home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 16

На следующий день Энди с Дианой носились как сумасшедшие, покупая пеленки, распашонки, а также малюсенькие носочки и пинетки, теплые шапочки и одеяльца и еще целую кучу всяких мелочей, записанных в огромном списке. Надо было успеть к понедельнику, утром в понедельник они должны забирать малышку из роддома. И в тот же день после обеда они снова встретились с Эдвардом и Джейн и подписали документы.

Джейн выглядела лучше, чем прошлой ночью, но она все еще была под впечатлением того, что произошло, и очень разволновалась, увидев Диану. Она хотела поблагодарить Диану за все, что та для нее сделала, и попросить, чтобы они с любовью относились к ее малышке, но в конце концов только расплакалась. Эдвард обнимал ее и успокаивал.

— Мне так жаль. — Диана тоже плакала. Глядя на эту молодую пару, она чувствовала себя так, словно украла у них ребенка, и вся ее решительность куда-то пропала. — Я обещаю вам, мы будем хорошо заботиться о ней… клянусь, она будет счастлива.

Она снова крепко обняла Джейн, и, когда Энди наконец удалось вывести ее из комнаты, все были необычно взволнованы. Зайдя в детскую, чтобы взглянуть на малышку, они еще раз убедились, что поступают правильно. Она спала, и была такой хорошенькой и беззащитной. Перед тем как уйти, они поговорили с педиатром, и он рассказал про ре жим кормления и назвал молочные смеси, объяснил, как надо ухаживать за пуповиной, и взял с них слово, что они через неделю покажут ее педиатру по месту жительства; Диана выразительно посмотрела на Энди, а потом вдруг подумала о своих сестрах.

— Я позвоню Сэмми, — вдруг произнесла она. Она не разговаривала с сестрой уже несколько недель. В основном из-за того, что Диана не желала ничего слушать о ребенке сестры. — Боже мой, вот она обалдеет!

Они пошли в кафе, расположенное неподалеку от клиники, чтобы перекусить. Это были тяжелые, но замечательные два дня. Завтра утром они смогут забрать малышку. Джейн тоже выписывалась. Но она приняла решение больше не встречаться с ребенком. Для нее это было бы слит ком тяжело.

— Как ты думаешь, она не изменит своего решения? — обеспокоенно спросила Диана Энди в ту ночь, и он ответим не сразу:

Не мучай себя ненужными сомнениями, дорогая. Конечно, они в конце концов могут передумать, но мне кажется, что их решение окончательно. Во всяком случае, для Эдварда. Да и она в принципе тоже не станет менять его, просто она сейчас очень нервничает, и это надо понять.

Диана даже представить себе не могла, что может чувствовать женщина, отдающая в чужие руки своего ребенка, и она была счастлива оттого, что ей никогда не придется столкнуться с такой проблемой, но инстинктивно понимала, что никогда бы не пошла на такое. Потом они заговорили о других вещах, например, как назвать девочку. Они все еще не пришли к соглашению по этому поводу, но, похоже, имя Хилари устраивало их обоих.

Диана и Энди позвонили каждый к себе на работу и сказали, что будут отсутствовать из-за болезни. Энди хотел остаться дома еще на один день, а Диана вообще собиралась взять длительный отпуск или уволиться, но пока еще ничего не решила конкретно.

Эрик Джонс на следующий день встретил их в больнице и заставил подписывать целый ворох бумаг. Он уже проделал все необходимые формальности с Эдвардом и Джейн и сказал Дугласам, что те уехали, что для супругов было невероятным облегчением. И теперь они хотели только одного — поскорее забрать девочку и покинуть Сан-Франциско.

Диана очень волновалась, когда они поднимались в лифте с плетеной, украшенной белыми нежными кружевами корзиной; они принесли с собой специальную подставку, на которой должны были укрепить корзину в лимузине по пути в аэропорт. Для супругов это был незабываемый день. Наконец-то у них появился свой ребенок. И у нее даже было имя. В конце концов они сошлись на том, что Хилари Диана Дуглас — самое подходящее.

Когда медсестра принесла девочку, та крепко спала. Диане с Энди помогли сменить больничные пеленки малышки на те красивые вещи, которые они принесли с собой. Медсестра показала Диане, как пеленать ребенка и как менять ей пеленки, и объяснила, в какое время давать ей молочную смесь или глюкозу с водой. Клиника снабдила их дюжиной бутылочек для того и другого.

