home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 42

Наутро, когда они проснулись, у них обоих затекли руки и ноги, а Меган замерзла. Они обменялись боязливыми взглядами и, увидев, что тревожиться не о чем, радостно улыбнулись. Наступил новый год. Берни принялся дразнить Меган по поводу того, каким образом она его встретила, чем вызвал у нее веселый смех.

Он отправился готовить кофе, и Меган, позаимствовав у него старый халат, вскоре тоже пришла на кухню. Ее густые, длинные черные волосы разметались по плечам, и она показалась ему еще красивей, чем прежде, когда он увидел, как она сидит на стуле, положив локти на кухонный стол и держа в руках чашку.

— Знаешь, ты восхитительный мужчина.

Ни один из любовников никогда не вызывал у нее такого восторга, как Берни. Но она понимала, что тут-то и кроется опасность. У нее немало шансов остаться потом одной и с разбитым сердцем. Этот человек еще не оправился после смерти жены, а через несколько месяцев он переедет в Нью-Йорк. Он сам предупредил ее об этом. А Меган обладала изрядным опытом и знала, что именно честные люди способны причинить другим сильную боль.

— О чем ты задумалась, красавица? У тебя очень серьезный вид.

— Я думала о том, как будет жалко, когда тебе придется перебраться в Нью-Йорк. — Она решила быть с ним откровенной. Это необходимо. За многие годы ей пришлось пережить немало разочарований, которые оставили неизгладимые шрамы.

— Самое забавное заключается в том, что мне уже не хочется туда возвращаться. На протяжении первых двух лет, проведенных здесь, я только об этом и мечтал. — Он пожал плечами и передал ей чашку с отчаянно горячим черным кофе. Мег призналась ему как-то, что любит именно такой. — А теперь жалею, что не смогу остаться здесь. Может, нам лучше пока не думать об этом?

— Думай не думай, легче не станет. — Она посмотрела на него, философски улыбаясь. — Но ради тебя я готова даже на это.

— Спасибо тебе за эти слова. — Он тоже мог бы многим поступиться ради нее. Он даже удивился, ощутив, насколько сильно он ее любит.

— Ты ужасно мне понравился еще в ту ночь, когда привез Алекса в больницу. Я даже призналась в этом медсестре… но подумала, что ты женат. И по дороге домой прочитала самой себе нравоучительную лекцию на тему о том, что не стоит перевозбуждаться при виде папаш моих пациентов. — Он засмеялся, а Меган с улыбкой добавила:

— Правда, прочла. Честное слово.

— Ладно-ладно, не рассказывай. После сегодняшней ночи трудно поверить, что ты навеки справилась с возбуждением. — Меган покраснела, а он подошел к ней, чувствуя, как желание проснулось в нем с новой силой, и ему показалось, что оно не пройдет никогда. Внезапно они оказались в волшебной стране любви. Он не мог отвести от нее глаз и осторожно потянул за поясок халата, который она так старательно завязала лишь несколько минут назад, а когда халат соскользнул у нее с плеч и упал на пол, он повел ее к себе в спальню. Расположившись у него в постели, они долго с наслаждением занимались любовью, но в конце концов Мег отправилась в душ. Она сказала, что ей пора ехать в больницу, чтобы вместе с Патриком сделать обход пациентов.

— Я поеду с тобой.

Она тряхнула еще мокрыми волосами, обернулась и тепло посмотрела на него. Глаза Берни сияли от счастья.

— Ты действительно хочешь поехать вместе со мной? — Ей очень это понравилось. Как замечательно, когда он рядом и они все делают вместе. Но она понимала, что эта радость может обернуться горем. Ведь рано или поздно им придется расстаться.

— Я не в силах разлучиться с тобой, Мег. — Он говорил правду. Как будто, утратив однажды любимую женщину и наконец полюбив другую, он боялся расстаться с ней даже на час.

— Хорошо.

Все эти выходные они провели, не расставаясь друг с другом ни на минуту, они вместе ели, вместе спали, вместе выходили погулять или побегать, вместе смеялись и занимались любовью по три-четыре раза на дню. Берни словно изголодался по любви, по сексу, по теплу и никак не мог насытиться. В течение всей недели он старался приезжать в долину Напа пораньше, чтобы встретить Мег по окончании приема. Он всякий раз привозил с собой замечательные подарки и что-нибудь вкусное. Ему казалось, что вернулись первые дни их знакомства с Лиз, но на самом деле все было иначе. И он, и Меган знали, что эта идиллия не затянется надолго. В один прекрасный день ему придется вернуться в Нью-Йорк, и тогда все кончится. Впрочем, это произойдет далеко не сразу, им отпущено ровно столько времени, сколько потребуется Полу Берману, чтобы найти замену Берни.

