home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава XII

Пикник

Бет более других бывала дома, и сестры решили, что лучшего почтмейстера им не найти. Бет это занятие пришлось по вкусу: ей нравилось вынимать из ящика новые поступления и разносить их адресатам. И вот однажды Бет явилась в дом с таким обилием посылок, что ей едва хватало рук.

– Это тебе, Марми. Лори никогда не забывает послать тебе цветы.

Бет водрузила в вазу с водой свежий букет и поставила в «уголок Марми».

– А вам, мисс Мег, письмо и перчатка, – продолжала Бет.

Подойдя к старшей сестре, которая сидела рядом с матерью и подшивала рубашку, она вручила и то и другое послание.

– Ничего не понимаю, – сказала Мег, с грустью посмотрев на перчатку. – Почему только одна? Я ведь забыла у Лори пару перчаток. Может, ты уронила по дороге?

– На почте была только одна перчатка, – решительно возразила Бет.

– Ненавижу разрозненные перчатки. Одна надежда, что вторая все-таки найдется. Ага! А в письме нет ничего, кроме перевода немецкой песенки. Почерк не Лори. Наверное, это мистер Брук перевел.

Миссис Марч взглянула на Мег. Новое летнее платье очень шло дочери, а тщательно завитые волосы придавали ее красивому лицу особенное очарование. Миссис Марч пришла к выводу, что старшая дочь очень женственна.

А Бет уже направилась в маленькую комнату, где Джо оборудовала себе кабинет. Она уходила туда каждое утро после завтрака и посвящала себя литературному труду.

– Магистр Джо, вам целых два письма, шляпа, занявшая пол-ящика, и какая-то книга.

– Ну и Лори! – воскликнула Джо, увидев старомодную соломенную шляпу с широкими полями. – Где он разыскал эту реликвию?! Стоило мне сказать, что сейчас не носят таких шляп, и вот, пожалуйста. Он, наверное, думает, что я постесняюсь надеть ее. Дудки! Такие поля прекрасно защищают лицо от солнца. Обязательно надену, как только мы опять поедем на лодке. Вот тогда Лори убедится, что мне плевать на моду!

Ну а пока до катания на лодке дело не дошло, Джо водрузила видавшую виды шляпу на голову гипсового Платона и принялась за письма. Первое оказалось не письмом, а запиской. Прочтя ее, Джо очень обрадовалась. Похвалы миссис Марч (а записка была от нее) по поводу усилий, которые предпринимала Джо, чтобы обуздать вспыльчивость, пришлись как нельзя кстати. Ведь Джо казалось, что никто из домашних не замечает, каких трудов ей стоит держать себя в руках. Но Марми, оказывается, все видела.

В другом конверте было послание от Лори, написанное размашистым почерком.

«Приветствую Вас, мой добрый приятель Джо! Сим имею честь сообщить о предстоящем предприятии увеселительного характера, кое в ближайшее время намеревается устроить Ваш покорный слуга и приятель. Завтра ко мне прибудут несколько мальчиков и девочек – англичан, по каковому случаю я, если погода будет благоприятствовать, намереваюсь отправиться на Большой луг. Там я разобью палаточный лагерь. Мы переправимся всей компанией на лодках, поиграем в крокет, а потом разожжем костер и, по примеру заправских кочевников, приготовим себе еду. Мои гости – отличные ребята. Они обожают приключения, а значит, нам будет весело. Брук поедет с нами и будет следить, чтобы мальчики чего не натворили. За девочками надзор осуществляет Кэт Вон. Мне очень хочется, чтобы Вы и Ваши сестры отправились с нами. И Бет пусть обязательно едет. Скажите ей, Джо, чтобы она не стеснялась: тут все свои, и можно вести себя совершенно запросто. О еде и прочем даже думать забудьте, все уже готово, это уж моя забота. Единственное, что от вас требуется, – принять участие в пикнике и не опаздывать.

За сим позвольте впопыхах Вас поприветствовать, так как в связи с вышеизложенным у меня появилось множество дел.

Навеки Ваш Лори».

– Вот это да! – в восторге воскликнула Джо и бросилась в гостиную поделиться новостью с Мег. – Марми, нам обязательно нужно поехать, – принялась она уговаривать миссис Марч. – Не можем же мы бросить Лори одного! У него гости, и наверняка ему потребуется наша помощь. Мег приготовит завтрак, а я буду грести. Да и Бет с Эми на что-нибудь сгодятся.

– Надеюсь, эти Воны не какие-нибудь светские зануды. Ты что-нибудь о них слышала, Джо? – спросила Мег.

– Только то, что их четверо. Кэт немного старше тебя, Фред и Фрэнк – близнецы, мои ровесники, а Грейс, младшей сестре, не то девять, не то десять лет. Лори познакомился с ними, когда жил за границей. С мальчиками он дружит, а Кэт, по-моему, не очень симпатизирует. Когда он мне о ней говорил, у него вдруг сделалось такое кислое лицо.

– О, у меня как раз есть подходящее платье. Как хорошо, что оно чистое. Оно мне вроде к лицу. А у тебя-то, Джо, что-нибудь найдется приличное?

– Красно-серый костюм для гребли. Лучшего и не надо. Я ведь буду грести, мне некогда следить за юбкой. Бет, а ты поедешь?

– Если только эти незнакомые мальчики не будут со мной разговаривать.

– Не будут, – успокоила Джо.

– Ну, тогда хорошо. Мистера Лори я не боюсь. С ним я с удовольствием поеду. И мистера Брука не боюсь. Но я не собираюсь ни играть, ни петь, ни разговаривать с чужими. А помогать буду.

– Тогда поедем. Не бойся. Никто не будет с тобой разговаривать насильно, – заверила Джо.

– А мне по почте прислали коробку драже в шоколаде и картинку, которую я давно хочу перерисовать, – вдруг похвасталась Эми.

– А мне прислал записку сам мистер Лоренс, – не осталась в долгу Бет. – Он просит, чтобы я, пока не стемнело, зашла и поиграла ему. Пожалуй, сейчас и пойду.

И Бет, чья дружба с мистером Лоренсом-старшим крепла день ото дня, поспешила к соседям.