Когда крошку переодевали, она вдруг открыла глазки и сладко зевнула, а потом, сонно взглянув на Диану с Энди, снова уснула. Когда Диана прикасалась к малышке, она почувствовала что-то такое, чего не испытывала никогда в жизни, даже по отношению к Энди. Это было потрясающее чувство любви и радости, которое полностью захватило ее. Слезы набежали на глаза, когда она возилась с девочкой. Одев дочку во все розовое, она взяла ее на руки. Энди, глядя на жену, подумал, что он никогда не видел ее такой красивой.

— Пошли, мамочка, — тихо проговорил он.

Диана с малышкой на руках в сопровождении Энди спустились в вестибюль, где должны были встретиться с Эриком.

Они поблагодарили и обнялись с ним на прощание. Эрик проводил их и смотрел, как они садились в заказанный лимузин, а Диана суетилась вокруг корзины, утопающей в кружевах. В багажнике лежали три чемодана с вещами для малышки и огромный плюшевый мишка, которого купил Энди.

— Спасибо за все, — бросила она на прощание, когда лимузин тронулся, и Эрик помахал им вслед, улыбаясь. Он был очень тронут событиями последних трех дней.

Диана откинулась на сиденье и посмотрела на Энди. Она с трудом верила в то, что произошло с ними за это время, когда события развивались столь стремительно.

— Ты веришь в чудеса? — спросила она с улыбкой, все еще боясь поверить, что это произошло на самом деле. Но маленькие пальчики, цепко обхватившие ее палец, заставляли поверить в то, что это правда. От одного взгляда на малышку Хилари душу переполняло счастье.

— Я все еще не могу в это поверить, — шепотом заверил ее Энди, он боялся, что может разбудить ребенка. И пока они ехали в аэропорт, он посмотрел на жену и усмехнулся: — А как же твоя работа?

— Я думаю, что мне придется взять декретный отпуск. Но я еще ничего не решила.

— У тебя на работе от этого все будут просто в восторге, — поддразнил он жену. Сам Энди планировал взять хотя бы недельный отпуску себя на работе, чтобы помочь Диане и наладить дома новую жизнь. Теперь у них есть ребенок…

Их дочь… их малышка… Эти слова, когда они их произносили, все еще казались им такими необычными. И когда Диана начинала думать об этом, она опять и опять сознавала, какая это потеря для Джейн и какое приобретение для них с Энди. Это казалось ей совершенно невозможным — столько вытерпеть ради появления на свет ребенка и позволить кому-то забрать его. Но, впрочем, это было личное дело Джейн.

Хилари проснулась, как только они вошли в самолет. Диана сменила пеленки и дала ей немного попить. Малышка почти тотчас уснула. Пока они летели домой, Диана не выпускала ее из рук, чувствуя тепло, исходящее от девочки, держа ее у своей груди. Та спала крепко, тихонько посапывая. Такого она никогда не испытывала — ее захватило теплое чувство, чувство любви и умиротворения .которое исходило от спящей у нее на руках малышки.

— Не знаю, кто из вас выглядит счастливее — ты или мисс Хилари, — произнес Энди, отхлебывая виски, которое подавали в самолете. Он считал, что вполне заслужил выпивку.

К середине дня они уже добрались до дома, и Диана огляделась с таким чувством, как будто она не была здесь целую вечность. Так много событий произошло, и очень многое изменилось в их жизни с тех пор, как в пятницу вечером зазвонил телефон. Неужели прошло всего три дня? Они оба никак не могли поверить в это.

— В какую комнату ее отнести? — шепотом спросил Энди у Дианы, держа корзину с девочкой.

— Я думаю, в нашу. Я не хочу, чтобы она была так далеко от нас. Да и в любом случае мне надо будет вставать ночью и кормить ее.

— Да, да, конечно, я понимаю, — поддразнил он, — ты просто не желаешь расстаться с ней ни на минуту. — Энди и сам понимал, что девочка должна быть недалеко от них.

В тот же вечер Диана позвонила Сэмми и попросила порекомендовать ей опытного педиатра «для подруги». Саманта не могла видеть счастливую улыбку на лице старшей сестры, когда она это говорила. Она назвала ей фамилию врача, а Диана, поинтересовавшись здоровьем ее ребенка, пригласила зайти на следующий день.

