home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Путешествие в Кеттари

– Хороший день, Ночной Кошмар! – улыбка Мелифаро выходила за пределы его лица.

– Плохая ночь, Дневная Греза!

Какую-то долю секунды Мелифаро оторопело пялился на меня, потом с облегчением кивнул.

– Понял! А что, не худшая из шуток! Сам придумал?

– Нет, Лонли-Локли научил.

– Иди ты! – Мелифаро жизнерадостно заржал.

Мы сидели в «Обжоре Бунбе». Мой коллега ужинал после тяжелого рабочего дня, а я завтракал перед не менее тяжелой рабочей ночью. Скорее всего, мне предстояло сидеть в собственном кабинете, вдыхать головокружительные весенние запахи, нахально проникающие в казенное помещение из распахнутого окна, и заниматься дыхательной гимнастикой, которой меня действительно научил Лонли-Локли. В этой области наш неулыбчивый сэр Шурф и правда был крупным специалистом…

Начало весны – не лучший сезон для склейки разбитых сердец, так что я был не самым счастливым человеком в последнее время. Если бы Мелифаро был знаком со мной дольше полугода, он безошибочно смог бы понять это по ядовитым интонациям моих, обычно безобидных, шуточек… Грешные Магистры, а ведь действительно – еще и полугода не прошло с тех пор, как я оказался в Ехо! Я изумленно покачал головой.

– Ты чего? – полюбопытствовал Мелифаро.

– Вспомнил, сколько я тут торчу. Всего ничего получается, а…

– А сколько народу загубил! – уважительно подхватил Мелифаро. – А какие планы на будущее!..

– Не без того! – хмыкнул я. – Вы у меня еще все попляшете!

– Джуффин просил тебе передать, чтобы ты не слишком тщательно пережевывал! – отсмеявшись, сообщил Мелифаро. В его голосе чувствовалась легкая зависть.

– Он хочет испытать на мне какую-нибудь новую клизму, так, что ли? Его надежды напрасны: мой желудок способен переварить и вовсе непрожеванные куски! – сварливо отозвался я.

Но сердце радостно екнуло: если сэр Джуффин затеял торжественное возложение на мои плечи какой-нибудь неразрешимой проблемы… Грешные Магистры, это же именно то, что мне требуется!

Мелифаро вздохнул.

– Он собирается с тобой секретничать. На челе нашего шефа огромными буквами начертано: «Осторожно! Страшная тайна!» Думаю, тебе предстоит перегрызть глотки нескольким десяткам мятежных Магистров, чтобы вырвать из их преступных рук великий секрет какого-нибудь Вселенского слабительного… Подозреваю, что мне суждено всю жизнь оставаться несведущим свидетелем ваших зловещих интриг!

– Тогда я пошел. «Зловещие интриги» – это звучит слишком соблазнительно.

– Ты что, и доедать не будешь? Сгоришь ты на работе, Ночной Кошмар… А я еще попляшу на кучке твоего пепла!

– Не буду ни доедать, ни платить! – гордо сказал я, запахнувшись в теплую Мантию Смерти. – Я такой страшный, что мне все можно! Так что на твоем месте я бы не особенно рассчитывал на балетную карьеру, бедняга…

С этими словами я стремительно стартовал: наш диалог мог продолжаться бесконечно, а меня окрыляла гремучая смесь любопытства пополам с надеждой.


Сэр Джуффин Халли как раз принюхивался к содержимому кувшина с камрой. Удовлетворенно кивнул и наполнил кружку.

– Эксперимента ради изменил своим принципам. Эта камра не из «Обжоры», Макс. Заказал ее в «Толстяке на повороте». Дай, думаю, узнаю, чем это женушка нашего Луукфи на жизнь зарабатывает? Оказалось, очень неплохо… Ты уже был там когда-нибудь?

Я помотал головой.

– Это очень нехорошо. Непатриотично, я бы сказал! Раз уж хозяйка «Толстяка» – жена нашего коллеги, значит, мы просто обязаны… Да ты садись, Макс! Мог бы и доесть, между прочим. Что-то я тебя не узнаю: променять еду на работу…

– Не вы один у нас любопытный! – вздохнул я. – Все-то вы обо мне знаете, Джуффин. Даже о том, что остается на дне моей тарелки, – уму непостижимо!

– Не все, а только самое важное… У меня к тебе серьезный разговор, Макс. Действительно очень серьезный. Хочу озадачить тебя одной проблемой.

– Наконец-то! – с восторгом сказал я и полез в карман за свертком с окурками, которые благополучно продолжал извлекать из Щели между Мирами. То есть из-под собственной подушки.

Педагогическая система сэра Мабы Калоха такова: очень много маленьких пряников и ни одного кнута. Действует безотказно. Измученный отвратительным привкусом местного табака, я целыми днями таскал сигареты с недостижимой территории собственной родины, не слишком ломая голову, чтобы понять, как это у меня получается…

– Я с самого начала приберегал эту задачку для тебя, – заговорил Джуффин. – Только мне казалось, что потребуется ждать несколько лет, дать тебе время привыкнуть к нашему Миру… А оказалось, что это не нужно: ты и так уже привык – дальше некуда!

– Я только что сам об этом думал, – кивнул я. – До меня вдруг дошло, что мы с Мелифаро знакомы меньше чем полгода. А ведь вы привели его в дом всего через пару дюжин дней после того, как я… Рехнуться можно!