В последнюю ночь перед тем, как должны были прилететь дети, он открыл бутылку шампанского «Луи Редерер», а Меган приготовила обед. В ту ночь по вызовам дежурил Патрик, и они смогли целиком посвятить ее любовным утехам, не выпуская друг друга из объятий до самого утра.

Берни взял выходной, чтобы побыть с Меган и днем, но самолет должен был прилететь в шесть часов, и в четыре ему пришлось отправиться в город.

— Мне очень не хочется уезжать. — Предыдущие десять дней они почти полностью провели бок о бок друг с другом, и мысль о предстоящей разлуке угнетала его. Их жизнь неминуемо изменится с появлением в доме детей, особенно Джейн. Она уже совсем большая и очень наблюдательна, ее не обманешь, а значит, они не смогут открыто ночевать под одной крышей, не оскорбив ее чувств и не нарушив правил, в неприкосновенность которых свято верили сами. Им придется куда-то уезжать, чтобы заняться любовью друг с другом, или же Берни надо будет ночевать у Меган, возвращаясь спозаранку домой, прежде чем дети проснутся утром. — Я буду ужасно скучать по тебе, Мег, — сказал он чуть не плача, и она поцеловала его.

— Я же никуда не денусь. Я остаюсь здесь и буду ждать тебя. — Берни растрогали ее слова. Но она знала, что благодаря ему заполнился уголок ее души, пустовавший долгие годы; знала, что любит его так сильно, что никогда не сможет выразить этого словами; знала, что при этом он должен чувствовать себя свободным. Она не имела права цепляться за него и дала себе слово никогда этого не делать. — Наступят выходные, любимый, и мы снова увидимся. — Но все уже будет иначе, и они оба понимали это. Берни пообещал позвонить ей вечером, когда дети уснут. Однако, стоя в аэропорту среди встречающих, он вдруг почувствовал, что лишился того, что было ему очень дорого, и ему захотелось помчаться обратно и убедиться в том, что Меган по-прежнему на месте. Но до конца понять, что с ним произошло, ему пришлось только тогда, когда он вместе с няней Пип и детьми вернулся домой и ему понадобилось открыть шкаф с вещами Лиз. Он искал коробку с фотографиями бабушки и дедушки, поскольку Джейн уверяла Берни, что фотографии должны быть у него, а ей захотелось собрать их в альбом и сделать старикам подарок. Берни открыл шкаф, и внезапно ему почудилось, будто Лиз стоит там, упрекая его за связь с Меган. Чувствуя себя предателем, он с шумом захлопнул дверцу, так и не отыскав фотографий, и пошел прочь из комнаты, едва дыша. Ему было невыносимо видеть вещи умершей жены.

— У меня их нет. — Борода отчасти скрывала бледность его лица. Что он наделал? Как он только мог? Неужели он забыл Лиз? Он согрешил. Он совершил тяжкий грех и не сомневался, что бог накажет его. Он предал Лиз.

— Да нет же, они у тебя, — продолжала настаивать Джейн. — И бабушка сказала то же самое.

— Нет! У меня их нету! — закричал он, войдя в кухню. — Она сама куда-то их задевала и забыла!

— Что случилось? — Джейн слегка опешила, хотя очень хорошо знала характер отца.

— Ничего.

— Да уж какое там ничего. Папа, тебе нездоровится? — Он повернулся лицом к дочке, и она заметила, что в глазах у него стоят слезы. Испугавшись, она кинулась к нему и обвила руками его шею.

— Прости меня, малышка. Просто я так скучал по тебе, что совсем уже выжил из ума. — Он плохо понимал, у кого просит прощения, у Джейн или у Лиз… Но когда дети улеглись спать, он все равно позвонил Меган. Желание видеть ее, слышать ее голос, быть рядом с ней пересилило все остальные чувства.

— У тебя все в порядке, милый? — Похоже, она догадалась, в чем дело: в его голосе промелькнули странные нотки. Она знала, что возвращение в тот дом, где они жили вместе с Лиз, окажется для него болезненным. Особенно теперь, если учесть, что он за человек. Его наверняка мучает совесть.

— Да, вполне. — Его ответ прозвучал неубедительно.

