home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 10

День Благодарения они отмечали в квартире Лиз вместе с Джейн и ближайшей подругой Лиз Трейси. Последней было немного за сорок, она была на удивление приятной женщиной. Дети ее выросли и уехали кто куда. Сын учился в Йельском университете, дочь вышла замуж и теперь жила в Филадельфии. Муж Трейси давно умер — со времени его смерти прошло уже четырнадцать лет. Сама она принадлежала к тем сильным, энергичным натурам, которые умудряются сохранять живость и оптимизм несмотря на то, что жизнь часто и больно бьет их. Она выращивала цветы, любила готовить, держала в доме кошек и огромного Лабрадора. Жила она в крошечной квартирке в Саусалито. Она подружилась с Лиз, как только та появилась в школе, и не единожды помогала ей и Джейн в те тяжелые первые годы, когда Джейн была совсем малышкой, а у ее матери не было ни гроша. Иногда она даже отпускала Лиз в кино. Никто не был так рад за Лиз, как Трейси. Она согласилась стать ее подругой на свадьбе, что вполне устраивало и Берни, которому Трейси чрезвычайно нравилась. Высокая и сухощавая, она была родом из штата Вашингтон и никогда не бывала в Нью-Йорке. Трейси носила туфли фирмы «Биркенсток». Приземленная, но добрая, она с трудом понимала Берни, который казался ей слишком сложной натурой, однако считала при этом, что он идеально подходит для Лиз. Берни представлялся ей едва ли не идеальным супругом, примерно таким же, каким в свое время был ее покойный муж. Идеальные пары — вещь редкая. Трейси никогда не встречала людей, похожих на ее мужа, и достаточно быстро поняла, что искать их бессмысленно. Она свыклась со своей нехитрой жизнью в Саусалито — ей хватало учеников и друзей, ничего иного она и не требовала. Трейси потихоньку копила деньги, мечтая как-нибудь съездить к внучке в Филадельфию.

— Может быть, мы поможем ей, Лиз? — спросил однажды Берни. Ему было очень неудобно видеть, как Трейси собирает буквально по грошу, чтобы поехать в Филадельфию, в то время как он разъезжает в дорогущем автомобиле, покупает дорогую одежду, дарит Лиз кольцо с камнем в восемь карат, а Джейн — куклу стоимостью четыреста долларов. — А то это как-то несправедливо.

— Вряд ли она согласится…

Ей самой теперь ни о чем не приходилось тревожиться, хотя она и дала себе обещание — не обращаться к Берни ни с какими просьбами, пока они не поженятся. Берни буквально завалил ее самыми фантастическими подарками.

— Давай дадим ей деньги в долг. С этим-то она должна согласиться, верно?

В конце концов он решил покончить с этой проблемой и заговорил на эту тему с самой Трейси. Произошло это в День Благодарения — после того, как стол уже был убран, а Лиз отправилась укладывать Джейн. Он и Трейси сидели у камина.

— Не знаю даже, как спросить тебя об этом, Трейси… Берни знал, что Трейси чрезвычайно горда, и поэтому несколько побаивался этого разговора. Но не поговорить с ней он был просто не вправе.

— Если ты хочешь переспать со мной, то я согласна. Трейси обладала бесподобным чувством юмора. Выглядела она, несмотря на свой возраст, очень молодо. Чистая свежая кожа, яркие голубые глаза, полные жизни, делали ее похожей на англичанку. Вот только под ногтями у нее постоянно была грязь — Берни заметил это еще при первой их встрече, — поскольку Трейси постоянно копалась в огороде. Она часто приносила им розы, капусту, морковь и помидоры.

— Честно говоря, я хотел поговорить на другую тему… Он набрал в легкие побольше воздуха и разом объяснил ей все. Когда он закончил говорить, Трейси стояла возле него, обливаясь слезами и сжимая в похолодевших руках его руку.

— Знаешь, если бы речь шла о чем-то другом… платье, машине или доме, я бы тебя прибила на месте… Но мне так хочется увидеть малышку… Я приму твое предложение и займу у тебя эти деньги.

Трейси соглашалась взять деньги только на билет без места. В конце концов Берни это надоело, и он купил ей билет бизнес-класса до Филадельфии и обратно. Она должна была полететь туда за неделю до Рождества и обещала вернуться к двадцать седьмому числу.