– Да уж, – Джуффин пожал плечами. – Мне самому твои темпы кажутся фантастическими. И ведь вроде бы знал, с каким шустрым господином связался, а все равно удивляюсь… Так что я уверен, ты справишься. Да и момент сейчас самый подходящий… Небольшое путешествие на край света – именно то, что тебе требуется, так ведь?

– Джуффин, – жалобно попросил я, – не тяните! Вы меня уже так заинтриговали, что голова кругом.

– Да я и не тяну. Просто жду, пока ты нальешь себе еще камры, усядешься поудобнее, закуришь и приготовишься слушать. История длинная, Макс. И очень запутанная.

– Дырку над вами в небе, сэр! Я обожаю длинные запутанные истории!


– Что-то неладное творится с моим родным городом Кеттари, Макс.

Я даже рот открыл: чего-чего, но такого начала я не предвидел, это уж точно! Джуффин понимающе улыбнулся.

– Твои познания в географии Соединенного Королевства пока не слишком глубоки…

– Не щадите мое самолюбие, сэр, я никогда не беру его с собой, выходя из дома! Я совершенно не знаю вашей географии. Это – медицинский факт.

Джуффин кивнул и развернул карту. Я зачарованно уставился на нее: местная картография – отдельная область искусства! Коротко остриженный узкий ноготь моего шефа сухо постукивал по маленькому пестрому пятнышку, приютившемуся где-то на западе среди изящно вычерченных горных пиков.

– Это Кеттари, Макс. А Ехо – вот здесь, видишь? – Ноготь хищно царапнул миниатюрное изображение городка в нижней части карты. – Не так уж далеко, хотя… В общем, не так уж и близко! Знаешь, что значит этот пестрый кружок?

Я помотал головой.

– Это значит, что основным занятием жителей города являются разного рода прикладные искусства… Испокон веков Кеттари был знаменит своими коврами. Даже во времена моей юности они были неподражаемы, хотя тогда в Мире было куда больше фантастических вещей, чем сейчас… Таких шикарных ковров до сих пор нигде больше не делают. Разумеется, столица охотно торгует с Кеттари: здесь любят роскошь!

– Тот огромный ковер цвета темного янтаря, что лежит у вас в гостиной, оттуда! Я угадал?

– Угадал. Почему ты так подумал?

– Потому что… Потому что по краям вышита надпись: «Мед Кеттари»! – Я рассмеялся. Джуффин, разумеется, тоже.

– Вурдалака тебе в рот, парень! Ты слушать-то будешь?

– Буду, буду! – Я добавил себе камры и старательно изобразил на лице выражение тяжкого умственного усилия. – Нет, ну правда, рассказывайте!

– Несколько дюжин лет назад в Ехо даже возник обычай ездить в Кеттари большими караванами. Это действительно удобно, так что никого это нововведение не удивляло. Еще тогда я обратил внимание, что каждый караван непременно сопровождает уроженец Кеттари. Но подумал: если мои земляки хотят немного заработать, с какой стати я буду им препятствовать? Разумеется, поначалу не все желающие съездить за покупками соглашались путешествовать в большой компании, да еще и платить за услуги проводника… Было несколько забавных случаев: столичные балбесы не смогли найти дорогу в Кеттари. Возвращались растерянные, несли какую-то чушь, что Кеттари, дескать, разрушен… Удивляться тут нечему: дураков везде хватает, а какие только оправдания не найдет человек для своей глупости! Но все эти истории убедили наших купцов, что небольшая плата Мастеру Предводителю Каравана, как именуют себя мои земляки, – наименьшее из зол. Никому не хочется терять время, терпеть убыток и становиться посмешищем…

– Вы говорите, что взрослые люди в здравом уме не могли найти дорогу в ваш Кеттари? – удивленно переспросил я. – Неужели в Соединенном Королевстве так плохо с дорогами? Я-то думал, что…

– Хороший вопрос, Макс! Этому многие удивлялись: как вообще было возможно заблудиться?! Графство Шимара – не самая отдаленная провинция, да и Кеттари – отнюдь не деревня… Предводители караванов объясняли трудности тем, что большинство городков вокруг Кеттари в Смутные Времена были разрушены. Поскольку жизнь этих населенных пунктов зависела исключительно от нужд провинциальных резиденций Орденов, вокруг которых они были построены, возрождать их не было смысла… Упоминали и о разрушенных дорогах. Это уже казалось немного странным: никогда не слышал, чтобы во время Великой Смуты кто-то разрушал дороги! Да и зачем?.. Был, правда, один смешной случай с одним из Магистров Ордена Потаенной Травы, близким родственником нашего Мелифаро, между прочим! Покидая столицу, парень предвидел, что его будут преследовать, и заставил дорогу, по которой удирал, устремиться в небо. Зрелище было то еще: едешь по дороге и вдруг понимаешь, что она ведет вертикально вверх, к облакам! Я даже предлагал магистру Нуфлину оставить все как есть, но он в те годы был не слишком сговорчив… В общем, дорогу тут же привели в порядок, да и произошло дело не в графстве Шимара, а здесь, в окрестностях Ехо. Так что я здорово сомневался насчет разрушенных дорог. Но потом подумал: если местные жители так говорят, значит, они знают, да и какое мне дело до всего этого!.. Словом, проводникам все верили да и до сих пор верят. А почему нет? Наши купцы возвращаются из Кеттари, нагруженные коврами. И тоже сетуют на ужасное состояние дорог… Кеттарийские ковры, между прочим, становятся все лучше, а путешественники в один голос твердят о красоте и богатстве моего родного городка. Не знаю, не знаю! На моей памяти Кеттари никогда не был таким уж процветающим «культурным центром». Хотя, конечно, все меняется, и хорошо, когда к лучшему!

