home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 15

Рекламирование предстоящего кругосветного перелета началось почти сразу же с грандиозной пресс-конференции в Ньюпорт-Бич. Затем последовал целый ряд объявлений и кратких лекций, которые дала Кэсси. Организовывал и планировал рекламную кампанию Десмонд. Кэсси выступала перед слушателями, членами политических ассоциаций, читала лекции в клубах, давала интервью на радио, снялась в рекламном киножурнале, посвященном только ей одной.

В течение двух недель пресса, казалось, не могла насытиться сообщениями о предстоящем кругосветном перелете и о Кэсси О'Мэлли. Однако в середине августа ее имя внезапно исчезло с первых полос газет и журналов, вытесненное известиями об эскалации войны в Европе.

Началась «битва за Британию», или «блиц», как ее еще называли. Самолеты люфтваффе note 1 буквально наводнили небо над Англией. Немцы намеревались разрушить всю страну.

Кэсси сразу поняла — Ник в опасности. Хотя бы потому, что он находился там. И хотя гнев ее еще не совсем утих, сейчас она не могла думать ни о чем другом. Ник там, в Англии… Эта мысль приводила ее в ужас. Она позвонила отцу узнать, нет ли известий от Ника. Конечно, ничего не было… За весь август от него не пришло ни строчки.

— Оттуда сейчас нечего ждать, Кэсс. Я думаю, отсутствие известий означает, что с ним ничего не случилось, иначе мне сообщили бы первому, — пытался успокоить ее отец.

Однако оба они пришли к выводу, что Ник теперь наверняка летает на боевые задания. Вряд ли он все еще обучает пилотов. Скорее всего сам водит бомбардировщики или истребители. Люфтваффе поставил перед собой задачу уничтожил, британский воздушный флот. Ник, конечно, сейчас воюет на стороне Англии, сражается в воздухе. Кэсси прекрасно это понимала. Тревожные мысли не покидали ее.

Воспоминания о том, как плохо они расстались, не давали ей покоя. В такое время нельзя злиться друг на друга. Только бы он остался жив. Остальное не имеет значения.

Невзирая на эскалацию войны, Десмонд продолжал планировать кругосветный перелет, тщательно и скрупулезно разрабатывая все детали. Они с Кэсси пришли к соглашению о том, какой лучше всего использовать самолет, и сейчас машину готовили с величайшей тщательностью, снабжая новейшей аппаратурой и дополнительными баками для горючего. Доверяя добросовестности Десмонда и зная о том, что он уделяет пристальное внимание мельчайшим деталям, Кэсси не сомневалась в том, что он все сделает, чтобы обеспечить ее безопасность.

Единственной серьезной проблемой стала необходимость изменения маршрута. К 1940 году война распространилась практически по всей Европе, территория которой теперь оказалась для них закрыта. Некоторые области над Тихим океаном и Северной Африкой тоже стали небезопасны. Сейчас казалось немыслимым даже думать о полете вокруг земного шара. Однако ставить рекорды и летать на дальние расстояния все-таки было можно. Десмонду, при его теперешнем повышенном интересе к военным самолетам, не терпелось испытать надежность своих машин в бескрайних просторах над океаном. Иными словами, он планировал десятидневный перелет вокруг Тихого океана, который покрывал бы расстояние в пятнадцать тысяч пятьсот пятьдесят миль и включал восемь этапов.

Самолет должен вылететь из Лос-Анджелеса, взять курс на Гватемала-Сити, оттуда на Галапагосы, потом на остров Пасхи, Таити, Паго-Паго и остров Хоуленд, где Уильямс планировал провести краткую церемонию в честь Амелии Эрхарт. После этого самолет направится в Гонолулу, где, разумеется, состоятся праздничные торжества. Десмонд намеревался встретить Кэсси там и лететь вместе с ней и Билли обратно до Сан-Франциско. Это будет последний триумфальный этап перелета. Конечно, Уильямс испытывал некоторое разочарование от того, что не удастся совершить задуманный кругосветный перелет, однако и «тихоокеанский маршрут», как они его теперь называли, может послужить тем же целям. А путешествие вокруг земного шара придется отложить до окончания войны. Полет на расстояние почти в шестнадцать тысяч миль сослужит практически ту же службу и для репутации Кэсси, и для рекламы компании «Самолеты Уильямса».

Способность Десмонда прислушиваться к голосу разума и приспосабливаться к обстоятельствам произвела сильное впечатление на Кэсси. По сути дела, его последнее решение опровергало все домыслы и ужасные обвинения Ника. Десмонд не безумец, и он не желает ее гибели. Конечно же, сейчас никто, будучи в здравом уме, не решится лететь через Европу.

Осенью Десмонд организовал для Кэсси еще несколько пресс-конференций и, кроме того, следил за тем, чтобы о ней обязательно упоминали во всех выпусках новостей. Он хотел, чтобы внимание публики было постоянно приковано к Кэсси.

И люди к тому же находили в этом какую-то возможность отвлечься от мрачной военной темы. Предполагавшийся полет был для них чем-то захватывающим, увлекательным, приятно волнующим и обнадеживающим. Кэсси выглядела просто очаровательной на всех фотографиях, ее все любили и желали ей успеха. С ней теперь заговаривали на улицах, останавливали машины, чтобы поприветствовать ее, просили автограф.

