home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 12

Всю неделю газеты писали почти исключительно о катастрофе. Глэдис внимательно прочитывала каждую статью в надежде узнать что-нибудь новое. Но нового почти не было. В террористическом акте подозревались несколько арабских экстремистских группировок, но ни одна из них не взяла на себя ответственности за происшедшее. Но ведь для родственников погибших пассажиров это не имело никакого значения.

О Поле в газетах не упоминалось. Когда у человека такое горе, ему не до интервью.

Наконец в четверг в одной из газет появилось коротенькое объявление, которое привлекло ее внимание. В нем подтверждалось, что заочная поминальная служба по Селине Смит состоится в пятницу в нью-йоркской церкви Святого Игнатия.

Глэдис долго сидела, сжимая в руках газету. Она никак не могла ни на что решиться. Только после ужина, когда они с Дугом поднялись в спальню, она решилась заговорить с ним о том, что ее волновало.

— Я хотела бы съездить завтра на похороны Селины Смит, — сказала она, доставая из стенного шкафа вешалку с черным костюмом, который Дуг подарил ей на прошлое Рождество.

— Что это тебе взбрело в голову? — удивился Дуглас. — Ведь ты ее едва знала!

Это действительно было так, но для Глэдис Селина служила связующим звеном между ней и Полом. Но ничего объяснять она не стала.

— Мне просто подумалось, что раз я ее снимала, я тоже обязана отдать ей последний долг. — «К тому же Пол был очень добр к Сэму», — мысленно добавила она. С тех пор как она отправила фотографию, Глэдис не пыталась связаться с Полом, но это ей было и не нужно. Она и так чувствовала его боль как свою.

— Это ничего не значит, — раздраженно ответил Дуг. — Если каждый фотограф будет ходить на похороны ко всем, кого он снимал хотя бы раз в жизни… И потом, на похороны знаменитостей всегда сбегаются толпы зевак. Ты что, хочешь им уподобиться?

— Ты прав, я снимала Седину только один раз в жизни, но она мне понравилась.

— Ну и что с того? Мне, например, нравятся многие люди, о которых я читаю в газетах, но я никогда бы не пошел к ним на похороны.

В общем, я думаю, тебе лучше отказаться от этой затеи.

Глэдис покачала головой.

— Посмотрим… — сказала она неопределенно. Продолжать разговор — да еще в таком тоне — ей не хотелось.

На следующий день погода была просто отвратительной. Дождь начался еще ночью, и утро было унылым и серым. Дул холодный резкий ветер. Кроны деревьев мотались за окном как сумасшедшие.

Уходя на работу. Дуг не сказал Глэдис ни слова. К одиннадцати часам она закончила все дела и обнаружила, что вторая половина дня у нее практически свободна. Что ж, она поедет на похороны Селины, что бы ни говорил Дуг.

На сборы потребовалось всего несколько минут. Надев черный костюм и черные чулки, Глэдис собрала волосы в тугой пучок на затылке, чуть подкрасила губы и подвела глаза. Брошенный в зеркало быстрый взгляд убедил Глэдис, что выглядит она вполне прилично. В этом костюме она была очень похожа на Грейс Келли, о чем ей часто говорили, но сейчас Глэдис было некогда думать о таких пустяках. Все ее мысли были о Поле — о том, как ему, должно быть, тяжело сейчас.

Она чуть не опоздала. До начала службы оставалось всего пять минут, и церковь была полным-полно. Как потом узнала Глэдис, здесь собрался весь литературный бомонд, но ни одно лицо не показалось ей знакомым.

Заупокойная месса началась сонатой Баха. Потом говорил литературный агент Седины, за ним издатель, голливудский продюсер. Наконец на возвышение перед алтарем поднялся Пол Уорд. Он говорил о Седине такими словами, что даже мужчины, не стесняясь, тянулись за носовыми платками. Пол почти не коснулся ее таланта и ее успехов на поприще литературы — он говорил не о Селине-писательнице, а о Селине-женщине, и, когда он сказал ей свое последнее «прости», в церкви не было ни одного человека, чьи глаза остались бы сухими. Полу каким-то чудом удалось договорить до конца, и только когда он сел, Глэдис увидела, как плечи его затряслись от рыданий.

Когда служба закончилась. Пол первым вышел из церкви. Вместе с ним сел в лимузин какой-то серьезный молодой мужчина, до чрезвычайности на него похожий. Глэдис догадалась, что это его сын Шон. Ей очень хотелось сказать Полу хотя бы несколько слов утешения, но она не решилась, а через минуту лимузин уже отъехал, и Глэдис отправилась искать такси.

