home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Рента

Английское слово «rent» (рента) имеет разные значения. Если у вас есть собственный дом, то вы выплачиваете mortgage, то есть ссуду, которую банк выдал вам на эту дорогую покупку. Если вы снимаете жилье, то отдаете арендную плату хозяину. Сдача квартир или домов в аренду может быть и основным бизнесом домовладельца. Он может быть владельцем дома или нескольких домов. Можно также стать членом кооператива или кондоминиума, то есть совладельцем дома, в котором несколько квартир, тогда опять-таки ссуду вы выплачиваете банку.

Mortgage составляет самую большую часть семейного бюджета — от трети до половины и даже 75% от месячной зарплаты. Величина ссуды зависит от срока выплаты банковской ссуды: чем он меньше, тем дороже. И от того, как давно вы погашаете долг. В первые годы значительно больше, чем к концу выплаты. Ссуда дается банком на пятнадцать, двадцать и тридцать лет; процент варьируется от 7 до 11%. Американцы легки на подъем — не только для путешествий, но и для перемены места работы, а с нею и жилья. Переезжая из штата в штат, они часто продают свой дом. Если при этом долг еще не выплачен, а так обычно и бывает, то операцию эту проделывает не хозяин дома, а банк. Он отдает бывшему владельцу полученную сумму, разумеется, за вычетом процентов, и получает эти деньги с нового покупателя. Такая ипотечная система очень широко вошла в жизнь американцев. Во всяком случае, мне еще ни разу не приходилось встречать собственника, который сразу же выложил за дом всю сумму.

Итак, основное жилье в США — частное. Но есть и небольшой государственный, а точнее муниципальный сектор. Чаще всего это дома федеральной жилищной программы. Они предназначены для бедняков, то есть людей с достатком ниже прожиточного уровня. Кварталы этих домов легко заметить и отличить от частных. Обычно это скучные однообразные здания. У них часто обшарпанные стены даже там, где дома построены недавно. Государственное оно и есть государственное, то есть ничейное. Мы-то это хорошо знаем. Впрочем, не спешите рисовать знакомые с детства картины.

Вот рассказываю я об унылых, однообразных кварталах муниципальных домов для бедных. И российский читатель, возможно, представит себе нечто убогое, не очень пригодное для жилья. Между тем по нашим отечественным меркам дома эти даже комфортны. Помещения в них просторные. Каждая квартира оснащена электрической плитой, кондиционером и холодильником. На каждом этаже (или в подвале дома) — прачечная, несколько стиральных машин с сушками. Кстати, все дома, которые мне приходилось видеть, сделаны из кирпича или из какого-то другого, но очень добротного материала. А по однообразию они ничуть не хуже, чем любые Черемушки, хоть в Москве, хоть в провинции. Во всяком случае, наши иммигранты бывают счастливы получить такую квартиру, да еще бесплатно (или за символическую плату).

Так-то оно так. Однако одно дело, если твое новое жилье лучше или не хуже, чем у твоих друзей, таких же иммигрантов. Другое — если твои знакомые американцы живут в красивом доме, на чистой улице с зеленым двором, а часто и бассейном во дворе. И уж хозяин обеспечит там и круглосуточную охрану с телекамерами, и вывоз мусора, и своевременный ремонт, и ухоженные детские площадки.

Но дело даже не только в качестве самого дома, дело в его местоположении. Твои соседи — бедные негры, индийцы, китайцы, мексиканцы — создают этому «бесплатному» кварталу определенную репутацию. Всем известно — это квартал для неудачников и иммигрантов. И если ты молод и амбициозен или, наоборот, завоевал уже престиж у себя на родине, положим, как уважаемый профессор, инженер, журналист, то уколы самолюбия ты будешь испытывать постоянно. И ты наверняка постесняешься пригласить в гости новых коллег. Кстати, американцы, при всем их разрекламированном демократизме, весьма чувствительны к месту расположения жилья, к тому, в каком комьюнити (community) оно находится.

Комьюнити — это микрорайон, соседство домов на близлежащих улицах. Вместе с тем это и сообщество людей, населяющих эти дома. У каждого такого объединения есть своя репутация, и она широко известна. Одно — богатое, спокойное, здесь селятся люди обеспеченные. Такое комьюнити легко распознать по дорогим домам, роскошным палисадникам, ухоженным улицам и машинам самых последних моделей. Другое — бедное и очень неспокойное. Вечерами на его улицах опасно появляться, здесь властвуют банды полукриминальных подростков, обкуренных наркотиками. Между этими полярными видами есть еще множество промежуточных комьюнити, их репутация часто определяется по географическому признаку.

Одна молодая дама из Чикаго, рассматривавшая варианты возможного своего повторного брака говорила мне примерно так: «Я ищу духовно близкого себе человека. Его материальное положение меня не интересует. Но, конечно, у него должен быть свой дом, пусть даже небольшой, и, конечно, в комьюнити не южнее 80-й стрит (дальше идут бедняцкие кварталы)».

Принято считать, что кривая цен американских домов все время идет вверх, это, однако, не совсем точно. Да, здания, купленные двадцать лет назад, стоят сейчас дороже, но в течение этих двух десятилетий цены то возрастали, то падали. Риэлторы, чей бизнес покупка-продажа недвижимости, зарабатывают на этой разнице большие деньги.

Тут я вернусь к любимой моей подруге Бриджит МакДана. Напомню, что по профессии она театральный менеджер, что, прожив десять лет счастливо с мужем, вынуждена была развестись. Несколько лет грустила, заводила романы и разочаровывалась, но однажды встретила Боба и вышла за него замуж.

Боб по образованию архитектор. Поработав по специальности, он задумался: как бы завести свое дело, чтобы не зависеть от начальников, но при этом зарабатывать побольше денег. В это время как раз дешевели дома. Отец дал ему в долг немного денег, недостающие он взял у банка в кредит и купил пару дешевых домов. На следующий год цены на недвижимость поползли вверх.

Боб продал оба дома и на вырученные деньги купил четыре новых. Впрочем, дома эти были отнюдь не новы, они требовали существенного ремонта, потому и стоили недорого. Обновлял их он сам и как инженер, и как прораб, привлекая дешевых строительных рабочих. А потом, когда здания уже выглядели как новенькие, он продавал их дорого.

Постепенно бизнес стал ему приносить все больший доход, Боб сделался вполне состоятельным человеком. Один большой, но порядком разрушенный дом, в центре Чикаго, он довел до такой кондиции, что стоимость его выросла до 1 млн. 230 тысяч долларов. Он все раздумывал, кому бы лучше продать — претендентов было двое или трое. Но как раз в это время он решил жениться на Бриджит и... презентовал дом ей (стоимость смотри выше) в качестве свадебного подарка.


Интерьер | Повседневная жизнь американской семьи | Не спешите сочувствовать