В этом Ник оказался прав — с Кэсси обращались как с кинозвездой. Однако в последнее время Десмонд практически освободил ее от светских мероприятий. Казалось, он хочет перед предстоящим грандиозным перелетом оградить девушку от всех досужих вымыслов и сплетен по поводу ее личной жизни.

Нэнси Фэйрстоун все еще работала у Кэсси, но подбором «сопровождающих» больше не занималась. Теперь если Кэсси и выезжала на какие-нибудь значительные мероприятия, то только вместе с Десмондом. Он объяснял это тем, что хочет сам все контролировать. Они посещали открытия престижных выставок и премьеры фильмов в Голливуде, ходили в театры и дансинги. Кэсси чувствовала себя с ним легко и свободно. Было в этом и еще одно преимущество: Десмонд вставал по утрам так же рано, как и Кэсси, и поэтому вечерами охотно отвозил ее домой пораньше.

Между тем положение Великобритании не улучшалось. Немцы так же бомбили страну. Кэсси знала, что отец наконец получил весточку от Ника. В октябре он писал, что с ним все в порядке, он все еще на аэродроме Хорнчерч, летает на истребителях пятьдесят четвертой эскадрильи. Казалось, Ник даже получал от этого удовольствие. Обещал, что сделает все от него зависящее, чтобы прогнать немцев из Англии. О Кэсси упомянул только один раз попросив Пэта передать от него привет своей неразумной дочери и сказать, что он ее любит. Итак, борьба между ними еще не окончена. Слава Богу, он жив. Все члены семейства О'Мэлли вздохнули с облегчением.

Десмонд вежливо поинтересовался его судьбой, и Кэсси сообщила ему все, что знала. К ноябрю самолеты люфтваффе, казалось, несколько ослабили натиск: до этого бомбардировки практически не прекращались.

В Соединенные Штаты начали приезжать дети из Англии Кэсси узнала, что ее сестра Колин взяла к себе в семью двоих ребятишек, и это тронуло девушку до глубины души. Она приезжала домой на День благодарения и видела этих очаровательных малышей — трехлетнюю Аннабел и четырехлетнего Хамфри, все еще не оправившихся от пережитого ужаса. Их родители лишились своего дома в Англии, никаких родственников у них не было. Красный Крест организовал переезд детей в Нью-Йорк, откуда Билли и привез их к Колин. На обратном пути дети спросили, не собирается ли он бомбить аэропорт, чем повергли его в настоящий шок.

Кэсси сразу же полюбила малышей, как и все остальные.

Мать благодаря детям немного отвлеклась от мыслей о Крисе.

Семья все еще тяжело переживала его гибель, однако в День благодарения все сумели пересилить себя, выказывая любовь и благодарность друг другу. Кэсси съездила навестить Джесси, которая, судя по всему, понемногу приходила в себя. Конечно, она была молода, у нее все еще было впереди. Джесси еще могла встретить свою любовь, а вот у Кэсси другого брата уже не будет.

Случайно увидев однажды на улице Бобби и Пэгги, Кэсси заметила, что Пэгги беременна, и поздравила молодоженов.

Бобби, как ей показалось, очень возмужал. Отец его недавно умер, и теперь Бобби самостоятельно управлял магазином. Он все так же мечтал создать сеть магазинов по всему Иллинойсу, однако сейчас его больше волновало предстоящее рождение ребенка.

— Ну а как ты, Кэсс? — нерешительно спросил он.

Ему не хотелось ничего выпытывать. О тихоокеанском перелете он, конечно, уже слышал, но его интересовало, чем она еще занимается, кроме полетов.

— Я по горло занята подготовкой к этому перелету.

Бобби стало ее жаль. Он уже давно решил, что Кэсси никогда не выйдет замуж. Не узнает того счастья, какое испытывают сейчас они с Пэгги. Что же до перелета, то предстоявшее событие его не слишком занимало. Однако Бобби с удивлением слушал ее рассказ. Просто поразительно, сколько времени отнимает одна только подготовка… Чтение отчетов, проверка и перепроверка любого мельчайшего изменения, производимого инженерами в конструкции самолета, тренировочные полеты на дальние расстояния, ознакомление со всеми деталями маршрута…

Все это Кэсси объяснила и отцу. Пэт был поражен. Ему очень хотелось увидеть самолет, на котором она полетит. Кэсси пригласила его приехать в Калифорнию, но отец повторял, что у него нет на это времени. Он слишком занят в аэропорту, слишком много дел. А будет еще больше: сразу после Рождества Билли улетает в Ньюпорт-Бич, чтобы тоже начать подготовку.

Парень не мог дождаться этого момента и ни о чем другом не мог говорить. А Пэт со страхом думал о том, как будет справляться в аэропорту без Билли в течение семи или восьми месяцев. Весь перелет, по их прикидкам, должен был занять не больше месяца, однако потом предполагались еще бесчисленные интервью и пресс-конференции… В глубине души Пэт сомневался, что Билли вообще захочет вернуться в аэропорт после столь грандиозного мероприятия. В случае успеха он, как и Кэсси, станет героем дня и сможет получить гораздо более выгодные предложения, чем аэропорт О'Мэлли. Пэт очень боялся потерять такого прекрасного помощника.