– А вы сами, – спросил я. – Сколько лет вы там не были, Джуффин?

– Очень долго. И сильно сомневаюсь, что когда-нибудь туда вернусь! В Кеттари у меня не осталось ни друзей, ни родни, так что ни нежность, ни обязательства больше не связывают меня с этой точкой на карте. Я совершенно не сентиментален, как и ты сам, между прочим… Но дело даже не в этом. Существует нечто вроде внутреннего запрета: я знаю, что ехать в Кеттари мне не только не нужно, но и нельзя. А мой опыт свидетельствует, что внутренний запрет – единственный реально существующий… Тебе знакомо подобное чувство, Макс?

Я задумчиво крутил в руках окурок.

– Думаю, что знаю, о чем вы говорите. Настоящий внутренний запрет – великая сила! Только я часто не могу отличить его от прочего хлама: всяких там параноидальных мыслей, суеверных привычек… Вы понимаете, да?

– Еще бы! Не переживай на сей счет: ясность ощущений – дело наживное… Ладно, давай вернемся к делу. Пару лет назад произошла совершенно дикая история. В этот самый кабинет явились два беглых преступника. Один из них истошно орал, что они желают сдаться господину Почтеннейшему Начальнику лично, а второй молчал, уставившись в одну точку… Ребята проходили по ведомству Городской полиции, куда угодили по какому-то пустяковому поводу. Они сбежали из-под стражи, что меня совсем не удивляет: при бардаке, царящем в Бубутиной конторе, это закономерно… Один из беглецов, по имени Мотти Фара, оказался моим земляком. Как и я сам, он не был в Кеттари довольно долго. С начала эпохи Кодекса или еще дольше… Но когда влип в неприятности, решил, что родной город – не худшее место, чтобы скрыться от столичной полиции. Так что ребята отправились в Кеттари. И заблудились.

– И вам кажется, что это уже слишком, да? – понимающе кивнул я. – А может быть, у вашего земляка просто беда с головкой? Ну, знаете, как это бывает?

– Мой земляк не производил впечатление полного идиота, – сухо возразил Джуффин. – По моему скромному разумению, у господина Фары должно было хватить ума, чтобы попасть в родной город. Но у него ничего не вышло. После этой передряги беглецы вернулись в столицу. Вместо того чтобы скрываться, они заявились прямехонько в Дом у Моста, что само по себе почти невероятно. И начали умолять о встрече со мной. Мое любопытство не позволяло пренебречь их просьбой: люди нечасто совершают такие нелепые поступки…

– Часто! – буркнул я. – Еще и не такие…

– По большому счету, ты прав, – улыбнулся Джуффин. – Но у нас, уроженцев Кеттари, практичность в крови!.. Ты не отвлекайся, самое интересное впереди.

– Извините, Джуффин! Что-то я сегодня не в меру веселый…

– Да уж, веселый, нечего сказать! Ты у нас в последнее время такой веселый, что смотреть тошно! – вздохнул шеф.

Он покинул свое кресло, подошел ко мне и неожиданно дернул меня за ухо. Это было так нелепо, что я нервно расхохотался. А отсмеявшись, с изумлением понял, что мое настроение действительно заметно улучшилось. Даже разбитое сердце казалось целехоньким!

– Ты заслужил передышку, – тяжелая рука Джуффина легла на мое плечо. – Это мой маленький подарок. Вообще-то все, что с тобой происходит, ты должен переваривать самостоятельно, без посторонней помощи. Но от любого правила иногда можно отступить – ежели недалеко и ненадолго… Тем более что мне сейчас требуется все твое внимание, а не его жалкие ошметки. Ясно?

Я молча кивнул, наслаждаясь отсутствием привычной ноющей боли в груди, верной спутницы каждой моей утраты… Джуффин вернулся на место и продолжил рассказ.

– Мой земляк выглядел смертельно перепуганным. Он утверждал, что Кеттари исчез. Вернее, лежит в руинах! Его спутник находился в сумеречном состоянии рассудка, а безумием от него пахло, как потом от фермера! Беднягу пришлось отправить в Приют Безумных, какая уж там тюрьма: он и имя-то свое грешное не мог выговорить, только мычал… Но сам Мотти Фара показался мне очень рассудительным господином. Он заявил, что два года в тюрьме Нунда, причитающиеся ему по закону, – сущие пустяки по сравнению с исчезновением нашего с ним родного города… А потом этот истинный патриот Кеттари сделал вот так, – указательным пальцем правой руки Джуффин два раза быстро стукнул себя по кончику носа. – И добавил, что за побег я ему, как земляк земляку, прибавлять не стану. Это наш любимый кеттарийский жест, Макс! Он означает, что два хороших человека всегда могут договориться. Я так расчувствовался, что был готов и вовсе его отпустить, но, к сожалению, Бубутины ребята уже знали, что хитрец сидит у меня под крылышком… Вот это я понимаю, патриотизм!

Я не мог сдержать улыбку: столько убийственной иронии было в интонации шефа.

– Пошли дальше, Макс. Через несколько дней из Кеттари прибыл очередной караван, нагруженный коврами. Пару дюжин надежных свидетелей процветания этого славного городка. Я мог расслабиться: все-таки мои беглецы просто заблудились! Но какой-то голос внутри меня упрямо твердил, что все не так просто… А уж если я обдумываю какую-то проблему дольше одного дня, это верный признак того, что дело пахнет кислым. Когда в Мире все в порядке, я и сплю спокойно. Такой уж у меня организм! У тебя, кстати, тоже, если я не ошибаюсь…

Я кокетливо вздохнул.