– Ну, если с пикником все решено, предлагаю всем поработать сегодня вдвойне. Тогда завтра мы можем отдыхать с чистой совестью.

Стремясь подтвердить слова делом, Джо моментально сменила орудия литератора на веник с совком и принялась мести пол в гостиной.

К пикнику девочки начали готовиться с вечера. Когда на следующее утро яркое солнце осветило их спальни, несхожесть характеров четырех спящих сестер проявилась с такой очевидностью, что об этом следует сказать хоть несколько слов.

Каждая из девочек готовилась к празднику по-своему. Стремясь, чтобы волосы лежали как можно лучше, Мег всю ночь проспала в папильотках. Джо, у которой, после того как она обгорела на солнце, лицо приобрело пунцово-красный оттенок, спала с густым слоем крема от ожогов на щеках и на лбу Она надеялась, что к утру краснота хоть немного сойдет. Бет, стыдясь, что придется оставить одной больную куклу Джоанну, взяла ее к себе в постель и спала с ней в обнимку. Эми пошла на самые радикальные меры в преддверии пикника. Она прицепила на нос прищепку для белья и спала в полной уверенности, что пробудится с носом, гораздо более изящным, чем накануне.

Яркий луч солнца осветил подушку Джо, и она первой открыла глаза, тотчас заметив хитроумное приспособление Эми. Девочка громко расхохоталась, и смех ее разбудил остальных.

Веселое пробуждение показалось всем добрым знаком, и, вскочив с постелей, сестры с удвоенной энергией принялись готовиться к пикнику.

Бет была готова первой. Пока остальные наводили последний лоск, она, стоя у окна, которое выходило в сад Лоренсов, рассказывала о том, что происходит на улице:

– Идет человек с палаткой. Миссис Баркер упаковывает еду в плетеные корзины. А вот мистер Лоренс. Глядит на небо. Теперь – на флюгер. Жалко, что он не поедет с нами. Лори, Лори вышел! На нем морской костюм. Ему очень идет. Ого! Подъехал экипаж, в нем куча народа. Высокая леди, девочка и двое противных мальчишек. Ой, один мальчик на костылях. Бедный! Лори ничего не говорил об этом. Девочки, ну скорее же! Опоздаем! Смотрите, Нед Моффат тоже приехал! Мег, это ведь тот самый, который раскланялся с тобой, когда мы ходили в магазин?

– Тот самый, Бет. Только Лори не предупреждал, что он тоже будет. Я думала, он уехал в горы. А вот и Салли. Хорошо, что она вернулась! – воскликнула Мег и еще больше засуетилась. – Ну-ка, Джо, посмотри на меня. Как я тебе?

– Свежа, как роза. Только подтяни чуть-чуть юбку и поправь шляпу. В шляпе набекрень у тебя вид чересчур томный. А если подует ветер, твоя шляпа улетит далеко-далеко. Так что поправь ее. Ну, пошли!

– Да ты смеешься, Джо, – возмутилась Мег, взглянув на сестру. – Неужели ты действительно собираешься идти в этой дурацкой шляпе? Как ты не понимаешь: Лори прислал ее тебе в шутку. Или ты хочешь, чтобы все смеялись над тобой?

– Пускай смеются, – твердо сказала Джо, – я все равно не собираюсь ее снимать. Мне надоело обгорать на солнце. А с такой защитой никакая жара не страшна. К тому же она очень удобная и легкая. В общем, можешь не уговаривать. Я так решила.

И, не тратя времени на дальнейшие пререкания, Джо направилась к выходу. Остальные поспешили за нею следом.

Едва завидев праздничное шествие сестер Марч, Лори бросился навстречу и препроводил их на лужайку перед домом, где собрались все гости. Он представил вновь прибывших в столь лестных выражениях, что сестры зарделись от гордости и смущения.

Мег очень боялась, что рядом с Кэт будет выглядеть замарашкой. Однако она напрасно волновалась. Несмотря на свои двадцать лет и немалые возможности, Кэт одевалась очень просто. «Хорошо бы некоторым нашим девушкам позаимствовать английскую манеру одеваться. Они бы от этого только выиграли», – удовлетворенно подумала Мег.

Джо, напротив, совершенно не одобрила Кэт. Одного взгляда на незнакомку оказалось достаточно, чтобы Джо назвала ее чопорной кривлякой. «Ну, теперь-то мне ясно, почему Лори скорчил такую кислую мину», – подумала она.

Бет неожиданно обнаружила, что братья-близнецы совсем не ужасные. В особенности ей понравился тот, что на костылях. Она тут же решила, что он нуждается в сострадании, и поклялась весь день опекать его.

Эми сошлась с Грейс, которую сочла очень приятной и благовоспитанной девочкой.

Палатка, продукты и крокетные принадлежности отправили загодя, и теперь вся компания могла ехать налегке. Погрузились в две лодки. Мистер Лори-старший стоял на берегу и махал им вслед. В первой лодке гребли Лори и Джо, во второй – мистер Брук и Нед. Один из близнецов предпочел свой способ передвижения – на плотике. При этом он проявил немало энергии и воли и изрядно пугал всех гребцов, то и дело оказываясь в опасной близости с лодками. Если он поставил целью выкупать всех участников пикника в воде, то, казалось, его намерение вот-вот сбудется.

Солнце припекало все сильнее, и Джо внутренне торжествовала победу. Шляпа не только защищала ее от палящих лучей, но и служила неким подобием веера. Широкие поля колыхались и обдували разгоряченную греблей Джо спасительным ветерком. «А если пойдет дождь, моя шляпа защитит от воды лучше любого зонта», – подумала Джо, продолжая энергично работать веслами.

Кэт с любопытством наблюдала за ней: какая девочка! Все в Джо удивляло Кэт. Когда Джо уронила весло и по-мальчишески крикнула: «Христофор Колумб!» – Кэт чуть не подпрыгнула от удивления. Когда же Лори, случайно наступив Джо на ногу, спросил: «Я не ушиб вас, дружище?», Кэт широко раскрыла глаза и, затаив дыхание, ждала, что же последует дальше. Ее изумление лишь возросло, после того как Джо, совершенно не удивившись такому обращению, ответила:

– Все в порядке, старина!