Но Сэмми уже знала, как чувствительна Диана, и осторожно ответила:

— Мне не с кем оставить ребенка, Ди. Сеймус работает над новой картиной. Я могу прийти пока мои старшие занимаются в подготовительном классе, но мне придется взять малыша с собой. — А она знала, что Диана не хочет этого. С тех пор как он родился, сестра видела его только раз, да и то мельком.

— Все в порядке. Я не против, — легко ответила Диана, и Саманта насторожилась.

— Ты уверена?

— Абсолютно. — Голос у нее был твердый, казалось, она полностью отдает себе отчет в том, что говорит.

— Ты уже легче к этому относишься? — осторожно спросила Сэмми. Она все еще была под впечатлением той ужасной сцены в День Благодарения, произошедшей в родительском доме. С тех пор прошли месяцы, и Саманта начала понимать, сколь велика была боль сестры и как глупо было с их стороны так невнимательно относиться к ее проблемам.

— Гораздо легче, Сэмми, — произнесла Диана. — Мы поговорим об этом завтра.

Потом она позвонила матери. Отца не было в городе, и это слегка разочаровало Диану. Но тем не менее она пригласила мать к себе на чашечку кофе как раз на то время, когда у нее будет Саманта. И еще она позвонила Гейл. Сестра с некоторым замешательством приняла ее приглашение. Диана никому не сказала, зачем она их собирает. Но когда она после разговора с Гейл повесила трубку, ее лицо расплылось в широкой улыбке. Наконец-то она стала одной из них. Она тоже смогла сделать это. И теперь она — член этого женского сообщества. У нее теперь есть ребенок.

— Я так рад, что ты счастлива, любимая, — прошептал ей Энди в ту ночь.

Он еще никогда не видел ее такой и теперь по-настоящему понял, как сильно она хотела ребенка. Он удивлялся, что для него не имело никакого значения, что девочка не его дочь в биологическом смысле. Это его волновало меньше всего. Он думал только о том, какая она славная. И когда она проснулась в эту ночь в первый раз, они оба подскочили и схватились за бутылочку. Им пришлось вскакивать еще не один раз, и утром Энди посмотрел на Диану, измученный, но абсолютно счастливый.

— Ты забыла позвонить еще кое-кому вчера вечером, — сонно проговорил он, возвращаясь в постель. Он только что позвонил к себе на работу и сказал, что сегодня тоже не придет. И может быть, еще завтра. Пока он сообщил, что «болен», а все остальное пообещал объяснить потом.

— Кому это я забыла позвонить? — Диана казалась расстроенной, пытаясь вспомнить. Она позвонила обеим сестрам и матери. Отец тоже обо всем узнает, как только вернется из поездки. — Не знаю, кого ты имеешь в виду. — Может быть, Элайза, но они сейчас уже не были близки, как раньше.

— Я имел в виду Ванду… ну ты же помнишь… Ванда Вильяме.

— Ах ты дурачок! — рассмеялась Диана, и тут малышка заплакала, прервав их разговор.

Диана накормила Хилари и искупала, а потом, в ожидании, когда соберутся родственники, одела ее в один из новых нарядов. И вдруг, глядя на девочку и ожидая, когда придут гости, Диана подумала, что это совсем не важно: ни вся ее семья, ни то, как они отнесутся к девочке, ни то, что они теперь подумают о Диане. Важно другое — важна была эта малышка, важно, каким человеком она станет, когда вырастет, и важно все то, что она будет значить и что она уже сейчас значит для Энди и Дианы. Они молились за нее, боролись за ее появление и чуть не погубили себя и свой брак, когда думали, что не найдут ее. Она значила для них гораздо больше, чем они когда-нибудь смогут объяснить ей, а уж что подумает о ней кто-то еще — совершенно неважно. Диана надеялась, что вся ее родня полюбит Хилари, она была уверена в этом, ну как они могут не полюбить ее? Но если все-таки этого не случится… то это и неважно. Теперь Диана чувствовала себя победительницей в своих попытках завести ребенка. Она просто пошла иным путем. Она столкнулась с непреодолимой проблемой, познала в себе дьявола и смогла избавиться от него. Теперь все позади. Жизнь продолжается. И в ней не существует ни побед, ни поражений. Это просто жизнь: разная — веселая и грустная, жизнь, где есть место отчаянию и бесконечным необыкновенным сюрпризам. И Хилари — один из таких сюрпризов, наверное, самый лучший, который только могла получить Диана. И теперь она знала, что появление Хилари в ее жизни вовсе не означает для нее какую-то победу, для нее это проявление божьей благодати.

