home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 8

— Мираж? — изумлённо спросил Логан, оглядев исхудавших, тяжело бредущих товарищей и весь мир вокруг.

После долгого пути пешком по каменной трубе ущелья, по дороге, едва проходимой для лошадей, нелегко было поверить в реальность того, что открылось их глазам. Склон вёл вниз, в довольно широкую долину, ограниченную на западе очередной скальной стеной. И вся долина была заполнена буйной и свежей жёлто-зелёной растительностью, словно речные земли во влажный сезон. Невозможное явление во время Великой Засухи, до золы сжигавшей все. А в самом низу блестела вода — озеро или широкий речной плёс.

Остин устало опустился на корточки, привалился спиной к скале. Хотя уже давно наступили сумерки, он даже сквозь рубаху чувствовал жар камня. Три, четыре, пять дней укрывались они в убежищах и шли только по ночам, пока не вышли к границе Синего района.

На последнем переходе только знания Горгола спасли их от верной смерти. У них кончилась вода, и норби буквально на коленях исползал маленькую забитую песком низинку, словно вынюхивая скрытый источник. Потом он выкопал ямку, воткнул глубоко в песок пустотелую тростинку и чуть не задохнулся, пытаясь высасывать через неё. А в награду за все усилия они получили не больше полуведра солоноватой воды на всех: на людей, на норби и на животных.

И вот перед ними простёрлась эта невероятная долина. Горгол остановился на краю склона и благоговейно сложил руки. Сурра рыкнула и слегка боднула в бок Сторма, словно приглашая его скорее спускаться в оазис, откуда доносились такие приятные и волнующие запахи. Раз кошка с таким нетерпением рвалась туда, значит — это не было ни миражом, ни галлюцинацией. Сейчас Сторм гораздо больше доверял кошке, чем своим чувствам.

Горгол вынул из мешочка на своём поясе что-то вроде карандаша и провёл несколько замысловатых зелёных линий на своих ввалившихся щеках. Такая раскраска мгновенно превратила юное лицо в жуткую маску. Он повернулся к землянину, дал ему возможность полюбоваться на себя, а затем протянул мелок и просигналил.

— Нужно, чтобы сразу было видно, что мы пришли с миром.

— Это для диких?

— Нет. Здесь за нами следят много невидимых глаз. А это знак мира для Небесного Барабанщика.

Остин без колебания взял мелок, провёл на лице положенные линии и передал его Логану. У каждого народа свои обычаи и Горголу виднее, как здесь следует поступать. Краска мгновенно высохла, слегка стянув кожу.

Хоть они и несли на себе теперь знаки мира, но в долину спускались с осторожностью разведчиков на вражеской территории. Сторм заметил, что какие бы перемирия не заключались, но у Горгола явно сквозило недоверие к диким Нитра и каннибалам.

Баку уже летел к воде. Сурра мягко скользила по косогору впереди, почти невидимая в сгущающихся сумерках и только благодаря мысленному контакту Сторм мог следить за ней. Пока вокруг не было ничего подозрительного, но кошка была собрана и насторожена. Люди двигались следом за ней, стараясь стать такими же незаметными.

Если в долине обитали туземцы, то, скорее всего, возле воды. Но им и самим надо было во что бы то ни стало поскорее добраться до воды. Камни косогора ещё не успели остыть, и жар от них чувствительно припекал изнурённые тела.

Сторм заметил, что Горгол на ходу сорвал стебелёк какой-то травы, разжевал его и выплюнул. Землянин попробовал повторить это и выжал несколько капель густого терпкого сока, хоть немного смочившего пересохший рот.

Всю дорогу он машинально высматривал, где здесь Вайдерс мог найти спасательную шлюпку и посадить коптер. В лагере они запеленговали примерно этот район, но теперь нужно было ещё найти обломки машин.

Сторм насторожённо замер и сделал знак, заставивший его спутников остановиться. Сурра предупреждала, что между ними и водой находятся туземцы. Сторм установил контакт с Баку и орёл, поднявшись в воздух, передал ему, что вдоль озера проходит отряд туземных воинов.

Все трое плотно прижались к земле, и Сторм пожалел в душе, что они поспешили раскрасить лица: светящаяся в темноте краска могла сейчас выдать их. Чужие пока не подозревали о них. Сурра доложила, что отряд спокойно уходит на юг, и неслышно последовала за ним. Сторм послал Баку, проследить на всякий случай, куда направляются эти воины.

Вокруг шла обычная ночная жизнь. Обитателям этой долины вряд ли приходилось прятаться днём в убежище даже во время Великой Засухи. И сейчас в траве сновала всякая мелкая живность, шуршащая, пищащая и скребущая. Все это мешало Сторму вслушиваться.

