home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава XVIII

Тяжелые времена

Жар у Бет никак не спадал. Положение ее оказалось куда серьезнее, нежели предполагали вначале доктор и Ханна. Мистеру Лоренсу самым категорическим образом запретили навещать Бет, а Ханна несла постоянную вахту у постели своей любимицы. Конечно, и доктор Бенгс делал все, что мог, но даже его усилия не шли ни в какое сравнение с самопожертвованием Ханны.

Мег взяла на себя хозяйственные заботы. Боясь кого-нибудь заразить скарлатиной, она прекратила всяческие визиты и даже забросила Кингов.

После каждого письма, отправленного в Вашингтон, Мег испытывала угрызения совести. Ведь Ханна так и не позволила ей сообщить о болезни Бет, и, читая ее письма, можно было подумать, что в доме все обстоит наилучшим образом.

Джо не отходила от Бет ни днем, ни ночью. Правда, Бет и во время болезни проявляла такую покладистость и кротость, что почти никому не доставляла забот. Несколько дней спустя положение изменилось. Температура поднялась еще выше, и Бет начала бредить. Как пугал Джо ее хриплый голос, ее попытки петь! Иногда Бет садилась на постели, и пальцы ее словно наигрывали на простыне какие-то замысловатые пассажи. Видимо, в бреду ей казалось, что она играет на рояле. Потом она перестала узнавать Ханну и Джо. Тут-то Джо наконец поняла, сколь опасно больна малютка Бет.

Мег принялась в который раз умолять Ханну сообщить обо всем миссис Марч, и Ханна, казалось, начала испытывать кое-какие сомнения. Она сказала, что подумает, надо ли, хотя пока опасаться не следует.

Следующее же письмо из Вашингтона окончательно выбило их из колеи: мать сообщала, что мистеру Марчу снова стало хуже и ее возвращение откладывается на неопределенное время.

Это были тяжелые дни. Дом словно опустел, и старшим девочкам казалось, что радость и счастье никогда уже не вернутся в эти стены. Мег в который раз перебирала минувшие дни и все отчетливее понимала, насколько не умела ценить счастье домашнего очага. В который раз Джо, неся свою вахту в затененной шторами комнате, вглядывалась в лицо Бет! Только сейчас, когда над сестрой нависла угроза смерти, она поняла, каким необыкновенным характером наделил Всевышний малютку и сколько это дитя делало добра ближним! Стоило Джо задуматься об этом, как ее начинали душить рыдания.

Мучила совесть и Эми. Ей не давало покоя, что большинство своих обязанностей она сваливала на безропотную Бет, и теперь она рвалась из своего изгнания домой. Эми считала, что должна сидеть у постели больной сестры, и лишь изобретательность и энергия Лори удерживали ее на месте.

Молочник, булочник, зеленщик, мясник – все справлялись о здоровье Бет. Соседи и знакомые посылали ей самые горячие приветы и с неподдельной тревогой расспрашивали о ее состоянии. Никто из домашних, при всей любви к Бет, раньше и не подозревал, что она успела обрести стольких друзей.

А Бет между тем лежала в кровати, и рядом лежала Джоанна, самая несчастная из ее больных кукол. Даже в таком тяжелом состоянии девочка не забывала о своей любимице. Она признавалась, что очень соскучилась без котят, но не позволила их приносить – боялась, что котята могут заразиться. Когда бред проходил, она первым делом принималась расспрашивать Джо, как та себя чувствует, а уверившись, что не заразила ее, посылала небольшие весточки Эми и просила передать Марми, что скоро напишет ей. Иногда ей давали карандаш и бумагу, и она писала коротенькие письма отцу. «Иначе папа подумает, что я совсем забыла о нем», – говорила она.

Однако вскоре Бет была уже не способна даже на это. Часами металась она в бреду, бормоча что-то невнятное, и даже короткий, тревожный сон не приносил облегчения. Доктор Бенгс дважды на дню заходил к ней, Ханна проводила у постели больной ночи напролет, а Мег заготовила телеграмму, которую готова была послать по первой команде Ханны. Джо, как и Ханна, не видела ничего, кроме малышки Бет, и лишь самые крайние обстоятельства вынуждали ее покидать комнату, где лежала сестра.