После этого Кэт ничего больше не оставалось, как отнести Джо к разряду эксцентричных особ. Однако, понаблюдав еще немного, она пришла к выводу, что, несмотря на странные выходки, Джо обладает недюжинным умом. И когда взгляды их в очередной раз встретились, Кэт поспешила одарить Джо приветливой улыбкой.

Мег сидела в лодке, где гребли мистер Брук и Нед. Гребцы усадили ее лицом к себе и могли теперь беспрепятственно любоваться ею. Видимо, это занятие их вдохновляло: они гребли, не щадя сил, и не упускали случая продемонстрировать свою ловкость.

Маленькие женщины

Мег давно нравился мистер Брук. Немногословный, прекрасно воспитанный, он казался Мег воплощением серьезности. Его прекрасные карие глаза как будто освещали все его существо. Его образованность поражала ее. Но пока они плыли в лодке, мистер Брук и двумя словами не перемолвился с Мег. Зато он не сводил с нее глаз, и она имела полную возможность убедиться, что ее внешность не внушает ему отвращения.

Нед вел себя более свободно, то и дело напоминая, что учится в колледже. Как все первокурсники, он очень гордился своей принадлежностью к студенческой братии. При всей кичливости и явно невеликом уме, Нед был прекрасным человеком. Компанейский, добрый, веселый – без таких не обходится ни одно увеселительное мероприятие.

Салли Гардинер предпринимала титанические усилия, чтобы не измять и не запачкать нарядное белоснежное платье. Удивительно, как ее хватало на болтовню с Фредом Боном, который своими эксцентричными выходками довел Бет чуть ли не до белого каления.

Хотя до Большого луга было совсем недалеко, к тому времени как путешественники пристали к берегу, палатку успели разбить, а крокетные ворота ждали начала игры.

– Добро пожаловать в лагерь Лоренса! – торжественно объявил Лори, первым сойдя на сушу. – Мистер Брук у нас командир, я его помощник, остальные – офицеры. Дамы – гости нашего лагеря. Палатка приготовлена специально для них. Под этим дубом у нас будет гостиная, чуть дальше – столовая, а там кухня. Предлагаю, пока не слишком жарко, сыграть в крокет. После игры займемся обедом.

Разойдясь по сторонам крокетного поля, Фрэнк, Бет, Эми и Грейс принялись наблюдать за игрой остальных участников пикника. Мистер Брук и Лори стали капитанами. В команде мистера Брука играли Мег, Кэт и Фред, у Лори – Салли, Джо и Нед. Англичане играли прекрасно, с таким самопожертвованием, словно решался вопрос жизни или смерти. Но тут Джо заметила, что Фред сжульничал. Случилось это в тот момент, когда она, пройдя последние ворота, неожиданно промахнулась. Собственная оплошность очень ее раздосадовала. Но тут она заметила, что Фред, который находился сзади нее, ударил по шару. Шар стукнулся об опору ворот и откатился на другую сторону. Оглядевшись по сторонам, Фред убедился, что все противники, кроме Джо, далеко, и незаметно подправил шар.

– Я прошел! – торжествующе заявил он. – Пропустите меня, мисс Джо. Я могу еще раз ударить!

Юный джентльмен уже занес молоток над шаром, но Джо заявила:

– Не воображайте, что я ничего не заметила. Вы же подправили шар.

– Не подправлял я его, он сам откатился. Честное слово! Я не нарушал правил. Отойдите, пожалуйста. Я хочу пробить.

– Вообще-то у нас в Америке не принято жульничать, но если вам так угодно… – сердито проговорила Джо.

– Ну, про янки-то нам, положим, все известно. Таких плутов больше нигде не сыскать, – ответил Фред и изо всей силы ударил по шару.

Шар откатился далеко в траву. Джо раскрыла рот, чтобы сказать Фреду все, что он заслужил своим поведением, но в последний момент сумела взять себя в руки и промолчала. Покраснев от ярости, она пнула изо всей силы ногой по воротам и почувствовала, что гнева несколько поубавилось. Тем временем Фред, совершенно не смутившись, пробил по шару и торжествующим тоном возвестил, что выиграл. А Джо отправилась за мячом и долго не могла отыскать его в высокой траве. Наконец шар нашелся, и Джо, вернувшись на площадку, стала терпеливо ждать своей очереди, чтобы снова вступить в игру. После нескольких метких ударов она смогла дойти до прежнего места. Но пока она шла, почти все члены команды мистера Брука кончили игру. На поле оставалась только Кэт, да и та почти дошла до края.

– Ну, все! Держись, Кэт! – завопил Фред. – Я ведь отбил ее шар. Сейчас она мне отомстит.

– Плуты янки любят прощать врагов, – ответила Джо и наградила Фреда таким взглядом, что тот покраснел.

Обойдя шар Кэт, она точно ударила по своему и выиграла партию.

Лори подбросил вверх шляпу, но, вовремя вспомнив, что не имеет права ликовать по поводу проигрыша гостей, подавил восторженный клич. Он лишь позволил себе наклониться к самому уху Джо и прошептать:

– Молодчина! Я видел, как он сжульничал. Мне неудобно было вмешиваться, но теперь я уверен: он больше не будет.

А Мег, делая вид, что хочет поправить Джо прическу, отвела ее в сторону и тихо сказала:

– Он вел себя просто по-свински. А тобой я горжусь, Джо. Сдержаться в такой ситуации! Я бы, наверное, не смогла.

– Не надо меня хвалить, Мег. Мне и сейчас хочется стукнуть его как следует. Я бы не удержалась, если бы не пришлось искать мяч в траве. Пока искала, я чуть-чуть успокоилась. Но ему лучше не подходить ко мне.

Джо сердито закусила губу и кинула в сторону Фреда испепеляющий взгляд. Если он не превратился в горстку праха, то лишь благодаря широким полям чудодейственной шляпы Джо, которая, как известно, смягчала и водную, и тепловую стихии.

– Самое время для ленча, – взглянув на часы, объявил мистер Брук. – Помощник командира! – обратился он к Лори. – Приказываю вам развести костер и натаскать воды, а мы вместе с мисс Марч и мисс Салли накроем на стол. Кто-нибудь умеет варить кофе?

– Джо умеет! – испытывая чувство семейной гордости, ответила Мег.