– Куда мне, сэр! Мой покой зависит от более приземленных вещей. Если не забыл сходить перед сном в уборную – сплю как убитый, если забыл – ворочаюсь с боку на бок и терзаюсь мрачными предчувствиями касательно ближайшего будущего Вселенной… Я же очень примитивно устроен, разве вы не знаете?

Джуффин ухмыльнулся и подлил мне камры: чистосердечное признание заслуживало награды!

– В придачу к моим собственным сомнениям, земляк чуть ли не ежедневно слал мне письма. Герб Королевской каторжной тюрьмы Нунда с тех пор так и стоит у меня перед глазами… Пришлось даже отвести специальный ящичек для его корреспонденции, чтобы не смешивалась с прочими бумагами… Содержание писем не отличалось разнообразием. Вот, взгляни на одно из них. Это, конечно, бумага: заключенным самопишущие таблички не положены. Но ведь, насколько мне известно, ты привык к бумаге?

Джуффин открыл маленькую шкатулку, извлек оттуда квадратик плотной бумаги и протянул его мне. Я с любопытством уткнулся в чужую корявую писанину.

«Сэр Почтеннейший Начальник, я боюсь, что вы мне так и не поверили. Но Кеттари действительно больше нет. Там пустое место, одни древние развалины! Я же не мог заблудиться: я знаю каждый камень в окрестностях. Я помню семь деревьев вахари у городских ворот. Они еще есть, а вот самих ворот нет! Только кучка камней, на которых еще сохранились остатки резьбы старого Квави Улона. И за ними – только пыльные камни».

Я вернул письмо Джуффину, тот задумчиво покрутил его в руках и спрятал обратно в шкатулку.

– Потом он умер, этот невезучий парень. Уже больше года назад. Вот его последнее письмо, оно несколько отличается от прочих… Еще один закон природы: чем дальше, тем интереснее! Держи, Макс.

Я получил новый бумажный квадратик и, спотыкаясь на изломах мелкого незнакомого почерка, начал читать:

«Сэр Почтеннейший Начальник, я снова решился отнять ваше время. Надеюсь, что вам все еще передают мои письма. Сегодня ночью я не мог уснуть. Я снова и снова думал о развалинах, которые ждали меня за теми деревьями. А потом я вспомнил, что мы с Захо долго бродили по этим развалинам. Наверное, тогда он и свихнулся, а я просто потерял память. До сих пор я был уверен, что мы сразу же ушли оттуда, и не мог понять, почему это Захо покинул разум. Он ведь не из Кеттари, так что если кому-то и следовало свихнуться, так это мне! А сегодня ночью я вспомнил, что мы зашли в разрушенный город, и я даже нашел развалины своего дома. А Захо сказал, что я зря переживаю: вот же площадь и высокие дома, и там гуляют люди. Но я ничего не увидел. А мой друг побежал туда, и я его долго искал. И иногда я слышал голоса людей, где-то далеко, так что я почти не разбирал, о чем они говорят. Только однажды я ясно услышал, что говорят о старом шерифе, сэре Махи Аинти, и очень удивился: он же исчез лет четыреста назад, когда еще и моих родителей на свете не было, а кто-то говорил, что он, дескать, сейчас придет и во всем разберется. А потом я нашел Захо, он сидел на камне и плакал, и не отвечал на мои вопросы. Я увел его оттуда, и мы отправились обратно в Ехо. Сэр Почтеннейший Начальник, не подумайте, что я решил что-то присочинить, я действительно вспомнил все эти подробности только сегодня ночью, и я крепко сомневаюсь, что вспомнил все, что со мной там случилось. Я очень прошу вас, разберитесь, что случилось с Кеттари. Я очень любил этот городок, и у меня там осталась младшая сестренка. Я хотел бы найти ее, когда выйду из Нунды, а это случится очень скоро…»

Здесь письмо обрывалось: маленький кусочек бумаги не мог вместить все откровения несчастного кеттарийца.

– А от чего он умер? – спросил я.

– Хороший вопрос! Все случилось более чем внезапно. Его вывели на прогулку, погода была ясная, сухая. Вдруг ударила молния. От бедняги остался лишь пепел, а его сторож отделался опаленными бровями и ресницами. Потом загрохотал гром, начался ливень… Дождь шел две дюжины дней без перерыва, первый этаж тюрьмы был затоплен. Под шумок у них сбежала чуть ли не дюжина заключенных: Нунда – это тебе не Холоми! Шуму было много… Знаешь, Макс, с самого начала я склонялся к тому, чтобы поверить своему земляку. Одна только его добровольная сдача властям чего стоит! Это как же надо было перепугаться, чтобы сотворить над собой такую глупость!.. Но знаешь, это последнее письмо и его странная смерть оказались последней каплей: я понял, что парень привел меня на порог одной из самых загадочных историй, какие только… Ты хотел о чем-то спросить, Макс?

– Да. Кроме приключений вашего несчастного земляка и его страхов… Есть еще что-то, о чем вы не говорите?

– Забавно, Макс! Твоя интуиция работает, даже когда это совершенно не нужно. Я бы и так рассказал… На самом деле ничего особенного, никаких жареных фактов, только одно маленькое наблюдение. Видишь ли, моих сомнений было достаточно, чтобы внимательно присмотреться к коврам, которые привозят из Кеттари. Голову могу дать на отсечение, что они чуть-чуть попахивают Истинной магией, хотя сделаны без ее участия. И все же… Знаешь, это странно. До сих пор я мог почуять ее присутствие в человеке, который обеими ногами увяз в тайне, даже если он сам об этом не подозревает, как было с тобой… Но вещи, неодушевленные предметы?! Никогда прежде не сталкивался с чем-то подобным!