И пока она в задумчивости смотрела на спящую малышку, в дверь позвонили. Это пришла мать.

— Как ты, дорогая? — заботливо спросила она, и Диана заметила в ее глазах беспокойство.

— Прекрасно.

— Почему ты не на работе? — Мать села на кушетку. На ней был новый темно-синий костюм от Адольфо, прическа — как всегда, безупречна, обеими руками она крепко держала маленькую сумочку.

— Не волнуйся так, мам. Все в порядке. Я просто в отпуске.

— В отпуске? Но ты не говорила мне, что собираешься взять отпуск. Вы что, с Энди уезжаете? — Она знала, что они расходились на какое-то время, но потом сошлись, и Диана сразу сказала ей об этом. Она, как правило, относилась к таким вещам довольно спокойно, никогда ни в чем их не обвиняла и не имела привычки беспокоиться понапрасну. Ей было только очень больно узнать о бесплодии дочери. Но и это ее несчастье мать никогда с ней не обсуждала. Она не хотела вмешиваться и смущать Диану своими вопросами, но Саманта сказала ей, что вряд ли ее сестра сможет когда-нибудь иметь ребенка, и Джек, ее зять, подтвердил это.

Диана уже собралась сказать матери, что они с Энди никуда не собираются уезжать, а наоборот, теперь прикованы к месту, когда дверной звонок вновь ожил и появилась Сэмми со своим ребенком. Двухмесячный малыш крепко спал в багажной люльке и выглядел просто очаровательно. Глядя на него, Диана подумала, что еще несколько дней назад один только его вид причинил бы ей невероятную боль. Теперь же он был для нее всего лишь очаровательным племянником.

— Что-то случилось? — с порога спросила Сэмми.

Диана рассмеялась, помогая ей поставить ребенка, и Саманта в ужасе уставилась на сестру. С ней явно что-то произошло: она уже не выглядела такой испуганной, как раньше, казалось, она вполне в себе уверена и ничуть не нервничает, глядя на ребенка. Сэмми даже подумала, что сестра беременна, но она никогда бы не осмелилась спросить ее об этом.

— Ничего страшного. Мама спросила у меня то же самое. Она думает, раз я дома, значит, у меня неприятности. — Сэмми уже заметила мать и, удивившись еще больше, последовала за Дианой в гостиную. — Я взяла на этой неделе отпуск и подумала, как было бы здорово собраться всем вместе. Очень рада видеть тебя, Сэмми! — Диана улыбнулась ей, и сестры обменялись теплыми взглядами, порадовав материнское сердце. Она была очень рада за них.

Гейл явилась через десять минут и тут же начала жаловаться на ужасное движение на магистрали, на свою машину и на то, что она никак не могла найти место для парковки.

— По какому случаю все собрались? — Она подозрительно оглядела гостиную, заметив мать и сестру. — Это похоже на семейное совещание.

— Нет, не совсем так, — улыбнулась Диана, — просто есть кое-кто, с кем я хочу вас всех познакомить, — спокойно проговорила она. — Сейчас я ее принесу. Садись, Гейл. — Сэмми уже сидела на кушетке рядом с матерью, качая своего малыша Диана покинула родных, зашла в спальню и, стараясь не разбудить малышку, осторожно вытащила ее из корзинки и поднесла к груди. Хилари была такая теплая и уютная, и Диана, возвращаясь в гостиную, прижимала ее к себе и нежно целовала ее головку. Она вошла в комнату и остановилась. Три женщины изумленно уставились на нее. Сэмми просто смотрела и улыбалась, мать заплакала, а Гейл не могла вымолвить ни слова от удивления.

— О боже… У тебя ребенок.

