home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 30

По пути в аэропорт Берни невольно задумался о том, какой странный характер приобрела его жизнь. А всего чуть больше года тому назад она была совсем обычной.

Любимая жена, новорожденный ребенок и дочка, которая и раньше жила с ней. Но внезапно Лиз не стало, Джейн похитили и за нее требуют выкуп, и он вот-вот полетит в Мексику вместе с парой незнакомых людей, которых нанял, чтобы разыскать ее. Он смотрел в окошко, постоянно думая о Джейн. Он боялся, как бы Скотту Чендлеру и его сообщникам не вздумалось поиздеваться над девочкой, и эти тревожные мысли не давали ему покоя на протяжении всей ночи. В аэропорту он поделился своими опасениями с Герти, но она сказала, что Скотта явно ничего, кроме денег, не интересует, и Берни постарался проникнуться такой же убежденностью.

Он позвонил Гроссману из аэропорта и пообещал держать его в курсе дел. А потом наступила долгая для него ночь. Они прилетели в Сан-Диего в одиннадцать тридцать и взяли напрокат машину с четырьмя ведущими колесами;

Винтере заранее условился с агентством, чтобы ее пригнали в аэропорт, и они сразу же отправились на ней в путь. Они решили обойтись без остановки в гостинице, чтобы не терять времени, и пересекли границу в Тихуане, на большой скорости миновали Росарито и Дескансо, а спустя час уже добрались до Энсенады. Винтерсу показалось, что Скотт скорей всего выберет именно такой маршрут. В Тихуане он заплатил пограничнику пятьдесят долларов, и тот припомнил, что видел интересующую их троицу.

Часы уже показывали час ночи, но бары еще нигде не закрылись, и они обошли все питейные заведения Энсенады, распределив их между собой и прихватив фотографию Скотта, чтобы, заказав кружку пива, извлечь ее и показать бармену. Герти удалось напасть на след. Бармену хорошо запомнилась милая девочка, которая явно побаивалась взрослых, бывших при ней. Подружка Скотта расспрашивала бармена о пароме, который курсирует между Кабо-Аро и Гуаймас.

Узнав об этом, Герти тут же вернулась к машине, и они отправились в дорогу, придерживаясь указанного барменом маршрута: сначала на юг через Сан-Висенте, Сан-Тельмо и Росарио, а затем на восток по направлению к Эль-Мармоль. Путь протяженностью в двести миль оказался непростым даже для машины с четырьмя ведущими колесами, и они потратили на него пять часов. В семь утра они заправились на бензоколонке в Эль-Мармоле, а в восемь остановились, чтобы поесть перед тем, как отправиться дальше вдоль восточного побережья Калифорнии. До Санта-Росалии оставалось еще двести миль. Они добрались туда к трем часам, чувствуя изрядную усталость, и обнаружили, что паром отправится в Гуаймас только через два часа. Зато паромщик, помогавший им загрузить машину, вспомнил, что видел Скотта, женщину и сидевшую между ними девочку.

— Как вам это нравится, Джек? — спросил Берни, стоя рядом с Винтерсом и глядя на скрывающиеся из виду берега Калифорнии. Герти только что отошла в сторону.

— Пока все идет хорошо, но неизвестно, что будет дальше. Не стоит рассчитывать на сплошное везение, хотя начали мы совсем неплохо.

— Может, нам выпадет удача, и мы скоро их найдем. — Берни очень хотелось в это верить, но Винтере знал, что такой вариант маловероятен.

Сотня миль от Санта-Росалии до Эмпальме и еще двести пятьдесят от Эмпальме до Эспириту-Санто, где, как показалось паромщику. Скотт сошел на берег. Но на причале в Эспириту-Санто они узнали, что он отправился в Масатлан, и им пришлось проделать путь еще в двести пятьдесят миль. А там всякий след пропал. Наступила среда, но им так и не удалось ничего прибавить к тем сведениям, которые имелись у них еще до отлета из Сан-Франциско. Они провели неделю в неустанных трудах и побывали чуть ли не в каждом баре, ресторане, отеле и магазине Масатлана и наконец выяснили, что следующим городом на пути Скотта стала Гуадалахара, находившаяся всего в трехстах двадцати четырех милях от Масатлана, но им пришлось потратить восемь дней и приложить немало сил, чтобы добыть эту информацию.