Я пожал плечами.

– А дом сэра Мабы Калоха? Он же весь окутан тайной, его даже найти трудно… Ведь дом – это неодушевленный предмет, или я опять что-то напутал?

– Нет, ты абсолютно прав. И лишний раз доказал, что я нашел наилучшее решение этой маленькой, но интереснейшей проблемы…

– И какое же?

Я-то спрашивал, но мое сердце уже знало ответ. Оно отчаянно колотилось об ребра. Джуффин задумчиво кивнул.

– Ты уже сам все понял, Макс. Отправишься в Кеттари. Присоединишься к каравану, посмотришь, как там и чего… В крайнем случае просто ковер себе привезешь. Надо же обживать новую квартиру… Раз уж мне самому туда лучше не соваться, почему бы не съездить тебе? По большому счету, это – одно и то же…

– Ничего себе «одно и то же»!.. Да нет, я-то готов, но вот пользы от меня поменьше будет.

– Откуда ты знаешь? Может быть, и побольше. Тайны любят новичков, особенно таких фартовых, как ты. А мы, пожилые мудрецы, должны сидеть дома и думать тяжкую думу… Словом, я давно решил, что это дело специально создано для тебя, только не надеялся, что ты так скоро будешь готов… Да, кстати, я не думаю, что это слишком опасно.

– Ага… Посылая меня в Холоми разбираться с этим коротконогим привидением, вы тоже были уверены, что я справлюсь! А что получилось…

– Как – что?! Ты блестяще справился, как я и предполагал!

– Да я же чуть все не испортил! Даже два раза кряду.

«Чуть» не считается, Макс! Ты действовал быстро, почти все твои решения были верными… Ты не находишь, что для человека, прожившего в этом Мире всего сотню дней, такое просто невозможно?

– У Мелифаро в свое время была хорошая версия на мой счет, – вспомнил я. – Он предположил, что я – мятежный Магистр, утративший память после того, как вы самолично огрели меня по башке… Вы уверены, что ничего подобного не было, сэр?

Джуффина такая гипотеза развеселила. Я дал ему отсмеяться и продолжил:

– Вы же знаете, что я не возражаю против опасностей, особенно сейчас… Но объясните ради всех Магистров: почему вы уверены, что эта поездка «не слишком опасна»? У вас хорошее предчувствие?

Сэр Джуффин серьезно кивнул.

– Да, и предчувствие тоже. Но не только. Я уже говорил о Кеттари с Мабой Калохом. Он наверняка в курсе происходящего, но темнит: у Мабы свой взгляд на такие вещи, ты же знаешь… Он меня успокоил: что бы ни происходило в Кеттари, это не угрожает Миру и вообще относится скорее к «радостным событиям»… Впрочем, у Мабы то еще представление о «радостных событиях»!.. Кстати, старик в восторге от того, что ты туда поедешь. Хотел бы я знать почему?.. Как бы то ни было, но я должен знать все подробности этой истории. Мое любопытство всегда было превыше долга, а в деле с Кеттари меня призывают разобраться оба этих резона. И самое главное: у меня появился отличный повод сделать твою нелегкую жизнь еще тяжелее. Что скажешь?

– Выразить не могу, как меня это радует… А что это за «старый шериф Кеттари»? Ну, сэр Махи Аинти, о котором говорили «голоса»? Вы же сами были шерифом Кеттари! Вы что, сменили имя, Джуффин?

– Я? Да нет, Магистры с тобой! Я стал шерифом Кеттари после него. А поначалу старый Махи был моим начальником. И не только… Если лет через триста у тебя спросят: «Кто такой этот Джуффин Халли?» – а у тебя как раз появится желание поговорить, ты расскажешь обо мне примерно то же самое, что я сейчас мог бы выложить тебе про Махи… Впрочем, Махи не пришлось вытаскивать меня из другого Мира, тут мы с тобой большие оригиналы!

Я вопросительно смотрел на Джуффина. Так этот сэр Махи Аинти и научил моего великолепного шефа всяким непостижимым вещам, которые именуются Невидимой, или Истинной, магией?! Шеф утвердительно кивнул. Вопрос, вертевшийся у меня на языке, не был для него тайной. У меня мурашки по спине пошли от такого взаимопонимания.

– Могу добавить, что старик действительно исчез лет четыреста назад. То есть никуда он, конечно, не исчез, а просто покинул Кеттари, сказав мне на прощание: «Пришло твое время поразвлечься, Джуффин, только не вздумай слать мне зов: заработаешь головную боль!» – Махи никогда не отличался многословием, не то что я, грешный! Так что благодари Темных Магистров, Макс: тебе достался не самый ужасный экземпляр наставника…

– Да я и так их каждый день благодарю, ребятам уже тошно от меня небось! – улыбнулся я. – Когда ехать-то, Джуффин?

– Караваны в Кеттари собираются раз в две дюжины дней. Ближайший отправляется дня через четыре, если я не ошибаюсь. Надеюсь, что к его отправлению у нас все будет готово…

– Что – «все»? – удивился я. – Чего тут готовить? Или вы еще не закончили?..

– Считай, что еще и не начал! Во-первых, один ты туда не поедешь… Не вздумай спорить: это не мои причуды, а правило.

– Да я и не спорю! И с кем же я поеду?

– Сначала мне хотелось бы выслушать твои соображения.