Джо решила рискнуть. С достопамятного званого обеда она регулярно упражнялась на кулинарной ниве и, полагая, что хоть чему-то научилась, смело взялась за кофейник.

Дети собирали хворост, юноши складывали костер и носили воду, которую набирали из бившего неподалеку ключа.

Мисс Кэт рисовала, Фрэнк беседовал с Бет, а та плела из камыша что-то вроде салфеток, которыми во время ленча все могли бы воспользоваться как тарелками.

Вскоре главнокомандующий и вверенные его мудрому попечению офицеры расстелили скатерть и уставили ее таким впечатляющим количеством закусок и напитков, что у всех тут же пробудился бешеный аппетит. Вот почему стоило Джо объявить, что кофе готов, как дамы и офицеры в мгновение ока расселись вокруг скатерти и принялись уничтожать закуски со всей энергией и энтузиазмом молодости.

Свежий воздух, прекрасная погода, аппетит, пробудившийся после перехода на лодках и игры в крокет, ленч на траве – все это было внове, и лагерь Лоренса то и дело оглашался восторженными криками, которые очень смущали почтенную лошадь, чинно пасущуюся на лугу.

Скатерть постелили прямо на траву. Поверхность оказалась на удивление неровной, и это порождало множество неудобств. Чашки и тарелки опрокидывались, в молоко сыпались желуди, едой без приглашения лакомились маленькие черные муравьи, а с деревьев свешивались пушистые гусеницы и с любопытством взирали на пиршество. Из-за ближайшего забора за лагерем Лоренса наблюдали три светловолосые головки, а на другом берегу появилась собака и изо всех сил принялась облаивать веселую компанию.

Лори протянул Джо блюдо с ягодами.

– С чем предпочитаете, с солью или с сахаром? – спросил он.

– Вообще-то я больше люблю с пауками, – ответила Джо, вытаскивая из сливок сразу двух утонувших паучков. – Я бы на вашем месте постыдилась напоминать об этом ужасном обеде. Тем более, что ваш удался на славу.

Тут они весело рассмеялись и, так как посуды на всех не хватало, принялись уплетать ягоды прямо из блюда.

– Был прекрасный званый обед, – продолжал Лори. – Никогда я еще так не веселился за едой. Вот и вспоминаю с удовольствием. А мой обед… Я ведь его не делал. Это, собственно, и не мой обед, а ваш, Мег и Брука. Так что можете благодарить самих себя. Меня волнует, что мы будем делать, когда больше не сможем есть? – спросил Лори.

Теперь, когда ленч подходил к концу, а день еще был в самом разгаре, Лори вдруг сообразил, что не удосужился придумать никаких развлечений, кроме крокета и трапезы на лоне природы.

– Пока не спадет жара, будем играть в какие-нибудь спокойные игры. Я кое-что знаю, но, может быть, мисс Кэт научит нас какой-нибудь новой игре? Подойдите к ней и спросите. Она ведь гостья, нам следовало бы уделять ей побольше внимания.

– А вы разве не гостья? Я-то думал, что ее будет развлекать мистер Брук, но он не отходит от Мег. Кэт только и остается, что наводить на них свой лорнет. Я и сам собирался к ней подойти, и нечего меня учить правилам хорошего тона. Тем более, что вы в них не сильны.

Оказалось, что мисс Кэт действительно было чем поделиться по части игр, и, когда все насытились, общество удалилось, чтобы сыграть в «чепуху».

Кэт с важным видом принялась объяснять правила:

– Кто-нибудь начинает рассказывать историю. Первое, что придет в голову. На самом интересном месте он останавливается, а продолжать должен другой. Потом он тоже останавливается, подхватывает третий, и так далее. Если хорошо играть, может получиться очень смешно. Прошу вас, мистер Брук, начинайте, – приказала она.

Тон Кэт очень удивил Мег, сама она относилась к учителю с большим почтением, как, впрочем, к любому джентльмену. Однако мистер Брук, примостившийся на траве подле девушек, воспринял такое обращение совершенно нормально. Бросив взгляд на реку, блестевшую под солнцем, он покорно начал рассказ:

– Жил-был рыцарь. У него не было ничего, кроме щита и меча, и вот отправился он бродить по свету. «Вдруг, – думает, – счастье найду?» Он странствовал целых двадцать восемь лет, но счастье так ни разу и не улыбнулось ему. Добрел он до королевства, где правил старый добрый король. Король обещал награду тому, кто объездит великолепного, но непослушного молодого коня, которого сам он очень любил. Рыцарь вызвался это сделать. Человек он был отчаянный и постепенно сумел приручить норовистого скакуна. Несмотря на вольный нрав, конь вскоре привык к новому хозяину. Объезжая его, рыцарь каждый день скакал через весь город и внимательно глядел по сторонам в надежде увидеть прелестное лицо, которое множество раз являлось ему во сне. И вот однажды, проезжая мимо развалин древнего замка, он увидел в окне то самое прекрасное лицо. Рыцарь очень обрадовался и стал расспрашивать, кто живет в этом замке. Вскоре выяснилось, что тут держат пленных принцесс. Их заколдовали, и теперь они целыми днями прядут пряжу, чтобы накопить денег и заплатить выкуп за свободу. Рыцарю захотелось освободить несчастных девушек. Но у него не было денег, чтобы заплатить выкуп колдуну. Он мог себе позволить только вновь и вновь проезжать мимо окна замка, чтобы увидеть прекрасную девушку. Наконец он решил, что войдет в замок и спросит у девушки, чем может помочь ей. Он подошел к двери, постучался и, когда ему открыли, увидел…

– Очаровательную особу, – подхватила Кэт, обожавшая французские романы. – Едва завидев рыцаря, она всплеснула руками: «Наконец-то!» «Это она!» – вглядевшись в ее лицо, воскликнул граф Густав и в восторге преклонил пред ней колени. «Встаньте», – взмолилась она. «Нет! – твердо ответствовал он. – Не встану, моя госпожа, до тех пор, пока вы не скажете, что мне делать, чтобы вызволить вас отсюда». «Увы, – вздохнула прелестная особа, – злая судьба повелела сидеть мне в заточении, пока мой тиран не будет повержен». – «Кто ваш тиран и где он?» – «В сиреневом зале. Ступайте туда, отважный рыцарь, и спасите меня». – «Слушаюсь и повинуюсь, дама моего сердца. Я умру или вернусь с победой!» – с этими словами он ринулся вперед. Распахнув дверь в сиреневый зал, он собирался войти, как вдруг…