Старая добрая игра; землянину часто приходилось играть в неё на многих мирах во время военной службы. Лежать, уткнувшись носом в землю, воспринимать, запоминать и анализировать всё, что передавали ему его пернатые и пушистые разведчики.

Отряд туземцев отходил все дальше, и дорога к воде была свободна. Сторм подал товарищам знак подняться и в постепенно сгущающейся темноте они направились к озеру.

Они вошли в прибрежные тростниковые заросли, не обращая внимания на тучи маленьких кровопийц, которые окружили их живым туманом. Какое это имело значение, если перед ними была вода, пусть тёмная, с непривычным вкусом и запахом, но настоящая вода. Можно было вдоволь напиться и умыться, даже войти в неё, чувствуя, как сухая шершавая кожа впитывает эту благодать.

Немного очухавшись, они поднялись по косогору, достали и разделили пищевые таблетки.

— Похоже, мы нашли то что искали, — сказал Логан.

— Это вон там, — неожиданно вмешался Горгол, указывая на какую-то точку в северных горах. — Там проходят обряды и оттуда приходит огонь.

— Каким образом? — спросил Остин.

Но Горгол и сам не знал или не мог объяснить. Остин вспомнил вспышку в горах, которую он видел с крыльца поместья и странные колебания воздуха, что последовали за ней. Это напоминало ему что-то, с чем он уже сталкивался, но никак не мог вспомнить, что именно. Во всяком случае, у него не было ни малейшего желания лезть на ту гору и проверять.

Отдохнув, они двинулись вокруг озера. Баку спокойно плыл в чаше ночного неба, Сурра обследовала все по обе стороны от их дороги. Пару раз им пришлось прятаться от проходивших отрядов норби, и только в самом конце ночи они вышли к подножью горы. Грузная громада вздымалась перед ними, закрывая звёздное небо.

И тут до них донёсся звук. Сначала слабый и невнятный, он нарастал и постепенно превратился в гулкий рокот. Барабаны! И не один маленький барабанчик с колдовской властью которого познакомил их Укурти, а множество, растянувшиеся длинной цепью.

— Посёлок! — прокричал Логан прямо в ухо Сторму и все равно голос его был едва слышен в этом громовом рокоте.

«Это где-то восточнее», — подумал Сторм. И ещё он подумал, что эти барабаны наверняка используют для какого-то важного обряда, а значит, в эти последние часы ночи все туземцы заняты, и можно не опасаться случайных встреч.

И тут Сурра передала ему, что нашла коптер. Следуя её указаниям, они вышли на ровную площадку выжженной земли, посреди которой лежала разбитая и искорёженная инопланетная машина. Недалеко от неё виднелся обгоревший труп пилота, с торчащей меж лопаток боевой стрелой.

— Нам надо действовать быстро, пока не настал день. Вайдерс передал, что укроется в пещерах. Попробуем прочесать склон поблизости и найти его.

Они развернулись веером и пошли вверх по косогору. Остин шёл по выжженной полосе и только дивился, какая она длинная и ровная, совсем не похожая на пожарище. Скорее уж, на след луча какого-то инопланетного оружия…

Хиксы? Они орудовали таким излучателем в ту ночь, когда Логану удалось сбежать из их тайной базы в горах. Остин вспомнил, как хиксы тогда сожгли целый табун наворованных лошадей, рассчитывая, что с ними погибнет и беглец, и его замутило. С их точки зрения, игра стоила свеч — ведь беглец слишком много узнал об их планах и, безусловно, был для них опасен. Так что же, ещё одна притаившаяся в горах тайная база хиксов? Что ж, может быть и так.

Выжженная полоса неожиданно оборвалась: только что он шёл по золе сгоревших растений — и вот уже свежая трава и кусты, чуть качающиеся под ветром. Может, огонь шёл снизу и дошёл только досюда? Остин вернулся к разбитому коптеру, прошёл вниз по склону и не нашёл других следов пожара. А если не излучатель, то что ещё могло выжечь землю такими ровными полосами? Продолжая обдумывать эту загадку, Остин автоматически оглядывал все вокруг, отыскивая вход в пещеру.

Ослепительный луч лизнул землю в паре метров перед ним, и кусты тут же превратились в дымные трескучие факелы. Остин отшатнулся, и второй удар пришёлся левее, но язычки огня потянулись по траве прямо к его ногам. Он развернулся и побежал на юго-восток, чувствуя за спиной гул разгорающегося пламени. Прежде он никогда не видел ничего подобного, но почему-то хорошо понимал, что это не природный катаклизм. Нет, всё это было чётко продумано: его загоняли, как животное! Несмотря на волны настигающего жара, по спине землянина пробежал неприятный холодок. Кто-то огненной плетью гнал его, как отбившегося фравна… Но куда?