– Я человек привычки. Если уж отправляться неведомо куда, непонятно зачем, то только с Лонли-Локли. Я уже однажды попробовал, и мне понравилось… Вот только кто будет наводить страх на столичных кровопийц, если мы оба так сразу смоемся из Ехо?

– Не переживай, Макс! – усмехнулся Джуффин. – Ты еще не видел, как я это делаю. Можно и тряхнуть стариной в случае чего, а то разленился я тут с вами! Да и сэру Кофе пора бы жирок порастрясти.

– Ох, действительно! – Я даже поежился. – Каюсь, не подумал, что вам может прийти охота тряхнуть стариной… Выходит, вы согласны со мной касательно кандидатуры Лонли-Локли?

– Еще бы я был с тобой не согласен! Я и сам так решил, просто любопытство разбирало: угадаешь или сядешь в лужу? На этот раз ты остался с сухим задом, прими мои поздравления!..

– И как я понимаю, нам с Шурфом придется замаскироваться. Нас же весь город в лицо знает! Думаю, что ехать в Кеттари в компании двух штатных убийц из Тайного Сыска мало кому захочется… – Я посмотрел на Джуффина. – Моя задница еще не намокла?

– Пока нет. Продолжай, Макс, ты верно рассуждаешь!

– Ну, со мной проблем не будет! – самоуверенно заявил я. – А вот как быть с Шурфом? Он такой приметный! На одного сэра Кофу надежда…

– Плюх!

Я ошеломленно посмотрел на шефа, потом понял и расхохотался.

– Что, я сел все-таки в вашу грешную лужу?

– Еще бы! – Джуффин веселился от души. – Какой ты скромный, сэр Макс! Уж если с кем-то у нас и будут проблемы, так это с тобой. Ты, оказывается, очень ненаблюдательный: у Шурфа, хвала Магистрам, внешность самая неприметная, таких ребят полный город. Изменить цвет волос, напялить что-нибудь пестрое вместо его белого лоохи, снять перчатки – и ты сам его не узнаешь: мало ли в Мире высоких людей…

– Тем лучше! Но почему со мной должны быть какие-то проблемы? У меня что, очень необычное лицо?

– Во-первых, оно у тебя действительно необычное. Ты что, встречал в Ехо ребят, которые могли бы сойти за твоих братишек?

Я смущенно пожал плечами: признаться, я просто не обращал внимания на подобные мелочи.

– Ты у нас – редкая птица! Но это – не проблема: сэр Кофа может превратить твою физиономию во все, что угодно… Проблема состоит в твоем акценте, Макс!

– А разве у меня?.. – Я покраснел.

– Есть, есть, это только ты не замечаешь! И полгорода уже знает, что так отрывисто говорит только «грозный сэр Макс, облаченный в Мантию Смерти». Тебя раскусят, как бы ты ни маскировался… Промолчу насчет твоей Безмолвной речи: тебя и понять-то иногда трудно!

– Так что же делать? Может быть, прикинуться немым?

– Немые пользуются Безмолвной речью еще лучше, чем прочие. Для них, как ты понимаешь, это единственный способ общаться… Не горюй, сэр Макс! Мы сделаем из тебя шикарную даму, ты сам удивишься!

– Даму? Шикарную? Из меня? Вы что, Джуффин?! – Моему изумлению не было предела.

– А чему ты так удивляешься? Сэр Кофа поработает с твоим лицом и голосом, парик подобрать – вообще не проблема…

– И я стану главным посмешищем Дома у Моста в этом сезоне! – продолжил я. – Джуффин, ну какая из меня может получиться дама?

– Высокая, худая и довольно широкоплечая. Пожалуй, не из тех, что нравятся мужчинам, – равнодушно согласился Джуффин. – Но это проблема Лонли-Локли: будет путешествовать с некрасивой женой!

«С женой»?! Вы что, издеваетесь? – я уже чуть не плакал.

– Что произошло с твоей головой, Макс? – холодно спросил шеф. – Разумеется, вы будете выдавать себя за супружескую пару. В Кеттари именно так чаще всего и ездят: парочками. Сочетают приятное с полезным, покупку ковров с совместным отдыхом… Если к каравану присоединится женщина, которая говорит с таким же акцентом, как у тебя, все подумают, что она – просто твоя землячка. Почему бы доброму горожанину не жениться на леди из Пустых Земель? У нас, в Ехо, любят экзотику. Вы не вызовете никаких подозрений, так что все будет в порядке… И не смотри на меня как на палача: чего ты вообще так переполошился?

Я и сам не мог объяснить почему. Наверное, во мне вопили какие-то дремучие предрассудки: если мужчина переодевается в женское платье, значит, с ним не все в порядке! Впрочем, с костюмом-то как раз особых проблем не будет: в Ехо наряды мужчин и женщин отличаются настолько неуловимо, что у меня пока не хватало опыта, чтобы отличить женское лоохи от мужского…

– Не знаю, что и сказать… Нелепо это как-то.

– Не вижу тут ничего нелепого!.. Хорошая ночь, сэр Кофа!

Я обернулся. На пороге стоял сэр Кофа Йох, наш Мастер Слышащий, он же непревзойденный мастер маскировки. В руках у него был объемистый сверток.

– Этот милый мальчик очень не хочет становиться девочкой! – тоненьким голоском сообщил Джуффин. – Как вы думаете, Кофа, вдвоем мы его одолеем или лучше сразу позвать подмогу?

Сэр Кофа Йох одарил нас обоих покровительственной улыбкой и водрузил свою ношу на стол.