В декабре Кэсси собиралась ехать домой на Рождество, однако до этого предстояло закончить массу дел. Двадцати четырех часов в сутки ей не хватало. В конце концов пришлось послать Нэнси покупать подарки для многочисленных племянников, племянниц, Аннабел и Хамфри. Родителям, сестрам и их мужьям Кэсси купила подарки сама.

А вот Крису в этом году подарок не понадобится. И Никогда больше ей не придется покупать для него подарки. В детстве она дарила ему игрушечные автомобильчики, которые выменивала у друзей на свои куклы. Ей очень хотелось порадовать брата. А теперь его больше нет…

Вечером накануне ее отъезда зашел Десмонд с подарками.

Кэсси купила для него очень красивый темно-синий кашемировый шарф и шикарный новый портфель. Все это она выбрала в фешенебельных магазинах Беверли-Хиллз.

Ей бы и в голову не пришло подарить ему что-нибудь легкомысленное вроде кричащего галстука или мешковатого свитера. Вещи Десмонду, по всей видимости, очень понравились.

Он сказал, что с удовольствием будет ими пользоваться.

Его же подарки лишний раз показали Кэсси, насколько у него все продумано. Десмонд вручил ей книгу «Послушай, Ветер!», написанную Энне Морро Линдберг, супругой прославленного летчика, которая и сама была профессиональным пилотом. Еще он преподнес ей акварель с изображением пляжа в Малибу — он знал, что ей там очень понравилось. И наконец протянул маленькую коробочку. С улыбкой следил за тем, как Кэсси ее разворачивает.

— Не уверен, что тебе понравится. — Он неожиданно взял ее за руку. — Если нет, просто верни мне обратно. Я пойму.

Ты вовсе не обязана это принимать. — Он явно нервничал, что было на него совсем не похоже.

— Не думаю, чтобы мне захотелось вернуть твой подарок.

Кэсси развернула красную оберточную бумагу и увидела маленькую черную коробочку. Что же там такое? По-видимому, что-то совсем крошечное…

Десмонд снова остановил ее, взяв ее руки в свои. Он сильно побледнел. Кэсси встревожилась. Все это так необычно…

Он едва ли не сожалеет о том, что вручил ей свой последний подарок. А может быть, просто не уверен в ее реакции?

— Я никогда ничего подобного в жизни не делал. Ты можешь счесть меня ненормальным.

— Не волнуйся, — мягко произнесла Кэсси.

Их лица оказались совсем рядом. Впервые за полтора года Кэсси ощутила какие-то токи, словно пробежавшие между ними.

— Что бы здесь ни оказалось, мне это наверняка понравится. Не беспокойся.

Однако он все еще нервничал. Этот могущественный человек казался сейчас таким неуверенным, таким беззащитным и ранимым. Кэсси не могла понять, что происходит. Может быть, ему тяжело даются эти праздники — он ведь так одинок.

При мысли об этом она испытала к нему жалость. Девушка мягко улыбнулась Десмонду. Ей захотелось его успокоить, приободрить. Они ведь друзья. А долгие приготовления к тихоокеанскому перелету еще больше их сблизили.

— Все будет в порядке, Десмонд. Я тебе обещаю.

— Не обещай ничего, пока не увидишь мой подарок.

— Ну хорошо, тогда дай же мне на него посмотреть.

Он отпустил ее руки, и Кэсси наконец открыла коробочку. В немом изумлении, не веря своим глазам, она смотрела на обручальное кольцо с огромным бриллиантом в пятнадцать карат. Почувствовала, как Десмонд надел ей кольцо на палец.

— Но, Десмонд… Я… — Она не знала, что сказать. Этого она никак не ожидала. За все время их знакомства он даже ни разу по-настоящему не поцеловал ее.

— Как бы ты ни решила поступить, главное — не сердись на меня.., очень тебя прошу. Знаешь.., я не собирался этого делать.., во всяком случае, не так.., но… Кэсс… — Он смотрел на нее умоляюще и растерянно; Кэсси никогда его таким не видела. — Я по уши в тебя влюбился. Я сам от себя этого не ожидал. Думал, мы будем добрыми друзьями и все.., но вдруг… я даже не знаю, как это получилось… Кэсс, если ты не хочешь выходить за меня замуж, я это пойму. Все останется по-прежнему.., мы продолжим работу и.., совершим этот перелет. Кэсс… пожалуйста, скажи хоть что-нибудь… О Господи, Кэсси… Я люблю тебя.

Он уткнулся лицом ей в волосы. Кэсси почувствовала, как ее заливает волна нежности. Она сознавала, что не любит его так, как Ника, — это было просто невозможно. Но она все же любит его как самого близкого, дорогого друга и так, как обычно начинаешь любить человека, который в тебе сильно нуждается. Ей до боли хотелось помочь ему забыть о том, как несправедлива к нему судьба, быть рядом с ним. Может быть, даже совсем стереть из его памяти боль одинокого прошлого, если это удастся. Однако ни на одну секунду Кэсси не приходила в голову мысль о возможности брака с ним.

— О Десмонд…

Он оторвался от нее, поднял голову, взглянул ей в глаза:

— Ты сердишься на меня?

— Ну что ты, как я могу на тебя сердиться? — Кэсси не сердилась, нет, она просто растерялась. Не знала, что, сказать.