– Страшный удар по голове едва не свалил его с ног, – продолжил Нед. – Какой-то старик в черном треснул его изо всех сил толстым греческим словарем. Но отважный сэр – забыл, как его звали – тут же оправился, бросился на тирана и выкинул его вместе с греческим словарем в окно. Дверь наружу оказалась заперта. Тогда наш смельчак сорвал с окна занавеску и изготовил из нее веревочную лестницу. Стал он спускаться, а лестница лопнула, и наш смельчак полетел с огромной высоты вниз головой и плюхнулся в ров, наполненный водой. Но он не утонул, потому что плавал не хуже утки. Он плыл, пока не увидел маленькую дверцу. Ее охраняли двое здоровенных детин. Смельчак схватил их за головы и стукнул лбами так сильно, что раздался треск, будто кололи орехи. Потом разломал дверь, за которой оказались покрытые пылью ступени. На ступенях сидели жабы, каждая величиной с кулак, и пауки, такие противные, что вы, мисс Марч, наверняка бы лишились чувств от ужаса. А когда наш доблестный рыцарь поднялся по этой жуткой лестнице, он столкнулся с таким, что у него перехватило дыхание и кровь застыла в жилах…

– Он столкнулся, – вступила в игру Мег, – с каким-то высоким существом. Все в белом, лицо укрыто густой вуалью. В иссохшей руке оно держало лампу. Существо поманило доблестного рыцаря и двинулось по длинному и темному коридору. Оно скользило совершенно бесшумно, словно не ступало по полу. По сторонам стояли статуи в латах, царило мертвое молчание. От лампы в руках струился синий свет, а сам призрак то и дело оборачивался к рыцарю, пугая его потусторонним блеском глаз, которые виднелись даже через вуаль. Они дошли до двери с занавеской, из-за которой слышалась музыка. Рыцарь хотел войти туда, но призрак подскочил к нему, оттащил назад и угрожающе взмахнул…

– Табакеркой! – так мрачно произнесла Джо, что все покатились со смеху. – «Очень кстати», – сказал рыцарь и взял из табакерки щепотку табаку. Он понюхал и семь раз подряд так громко чихнул, что голова его отвалилась. Призрак дико захохотал. Потом глянул в щелку двери на принцесс, которые пряли не переставая, и удовлетворенно потер руки. Исполнив все это, он уложил поверженного рыцаря в ящик, где уже лежали одиннадцать рыцарей без голов. Они были уложены очень аккуратно, словно сардины в банке. Когда там оказался наш рыцарь, остальные встали на ноги и принялись…

– Танцевать под волынку, – тут же нашелся Фред, – и пока они танцевали, полуразрушенный замок превратился в военный корабль и поплыл на всех парусах. «Орудия к бою!» – скомандовал капитан, потому что на горизонте показался португальский пиратский корабль с огромным черным флагом на мачте. «Вперед, мои герои, мы победим!» – воскликнул капитан. И разразилась жестокая битва. Конечно же, британцы, как всегда, победили – взяли в плен главаря пиратов. Они поднялись на борт корабля и нашли там одни мертвые тела, а весь корабль был доверху залит кровью. «А ну, боцман, возьми кусок мачты и врежь этому негодяю, если он не покается в своих грехах!» – приказал капитан. Португалец был нем, как рыба. Потом он пошел по планке, а опьяненные победой матросы улюлюкали ему вслед. Но этот продувной португалец вдруг нырнул под военный корабль, продырявил его, и он на всех парусах пошел ко дну…

– Святые угодники! Что же мне говорить? – воскликнула Салли, когда Фред прервал рассказ, в котором обильно использовал морские истории из своих любимых книг. – Ну ладно, – решилась Салли. – Они пошли ко дну, но там их встретила добрая русалка. Ее очень огорчило, когда она обнаружила ящик с рыцарями без голов. По доброте душевной, она окунула их в рассол, надеясь хоть таким образом узнать их тайну. Скоро на дно вернулся ныряльщик, и добрая русалка сказала: «Вот ящик, там жемчуг. Можете поднять его наверх, если у вас хватит сил». Дело в том, что она очень хотела вернуть бедных рыцарей к жизни, но сама не могла это сделать, потому что ящик был слишком тяжел. Ныряльщик потащил ящик на поверхность, а когда выплыл, был очень разочарован, так как жемчуга там не оказалось. А ящик он оставил на большом пустыре, где его нашла…

– Маленькая пастушка, которая выгнала туда пастись сто жирных гусей, – сказала Эми. – Девочка пожалела безголовых рыцарей и принялась расспрашивать одну старушку, как помочь им. «Спроси у гусей, – ответила старушка. – Гуси все знают». Девочка спросила у гусей, чем заменить рыцарям головы, которые куда-то потерялись. Сто гусей разинули сто своих клювов и крикнули…

– «Кочанами капусты!» – быстро ответил Лори. – «Ну, конечно, – обрадовалась девочка, – это как раз то, что надо». И она побежала в огород, чтобы сорвать самые хорошие кочаны. Принесла их, приставила к шеям. Рыцари тут же ожили и принялись благодарить девочку. Рыцарь, который нас интересует, пожелал немедленно отправиться на поиски прелестной принцессы. Вскоре он узнал, что принцессы уже обрели себе свободу и даже вышли замуж. Все, кроме одной. Это известие очень расстроило рыцаря и, вскочив на коня, который никогда не покидал его ни в бою, ни в беде, ринулся к замку, чтобы как можно скорее выяснить, какая из принцесс осталась в заточении. Доскакав до замка и заглянув в сад, он узрел королеву своего сердца, которая собирала цветы. «Дайте мне розу», – попросил он. «Подойдите и возьмите сами, – сладким голосом ответила принцесса. – Я не могу выйти к вам, это не принято». Рыцарь попробовал перелезть через живую изгородь, но она вдруг начала расти и становилась все выше и выше. Тогда он попытался пролезть сквозь нее, но она все утолщалась, и он в отчаянии оставил эту попытку. Рыцарь принялся терпеливо изучать ветку за веткой. И тут заметил небольшую брешь. Он заглянул сквозь дыру в сад и принялся умолять жалобным голосом: «Пожалуйста, впустите меня! Впустите же». Но прелестная принцесса словно не слышала его и спокойно продолжала рвать цветы. Понял рыцарь, что ему не на кого рассчитывать, кроме самого себя. Удалось ему проникнуть в сад или нет, вам расскажет Фрэнк.