– Вы что, собираетесь делать это прямо сейчас? – жалобно спросил я. – Может, отпустите погулять напоследок?..

Сходные чувства всегда охватывали меня в кресле дантиста: очень хотелось куда-нибудь смыться и прийти «завтра», то есть никогда!

– Нагулялся уже! – злорадно хмыкнул Джуффин. – Слушай, Макс, успокойся немедленно! Это же обыкновенное переодевание, как на карнавале… Был когда-нибудь на карнавале?

– Был, – буркнул я. – Мне тогда было лет шесть, и я переоделся зайчиком…

Мои коллеги взвыли от смеха.

«Зайчиком»! На карнавале! В Пустых Землях! – стонал сэр Кофа. – Мальчик, ты вообще думаешь перед тем, как говорить?!

Я не выдержал и тоже рассмеялся.

– Ладно, валяйте, Кофа! У меня действительно небогатый опыт карнавальной жизни, так что…

– Сразу бы так! – Джуффин протянул мне еще одну кружку с камрой. – А то запаниковал… Слушай, может быть, ты подумал, что мы тебя превратим в настоящую женщину? И тебе придется исполнять супружеские обязанности?

– От вас всего можно ожидать…

– Не переживай, парень. Во-первых, сделать из мужчины настоящую женщину и наоборот… Теоретически это возможно, но мы с Кофой пока не такие могучие маги. Сэр Маба, пожалуй, смог бы, хотя… Да нет, вряд ли, зачем ему! Не удивлюсь, если Сотофа такое может, надо бы у нее спросить при случае… А во-вторых, сэр Лонли-Локли все равно не стал бы изменять жене с какой-то тощей, широкоплечей иностранкой. Хвала Магистрам, уж в чем, а в женщинах Шурф знает толк…

– Какую ерунду вы говорите, Джуффин! Почему это «тощая», «широкоплечая»? У нас получится очень милая девочка, вот увидите! – тоном оскорбленного профессионала сказал сэр Кофа.

Он уже начал распаковывать свой сверток. Я с ужасом покосился на высунувшиеся наружу рыжеватые кудри. Кажется, это была моя будущая прическа! Джуффин заметил выражение моего лица, махнул рукой и снова расхохотался.

– Мы решили сделать это заранее, чтобы у тебя было время привыкнуть, – добродушно объяснял сэр Кофа. – Я не раз переодевался женщиной, – да ведь ты сам помнишь нашу первую встречу в «Обжоре»! Видишь ли, у женщин немного другая походка, манеры… Иная реакция на события. Четырех дней маловато, но ты у нас всему быстро учишься. В крайнем случае будешь дамой со странностями… А что, всякое бывает! И не волнуйся, все перемены в твоей внешности произойдут на короткое время… Кстати, Джуффин, сколько времени ему понадобится провести в Кеттари? Мне нужно знать.

– Дай подумать… Дорога займет дня три. В Кеттари караван обычно остается дней шесть-семь. Этого может не хватить… Тогда нужно будет остаться и ждать следующий караван, это еще две дюжины дней… Потом обратная дорога. Да, Кофа, думаю, что твое заклятие должно продержаться четыре дюжины дней: в таком деле лучше пусть будет избыток!

– Четыре дюжины дней? – жалобно спросил я. – А если мы вернемся раньше? Что я буду делать в таком виде?

– Как что? Работать! Какая разница, что за личико прячется под Мантией Смерти? – пожал плечами Джуффин. – Ты подожди, тебе еще понравится!

– Да уж… Представляю, какое удовольствие получит Мелифаро! Вот уж смеху будет!

– А почему ты вообще так уверен, что над тобой будут смеяться? – спросил Джуффин. – Это что, еще один милый обычай твоей прекрасной родины?

Я растерянно кивнул.

– А что, в Ехо такие вещи не считаются смешными?

– Сэр Кофа только что напомнил тебе, что регулярно разгуливает в женском наряде. Ты когда-нибудь слышал шутки по этому поводу? От того же Мелифаро?

– Нет…

Я был вынужден признать, что ничего подобного действительно не происходило. Над аппетитом сэра Кофы не потешался только ленивый, но к его переодеваниям относились как к должному: работа – она и есть работа. Меня опять подвела дурацкая привычка посещать чужие монастыри, с энтузиазмом размахивая собственным уставом.

– Давай, раздевайся! – скомандовал Кофа. – С твоей фигурой действительно будут некоторые проблемы, так что лучше начнем с самого трудного. Физиономию-то я тебе в минуту подправлю!

– Совсем раздеваться? – растерянно спросил я.

– Разумеется, совсем! – прыснул Джуффин. – Ты что, еще и к знахарям никогда не ходил?

– Почти не ходил, хвала Магистрам. Я их боюсь.

– А чего их бояться? – удивился сэр Кофа. – Знахари помогают нам подружиться с собственным телом. И нрав у них поэтому мягкий. Одно удовольствие иметь с ними дело!

– О, вы не знаете наших знахарей! Разрежут на кусочки по пьяному делу, а потом решат, что проще похоронить, чем собрать как было…

– Дырку над тобой в небе, Макс, что же это за место такое, твоя родина? – в который раз изумился Джуффин. – Ладно уж, делай, что тебе говорят. А вы, Кофа, закройте дверь на ключ, а то еще занесет кого-нибудь лихим ветром!

– Мир узнает, как протекают суровые будни Тайного Сыска, и содрогнется! – хмыкнул я, раздеваясь.


Мне пришлось почти час неподвижно простоять в центре комнаты, а сэр Кофа старательно массировал воздух вокруг моего бедного тела. Ко мне он так и не прикоснулся, но ощущения были приятнейшие, как от легкого расслабляющего массажа.