— Господи… Кэсси.., я так тебя люблю…

От волнения он произнес это шепотом, едва слышно. Не ожидая больше, что она скажет, Десмонд поцеловал Кэсси, в первый раз. Сила его страсти буквально потрясла девушку. Она даже не подозревала, что он способен на такие эмоции. До этого момента его чувства словно дремали, наглухо упрятанные где-то глубоко внутри. Он снова поцеловал ее, и Кэсси, к своему изумлению, внезапно почувствовала, что отвечает на поцелуй. Оторвалась от него, перевела дыхание. У нее кружилась голова.., такого она еще никогда не испытывала. Оказывается, он еще более могущественный человек, чем она предполагала.

— Послушай.., в любом случае это только обручение, а не медовый месяц, — проговорила она внезапно охрипшим голосом и неожиданно для самой себя улыбнулась озорной улыбкой.

— Это правда, Кэсс? Правда, что это помолвка?

Он не мог поверить своему счастью. Он ждал от нее подтверждения, однако Кэсси почувствовала, что пока ни в чем не уверена. Слишком внезапно все это произошло, слишком неожиданно.

— Я не знаю… Я.., я этого не ожидала.

Десмонд видел только, что она не сердится на него. И она пока не сказала «нет».

— Я и не надеюсь на то, что ты сразу же меня полюбишь.

Я знаю о твоем друге. О том, который сейчас в Англии. Если ты считаешь, что… Кэсси, поступай так, как считаешь правильным.., но.., что у вас с ним?

Теперь он во что бы то ни стало хотел знать правду. И Кэсси понимала, что должна быть с ним абсолютно откровенной.

— Я все еще его люблю. — Она даже представить себе не могла, что можно любить кого-то другого. Сколько себя помнила, она всегда любила только Ника. — Он сказал, что никогда на мне не женится. После нашей последней встречи он уехал в ярости. Мы поссорились из-за этого кругосветного перелета. И с тех пор я ничего от него не получала. Думаю, что теперь уже и не получу.

Она во всех подробностях вспомнила свою последнюю встречу с Ником. Ну почему с Десмондом все складывается совсем по-другому?

— Ну и что теперь будет с нами?

Кэсси в растерянности смотрела на него. Она не может просто взять и оставить его после всего, что он для нее сделал.

Но ведь это нехорошо — любить одного человека, а выйти замуж за другого. Это несправедливо по отношению к Десмонду. И тем не менее он, кажется, готов принять такое положение вещей. А Ник никогда на ней не женится.., теперь она в этом не сомневалась. Он самый упрямый человек на свете. И кроме того, у них с Десмондом так много общего. Они работают вместе, у них одна и та же страсть, одна и та же цель — кругосветный перелет. Они вдвоем смогут многого достичь.

Если добиться Ника невозможно, то, может быть, самое лучшее для нее — это брак с хорошим другом. Так, как Ника, она уже все равно никого не полюбит. А вдруг со временем она полюбит Десмонда так же, как Ника? Хотя, честно говоря, Кэсси в это не верилось. В то же время она очень привязана к Десмонду, он ей далеко не безразличен. Брак может стать последним связующим звеном между ними. И все же.., все же.., больно даже думать о том, что ее мужем может стать не Ник Гэлвин, а кто-то другой.

— Я не знаю. Мне бы не хотелось, чтобы у нас слишком быстро все распалось. У тебя уже было два неудачных брака… в обоих случаях тебя несправедливо лишили того, что тебе так необходимо. Я…

Она взглянула в его глаза и увидела в них отчаянную мольбу и надежду. Он без слов молил ее, и ей так же отчаянно захотелось утешить его, сделать ему приятное, помогать ему, быть рядом с ним. Может быть, это и есть любовь?

— Я знаю, как много этот человек значит для тебя, Кэсс… и не собираюсь в один миг занять его место. Я все понимаю…

Просто я люблю тебя.

— Я тоже тебя люблю, — мягко произнесла Кэсси.

А ведь это правда. Она уважает его и восхищается всем, что он делает. Она ценит его дружбу и преданность. Он сделал ей столько хорошего. С самого первого дня их знакомства он вел себя просто удивительно по отношению к ней. А теперь он готов отдать ей все, что у него есть. Он хочет, чтобы она, Кэсси О'Мэлли, стала миссис Десмонд Уильямс. Просто поразительно… При этой мысли Кэсси против воли улыбнулась.

— Если тебе покажется, что совместная жизнь у нас не получается, мы разведемся. — Он произнес это, словно желая успокоить ее.

Однако Кэсси при одном упоминании о разводе пришла в ужас. Родительский брак всегда служил для нее примером.

— Никогда… Знаешь, не думай, что я не могу решиться… и не сочти меня неблагодарной… — Она никак не могла подобрать нужные слова.

Десмонд не сводил глаз с ее лица. Кэсси чувствовала, как его безудержное желание словно проникает в нее. Поразительно, сколько силы, сколько страсти в этом человеке! Он сел рядом, взял ее руку, и она сразу почувствовала всю силу его влечения к ней. Как будто ощутила все, что он готов и может ей дать.