— Да, ты совершенно права. Это Хилари, — сказала Диана и села напротив Сэмми, опуская малышку на колени, чтобы все могли получше рассмотреть ее. Это была очень красивая девочка с великолепной кожей, правильными чертами лица и крошечными ручками с длинными красивыми пальчиками.

— Она прелестна! — воскликнула мать и наклонилась, чтобы поцеловать дочь. — Дорогая, я так за тебя рада!

— Я тоже рада, мамочка, — ответила Диана, целуя мать. Тут Сэмми крепко обняла ее, и две сестры смеялись и плакали одновременно, в то время как Гейл наклонилась, чтобы получше рассмотреть девочку.

— Да она просто великолепна, — заявила Гейл. Потом посмотрела на Диану. — Ну что ж, сестричка, тебе опять повезло, ты нашла очень легкий путь — никаких тебе родов, тридцати фунтов лишнего веса, обвисших сисек. Так просто получить великолепного малыша, не приложив для этого никаких усилий. Если бы я не была за тебя так рада, я бы тебя возненавидела. Может быть, мы теперь снова сможем стать друзьями. Для нас все твои беды тоже не были легким испытанием, и ты это знаешь. — Казалось, она говорила за всех троих, но, как и всегда, самые натянутые отношения были между старшей и средней сестрами. Сэмми всегда оставалась в стороне от их ссор, с самого детства. Они всегда считали ее ребенком.

— Простите меня, — произнесла Диана, глядя на свою до чурку. — Это было ужасное время, но теперь все кончилось.

— И откуда же она взялась? — с любопытством спросила Сэмми, рассматривая девочку.

— Из Сан-Франциско. Она появилась на свет утром в воскресенье.

— Это просто чудо, — проговорила бабушка. Она уже с нетерпением ждала момента, когда можно будет сказать об этом мужу, и ей хотелось скорее пойти и купить малышке какой-нибудь подарок. Она даже представить себе не могла, что подумает отец Дианы, она лишь была уверена, что он будет ужасно рад и почувствует невероятное облегчение после всего того, что пришлось вынести его дочери.

Женщины просидели почти два часа и в конце концов неохотно ушли, поцеловав по нескольку раз Диану и малышку. Энди пришел домой почти сразу же после того, как ушла Сэмми. Он ходил на работу, чтобы собрать кое-какие документы, и объяснил там, что ему понадобится отпуск до конца недели. На службе были обрадованы его хорошими новостями и с удовольствием дали ему отпуск, посоветовав взять вторую неделю, если он почувствует, что это необходимо. Конечно, он еще зашел к Биллу Беннингтону и рассказал ему о ребенке.

— Значит ли это, что мы опять сможем играть в теннис? — поддразнил Билли.

Теперь он прекрасно понимал состояние Дианы, потому что у них с Денизой возникли проблемы с ее беременностью. Ее положили на сохранение, так как у нее не все шло гладко. Врачи боялись, что ребенок может родиться раньше времени или она вообще его потеряет. Но сейчас опасность уже миновала. До родов осталось всего восемь недель, и ее обещали выписать в следующем месяце.

— Когда мы сможем ее увидеть? — в волнении спросил Билли. Он уже знал, что у них с женой тоже будет девочка, и ему понравилась мысль о том, что они с Энди могли бы прогуливаться со своими дочками.

— Может быть, через несколько лет мы уже сможем играть семейными командами, — предположил Билл, и Энди рассмеялся. Потом он пообещал другу, что они обязательно навестят Денизу, как только та будет в состоянии принять их.

— Мы позвоним, — обещал Энди и помчался домой к Диане и малышке. Жена дала ему длинный список покупок, и кое-что ему надо было приобрести для себя. Когда он пришел домой, то сразу понял, что Диана большую часть времени провела с матерью и сестрами.

— Ну как, миссия была успешной? — заговорщически спросил он, и она усмехнулась. — Как вела себя наша принцесса? — В данный момент она крепко спала в своей корзинке.

— Безупречно. И всем очень понравилась.

— Еще бы! — Он посмотрел на девочку, очарованный каждым ее движением, каждым дюймом ее крошечного тела. Энди просто обожал ее. Потом он вспомнил кое-что еще. — Ты позвонила в свой офис?

— Я пыталась, но не смогла застать нужных мне людей. Может, мне стоит сходить туда и все объяснить?


Глава 15 | Благословение | * * *



Loading...