– Не могу! Я не играю! Я никогда не играю! – протестующе завопил Фрэнк.

Он считал вопиющей несправедливостью, что рассказ ему достался на таком сложном месте, и совершенно не представлял себе, как вывести влюбленных из безвыходного положения, в которое их завел Лори.

Бет укрылась за спиной Джо, а Грейс уснула.

– Значит, бедному рыцарю уготовано вечно торчать у этой изгороди? – спросил мистер Брук, задумчиво глядя на реку.

– Думаю, принцесса немного погодя все-таки откроет ему калитку и даже подарит букетик, – едва сдерживая смех, сказал Лори.

– Ну и славную чепуху мы сочинили! Наверное, если заниматься этим постоянно, будет выходить просто отлично, – сказала Салли после того, как они вдоволь посмеялись над только что сочиненной абракадаброй. – Ну, а «Истину» кто-нибудь из вас знает?

– Надеюсь, – отозвалась Мег.

– Да нет, – засмеялась Салли, – я имею в виду игру.

– Какую еще игру? – спросил Фред.

– Это когда каждый выбирает себе какой-нибудь номер, а потом все тянут жребий, и чей номер выпадет, тот должен правдиво ответить на любой вопрос, который ему зададут. Очень веселая игра.

– Давайте попробуем, – тут же подхватила Джо, которая загоралась от любой новой идеи.

Мисс Кэт, мистер Брук, Мег и Нед наотрез отказались. А Фрэд, Салли, Джо и Лори решили сыграть. Кинули жребий. Отвечать выпало Лори.

– Кто ваш кумир? – спросила Джо.

– Мой дедушка и еще – Наполеон.

– Кто из девочек вам кажется самой красивой? – задала вопрос Салли.

– Маргарет.

– А кто вам больше всех нравится? – полюбопытствовал Фред.

– Ну конечно же Джо.

Столь категоричный ответ рассмешил всех, кроме Джо.

– Глупые у вас какие-то вопросы, – заметила она и дернула плечом.

– Давайте играть дальше, – сказал Фред. – По-моему, получается неплохо.

– Для кого как, – тихо проворчала Джо.

Следующей отвечать пришлось ей.

– Какой у вас самый большой недостаток? – начал Фред, надеясь вывести ее из себя.

– Вспыльчивость.

– А чего вам больше всего хочется? – спросил Лори.

Джо угадала его замысел и поспешила помешать его осуществлению.

– Шнурки для ботинок, – ответила она.

– Ответ не принят. Вы ведь должны сказать правду.

– Стать талантливой. Наверное, вы хотели поделиться со мной своими способностями, Лори? – сказала Джо и, видя, как он разочарован, лукаво улыбнулась.

– Какие качества вы больше всего цените в мужчинах? – спросила Салли.

– Смелость и честность.

– Теперь я, – сказал Фред, вытянув жребий.

– Спроси его, – шепнул Лори на ухо Джо.

Утвердительно кивнув, Джо спросила:

– Вы сжульничали в крокет?

– Да, немного…

– Отлично. А история, которую вы рассказали в «Чепухе»… Она из «Морского льва»? – спросил Лори.

– Пожалуй, да.

– Англичане вам кажутся совершенными во всех отношениях? – спросила Салли.

– Если бы я считал иначе, я бы стыдился самого себя.

– Ну вылитый Джон Булль. Теперь ваша очередь, мисс Салли. Жребий можно не тянуть, ведь все остальные уже отвечали. Надеюсь, я не задену вас за живое, если спрошу, не считаете ли вы себя в некотором роде кокеткой? – спросил Лори, в то время как Джо, стараясь показать, что больше не сердится, дружески подмигнула Фреду.

– Как вы могли подумать такое, дерзкий мальчишка! – воскликнула Салли, вид которой, однако, красноречиво свидетельствовал о неискренности ответа.

– А что вы ненавидите больше всего на свете? – спросил Фред.

– Пауков и рисовый пудинг.

– А что вы больше всего любите? – спросила Джо.

– Танцы и французские перчатки.

– Не знаю, как другим, но мне показалось, что «Истина» не очень умная игра. Предлагаю сыграть в «Авторов». Это, по крайней мере, заставит нас чуть-чуть пораскинуть мозгами, – сказала Джо.

В этой игре должны были принимать участие все. Старшие кликнули Неда, Фрэнка и младших девочек, игравших поодаль. Пока они шли, мисс Кэт снова достала альбом для рисования. Маргарет принялась наблюдать за ней, а мистер Брук разлегся на траве с книгой, на которой, однако, никак не мог сосредоточиться.

– Как хорошо у вас получается, – похвалила Мег рисунок Кэт. – Жаль, что я совсем не умею рисовать.

– А отчего бы вам не поучиться? Уверена, у вас хватит и способностей и вкуса, – чрезвычайно любезным тоном ответила Кэт.

– К сожалению, у меня не хватает времени.

– Верно, ваша мама предпочитает, чтобы вы обучались другим предметам? Моя тоже. Но я уговорила ее и, после того как позанималась немного с учителем, доказала, что у меня есть способности. Тогда она согласилась на мои дальнейшие занятия. Советую сделать то же самое. Попросите гувернантку позаниматься с вами рисованием.

– У меня нет гувернантки.

– Ой, я и забыла. Американских девушек гораздо чаще отдают в школу, чем наших. Папа мне рассказывал. Он говорит, что у вас совсем неплохие школы. Вы, наверное, учитесь в частной?

– Я вообще не учусь. Я сама работаю гувернанткой.

– Вот как! – произнесла Кэт таким тоном, что с тем же успехом могла просто сказать: «Какой кошмар!»