— Я никогда не причиню тебе боли, Кэсс. И ты всегда будешь вольна поступать так, как захочешь. Ты мне слишком дорога, чтобы я стал пытаться подрезать тебе крылья. После свадьбы ты по-прежнему останешься самой собой и сможешь вести себя так, как найдешь нужным.

— А ты хочешь иметь детей? — смущенно спросила Кэсси.

Неловко задавать такой прямой вопрос. Ведь их отношения никак нельзя назвать интимными.

— Для меня это совсем не важно, — признался Десмонд. — Когда-нибудь, если тебе действительно этого захочется и ты будешь не так занята полетами. Но это, конечно, надо будет очень серьезно обдумать. Тебе еще столько всего предстоит совершить в жизни. Дети — это скорее для женщин типа твоих сестер. В этом их предназначение. А у тебя оно свое, и очень важное. Я не хочу сказать, что я против ребенка. Просто важно убедиться, что ты действительно к этому готова.

— Я никогда не знала этого наверняка. Раньше мне казалось, что я не хочу детей.

Когда она поняла, что любит Ника, то впервые подумала, как хорошо бы иметь от него ребенка. И Кэсси пока еще не совсем отказалась от этой мысли…

Она еще слишком молода, чтобы принимать такие решения, догадался Десмонд.

— У тебя впереди масса времени, чтобы разобраться в своих намерениях. В двадцать один год это действительно не так важно. Кроме того, сейчас тебе нужно думать о перелете.

Именно предстоящий перелет по-настоящему сблизил их.

И теперь Кэсси было не очень трудно представить себе еще большую близость. В том случае если они и в самом деле поженятся.

— Десмонд, я не знаю, что тебе ответить. — Кэсси почувствовала, что сейчас заплачет.

Он привлек ее к себе, обнял за плечи:

— Скажи, что выйдешь за меня замуж. Скажи, что доверяешь мне. Скажи, что, хотя ты пока и не уверена в своих чувствах, настанет день, когда ты поймешь, что любишь меня. Я-то в своих чувствах уверен, Кэсс. Я люблю тебя так" как никогда и никого не любил.

Ну как ему отказать? Как можно отвергнуть такое чувство? Можно ли уйти от него теперь? Неужели так всю жизнь и ждать Ника, который все равно на ней не женится? И отец в последний раз сказал ему то же самое. Если Ник не собирается на ней жениться, он не имеет права вмешиваться в ее жизнь и диктовать ей, что делать.

— Да, — прошептала она едва слышно.

Десмонд смотрел на нее не двигаясь.

— Да, — повторила она.

Не говоря больше ни слова, он наклонился и снова поцеловал ее. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем он отпустил Кэсси. Она вся трепетала от возбуждения.

— Родители будут в шоке… — Внезапно ей пришла в голову новая идея. Да, пожалуй, так будет легче. — Поедем со мной к нам домой на Рождество.

Ей вдруг захотелось ввести Десмонда в свою семью. Если они станут мужем и женой, ему придется общаться с ее родителями. Кэсси поняла, что для нее это очень важно. Сейчас родители даже не могли вспомнить, что встречались с ним на похоронах Криса. Объявление о помолвке очень скрасило бы эти рождественские праздники для семьи О'Мэлли.

Однако Десмонда ее приглашение, по-видимому, вовсе не обрадовало. Он уже не помнил, когда в последний раз проводил рождественские праздники в кругу семьи, и его это совсем не привлекало.

— Кэсс, любовь моя, я боюсь показаться назойливым. Наверное, неудобно врываться к вам в дом, особенно на нынешнее Рождество. Это будет слишком неожиданно для твоих родителей. И потом.., знаешь, праздники.., это не мой конек.

Кэсси ощутила острое разочарование.

— Десмонд, ну пожалуйста, прошу тебя. А то они решат, что я все это выдумала и украла кольцо.

— Ни в коем случае. Я буду звонить тебе по три раза в день. Если честно, у меня масса работы. Ты об этом знаешь лучше, чем кто-нибудь другой. А когда ты вернешься, мы с тобой поедем на неделю покататься на лыжах.

На самом деле ему меньше всего хотелось проводить праздники в Иллинойсе в семье О'Мэлли. При одной мысли об этом ему становилось неуютно, и что бы Кэсси ни говорила, переубедить его она не смогла.

— Я не хочу ехать кататься на лыжах. Я хочу, чтобы ты поехал со мной к родителям.

На глазах ее выступили слезы. По-видимому, сказалось нервное перенапряжение. Подумать только, она помолвлена с Десмондом Уильямсом! Ну не поразительно ли это! Между тем все это время она старалась выбросить из головы мысли о Нике Гэлвине.

— Обещаю тебе, что в будущем году мы обязательно поедем.

— Надеюсь. А как же иначе? Пойми, Десмонд, ты получаешь не только меня, но и всю мою семью. А нас очень много.

Она просияла, представив себе, как сообщит им всем о своей помолвке.

— Для меня существуешь только ты одна.

Он снова поцеловал ее. На какую-то долю секунды перед ее глазами промелькнул образ Ника. А ведь она только что предала его… Вместе с этой мыслью пришли воспоминания о его предостережениях по поводу Десмонда Уильямса. Но ведь Ник оказался не прав. Десмонд — порядочный человек. Он любит ее. И она со временем тоже его полюбит. У них будет невероятно интересная жизнь.