В Гуадалахаре им удалось узнать, что Скотт останавливался в маленькой захудалой гостинице под названием «Росальба», и почти ничего больше. Джек высказал предположение, что, вероятно, они отправились в глубь материка, скорей всего в какой-нибудь из захолустных городков на пути к Агуаскальентес. На поиски ушло еще два дня, наступила пятница, и срок, отпущенный Берни, подошел к концу. Через два дня Скотт должен позвонить, и к этому времени ему необходимо быть в Сан-Франциско.

— Как мы поступим теперь? — Они заранее уговорились, что Берни вылетит из Гуадалахары в Сан-Франциско, чтобы оказаться на месте, когда Скотт позвонит, если к тому времени они так и не сумеют найти Джейн, а Винтерсы останутся в Мексике и будут поддерживать с ним связь по телефону. Они ежедневно сообщали Гроссману о том, как продвигаются поиски, а Берни звонил домой, чтобы проведать няню и Александра. Он знал, что дома все обстоит благополучно, но очень скучал по сыну. Впрочем, к исходу недели он утратил всякую способность думать о чем-либо, кроме Джейн и державшего ее в заложницах негодяя.

— По-моему, завтра вам лучше бы вылететь домой, — сказал Винтере и призадумался. Они уже вернулись в гостиницу и сидели, попивая пиво. — Пожалуй, вам стоит сказать, что вы раздобыли деньги. — Винтере прищурился, тщательно обдумывая новый план, но Берни встревожился.

— Пятьсот тысяч долларов? А как мне быть, когда наступит время вручить их ему? Объяснить, что я пошутил?

— Пусть он назначит место встречи. О дальнейшем мы подумаем потом. Но если он захочет встретиться с вами где-нибудь неподалеку отсюда, мы сможем сделать свои выводы. Скажите, что вам понадобится еще пара дней, чтобы добраться до места, а к тому моменту мы, бог даст, найдем его.

Винтере тщательно взвесил все возможности. Но и Берни сделал то же самое.

— А вдруг они уже вернулись в Штаты?

— Исключено, — с уверенностью заявил Винтере. — Если у него все в порядке с мозгами, он должен как огня бояться полиции. За то, что он сделал с девочкой, ему ничего не будет, а вот за угон машины, учитывая прошлые судимости, он непременно получит новый срок, и к тому же он нарушил условия досрочного освобождения.

— Поразительная ситуация. — Берни с горечью посмотрел на Винтерса. — Он украл девочку, угрожал ей и, вероятно, причинил ребенку тяжелейшую психологическую травму, следы которой сохранятся на всю жизнь, а полицию волнует только кража старой машины. Что за чудесные у нас законы?! Черт возьми, начинаешь понимать коммунистов. Я был бы рад, если бы его вздернули за то, что он наделал.

— Это ему не грозит. — Винтере философски относился к жизни. Ему довелось повидать немало ситуаций вроде этой или еще страшней, в результате чего он решил никогда не заводить детей, и жена согласилась с ним. Они перестали держать в доме даже собак после того, как последнюю из них украл, отравил и подбросил к ним под дверь один из людей, попавших их стараниями в тюрьму.

На следующий день они не смогли разузнать ничего нового, и в субботу вечером Берни вылетел в Сан-Франциско. Самолет приземлился около девяти часов, и он срочно отправился домой, внезапно ощутив неодолимое желание как можно скорей увидеть сына. Ведь только он у него и остался. Лиз больше нет и Джейн тоже, и он уже не знает наверняка, доведется ли ему когда-нибудь снова услышать, как в стенах коридора отдается эхом ее звонкий голосок, и увидеть, как она бежит ему навстречу с криком:

«Привет, папочка!» При мысли об этом он почувствовал, что у него разрывается сердце, и, оставив сумки в няниной комнате, тихонько вышел в гостиную, сел в кресло и заплакал, закрыв лицо руками. Потеря за потерей — это невыносимо, и то, что случилось с Джейн, можно было предотвратить. Ему казалось, что он подвел Лиз в том, что для нее было важней всего на свете.

