в небе, я заметила быстро перемещающийся серебристый дискообразный объект. Он приближался, двигаясь в моем направлении. Я бросилась на землю, в траву, и закрыла голову руками.

Секунды тянулись одна за другой, но ничего страшного не произошло.

Я осторожно подняла голову. Серебристый диск опускалcя на землю рядом с обгоревшими остатками черного корабля.

Сам черный корабль в это время пылал ярко-красным светом. Через несколько секунд свечение прекратилось.

Тогда люки на верхней части серебристого корабля открылись, и на землю спустились люди. В руках у них были трубочки или трости — возможно, какое-то неизвестное мне оружие. Они, как и люди с черного корабля, были одеты в туники, но не черного, а ярко-алого цвета. Головы у них были гладко выбриты. Некоторые из этих людей рассыпались вокруг черного корабля, другие с оружием в руках забрались внутрь.

И тут, к моему ужасу, из серебристого диска показалось громадное темно-золотистого цвета шестиногое существо, двигавшееся на четырех длинных задних конечностях и державшееся при этом прямо, высоко подняв крупную голову. У него были большие выпуклые глаза и похожие на антенны длинные усики. Выбираясь из диска, оно двигалось очень ловко, с изяществом и даже грациозно и, спустившись на землю, быстро скрылось внутри черного корабля. Некоторые из людей последовали за ним.

Через минуту, не больше, существо и сопровождавшие его люди снова показались из черного корабля и перебрались на серебристый диск. Люки за ними тут же закрылись, диск беззвучно оторвался от земли и поднялся в воздух на несколько сотен футов. Он облетел останки черного корабля и завис прямо над ними. Внезапно все вокруг озарилось вспышкой невыносимо яркого голубого света, сопровождавшейся волной докатившегося до меня жара. Я поспешно опустила голову в траву. Когда я снова подняла глаза, серебристый диск уже улетел. Не было видно и останков черного корабля. Когда страх у меня улегся, я вернулась к месту его крушения. Земля вокруг на несколько десятков футов была опалена, но от самого корабля мне не удалось отыскать даже следа: ни куска обгоревшего металла, ни мотка проволоки, ни осколков стекла — ничего!

Откуда-то издалека снова донесся рев крупного животного.

Я поспешно оставила это наводившее на меня ужас место и побежала по заросшему травой полю.

Добравшись до речки, из которой я пила утром, я вошла в воду и стала переходить ее вброд. Вода в ручье доходила мне до пояса.

Внезапно что-то ударило, а затем ужалило меня в ногу. Я закричала и, бросившись в воду, поплыла, работая руками и ногами изо всех сил.

Выбравшись на берег, я снова побежала. Должно быть, я бежала, а затем, выбившись из сил, брела в течение нескольких часов.

Наконец я остановилась, чтобы передохнуть. Я упала и утонула в густой, сочной траве. Глаза у меня были закрыты. Внезапно я услышала шелест и каюй-то легкий хруст. Я быстро подняла голову и открыла глаза. Увиденное наполнило меня таким ужасом, чю у меня от страха волосы зашевелились на голове. Растение представляло собой толстую лиану с усиками, покрытую широкими мясистыми листьями. Конец лианы, его безглазая стручкообразная голова, расщепленная посередине, поднималась с земли и медленно раскачивалась из стороны в сторону. В разинутой пасти виднелись неправдоподобно длинные изогнутые зубы-шипы.

Я испуганно вскрикнула и вскочила на ноги. Причудливое растение внезапно рванулось вперед и достало меня. Оно намертво вцепилось мне в штанину на правой ноге. Я изо всех сил дернула ногой, оставляя у него в зубах кусок оторванной материи. Оно бросалось снова и снова, очевидно ощущая мое присутствие по запаху или теплу моего тела. Однако оно было прикреплено к уходящему в землю корню и поэтому не moгло до меня дотянуться.

Меня охватил такой ужас, что я едва могла пошевелиться. Я стояла, закрыв лицо руками, и кричала во весь голос. Вдруг до меня донесся шорох, раздавшийся сзади, у меня за спиной. Я испуганно оглянулась и увидела, как еще одно растение поднимает с земли свою усеянную зубами голову, а рядом шевелится еще одно, и еще одно, и еще…

Не переставая кричать, не разбирая дороги, я бросилaсь прочь отсюда.

Вскоре я выбралась из опасного места.

Я продолжала бежать, а потом идти еще несколько часов.

Стало темно. Заметно похолодало.

У меня больше не было сил. Я упала в траву.

Ночь была темной, ветреной, невыразимо прекрасной. По небу неторопливо плыли силуэты облаков. Я давно успокоилась и зачарованно смотрела на звезды. Никогда еще я не видела таких крупных, таких ярких, сияющих так близко.

“Как красив этот удивительный мир, — подумалось мне. — Как он прекрасен!”

Я лежала на спине, положив руки под голову, и любовалась звездной россыпью, сияющей на черном бархате неба, и тремя полными, заливающими землю желтым мерцающим светом лунами.

Вскоре усталость взяла свое, глаза у меня закрылись, и я забылась тяжелым, тревожным сном.


4. ТРАНСПОРТИРОВОЧНАЯ КАПСУЛА | Пленница Гора | 6. Я СТАЛКИВАЮСЬ С ТАРГО, ОКАЗЫВАЮЩИМСЯ РАБОТОРГОВЦЕМ