Рождество вышло шумным и суматошным. Он привел Джейн в магазин, чтобы она посмотрела на Санта-Клауса. Потом они отпраздновали и Хануку. Но главные их заботы были связаны с переездом в новый дом. Берни переехал туда двадцать третьего, Лиз — двадцать седьмого. В тот же вечер они отправились в аэропорт встречать Трейси. По очереди обняв всех троих, Трейси прослезилась.

— Вы даже себе не представляете, какое это чудо! У нее уже два зуба, и это в пять-то месяцев!

Всю дорогу к их новому дому они подшучивали над Трейси, но та и не думала обижаться, ей не терпелось увидеть их викторианский особнячок, стоявший на Бьюкенене прямо напротив парка, в котором Лиз и Джейн могли гулять после уроков. Это было именно то, что им нужно. Особняк они сняли на год, хотя Берни и надеялся на то, что им удастся уехать из Сан-Франциско значительно раньше.

— Берни, когда прилетят твои родители?

— Завтра вечером. — Он вздохнул. — Все равно что ждать в гости Аттилу.

Трейси рассмеялась. Она была по гроб жизни благодарна ему за эту поездку. Брать же деньги назад Берни наотрез отказался.

— Можно, я буду называть эту тетю бабушкой? — зевнув, поинтересовалась Джейн, когда они расположились в гостиной. Жить всем под одной крышей оказалось не так-то и плохо — по крайней мере, не приходилось разрываться между тремя местами разом.

— Конечно, конечно. Смело зови ее бабушкой, — улыбнувшись, ответил Берни, прекрасно понимавший, что его матери подобное обращение вряд ли понравится. Через какое-то время Трейси выгнала из их гаража свою машину и отправилась домой в Саусалито. Лиз уложила Джейн и поспешила в спальню, где ее уже ждал Берни. Не успела она юркнуть под одеяло и обнять Берни, как рядом с кроватью раздался детский голосок. Это была Джейн. Похлопав Берни по плечу, она сказала:

— Я боюсь.

— Чего?

— У меня под кроватью прячется какое-то чудище!

— Ну что ты. Этого не может быть. Я весь дом осмотрел, прежде чем мы сюда переехали. Честное слово.

Он попытался придать голосу веселость и живость, хотя чувствовал себя крайне смущенным.

— Значит, оно пришло туда потом! Его грузчики притащили — вот!

Лиз, только теперь появившаяся из-под одеяла, сказала строгим голосом:

— Джейн О'Райли, сию же минуту отправляйтесь в свою кровать!

Девочка вдруг зарыдала и прижалась к Берни:

— Мне страшно!

— Давай я поднимусь наверх с тобой, и мы вместе поищем это твое чудище.

Берни было откровенно жаль девочку.

— Только ты иди первым. — Девочка перевела взгляд на мать, но тут же вновь посмотрела на Берни. — Почему ты спишь в маминой кровати до свадьбы? Разве так бывает?

— Понимаешь… Конечно же, обычно так не бывает. Но… иногда… Понимаешь…

Лиз расхохоталась, Джейн же, не обращая на нее никакого внимания, продолжала рассматривать Берни.

— Так мы идем пугать чудище или нет?

Берни вздохнул и встал с кровати. Хорошо еще, что на сей раз он лег спать в своей старой пижаме. В тот же миг Джейн перевела взгляд на мать и спросила:

— Можно поспать у тебя?

Лиз застонала. Откажи она сейчас дочери, и та будет дуться на нее добрых три недели.

— Я отведу ее наверх, — сказала Лиз, собираясь подняться, но Берни остановил ее взглядом.

— Только один разик, — стала канючить Джейн. — Дом ведь новый…

Она посмотрела в глаза Берни и вложила свою крохотную ладошку ему в руку. Кровать, на которой они спали, была огромной, места на ней хватило бы всем.

— Я сдаюсь, — со вздохом сказала Лиз. В тот же миг Джейн, словно обезьянка, взобралась на кровать и легла между Лиз и Берни.

— Как здорово… — пробормотала она, с улыбкой глядя на своего защитника. Берни не оставалось ничего другого, как рассказывать ей до бесконечности смешные истории о собственном детстве. Лиз давно заснула, а они все говорили и говорили…


Глава 9 | Все только хорошее | Глава 11



Loading...