— Мистер Фаин? — Заметив, какое у Берни выражение лица, няня оставила спавшего Александра в кроватке и отправилась к его отцу. Она тихонько вошла в темную гостиную… Как тяжело ему пришлось в последние четырнадцать дней… они наверняка показались ему долгими, как четырнадцать месяцев… Такой достойный человек и так страшно мучается. Лишь вера в Бога поддерживала в ней надежду на то, что Джейн найдут и она вернется домой. Миссис Пиппин как могла попыталась убедить в этом Берни, но прошло немало времени, прежде чем он откликнулся на ее слова.

— Джейн непременно возвратится домой. Господь научит нас, как ее найти.

Но ему вдруг вспомнилась история похищения ребенка Линдбергов и трагедия, которая постигла его родителей.

— А если мы так их никогда и не отыщем? — по-детски жалобно спросил он, полагая, что все уже потеряно. Но миссис Пиппин не хотела верить в худшее. Она стояла в дверях в лучах падавшего на нее из коридора света, и Берни поднял голову и посмотрел на нее.

— Няня, я этого не переживу.

— Господь милостив, и беда минует вас. — Подойдя поближе к Берни, она ласково потрепала его по плечу и зажгла свет. А несколько минут спустя принесла ему сандвич и чашку горячего чая. — Ложитесь-ка сегодня пораньше спать. Завтра вам понадобится ясная голова, мистер Фаин. — Но к чему ему ясная голова? Чтобы притвориться, будто он раздобыл полмиллиона долларов, которых у него на самом деле нет? Страх не давал ему покоя, и в ту ночь он почти не спал, а все ворочался с боку на бок, терзаясь в мучительном раздумье.

Наутро к нему приехал Билл Гроссман. Берни долго рассказывал ему о местах, в которых они побывали, о сведениях, которые удалось добыть, и о том, как Гуадалахара оказалась мертвой точкой на их пути. Утром позвонил Винтере, но он не сообщил ничего нового. Вот только Герти пришла в голову одна идея.

— Она считает, что нужно поискать в Пуэрто-Вальярта. — Они и раньше обсуждали этот вариант, но сочли, что Скотт побоится, как бы его там не заметили, и скорей отправится в глубь страны. — Возможно, она права. Вдруг у него хватило наглости показаться там. Ведь ему нравится шикарная жизнь. Не исключено, что он присматривает себе яхту.

Хотя Берни и сомневался в этом, он согласился с Винтерсом, что попробовать стоит. Он весь день не выходил из дому на случай, если Скотт позвонит раньше срока.

Берни боялся пропустить его звонок. Гроссман просидел вместе с ним до вечера. Он уже рассказал о том, что работники суда выразили «крайнее огорчение» в связи с «неразумным поступком» мистера Скотта.

— Огорчение? — закричал в ответ Берни. — Огорчение? Да в своем ли они уме? Из-за их глупости моя дочка пропала бог знает куда, а они говорят об огорчении? Как трогательно с их стороны.

Гроссман понимал, что Берни вне себя от тревоги, и находил ее обоснованной. Он умолчал о заявлении сотрудницы социальной службы, которая предположила, что мистеру Скотту, видимо, не терпится наверстать упущенное время и он просто хочет поближе узнать свою дочку. Гроссман побоялся, что, узнав о ее словах, Берни разыщет ее в мэрии и придушит. Не то чтобы он всерьез считал это возможным, но мало ли что бывает. Берни находился на грани срыва. В пять часов зазвонил телефон, и Берни кинулся к нему, нимало не сомневаясь, что это Скотт. Он сделал глубокий вдох прежде, чем снять трубку.

— Да?

Но в трубке раздался голос Винтерса, а вовсе не Скотта.

— У нас есть для вас новости. Он еще не звонил? — Все это походило на игру «полицейские и воры», только у Берни украли смысл его жизни… любимую дочку…

— Нет. Я все еще сижу и жду. А что у вас?

— Я не совсем уверен… но, похоже, мы его нашли. Герти оказалась права. Он оставил след чуть ли не на каждом углу в Пуэрто-Вальярта.