Ее мысли прервал голос Десмонда:

— На какое время назначим свадьбу? — Он налил ей еще шампанского. — Пожалуйста, давай сделаем это поскорее. Теперь, когда ты согласилась, я не уверен, что выдержу слишком долго. Тебе придется все время оставлять при себе Нэнси для безопасности.

Он смотрел на нее с понимающей улыбкой. Кэсси залилась румянцем.

— Я ее предупрежу.

Ей так хорошо с ним, так легко, как будто они друзья, а вовсе не жених и невеста. Если бы не эти обжигающие поцелуи…

— Как насчет Дня Святого Валентина? Это, конечно, несколько банально, но мне все равно нравится. Что ты скажешь? — спросил он.

Кэсси это немного напомнило планирование кругосветного перелета, но она решила не обращать внимания.

Десмонд есть Десмонд, он всегда все раскладывает по полочкам. Однако Кэсси уже знала, что он прислушивается к ее мнению.

И вообще, это так романтично… Она выходит замуж за человека, о котором любая женщина может только мечтать. И он хочет, чтобы венчание состоялось в День Святого Валентина. Ну можно ли придумать что-либо более идеальное, более романтическое? Пожалуй, только одно… Свадьбу с Ником. Однако Кэсси не позволила себе даже думать об этом. Нельзя…

Все это лишь пустые мечты, которые никогда не станут реальностью.

— Но ведь День Святого Валентина меньше чем через два месяца. У нас будет очень пышная свадьба? — Кэсси повернула на пальце кольцо. Бриллиант вспыхнул как огонь. Все вокруг показалось ей нереальным.

— Тебе нравится? — Десмонд снова привлек ее к себе и поцеловал.

— Очень. — Кэсси никогда в жизни не видела бриллианта таких размеров. Поразительный камень. Такой же поразительный, как и сам Десмонд Уильямс…

Она снова повернула кольцо. Отсвет от великолепного камня упал на Десмонда. Кэсси нервно засмеялась.

— Что касается твоего вопроса… Нет, я не думаю, что мы будем устраивать пышную церемонию. Я полагаю, свадьба будет очень скромной. Пригласим только избранных. — Он снова поцеловал ее. — В отличие от тебя, моя радость, в моей жизни это не первая свадьба. А когда женишься в третий раз, не стоит поднимать слишком много шума.

Об этом Кэсси даже не подумала… Но он, конечно, прав.

И поскольку он разведен, венчаться в церкви они не смогут.

Родители, наверное, будут очень разочарованы. Хотя они никогда не отличались особой религиозностью.

— Кстати, какой ты веры, Десмонд? Я тебя никогда об этом не спрашивала. Я, например, католичка.

Десмонд улыбнулся. Во многих вещах она еще совсем ребенок. Но ему это нравилось.

— Я приверженец епископальной церкви. Но это не имеет значения. Думаю, нам вполне подойдет какой-нибудь симпатичный доброжелательный судья. Как ты считаешь?

Кэсси, несколько утратившая способность ясно мыслить, лишь кивнула в ответ.

— Тебе понадобится красивое платье.., недлинное, но элегантное.., что-нибудь из белого атласа. И шляпка с небольшой вуалью. Как жаль, что сейчас мы не можем заказать все это в Париже!

Шляпки из Парижа, перстни с бриллиантами в пятнадцать карат.., свадьба в День Святого Валентина… Кэсси смотрела на него широко раскрытыми глазами. Не пригрезилось ли ей все это? Вот он сидит рядом, рассуждая о белом атласном платье и шляпке с вуалью, а у нее на пальце самый большой бриллиант, какой только можно себе представить. Она подняла на него глаза, полные слез:

— Десмонд, скажи же, что мне это не снится.

— Тебе это не снится, любовь моя. Мы с тобой обручены и очень скоро станем мужем и женой, на радость и на горе — навсегда. — Глаза его возбужденно блестели, в голосе звучали торжествующие нотки.

Кэсси прислонилась к нему. Она вдруг почувствовала слабость. Слишком все неожиданно, слишком много перемен… трудно это все воспринять. Она снова ощутила всю его силу и неожиданно открывшуюся ей сексуальность, которую он до этого все время держал под контролем. Теперь же Кэсси постоянно чувствовала его близость и его влечение к ней. С того момента как он сделал предложение, Десмонд не переставал целовать ее. У нее голова шла кругом.

— Свадьба будет здесь?

— Да, наверное, здесь. Так проще, удобнее, не надо никому ничего объяснять. Не думаю, что мы сможем венчаться в церкви в Иллинойсе.

— Наверное, ты прав. Надеюсь, что родители приедут.

— Конечно, приедут! Мы полетим за ними. Они смогут остановиться в отеле «Беверли-Уилшир».

Кэсси нервно засмеялась:

— Мама умрет на месте.

— Надеюсь, что нет.

Десмонд снова заключил ее в объятия. И забыл обо всех планах и приготовлениях, обо всем на свете. Она так молода, так прелестна, так чиста… Он чувствовал себя едва ли не совратителем. Однако не мог остановиться. Целовал и целовал ее. Ему нестерпимо хотелось пойти дальше, но он знал, что еще рано.