И вот наступило ужасное утро. Мистер Бенгс тщательно осмотрел Бет и, бережно опустив пышущую от жара руку девочки на одеяло, тихо обратился к Ханне:

– Если миссис Марч может оставить мужа, лучше вызвать ее.

Ханна молча кивнула, и губы у нее задрожали. Мег, едва услышав, что говорит доктор, беспомощно опустилась в кресло. У Джо побелело лицо. Она выбежала в гостиную, схватила телеграмму и, кое-как нацепив пальто и шляпу, выбежала на улицу. Вскоре она вернулась, и, пока снимала пальто, в прихожей появился Лори. В руках он держал письмо, а на словах сообщил, что мистеру Марчу стало гораздо лучше.

Джо быстро прочитала письмо и убедилась, что Лори не преувеличивает. Но даже эта новость не в силах была избавить ее от тоски, ведь жизнь Бет висела на волоске. Едва взглянув на Джо, Лори все понял.

– Что, Бет стало хуже? – тут же спросил он.

– Я вызвала Марми, – ответила Джо.

– Правильно, Джо. Вы так сами решили? – спросил Лори, помогая ей снять ботинки, которые никак не снимались.

– Нет, доктор велел.

– Неужели так плохо, Джо? – растерялся Лори.

– Плохо. Она уже не узнает нас. И даже плюща на окне не замечает. А еще недавно говорила, что листья на нем, как стая зеленых голубей. Сейчас это словно и не Бет, и ничего ей не помогает. Мама с папой так далеко, и мне кажется, Бог не хочет услышать мои молитвы.

Слезы застлали Джо глаза, и, шагнув на лестницу, она вытянула вперед руку, боясь оступиться. Лори подбежал и крепко схватил Джо за руку.

– Держитесь за меня, Джо!

Так они и стояли какое-то время на ступеньке, и Лори продолжал сжимать руку девочки.

– Спасибо, Лори, – сказала наконец Джо. – Я так рада вам. Без вас мне совсем плохо.

– Не отчаивайтесь, Джо. Нужно верить в лучшее. Тем более, мама скоро приедет. Она-то уж обязательно выходит нашу Бет.

– Я рада, что папе лучше. Теперь маме будет не так трудно оставить его. Несчастья свалились на нас одно за другим. И все-таки самое большое свалилось на меня, – сказала Джо и опять заплакала.

– Неужели Мег не помогает вам? – возмущенно спросил Лори.

– Ну что вы! Она делает все что может и очень волнуется за Бет. Но просто она не так привязана к Бет, как я. Я… совсем не могу с ней расстаться! Не могу! Не могу!

Джо уткнула лицо в платок и снова затряслась от рыданий. Лори тоже раскис, и ему потребовалось немало времени, чтобы справиться со спазмом в горле. Наконец ему это удалось, и тогда он очень уверенно сказал:

– Она не умрет, Джо. Понимаете, она такая хорошая, и мы так ее любим… Ну не верю я, чтобы Бог отнял ее у нас так рано.

– Хорошие люди почему-то часто умирают рано, – с тоской возразила Джо.

И все-таки уверенность Лори передалась ей. Она перестала плакать, и у нее появилась надежда, что еще не все потеряно.

– Бедная, вы совсем измучились. Вот уж не думал, что Джо Марч может так упасть духом. Ничего, сейчас я вас немного подбодрю. – И Лори, перепрыгивая через две ступеньки, побежал наверх.

Он вернулся с бокалом вина и протянул его Джо.

– Я пью за здоровье Бет, – сказала она. Вино и присутствие Лори еще больше ободрили ее. – Я думала, вы просто верный друг, а вы, оказывается, еще и прекрасный врач, мистер Тедди Лоренс, – сказала она. – Не знаю, как и отблагодарить вас. Верно, мне всю жизнь так и оставаться у вас в неоплатных должниках.