— А Джейн при нем? — «Господи… прошу тебя… только бы они ее не убили». Ему вспомнилось множество историй с похищением, в результате которого родители навсегда потеряли своего ребенка. Ежегодно происходит не одна тысяча таких происшествий… чудовищная статистика, чуть ли не целых сто тысяч…

— Точно не знаю. Он часто появлялся в заведении под названием «У Карлоса О'Брайана», как и все, кому случается оказаться в Вальярте. Это самый популярный бар в городе, и Скотт допустил ошибку, зачастив туда. Но никто не видел там ни женщины, ни ребенка. Наверное, они сидят в гостинице. Когда он позвонит, попробуйте разговорить его и выудить какие-нибудь сведения… не проявляйте враждебности.

При мысли об этом у Берни вспотела рука, в которой он держал трубку.

— Постараюсь.

— И уговоритесь с ним о встрече. Скажите, что вы раздобыли деньги.

— Хорошо.

Берни повесил трубку и дрожащим от волнения голосом сообщил последние известия Гроссману. Не прошло и пяти минут, как телефон зазвонил снова. Сквозь помехи на линии междугородной связи до Берни донесся голос Скотта.

— Как дела, приятель? — Он говорил веселым и спокойным тоном, и Берни страшно захотелось добраться до него и придушить на месте.

— Отлично. У меня для вас хорошие новости. — Берни пришлось повысить голос, чтобы докричаться сквозь помехи, но он постарался говорить так, чтобы ответ прозвучал невозмутимо и ровно.

— Какие именно?

— Новости ценой в полмиллиона долларов. — Берни неплохо справился со своей ролью. — Как Джейн?

— Прекрасные новости. — Скотт явно обрадовался, но не так сильно, как того хотелось бы Берни.

— Я спрашиваю: как Джейн? — Он крепко стиснул трубку в руке. Гроссман сидел, не сводя с него глаз.

— С ней все в порядке. Но у меня для вас есть неприятное известие. — У Берни замерло сердце. — Цена увеличилась. Она такая очаровательная малышка, и я понял, что она стоит куда дороже.

— В самом деле?

— Да. Мне кажется, она стоит целого миллиона, разве я не прав?

— Мне не так-то просто его раздобыть. — Он написал сумму на листке бумаги и показал его Гроссману. Но это позволит им выиграть время. — Мне придется снова проделать такое же путешествие.

— А пятьсот тысяч у вас на руках?

— Да, — соврал он.

— Почему бы нам не разделить сумму на два взноса?

— Вы вернете мне Джейн после первого взноса? Скотт засмеялся:

— Навряд ли, милый друг.

Сукин сын. Никогда в жизни Верни не испытывал столь острой и столь обоснованной ненависти.

— Вы получите ее, когда вручите нам миллион.

— Тогда никаких первых взносов. Скотт изменил тон и заговорил жестче:

— Я дам вам неделю на поиски денег, Фаин. А если вы их не раздобудете… — Он оказался невероятно жадным выродком. Но теперь у них есть еще неделя на поиски Джейн. Если повезет, они найдут ее в Пуэрто-Вальярта.

— Я хочу поговорить с ней. — Голос Берни тоже посуровел.

— Ее здесь нет.

— А где она?

— В укромном месте. Не беспокойтесь.

— Скотт, постарайтесь со всей отчетливостью уяснить себе следующее: если хоть один волос упадет с ее головы, я убью вас. Понятно? И вы не получите ни цента, пока я не увижу, что она цела и невредима.

— С ней все хорошо. — Он хохотнул. — Черт возьми, она даже успела загореть.

— Где она?

— Неважно. Она вам обо всем расскажет, когда вернется домой. Я позвоню вам ровно через неделю, и будьте добры, Фаин, держите денежки наготове.

— Непременно. А вы не потеряйте Джейн.

— Договорились. — Он засмеялся. — Сделка на миллион долларов. — Вслед за этим он повесил трубку, а Берни, еле дыша, опустился в кресло. На лбу у него выступил пот. Он взглянул на Гроссмана и заметил, что того трясет.

— Славный парень. — Гроссману стало тошно.

— Да, не правда ли? — с горечью ответил Берни. Ему казалось, что он уже никогда не оправится после этой истории, даже если Джейн вернется домой.

Час спустя телефон зазвонил снова. Винтере не стал тратить время на лишние разговоры.

— Мы нашли его.

— Боже мой. Вы не шутите? Я только что с ним говорил. — У Берни задрожал голос и затряслись руки.