В этот вечер он с трудом оторвался от Кэсси, Позвонил ей сразу же, как только вернулся домой. А потом еще раз, как обычно, в половине четвертого утра. Они болтали, как старые друзья, испытывая при этом волнующее чувство, что скоро соединятся навсегда. Они решили не сообщать никому до тех пор, пока Кэсси не скажет своим родителям. Оба прекрасно понимали, что эта новость поднимет на ноги всю страну.

Десмонд сам отвез ее в аэропорт. Как обычно, Кэсси проверила самолет. Теперь он непрестанно повторял, чтобы она была осторожна.

— Надеюсь, все это не повлияло на мои умственные способности, — шутливо заверила его Кэсси. — А может, и повлияло, кто знает.

Они поцеловались на прощание. Кэсси заметила, что один из работников аэропорта внимательно смотрит на них и улыбается.

— Осторожнее, Десмонд, иначе это будет во всех газетах.

— В газетах может появиться и кое-что поинтереснее, если мы не поженимся в самое ближайшее время, мисс О'Мэлли.

— Постыдись, ты только вчера вечером сделал мне предложение. Дай мне возможность добыть себе приличное платье и пару туфель. Не хочешь же ты, чтобы я выходила замуж в форменной одежде.

— Почему бы нет? А еще лучше без нее. Может быть; мне и в самом деле поехать с тобой в Иллинойс…

Конечно, он лишь подшучивал над ней. Кэсси знала, сколько у него работы. Он никак не мог сейчас уехать. И все же она сожалела об этом. Родители наверняка будут огорчены, особенно когда услышат невероятную новость. Кэсси и сама все еще не могла поверить в то, что это правда, даже глядя на обручальное кольцо на пальце. А как деликатно, как нежно вел себя Десмонд вчера вечером…

— Желаю тебе благополучно долететь. Береги себя любовь моя.

Десмонд вышел из самолета. Долго смотрел ей вслед, стоя на взлетной полосе. Она легко поднялась в воздух. Полет про, шел очень гладко. В самолете она думала о Десмонде… и о Нике. Сердце все еще болело при мысли о том, кого она полюбила, когда была еще совсем ребенком. Но ведь он сделал свой выбор, а теперь и она сделала свой.

Полет до Доброй Надежды занял ровно семь часов. Первым она увидела Билли.

— Ну как, ты собираешься лететь со мной в Калифорнию на следующей неделе?

Вопрос оказался излишним. Билли готов был лететь хоть сейчас. Уже долгое время он только об этом думал и говорил.

Когда Кэсси расписывалась в журнале, он заметил у нее на пальце кольцо.

— А это что такое? Летающая тарелка?

— Да, вроде того. — Кэсси усмехнулась, внезапно ощутив неловкость. Ну да делать нечего, все равно рано или поздно придется ему сказать. — Вообще-то это мое обручальное кольцо. Вчера вечером мы с Десмондом обручились.

Билли смотрел на нее не веря своим ушам.

— Ты обручена с Десмондом Уильямсом?! Не может быть!

А как же Ник?

— А что Ник? — холодно произнесла Кэсси.

— Да.., да, извини.., не стоило об этом спрашивать, но…

Он знает?

Кэсси покачала головой.

— Но ты собираешься ему сообщить? Ты ему написала?

Почему-то Кэсси вдруг почувствовала себя виноватой.

— Он мне не пишет. Узнает сам рано или поздно.

— Да, наверное. Его это очень огорчит, как ты думаешь?

Билли совсем растерялся. С того самого момента как с ними познакомился, он сразу понял, что Кэсси и Ник любят друг друга.

Кэсси кивнула, с трудом подавляя слезы. Она приняла решение и не собирается оставлять Десмонда. Десмонд хочет, чтобы она стала его женой, а Ник ее отверг. Он сделал это со всей определенностью. Однако само по себе возвращение домой словно приблизило Ника, сделало его более реальным.

Кэсси снова ощутила нерешительность.

— Если его это и в самом деле огорчит, ничем не могу помочь. Улетая, он сказал, что не желает меня связывать, и посоветовал выйти замуж за кого-нибудь другого.

— Надеюсь, он сказал то, что думал на самом деле.

Билли отвез Кэсси домой к родителям. Все уже собрались и ждали ее. Мэган первая заметила кольцо и громко вскрикнула:

— О Боже, что это?

Глиннис и Колин позвали мать, игравшую с детьми.

— Я думаю, это маленькая лампочка, — пошутил муж Колин.

Родители переглянулись. Кэсси ничего им не сказала" когда звонила в последний раз.

— Это мое обручальное кольцо, — спокойно произнесла девушка.

— Мы так и поняли, — сказала Глиннис. — И кто же этот счастливчик? Альфред Вандербильд? Кто он?

— Десмонд Уильямс.

В ту же минуту зазвонил телефон: это оказался Десмонд.

— Я им только что сказала. Сестры в шоке.

— А родители как отреагировали?

— Они пока еще не успели ничего сказать.

— Можно поговорить с твоим отцом, Кэсси?

Кэсси передала трубку Пэту. Потом Десмонд поговорил с матерью. У сестер к этому времени голова пошла кругом, их мужья, столь же растерянные, неловко подшучивали над Кэсси. Она успела сообщить им всем, что выходит замуж в Лос-Анджелесе в День Святого Валентина и что Десмонд Уильямс собирается прилететь за родителями, чтобы повезти их на свадьбу.