С вокзала она позвонила Дугу в офис и сказала, что была на похоронах Селины Смит. Время близилось к шести, и она думала, что Дуг, возможно, предложит ей немного подождать, чтобы ехать домой вместе, но он заявил, что задержится и что они могут ужинать без него.

— Я перекушу по дороге, — холодно сказал он. Глэдис подумала, что Дуг наверняка сердится на нее за то, что она поступила по-своему. И сколько же это может продолжаться?

— Ну что, много знаменитостей видела? — едко спросил он, и Глэдис вздохнула.

— Я ездила не за этим.

— А я подумал, что тебе захотелось поглазеть на знаменитых писателей и режиссеров, — сказал Дуглас, и Глэдис с трудом сдержалась, чтобы не ответить резкостью.

— Я поехала на похороны, чтобы отдать дань уважения женщине, которой восхищалась, — сказала она. — А теперь — до свидания, иначе я опоздаю на поезд. Увидимся дома.

И, не слушая, что он еще скажет, Глэдис положила трубку.

Дома ее встретил Сэм.

— Где ты была, мама? — спросил он, помогая ей снять дождевик.

— На похоронах Селины, — просто ответила Глэдис.

— А ты видела Пола?

— Только издалека.

— Он плакал?

— Да, — честно ответила Глэдис. — Он выглядел просто ужасно.

— О! — озадаченно сказал Сэм и надолго замолчал. У него никак не укладывалось в голове, что такой взрослый мужчина, как Пол, может плакать. — Можно, я напишу ему письмо? — добавил он после паузы. — Это будет очень сочувственное письмо, мама, ты не сомневайся!..

Глэдис улыбнулась.

— Я думаю, он будет очень рад.

— Хорошо, тогда я напишу ему сразу после ужина, — решил Сэм и отправился смотреть телевизор.

Они поужинали в восемь, а в половине девятого вернулся Дуг. Глэдис так и не успела снять свой черный костюм, и, увидев ее. Дуг очень удивился.

— Ты отлично выглядишь! — проговорил он, разглядывая ее с ног до головы. В последнее время Глэдис была настолько расстроена, что почти не следила за своим внешним видом, но костюм действительно очень ей шел, подчеркивая стройную фигуру и светлое золото волос.

— Как прошла служба? — спросил Дуг.

— Все было очень трогательно.

— Что ж, так и должно было быть. А поесть что-нибудь осталось? Я все-таки не успел перекусить — боялся опоздать на поезд и теперь умираю с голода.

Глэдис пожала плечами. От гамбургеров и французской картошки, которую она разогрела на ужин, не осталось ни крошки. За продуктами она собиралась только завтра. В холодильнике не было буквально ничего, если не считать яиц и замороженной пиццы.

— Хочешь яичницу? — спросила она. Дуг очень даже хотел.

— Какие у тебя планы на ближайшие выходные? Может быть, сходим куда-нибудь? — внезапно спросил он, уплетая яичницу с томатами.

— Никаких планов у меня нет, — растерянно ответила Глэдис. С тех пор как они в последний раз куда-то ходили вместе, прошла, казалось, целая вечность.

— Может, поужинаем в ресторане? — предложил Дуг, и Глэдис наконец-то поняла, в чем дело. Обстановка в доме все время ухудшалась, и Дуг забеспокоился. А может, его доконал ее отказ спать с ним. Пока это было его решением, он не волновался, но, когда Глэдис сказала ему «нет», Дуглас не смог этого перенести.

— Как хочешь, — сказала она равнодушно. Ужин в ресторане теперь был просто еще одной докучной обязанностью, от которой она навряд ли получила бы удовольствие.

— Я бы не предложил этого, если бы не хотел. Что ты скажешь, если мы опять возьмем столик в «Ма Пти Ами»?

Глэдис отчаянно затрясла головой. Нет уж! Уютный французский ресторанчик навевал слишком грустные воспоминания.

— Почему бы нам просто не съесть по пицце в каком-нибудь кафе? — спросила она.

— Решено! — обрадовался Дуг. — Слопаем по пицце и закатимся в кино!

Глэдис кивнула. Не то чтобы она была в особенном восторге, но попробовать, по крайней мере, стоило. Худой мир, как известно, лучше доброй ссоры. И все же это было слишком далеко от той любви, о которой она мечтала. Глэдис чувствовала себя как пассажирка «Титаника», которая знакомится с попутчиком. Только она знала, чем закончится их совместное плавание, и ни удобство каюты, ни наличие в этом плавучем гробу дансинга и кинозала не имели значения.


Глава 11 | Горький мед | Глава 13



Loading...