– Ну, если вас так мучает совесть, доктор Тедди Лоренс представит вам счет, – весело ответил Лори, чрезвычайно довольный результатами своего лечения. – Но это после. А сейчас я вам дам еще одно лекарство. Ручаюсь, оно подействует на вас куда сильнее вина.

– Что вы имеете в виду?

– Я телеграфировал вашей маме. Брук ответил, что она выехала и сегодня к вечеру будет дома, – выпалил Лори.

Он хотел сохранить тайну до конца и, лишь увидев Джо, понял, что должен хоть чем-нибудь обрадовать ее.

– Марми! – воскликнула Джо и, бросившись к Лори, крепко обхватила его за шею. – Лори! Я так рада! Вот теперь я тоже верю, что Бет поправится. Но как вы догадались, что нам не обойтись без мамы?

– Ну что ж, придется признаться, – засмеялся Лори и поправил съехавший на сторону галстук. – Мы с дедушкой начали беспокоиться, посоветовались и решили, что Ханна берет на себя чересчур много и надо дать знать вашей маме. Потому что, если Бет… Ну, если что-нибудь случится, она нам этого никогда не простит. А когда я вчера заметил, с каким мрачным видом доктор вернулся от Бет, я предложил Ханне послать телеграмму. Она мне категорически запретила это делать. Но я не люблю, когда мне мешают, и в тот же вечер пошел на почту и вызвал вашу маму телеграммой. Теперь я точно знаю, что она приедет. Поезд приходит в два часа ночи. Не беспокойтесь, я ее встречу. Единственно, о чем прошу вас, не тревожьте Бет, пока не приедет мама.

– Лори, вы ангел. Мне и правда придется платить вам по счету.

– В таком случае обнимите меня еще раз, и мы будем в расчете. – И Лори засмеялся так весело, как никто из них не смеялся уже две недели.

– Ну уж извините. Хотя… – Джо улыбнулась. – Я, пожалуй, сделаю это через посредника. В качестве посредника избираю вашего дедушку. Ладно, хватит смеяться надо мной. Лучше идите домой и отдохните хорошенько. Вам и так из-за нас полночи не спать. Да благословит вас Бог, Тедди Лоренс!

Услышав такое напутствие, Лори с легким сердцем отправился домой, а Джо пошла на кухню, где объяснила котятам, что теперь верит в благополучный исход болезни сестры.

Узнав, что сделал Лори, Ханна сказала:

– Он дерзко вмешался, но все-таки я не могу на него сердиться. Я рада, что миссис Марч скоро приедет. Пойду-ка поставлю пирог на случай нежданных гостей, – добавила она и отправилась на кухню.

Одна только Бет не могла порадоваться приезду матери. Она по-прежнему лежала в забытьи. Ее живое очаровательное лицо ныне лишилось всякого выражения, исхудалые руки беспомощно покоились на одеяле, и единственное слово, которое слышали от нее сестры, весь день продежурившие у постели, было «пить». Сестрам оставалось лишь обращаться с мольбами к Богу да поджидать Марми, ведь они свято верили, что мать способна найти выход из самой тяжелой ситуации.

Весь день на улице бушевала метель. Но вот спустилась ночь, и сестры, сидевшие по разные стороны постели Бет, вслушивались в бой часов, доносившийся из гостиной, – с каждым ударом приближался миг возвращения матери. Зашел доктор и сказал, что к полуночи состояние больной должно или улучшиться, или, напротив, ухудшиться, и что к этому времени он обязательно вернется.

Ханна так умаялась за день, что, едва опустившись на кушетку, стоявшую в ногах Бет, тотчас уснула. А мистер Лоренс все шагал и шагал по гостиной, раздумывая, как при встрече ободрить миссис Марч. Даже битва с вражеским войском была бы для него более легкой задачей. Лори лежал на ковре и делал вид, что отдыхает, однако и в его взгляде нетрудно было заметить тревогу.