Мег покраснела, она уже раскаивалась в своей откровенности. Мистер Брук поднял голову и, взглянув на Мег, поспешил вмешаться:

– В Америке, знаете ли, молодые леди стремятся к самостоятельности. Чем раньше они начинают зарабатывать себе на жизнь, тем большим уважением пользуются в обществе.

– Конечно, конечно, – покровительственно отозвалась Кэт. – Это прекрасно с их стороны. У нас тоже найдется немало превосходных и очень достойных женщин, которые, представьте себе, поступают точно так же. Они нанимаются на службу в знатные семейства. Сами они – дочери джентльменов и получили отличное воспитание и образование.

Услышав это, Мег смутилась еще больше. Теперь ее работа казалась ей не только неприятной, но и унизительной.

– Совсем забыл у вас спросить, мисс Марч, – перевел разговор мистер Брук. – Подошла вам моя немецкая песенка?

– Да. Песенка чудная. Я очень благодарна тому, кто ее перевел для меня, – ответила Мег, и лицо ее озарила улыбка.

– Как, вы не читаете по-немецки? – удивилась Кэт.

– Читаю, но плохо. Меня учил немецкому отец. Он ушел на войну, а одна я не могу. Мне надо, чтобы меня кто-нибудь проверял.

– Может, попробуем немного? – предложил мистер Брук. – У меня как раз с собой «Мария Стюарт» Шиллера.

И, улыбнувшись, он придвинул к ней книгу.

– Боюсь, для меня это слишком трудный текст. Я, наверное, ничего не пойму, – ответила Мег.

Ей было приятно, что мистер Брук предложил свою помощь. Она тут же начала бы разговор, если бы не присутствие надменной мисс Кэт.

– Пожалуй, я почитаю немного, – вдруг заявила мисс Кэт. – Надеюсь, это придаст вам смелости.

Взяв книгу, она прочитала один из самых прекрасных фрагментов; произношение у нее было замечательное, но читала она невыразительно.

Мистер Брук ничего не сказал по поводу ее декламации, и несколько разочарованная Кэт закрыла книгу.

– А я думала, это написано в стихах, – простодушно заметила Мег.

– Некоторые места да, – ответил мистер Брук. – Например, вот это, – загадочно улыбнувшись, добавил он и открыл книгу на монологе Марии.

Учитель взял в руки травинку и повел ее, словно указку, по строке. После этого Мег ничего не оставалось, как начать чтение.

Она читала медленно, неуверенно произнося слова. Однако безошибочное чувство прекрасного открывало ей поэтическую суть мало знакомого языка, и в медленном ее чтении проявлялось все больше выразительности.

Постепенно увлекшись трагической сценой, Мег забыла об окружающих и читала как бы для себя. Голос ее окреп, звучал все уверенней. Заметь Мег хоть на мгновение, с каким восторгом смотрит на нее мистер Брук, она наверняка бы сбилась от смущения. Но Мег ничего не видела, кроме прекрасных стихов.

– Чудесно! – воскликнул мистер Брук, когда она наконец сделала паузу.

Мисс Кэт его похвалы явно не воодушевили. Она поднесла к глазам лорнет и внимательно рассмотрела свой рисунок. Потом, захлопнув альбом, еще более покровительственным тоном сказала:

– У вас неплохое произношение, дорогая. Думаю, когда вы подучитесь, вы будете прекрасно читать. Очень советую вам не пренебрегать занятиями. Шансы гувернантки, которая знает немецкий, гораздо выше. Пойду утихомирю Грейс, что-то она слишком разошлась.

И, резко поднявшись, мисс Кэт поспешила туда, где резвились младшие дети. На ходу она несколько раз пожала плечами.

– Вот уж чего не желаю, так это присматривать за всякими гувернантками, – в сердцах проговорила она. – Конечно, эта девушка совсем не дурна собой, но все-таки янки чересчур много себе позволяют. Боюсь, это неподходящее общество для нашего Лори.

– Совсем забыла, что англичане совершенно по-другому воспринимают гувернанток. Они относятся к ним как к прислуге и, разумеется, никогда не проводят с ними время, – с досадой говорила Мег мистеру Бруку.

– Учителям у них не лучше, – ответил мистер Брук, – я имел счастье испытать это на собственном опыте. Что ни говори, а для людей, подобных нам с вами, места лучше Америки, пожалуй, не сыскать.

Мистер Брук произнес это с таким чувством собственного достоинства, что Мег тут же устыдилась своего малодушия.

– В таком случае рада, что это моя родина. Признаться, я не люблю свою работу, но добросовестно зарабатываю ею на жизнь. Мне нечего стыдиться, я чувствую себя не хуже других, хотя, конечно, хотела бы любить свое дело так, как вы.

– Окажись у вас такой ученик, как Лори, вы бы тоже работали с удовольствием, – уверенно сказал мистер Брук. – Не представляю, как смогу покинуть его на будущий год.

И, вздохнув, мистер Брук принялся ковырять палочкой дерн.

– Наверное, он поступит в колледж? – спросила Мег, и, посмотрев на нее, мистер Брук без труда прочел в ее глазах невысказанный вопрос: «А как же вы?»

– Давно пора, – отозвался мистер Брук. – Он готов хоть сейчас держать экзамен. Как только он уедет, я уйду на войну.

– Как здорово! – воскликнула Мег. – Наверное, сейчас каждый молодой человек мечтает пойти на войну. Конечно, для близких это нелегко, – добавила она и горестно вздохнула.

– Ну, с этим у меня проблем не будет. У меня нет родных и очень мало друзей, во всяком случае таких, которые станут убиваться, если я погибну, – сказал мистер Брук.

Он вынул из петлицы пиджака красную розу, положил ее в ямку, которую только что выкопал в дерне, и с задумчивым видом принялся засыпать землей.

– Неправда! Лори, его дедушка, да и мы все будем очень горевать, если с вами что-нибудь случится, – пылко возразила Мег.

– Спасибо, вы не представляете, как я рад это слышать, – ответил мистер Брук, и лицо его снова повеселело.

Он хотел сказать что-то еще, но в это время на поляну верхом на престарелой лошади выехал Нед. Ему вдруг вздумалось похвалиться перед юными дамами искусством верховой езды, и с этого момента ни одному из участников пикника не суждено было пребывать в покое.