— Если это не так, тоже ничего страшного. — Она так быстро научилась понимать его. Берни вздохнул. С одной стороны, это хорошо, а с другой — неловко. Его смущали собственная растерянность и угрызения совести, но он ничего не мог с собой поделать.

— Ты говоришь совсем как моя мама.

— Ой-ей-ей. — Меган улыбнулась, а Берни засмеялся. Но, в отличие от Руфи, она не стала ни о чем расспрашивать.

— Ну ладно. — Он решил честно рассказать обо всем, и в конце концов его признание только сблизило их еще тесней. — Я чувствую себя ужасно виноватым. Я открыл шкаф, и мне показалось, будто она стоит там… — Он не знал, как толком все объяснить, но Меган догадалась сама:

— Ты по-прежнему хранишь там ее вещи? Берни опять смутился.

— Да. Наверно, я…

— Это естественно. Берни, тебе нечего стесняться. Это твоя жизнь, и ты имеешь право сам решать, когда и что тебе делать. — Меган оказалась первым человеком, сказавшим ему такие слова, и от этого она стала ему еще дороже.

— Я люблю тебя. Ты подарила мне редчайшее счастье, и я надеюсь, что у тебя еще не идет голова кругом из-за меня.

— Идет. Но по совсем иной причине. — Она слегка покраснела. — И это очень приятно.

Берни улыбнулся. Он почувствовал, что впервые за очень долгое время ему невероятно повезло.

— Как бы нам побыть вместе на выходные?

Они договорились, что проведут у нее ночь с пятницы на субботу, а рано утром он отправится домой. Это прекрасно им удалось, и они проделали то же самое и в следующую ночь. Потом ему пришло в голову сказать Джейн, будто он едет в Лос-Анджелес по делам, и это позволило ему провести вне дома ночь со среды на четверг.

Он стал пользоваться этим предлогом каждую неделю, а однажды им удалось улучить даже пару дней. Правду знала только няня Пип. Он решил сообщить ей, где находится, на случай, если с кем-нибудь из детей что-нибудь приключится. Он не сказал ей, где ночует, а просто дал номер телефона и попросил звонить, только если возникнет экстренная ситуация, чувствуя себя при этом крайне неловко. Но няня даже глазом не моргнула и вроде бы приняла это как нечто само собой разумеющееся. Берни подозревал, что ей известно, где он ночует. Всякий раз, когда он уезжал, она с улыбкой выходила проводить его до машины и ласково трепала по плечу.

А по выходным они все вместе отправлялись в долину Напа. Меган бывала у них в гостях. Она показала Джейн, как смастерить гнездо для птенца, который свалился с росшего неподалеку от дома дерева, и помогла вылечить ему сломанную ножку. Она брала с собой Алекса, когда ездила по округе, и всякий раз, едва завидев ее, малыш начинал пищать от восторга. Даже Джейн постепенно смягчилась.

— Папа, почему она так тебе нравится? — спросила она однажды, складывая вместе с ним грязную посуду в раковину.

— Потому что она хорошая. Она умна, добра и с большим теплом относится к людям. Найти женщину, которая обладала бы всеми этими качествами, не так-то легко. — А он нашел. Да еще дважды. Все-таки ему везет в жизни. И он сможет наслаждаться счастьем до тех пор, пока не придет время перебраться в Нью-Йорк. Но в последнее время он все чаще думал, не отказаться ли ему от этой затеи.

— Ты ее любишь?

Он замер, затаив дыхание, не зная, как ей ответить. Ему не хотелось лгать дочке, и в то же время он боялся обидеть ее.

— Может быть.

Джейн изумленно посмотрела на него.

— Правда? Так же сильно, как ты любил маму? — Его ответ ошарашил Джейн, и она внезапно рассердилась.

— Нет. Для этого еще слишком рано. Я знаю ее совсем короткое время.

Джейн кивнула. Значит, все это всерьез. Но она уже не могла испытывать ненависть по отношению к Меган даже при всем своем желании. Меган замечательно обращалась с детьми, и те не могли не испытывать к ней симпатии. Настал апрель, и Берни пришла пора совершить поездку в Европу, и тогда Джейн спросила, нельзя ли ей провести выходные у Меган, пока его не будет. Это означало грандиозную победу, и Берни чуть не расплакался от радости, услышав ее слова.

— Ты вправду не против, если они побудут с тобой? — Он пообещал Джейн спросить у Меган разрешения. — Я могу отправить няню вместе с ними.