Эту ночь Мег и Джо запомнили до конца своих дней. Они ни на секунду не сомкнули глаз, и гнетущее ощущение бессилия как будто раздавило их. Девочки не знали, что предпринять, и им оставалось лишь молиться и надеяться на лучший исход.

– Если Бог пощадит Бет, я никогда больше ни на что не пожалуюсь, – очень серьезно прошептала Мег.

– Если Бог пощадит ее, я постараюсь всю жизнь быть примерной христианкой, – столь же серьезно и искренне проговорила Джо.

Они помолчали. Потом Мег сказала:

– И зачем только Бог наделяет нас сердцем?! Мне сейчас бы легче было быть бесчувственной.

– Если жизнь всегда такая тяжелая, я вообще не понимаю, как можно жить, – грустно отозвалась Джо.

И тут они услышали, как часы пробили полночь. Они сразу вспомнили, что говорил доктор, и внимательно посмотрели на Бет. Исхудавшее лицо ее немного изменилось. В доме стало очень тихо. Только вьюга по-прежнему бушевала на улице, и от ее воя девочек мороз подирал по коже. Ханна спала. Сестры неотрывно следили за Бет, и вдруг им показалось, что над лицом больной нависла какая-то тень.

Прошел еще час, который не принес никаких изменений. Только Лори тихо вышел из гостиной и поехал на вокзал. И еще минул час – ничто не нарушало однообразного течения ночи.

Джо поглядела в окно. На улице по-прежнему бушевала метель. Потом она услышала какой-то шорох и обернулась. Мег опустилась на колени подле материнского кресла и уткнулась лицом в подушку. У Джо перехватило дыхание. Она метнулась к кровати и, едва взглянув на Бет, поняла, что все кончено. Недавно искаженное страданием и жаром, лицо девочки теперь было исполнено покоя и умиротворения. От горя Джо даже не могла плакать. Она поцеловала сестру во влажный лоб и прошептала:

– Прощай, моя милая Бет!

Маленькие женщины

Шепот разбудил Ханну. Она подбежала к постели, пощупала руки Бет и прижалась ухом к ее груди. Потом повела себя совсем странно. Задрав фартук на голову, она принялась раскачиваться из стороны в сторону и монотонно бормотать:

– Кризис наступил. Она вспотела. Нормально спит. Слава Создателю нашему! О Боже! Дышит легко.

Слушая ее, девочки постепенно начали постигать суть этой странной полупохвалы, полумолитвы, но прошло еще какое-то время, прежде чем они решились поверить в благополучный исход. Затем пришел доктор. Вообще-то все девочки Марч сходились во мнении, что их доктор красотой не отличается. Однако когда он, осмотрев Бет, улыбнулся и объявил, что на этот раз малютка, по-видимому, выкарабкается, Мег и Джо показалось, что они еще не видели лица прекраснее.

– Дайте ей выспаться, – продолжал доктор, – а потом дайте ей…

Что надо было дать Бет после того, как она проснется, слушала только Ханна. Не в силах совладать с охватившей их радостью, девочки на цыпочках выбежали из комнаты. Они опустились на ступени лестницы и сидели, тесно прижавшись друг к другу.

Чуть успокоившись, они вернулись обратно. Ханна ласково притянула их к себе и взглядом указала на спящую Бет. Лицо ее было столь безмятежно, будто она и не болела вовсе. Она, как и всегда во сне, заложила руки за голову, и, не знай сестры, как страшно все могло обернуться еще мгновение назад, они могли бы подумать, что она просто заснула после трудного дня.

Еще ни разу в жизни рассвет не казался Джо и Мег столь прекрасным. Заря побеждала долгие часы тьмы, и девочки думали о Бет и о томительных днях ее болезни, длившихся как муки ада.

– Ты слышишь? – резко вскочив со стула, спросила Джо.

У входной двери раздался звонок, и тут же восторженный возглас Ханны возвестил девочкам, что миссис Марч наконец вернулась домой. А потом они услышали громкий шепот Лори:

– Мег, Джо! Где вы там? Ваша мама приехала!


Глава XVII Маленькая праведница | Маленькие женщины | Глава XIX Эми составляет завещание