– Вы любите ездить верхом? – осведомилась Грейс у Эми, когда они отдыхали после первой верховой прогулки под руководством Неда.

– О да! Когда папа был богатым, мы держали лошадей, и моя сестра Мег ездила верхом. Но теперь у нас нет ни одной лошади. Разве что Эллен Три. – И Эми засмеялась.

– А что это за Эллен Три? Расскажите, пожалуйста. Наверное, это осел? – полюбопытствовала Грейс.

– Нет, это совсем другое. Просто Джо без ума от лошадей, я тоже. У нас есть только седло. И еще у нас в саду есть яблоня с очень подходящей нижней веткой. Вот я и надела на ветку седло, приделала поводья, и теперь мы можем скакать на Эллен Три сколько душе угодно!

– Здорово! – засмеялась Грейс. – А у меня дома есть пони, и мы с Фредом и Кэт каждый день катаемся в Гайд-парке. Мне очень нравится. Все мои подруги тоже ездят. В Гайд-парке столько дам и кавалеров!

– Замечательно! Я тоже мечтаю когда-нибудь поехать за границу. Но, думаю, я поеду не в Гайд-парк, а в Италию, – заявила Эми, которая понятия не имела, что Гайд-парк – это не страна, и скорее бы сгорела со стыда, чем показала свою неосведомленность.

Фрэнк сидел позади младших девочек. Услышав, что они говорят о верховой езде, он с досадой оттолкнул в сторону костыли и начал следить за возней, которую затеяли другие мальчики.

– Вы не устали? – ласково спросила его Бет, собирая разбросанные по земле карточки от игры в «Авторов». – Может быть, вам что-нибудь нужно?

– Если можете, поболтайте со мной, пожалуйста, – ответил Фрэнк, привыкший, что все дома оказывают ему повышенное внимание. – Мне так скучно сидеть одному…

Бет просто остолбенела от такой просьбы. Для нее не было ничего мучительнее, чем беседовать с малознакомыми людьми. Но она сама предложила Фрэнку помощь, и отступать было некуда.

Она оглянулась в поисках Джо. Но та была слишком далеко и ничем не смогла помочь. К тому же мальчик взирал на нее с такой мольбой, что она решила рискнуть.

– О чем же вы хотели побеседовать со мной? – спросила она и от смущения так встряхнула карточки, что половина их снова высыпалась из коробки на землю.

– Ну, о крокете, о гребле, об охоте, – ответил Фрэнк, интересы которого совершенно не соответствовали его возможностям.

«Ну и ну, – растерянно подумала Бет, – как же я буду с ним об этом говорить? Ведь я ничего в этом не смыслю».

Она настолько смутилась, что совсем забыла об увечье Фрэнка и, стремясь хоть как-то поддержать беседу, сказала:

– Я никогда не была на охоте. Но вы-то, наверное, много раз были. Может, расскажете?

– Да, я бывал раньше, – ответил он, – но больше никогда не смогу охотиться. Я скакал на лошади и грохнулся на одном из препятствий. С тех пор для меня все кончено.

И Фрэнк так горестно вздохнул, что Бет пожалела о своей забывчивости.

– Мне кажется, ваши олени куда красивее наших буйволов, – перевела она разговор, радуясь в душе, что прочла по совету Джо одну из книг о прериях, которые так нравятся мальчикам.

Упоминание о буйволах и впрямь оказало благое воздействие на Фрэнка. Видя это, Бет решила продолжать и, стремясь по-настоящему развлечь беднягу, совсем забыла о своей застенчивости.

Посмотрев на младшую сестру с крокетной площадки, Джо от изумления застыла с молотком в руках. Тихоня Бет что-то увлеченно рассказывала тому самому ужасному мальчику, от которого всего несколько часов назад просила Джо ее защитить.

– Вот что делает с человеком сочувствие, – сказала Джо, продолжая с улыбкой разглядывать Бет. – Она пожалела его и теперь изо всех сил старается скрасить ему пикник.

– Я всегда говорила, что наша Бет – настоящий ангел, – сказала Мег таким тоном, точно наконец окончательно убедилась в этом.

– Давно я не слышала, чтобы Фрэнк так весело смеялся, – говорила тем временем Грейс, обращаясь к Эми.

– О, моя сестра Бет бывает в большем эффекте, когда захочет, – ответила Эми, очень гордая за сестру.

На этот раз Эми повезло. Грейс тоже была не очень сильна по части употребления «умных» слов, и потому ошибка осталась незамеченной.

День завершился импровизированным представлением, где одни участники изображали дрессировщиков, другие – зверей. Завершающим аккордом стала еще одна партия в крокет.

На закате ребята свернули палатку, уложили корзины и разобрали крокетные ворота. Потом всю поклажу погрузили в лодки и, громко распевая песни, поплыли домой.

Нед, бросая выразительные взгляды на Мег, затянул трогательный романс. Его вид так позабавил Мег, что она не выдержала и расхохоталась.

– Почему вы так жестоки ко мне? – прервав пение, горестно вздохнул Нед. – Целый день вы провели подле этой напыщенной англичанки, а теперь обидели меня.

– Я не хотела обидеть вас, Нед. Просто вы так забавно пели, вот мне и стало смешно, – сказала Мег, избегая отвечать на другие его упреки.

После бала у Моффатов она действительно старалась избегать его общества.

Оскорбленный до глубины души, Нед повернулся к Салли.

– В этой девушке нет ни капли кокетства, не правда ли? – ища утешения, спросил он.

– Ни малейшей, – согласилась Салли, – но она и без этого хороша.

Нед, по примеру большинства молодых джентльменов, пытался компенсировать неудачу веселой остротой, но это у него не получилось, и он замолчал.

Добравшись до лужайки перед домом, участники пикника стали прощаться. Сестры Марч заспешили домой, а Воны вскоре должны были отбыть в Канаду.

– Конечно, манеры у американских девушек чересчур вычурны, однако когда познакомишься с ними поближе, они производят прекрасное впечатление, – заметила Кэт, и в голосе ее на этот раз не слышалось никакого высокомерия.

– Совершенно с вами согласен, – отозвался мистер Брук.


Глава XI Эксперименты | Маленькие женщины | Глава XIII Воздушные замки