— Я буду счастлива. — Меган жила в крохотном домике, но решила, что прекрасно сможет поспать на диване, разместив няню у себя в спальне, а детей в кабинете. Им ужасно понравилось у нее. Каждую пятницу после окончания школьных занятий они выезжали в Сент-Элену. Берни вернулся как раз ко дню рождения Александра, которому исполнилось три года. Они все вместе отпраздновали это событие, а потом Берни вышел прогуляться с Меган.

— Что-нибудь случилось, пока ты был в Нью-Йорке? — встревоженно спросила она. — Ты какой-то не очень веселый.

— Кажется, Берман вот-вот подыщет мне замену. Он предложил это место женщине, которая работает в другом магазине. Они никак не сговорятся насчет оплаты, но, как правило, Берман одерживает верх в такого рода спорах. Что мне делать, Мег? — Он с тоской поглядел на нее, и Меган стало жаль его. — Я не хочу с тобой расставаться. — Во время поездки в Европу он скучал по ней куда сильней, чем можно было ожидать.

— Мы будем решать эту проблему, когда вплотную столкнемся с ней. — В ту ночь они так неистово предавались любовным ласкам, как будто назавтра им грозила вечная разлука.

Спустя две недели Берни специально приехал к ней из города, чтобы сообщить: у Бермана ничего не получилось. Той женщине чуть ли не в два раза повысили зарплату, и она осталась работать на прежнем месте. Оба почувствовали облегчение, но Берни понимал, что судьба не может и дальше так их выручать.

— Ура! Ура! — Он привез с собой шампанского, а вечером они отправились обедать в «Оберж дю солей» и прекрасно провели время. Он собирался выехать в город в восемь часов на следующее утро, но Меган сказала, что непременно должна ему сначала кое-что показать. Берни отправился следом за ее «Остином-Хили» на своей машине. Они остановились неподалеку от замечательного викторианского домика, расположенного за виноградниками чуть в стороне от шоссе.

— Какой красивый. Чей это дом? — Он бросил на него взгляд, каким смотрят на чужую жену, которая вызывает лишь восхищение, но не стремление заполучить ее в собственное владение. А Меган улыбнулась, как будто приготовила для него сюрприз.

— Он свободен. Этот дом принадлежал миссис Мозес, но она умерла, пока ты был в Европе, ей шел уже девяносто второй год. Адом в отличном состоянии.

— Ты хочешь купить его? — Меган явно потрудилась навести справки, и Берни стало любопытно.

— Нет, у меня есть идея получше.

— Какая? — Берни посмотрел на часы. Он торопился на совещание.

— Почему бы тебе прямо сейчас не открыть свой магазин? Я не хотела заговаривать об этом, пока не выяснится, надо тебе уезжать или нет. Но если ты проведешь здесь еще хоть пару месяцев, это можно рассматривать как крайне выгодное вложение денег. — Она говорила, волнуясь, как девчонка, и Берни растрогался. Но он знал, что этому не бывать, ведь совершенно неизвестно, как скоро ему придется покинуть Сан-Франциско.

— Ох, Мег… это невозможно.

— Почему? Дай мне хотя бы познакомить вас с Филиппой.

— Детка… — Берни не хотелось разочаровывать Меган, но она не имела ни малейшего понятия, скольких трудов стоит открытие магазина. — Мне понадобится не только менеджер. Тут нужен архитектор, подрядчик… — Он запнулся.

— Зачем? Ты же сам прекрасно во всем разбираешься. А уж архитекторов в округе полным-полно. Ну же, Берни, хотя бы подумай на эту тему. — Она заметила, что Берни оживился, но лишь чуть-чуть, и она подосадовала на судьбу.

— Хорошо, подумаю, но сейчас мне пора. В субботу я буду здесь. — То есть через два дня. Им постоянно приходилось видеть друг друга лишь урывками.

— Можно, я приглашу Филиппу на ленч?

— Хорошо, пригласи. — Он рассмеялся, ущипнул ее за бок, сел в машину, махнул рукой на прощание и уехал. А Меган, улыбаясь, отправилась в больницу. Она все же надеялась, что он согласится. Меган знала, что Берни очень хочется открыть свой магазин, и ей казалось, что никаких препятствий тому нет. Она решила, что всеми силами будет помогать ему. Мечты таких замечательных людей должны сбываться. И возможно, если им выпадет удача, он останется в Калифорнии.


Глава 41 | Все только хорошее | Глава 43



Loading...