Он старался смотреть под ноги и по возможности выбрать дорогу, благо разгоревшееся пламя давало достаточно света. Достаточно споткнуться, и потерять темп — и он станет беспомощной добычей разбушевавшейся стихии. Перед ним открылся узкий проход, и землянин, одним прыжком проскочив через него, свалился на другой стороне, беспомощный и задыхающийся.

Немного отдышавшись, он начал обследоваться и тут, словно предупреждая, в землю прямо перед ним вонзилась стрела. Остин подтянул ноги, собрался в комок, готовый при первом удобном случае выскочить из ненадёжного укрытия. Но сейчас выход закрывал не только огонь, но и подбегавшие туземцы.

Эти воины сильно отличались от норби равнин: низкорослые, не выше среднего землянина, с рогами выкрашенными в густой чёрный цвет. Лица их тоже были раскрашены черным, но не простым крестообразным узором, как разрисовался Гор-гол, а замысловатыми изломанными линиями.

И если в первые секунды Остин ещё мог надеяться прорваться и сбежать, то теперь было поздно. Прямо перед отверстием появился туземец, отчётливо видимый на фоне пламени, с безотказным оружием охотника — сетью, сплетённой из обработанных особым образом корней местного растения. Даже разъярённая йорис, запутавшись в ней, становилась совершенно беспомощной. И так же беспомощно барахтался сейчас под сетью Сторм.

Спелёнутого как младенца его принесли в деревню у подножья горы. Сторма поразило, что здесь не было обычных для норби лёгких, крытых шкурами шатров. Все дома были построены основательно, из мощных старых брёвен, и покрыты высокими плетёными крышами.

Откуда-то появился местный барабанщик, одетый в рубаху украшенную яркими зелёными перьями, с ломаными красными зигзагами на груди. И барабан, в который он негромко постукивал, сопровождая процессию, тоже был красный.

Вдоль дороги горели странные бледно-голубые факелы. Землянина занесли под одну из плетёных крыш и грубо свалили на утоптанный земляной пол.

Помещение было не похоже на жилой дом, скорее на какой-то храм. Сторм попытался оглядеться и разобраться. В центре комнаты, в специально выкопанной яме горел огонь, такой же голубой, как и факелы у дороги. На некотором расстоянии от стен шёл ряд высоких деревянных столбов. Между ними были натянуты верёвки с подвешенными к ним непонятными высохшими предметами.

И тут его осенило: это же Дом Грома! И на верёвках развешаны трофеи — головы и руки врагов! Остин не раз слышал, что так поступают дикие горные Нитра. Но само строение было значительно больше и много древнее, чем любое туземное строение на Арцоре. Землянин лихорадочно ворошил память, выискивая всё, что он знал о Нитра и сравнивал с тем, что видел здесь.

Воины осторожно обошли яму с огнём, дали Остину выпить из чаши какой-то настой, похоже, лёгкий наркотик и приказали лежать спокойно и ждать своего часа.

Скорее всего, это место было вотчиной колдунов — он всё время слышал совсем рядом их барабаны. Так же, по древним обычаям, селились и норби равнин: на севере посёлка — жилища колдунов, на юге — дом вождя клана.

Остин прикрыл глаза и попробовал установить контакт со своей командой, но наткнулся на гулкую пустоту — ни следа Баку или Сурры. Он даже не понимал, что могло блокировать контакт. Расстояние? Какой-то барьер? Он никак не мог дотянуться ни до орла, ни до кошки.

Это вызывало уже не просто тревогу, а настоящий страх. Если человек готов хвататься за соломинку, он может всерьёз испугаться, если и эта соломинка вырывается из рук.

Сторм с трудом перевёл дыхание. Он давно считал свою команду как бы частью самого себя, во всём на неё надеялся и полагался, и сейчас, когда никто не ответил на его зов, он почувствовал себя преданным и обманутым. Он так глубоко ушёл в эти мысли, что с трудом пришёл в себя, когда в полутьме Дома Грома началась какая-то суета. Он повернул голову, насколько позволяла гибкая сеть, и осмотрелся.

Группа туземцев принесла ещё одного пленника, и ритм барабана зазвучал вполне понятным торжеством. Через минуту отчаянно бьющийся в сетях пленник был брошен на пол рядом с Остином.

— Остин!

Сторму пришлось хорошенько приглядеться, прежде чем он узнал под этой раскрашенной маской Логана.

— Я здесь, — отозвался он. — А Горгола тоже поймали?

