home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


День пятьдесят девятый

Сознание возвращалось к нему отрывочными мыслями и видениями. Теперь он уже твердо уверился, что способен на самую сильную страсть. До сих пор он даже не подозревал, что его желание может быть таким непреоборимым, что оно может захватить его с такой стремительностью и отчаянностью. Возможно, он и раскаивался бы в своем слепом эгоизме, если бы та, что была с ним, полностью не разделила его безумия, всей полноты чувственного наслаждения.

Впервые в жизни он понял, почему соитие иной раз называют маленькой смертью. Он был как бы уничтожен и в то же время продолжал жить, но не в прошлом или будущем, а в вечном настоящем. И еще никогда не чувствовал такой полноты жизни. Он с почти болезненной остротой ощущал запах свежего сена, слышал, как лихорадочно колотится в груди его сердце. А под ним податливо трепетало тело Розалинды. Он скатился набок, крепко прижал ее к груди. Ее дыхание щекотало его горло, а когда он коснулся губами ее виска, то почувствовал легкий привкус соли.

И тут он с необыкновенной отчетливостью вспомнил сон, который видел на другой день после спасения Брайана. Вот он бежит за смеющейся женщиной — Розалиндой — по россыпям пестро сверкающих под солнцем осенних цветов. Наконец он ее настигает. Обернувшись, она самозабвенно бросается в его объятия. Они вместе падают на землю и в каком-то исступлении начинают предаваться любви.

Кто бы мог подумать, что этот сон превратится в явь, и если он, Стивен, о чем-нибудь и сожалеет, то только о том, что все кончилось так быстро. Только об этом, да еще о том, что так поздно обнаружил в себе страстный темперамент.

Слишком поздно? Нет. Он ни за что не позволит ей уйти из своей жизни.

До сих пор он изо всех сил старался держаться отчужденно, выражал свое восхищение и флиртовал, стараясь не связывать себя никакими обязательствами. Старался вести себя как подобает человеку честному и избегать любых ситуаций, которые могли бы быть поняты превратно.

Да черт с ней, с честностью! Он хочет ее, и безжалостная кеньонская кровь требует, чтобы она принадлежала ему до самого последнего вздоха.

Он взвесил, к каким последствиям может привести его новая решимость. Ему придется заплатить дорогую цену. Прежде всего пожертвовать своей гордостью, ибо он не сможет скрывать от нее свою возрастающую слабость. Неизъяснимое наслаждение, только что им испытанное, не может длиться до самого конца. Как бы ни сильна была связывающая их страсть, настанет день, когда его тело не сможет откликнуться па се призыв, и это будет нестерпимо горько. Постепенно слабея, он будет нуждаться в ней все сильнее и сильнее. Очень малоутешительная мысль.

И все же Розалинда, несомненно, стоила такой цены. До сих пор он бессознательно смотрел на нее, как на хрупкий оранжерейный цветок, который не выдержит дыхания холодного ветра. Но ведь это не Луиза, а Розалинда, и она сильная. Она выжила в городской трущобе. Сумела приспособиться к нелегкой жизни в театре, стала душой семьи и всей труппы. Ее несомненная мудрость, здравый рассудок и оптимизм помогли ей преодолеть многочисленные жизненные трудности, выпавшие на ее долю. И к счастью, грубый бестолковый муж исцелил ее от романтических иллюзий.

Достаточно того, что их будут соединять дружба и страсть. Хотя она и не любит его, для нее не будет таким уж тяжелым бременем на несколько недель разделить с ним его жизнь и ложе. Тем более что ее ждет неплохая награда. Вся ее семья будет обеспечена.

Обдумывая, что и как ему сказать, он погладил влажные завитки ее золотисто-рыжих волос на затылке. Времени у него в обрез, поэтому он должен тщательно все обдумать.

Наконец он решил, что самое лучшее — поговорить с ней без обиняков. Она достаточно умна, чтобы понять выгоду, которую ей сулит его предложение.

И, вероятно, достаточно добра и великодушна, чтобы остаться с ним хотя бы из самой обычной жалости…

Хотя эта мысль и вызывала у него внутренний протест, ни знал, что не остановится ни перед чем, лишь бы она осталась.

— Розалинда, — прошептал он.

Открыв глаза, она посмотрела на него с дремотной улыбкой.

— Да?

Он почувствовал, что его решимость улетучивается., И поспешил спокойно сказать:

— Я хочу сделать тебе предложение. Согласна ли ты выйти за меня замуж?

Хотя он впервые обращался к ней на «ты», это обращение прозвучало совершенно естественно.


Глава 14 | Моя прелестная роза | Глава 15