Мать уже положила трубку и теперь тихонько плакала.

Впрочем, в последнее время она много плакала. Она обняла дочь.

— Кажется, он очень хороший человек. Обещал, что всегда будет о тебе заботиться как о маленьком ребенке.

Пэт тоже выглядел почти счастливым. Ему понравилось все, что говорил по телефону Десмонд.

Однако позже, когда они с дочерью остались одни, он задал ей несколько трудных вопросов:

— А как же насчет Ника, Кэсс? Бог даст, он в конце концов все-таки вернется. Ты же не можешь злиться на него всю жизнь. И нельзя выходить замуж за другого человека только потому, что ты обиделась на Ника. Это ребячество. Я считаю, что мистер Уильямс этого не заслуживает.

После телефонного разговора у Пэта сложилось очень хорошее мнение о женихе дочери, но он хотел знать, честно ли поступает с этим человеком Кэсси, осознает ли она, что делает.

— Папа, клянусь тебе, я выхожу за него не для того, чтобы отомстить Нику. Он сделал мне предложение только вчера вечером и захватил меня врасплох. Он совсем одинок.., у него было такое тяжелое детство.., он очень порядочный человек… и он хочет на мне жениться. В каком-то смысле я его люблю, хотя и не так, как Ника. Мы с ним друзья.., я стольким ему обязана.., за все, что он для меня сделал.

— Ты ему вовсе не обязана, Кэсси О'Мэлли. Он платит тебе, и ты эти деньги отрабатываешь. Сполна.

— Я знаю. Но он так добр ко мне, папа. Я хочу быть рядом с ним. А про Ника он знает. Говорит, что все понимает. Папа, я думаю, что со временем смогу его полюбить.

Пэт посмотрел дочери в глаза:

— А как же Ник? Можешь ты мне сказать честно, что не любишь его?

— Нет, папа, я все еще его люблю. Но ведь ничего не изменится. Он вернется и опять начнет доказывать, что не может на мне жениться. Он слишком стар, слишком беден, и я не знаю, что еще. А может быть, правда в том, что он меня не любит. За все это время он не написал мне ни строчки. А перед отъездом повторял одно и то же: никаких обещаний, никаких пут и никакого будущего. Я ему не нужна, папа. А Десмонду нужна. Он действительно во мне нуждается.

— Сможешь ли ты с этим жить? Зная, что любишь другого?

— Думаю, что смогу, папа.

Однако при одной мысли о Нике она почувствовала слабость в коленях. Здесь, дома, все выглядело по-другому и Ник казался более реальным, чем там, в Лос-Анджелесе. Тем не менее Кэсси понимала, что должна выбросить Ника из головы.

— Ты лучше подумай хорошенько, Кэсси О'Мэлли. Не выходи замуж за этого человека, пока не будешь полностью уверена в своих чувствах.

— Да, я знаю. Я его не обману, обещаю.

— Я не потерплю, чтобы ты водила его за нос, а потом сбежала с Ником, когда он вернется. В нашей семье замужняя женщина есть замужняя женщина.

— Да, сэр. — Слова отца и его тон искренне тронули Кэсси.

— Брак — это священно, не важно, где ты выходишь замуж.

— Я знаю, папа.

— Не забывай этого и не навлеки бесчестья на этого человека. Похоже, он действительно тебя любит.

— Я его не подведу И тебя тоже, обещаю.

Отец удовлетворенно кивнул. Однако он хотел выяснить еще кое-что, пусть это сейчас было и не совсем к месту — Ты помнишь, перед отъездом Ник сказал, что Уильямс попытается на тебе жениться перед этим кругосветным перелетом, поскольку это сделает ему еще большую рекламу? Как ты думаешь, сейчас он ведет себя искренне? Я плохо знаю этого человека, Кэсси. Не торопись с ответом, подумай как следует.

Слова Ника всплыли в памяти Пэта в ту самую минуту, как он услышал о предстоящем браке дочери с Десмондом Уильямсом. В конце концов, ей всего двадцать один год, и она еще так наивна. Уильямсу тридцать пять, и он многое в жизни повидал. Ему ничего не стоит провести ее.

После недолгого размышления Кэсси покачала головой.

Нет, на этот раз Ник ошибся, она в этом уверена.

— Я не верю, что он мог бы так со мной поступить. Это просто совпадение. С тех пор как я согласилась на перелет, мы много работаем вместе, и я хорошо его узнала. Я думаю, чистая случайность, что все произошло именно сейчас. И Ник наверняка сказал это несерьезно. В нем просто говорила ревность.

Пэт, желавший поверить словам дочери не меньше, чем она сама, кивнул с облегчением. Неожиданно губы его тронула улыбка.

— Представляю себе, что с ним будет, когда он вернется и узнает, что ты замужем. А ведь я его предупреждал. Сам виноват.

— Да, я знаю. Он не хочет себя ни с кем связывать, и меньше всего со мной.

Однако теперь Кэсси, похоже, примирилась со своей судьбой, не такой уж несчастливой, надо сказать. И отец, судя по всему, доволен.

Он с нежностью взглянул на дочь, взял ее руку, поцеловал в лоб. В глазах его стояли слезы.

— Благословляю тебя, Кассандра Морин.


Глава 14 | Крылья | Глава 16



Loading...