— Я хотел сказать, мы знаем, где он живет. Официантка из бара «У Карлоса О'Брайана» сказала, что он нанимает ее присматривать за Джейн. Мне пришлось дать ей тысячу долларов, чтобы она держала язык за зубами, но оно того стоит. По ее словам, с Джейн все в порядке. Девочка сказала официантке, что Скотт ей не отец, хотя «был им раньше», пока мама не развелась с ним. Он пригрозил Джейн, что убьет вас и ее братика, если она попытается сбежать или позвать на помощь. Очевидно, подружке Скотта надоело сидеть с ребенком, пока сам он развлекается, и они наняли эту официантку.

— Господи! Как у него язык повернулся сказать ей такое!

— Они нередко так поступают. Говорят детям, что их родители уже умерли или что они больше не хотят их видеть. А когда дети напуганы, они с легкостью верят самым диким небылицам.

— А почему официантка не обратилась в полицию?

— Как она сказала, ей не хотелось вмешиваться, а вдруг девочка все выдумала? А потом, он ведь платит ей. Просто мы заплатили больше. Не исключено, что она спит с ним, хотя, на мой взгляд, это маловероятно. — Она предложила Винтерсу переспать с ней за сотню долларов. Но он решил, что расходов и так хватает, а потом со смехом рассказал об этом Герти, которая решила, что эта история далеко не так забавна, как ему кажется. — Что негодяй сказал вам? — Винтере предполагал тем же вечером, сразу после разговора, перейти к решительным действиям, но боялся, что за Скоттом будет трудно уследить, не привлекая к себе внимания.

— Теперь он потребовал миллион. И дал мне неделю на поиски денег.

— Отлично. Значит, он намерен отдохнуть на досуге. Я хочу сегодня же вырвать девочку у него из лап. Вы не против? Официантка берется помочь, если я дам ей еще тысячу долларов. Судя по всему, вечером Джейн останется с ней. Самый подходящий момент. — Берни почувствовал, что внутри у него все перевернулось. «Господи, прошу тебя, спаси и сохрани ее». — Нам не удастся сразу же вылететь отсюда, но мы рванем в Масатлан и утром сядем на самолет. — Сыщик говорил с уверенностью профессионала, и не случайно. И все же Берни пожалел, что его не будет с ними. Он понимал, как испугается Джейн. Для нее Джек и его жена — просто двое незнакомых людей. Но без него они смогут действовать ловчее и быстрее. — Если все пойдет хорошо, завтра она будет дома.

— Держите меня в курсе событий.

— Скорей всего мы позвоним вам около полуночи.

Этот вечер показался Берни самым долгим в его жизни. В семь часов Гроссман отправился домой. Он попросил Берни звонить ему в любое время, если появятся новости. Берни совсем уже было собрался набрать номер телефона матери, но решил подождать, пока не поступят новые известия.

Ждать пришлось гораздо меньше, чем предполагал Винтере. Вскоре после десяти часов раздался звонок, и телефонистка спросила, согласен ли он оплатить разговор с абонентом из Валье-де-Бандерас в Халиско.

Он тут же ответил, что согласен. Няня Пиппин легла поспать, и он сидел один на кухне. Он только что очередной раз приготовил себе кофе.

— Джек?

— Девочка у нас. С ней все в порядке. Они с Герти в машине. Джейн вконец вымоталась и уснула. Мне очень жаль, но мы сильно ее напугали. Официантка открыла нам дверь, и мы тут же увезли Джейн. Официантка скажет Скотту, что ребенка забрали полицейские. Возможно, на некоторое время он исчезнет из поля вашего зрения. Но как бы там ни было, у нас заказаны билеты на девятичасовой рейс из Масатлана. Мы заночуем в «Холидей-Инн», когда доберемся до него. И теперь никто ее уже и пальцем не тронет.

Берни знал, что Винтерсы вооружены. По щекам у него потекли слезы, и ему удалось сказать человеку, который спас его дочку, всего два слова: «Спасибо вам». Повесив трубку, он закрыл лицо руками, склонился над кухонным столом и, громко всхлипывая, заплакал, чувствуя, что на смену ужасу и боли пришло облегчение. Джейн возвращается домой… Ах, если бы вместе с ней вернулась и Лиз…


Глава 29 | Все только хорошее | Глава 31



Loading...