— Не знаю. Я не видел его с тех пор, как отошёл от коптера. Прямо передо мной вспыхнул огонь, я бросился вниз и угодил в сеть, натянутую между деревьев. А там уже поджидали эти…

«Как просто, — подумал Сторм. — Просто и очень точно рассчитано. Может, они заловили и Вайдерса, и тоже держат где-то здесь? Но чего ради надо было устраивать на горе эту огненную ловушку? Чтобы ловить тех, кто пытается подняться?

— Да, и ещё… — прервал его размышления Логан. — Прежде чем началась вся кутерьма, я успел увидеть эту штуку.

— Какую?

— Спасательную шлюпку, как мне показалось. По ней не скажешь, что она потерпела крушение: лежит себе целёхонькая, словно у себя на космодроме… по крайней мере, на первый взгляд.

— Но ты же не успел её осмотреть?

— Нет, — признался Логан. — Я даже близко не подходил. Кое-что мне там очень не понравилось.

— Что такое?

— Там, прямо вокруг шлюпки, навалено всякое барахло — копья, стрелы, шкуры, цветы. А ещё — туша лошади с проломленной головой и перерезанным горлом.

— Похоже на жертвоприношение.

— Может быть. Это потому, что шлюпка спустилась с неба? Они же никогда не видели космических кораблей.

— Возможно. Но тогда непонятно, почему они напали на коптер, который тоже спускался с неба? — возразил землянин. — Раз они никогда не видели космических кораблей, то чем для них один может отличаться от другого?

«Если только, — мелькнуло у него в голове, — они не чувствуют разницу между космическим кораблём и просто воздушным транспортом.»

— А может, они выходили на равнины и видели там коптеры. Тогда они знают, что это просто инопланетная машина, а вот космическая шлюпка — это нечто другое. — Логан, видимо, тоже размышлял об этом.

«А может, — внезапно подумал Сторм, — они смогли договориться с космонавтами из этой шлюпки? Это объясняет и появление излучателя».

Логан за это время успел оглядеться и уверенно сказал:

— Нас притащили в Дом Грома.

— Мне тоже показалось, что это похоже на Нитра, — заметил Остин. — Ты согласен?

Логан, пожалуй, лучше всех знал туземцев Арцора. Он вернее, чем кто-либо другой мог предположить, чего ради их поймали и что их ждёт. Несмотря на различия, в обрядах и обычаях всех туземцев на Арцоре было много общего. Вот и в этом далёком племени Логану многое было знакомо.

— Они придерживаются обычаев Нитра, — уверенно сказал он. — Видишь два возвышения: одно на севере — для колдуна, другое на юге — для вождя. И две двери — одна на восток, другая на запад. И посмотри, как проходят здесь охотники. Видишь, они обходят каждую колонну? Это делают, поклоняясь Великим силам. А вот и Барабанщик! Теперь смотри внимательно.

Барабанщик возник возле ямы с огнём в неестественном голубом свете факелов, он негромко, одной рукой, выстукивал что-то на барабане. Свободной рукой он бросил в воздух над огнём что-то лёгкое и белое, и оно кружилось и парило в тёплых потоках, пока не поднялось вверх и не исчезло в темноте над крышей.

— Молитвенные перья, — объяснил Логан. Потом он с уважением оглядел засушенные руки и головы. — А это все военные трофеи и развешаны они по правилам голуборогих.

— Смотри, — требовательно перебил его Сторм. — А так барабанщик Нитра тоже делает?

Колдун теперь подошёл к самому огню и опустил свой барабан. Медленным тяжёлым взглядом он обвёл всех сидящих вокруг туземцев, потом вынул из-под рубахи шнурок с подвешенной на нём довольно длинной трубкой. Она сверкала и переливалась, словно не отражала пламя костра, а светилась собственным огнём.

Барабанщик торжественно и величаво направил её на все стороны света поочерёдно, начиная с севера. Потом он направил один конец прямо в яму с огнём. Сверкающий луч вырвался из трубки и в воздухе над костром заплясали какие-то разноцветные искры, переливающиеся подобно крохотным бриллиантам. Внезапно они застыли очертив яркую и чёткую картину.

— Пять звёзд! — выдохнул Логан.

Картина сменилась новым мельтешением, затем обрисовался треугольник, потом круг, и наконец снова собрались в луч, исчезнувший в пламени костра.

— Нет, Нитра такого не делают! — потрясённо прошептал Логан.

— И другие норби тоже, — мрачно отозвался Сторм. — Хоть я никогда не видел ничего такого, но могу тебе поклясться, что штучка эта инопланетная!

— Снова хиксы? — жёстко спросил Логан.

— Не знаю. Но мне кажется, скоро мы с ними познакомимся.


Глава 7 | Повелитель грома [Бог грома] | Глава 9