– Вот и все, Макс… Подумай, кстати, как тебя теперь будут звать. Тебе понадобится хорошее женское имя!

Я с опаской оглядел себя. Все было в полном порядке, то есть без изменений: бедра не расширились, бюст не вырос…

– Это же не настоящее женское тело, – улыбнулся сэр Кофа. – Это просто иллюзия, зато отличная иллюзия! Одевайся, сейчас поймешь… Да не в это!

Я растерянно вернул свою скабу на ручку кресла.

– Возьми на столе, я принес тебе отличный костюм, столичные модницы от зависти лопнут! Давай, одевайся, сейчас ты здорово удивишься!

Я порылся в разноцветном тряпье, обнаружил там темно-зеленую скабу и быстренько напялил ее на себя.

– Ой!

Это было все, что я мог произнести: тонкая ткань наглядно обрисовывала нежные изгибы какого-то незнакомого женского тела. Джуффин с восхищением посмотрел на Кофу.

– Здорово! Гораздо лучше, чем я себе представлял. Ну, давай, заканчивай: такая милая леди, с такой угрожающей щетиной, смотреть больно! Ты бы хоть брился иногда, сэр Макс!

– А я брился. Вчера, – я пощупал подбородок. – Тоже мне щетина! Смех один…

– Ничего, Макс, теперь у тебя таких проблем долго не будет, – пообещал сэр Кофа, намазывая мою растерянную рожу какой-то черной дрянью. – Вот так! Эта штука действует даже дольше, чем требуется.

– Это лучшая новость с момента принятия кулинарной поправки к Кодексу! Уже можно умываться или нужно ждать?

– Чего ты собрался ждать и зачем тебе умываться? – удивился Кофа.

Он надел на меня светлый, рыжеватый парик, длинные пряди которого сразу же начали щекотать мне плечи.

– А, ты имеешь в виду мою мазь? Ну, так она уже исчезла вместе с твоей щетиной. Я все же колдун, а не брадобрей!.. Да, и не вздумай снимать этот парик: будет больно. Теперь это твои настоящие волосы – на какое-то время. Садитесь в кресло, леди. Уже почти все в порядке, остался последний штрих.

Мне пришлось пережить пятиминутный массаж физиономии, на сей раз довольно неприятный. Особенно досталось моему носу: я был уверен, что от такого обращения бедняга просто обязан побагроветь и распухнуть. Даже слезы на глазах выступили, но я мужественно терпел.

– Все! – устало вздохнул сэр Кофа Йох. – Джуффин, у нас найдется выпить? Давно я так не потел!

– Это гениально, Кофа! – с восхищением сказал сэр Джуффин Халли, пристально разглядывая меня. – Кто бы мог подумать! Даже если эта милая леди выйдет на площадь Побед Гурига VII и начнет орать, что ее зовут сэр Макс, ее поднимут на смех, тем дело и кончится… А выпить нам сейчас принесут. И не только выпить: такое дело грех не отметить! Надень лоохи, сэр Макс, и пойди полюбуйся на шедевр старого мастера. Тебе понравится, обещаю!

Я закутался в узорчатое лоохи цвета речного песка. Мне было здорово не по себе. Кто-то еще посмотрит на меня из большого зеркала в коридоре?

– Не так, леди! – остановил меня Кофа. – Женщины никогда не закалывают полу лоохи булавкой, а просто перебрасывают ее через плечо… И они совершенно правы: так проще и элегантней! Ну-ка пройдись, Макс…

Я послушно прошелся по кабинету.

– Да, с походкой надо что-то делать, конечно: она все портит, – огорчился Кофа. – Ладно, пойди полюбуйся на себя, привыкай понемножку, а потом будем учиться.

– А тюрбан? – спросил я.

– Это необязательно. Девушки с такими роскошными волосами предпочитают ходить с непокрытой головой, особенно если они приехали издалека. А вы приехали издалека, леди, судя по вашему говору… Давай-давай, топай к зеркалу: я жду комплиментов! Как мы назовем нашу девочку, Джуффин?

– Пусть сам решает, – ухмыльнулся сэр Джуффин. – Должен же этот бедный парень хоть что-то решить сам! Что скажете, леди?

– Мерилин Монро! – рявкнул я и расхохотался. Это весьма смахивало на истерику.

– Что тут смешного? – удивленно спросил Джуффин. – Красивое имя, звучит как иностранное, но это и хорошо… Подожди-ка, Макс, это что, какое-то ваше неприличное ругательство?

– Почти… – я решил не вдаваться в подробные объяснения.

С замирающим сердцем я поплелся в коридор. Приблизился к зеркалу, собрал все свое мужество и уставился на потемневшую от времени правдивую поверхность. Оттуда на меня с неподдельным любопытством взирала высокая, симпатичная нарядная леди, очень даже в моем вкусе. Меня самого, разумеется, в зеркале не было.

Я всмотрелся в ее миловидное лицо, надеясь обнаружить хоть отдаленное сходство. Ничего от моего старого приятеля Макса не осталось и в помине!

Я попробовал пройтись, не сводя глаз с зеркала… Да, барышня была немного угловата, что правда, то правда! Мне стало смешно, голова шла кругом. Когда элегантная леди в зеркале весело заржала, я понял, что вполне могу сойти с ума. И пошел обратно в кабинет. Мои старшие коллеги уже весело позвякивали посудой.

– Грех такую красавицу Лонли-Локли отдавать! – возмущенно сказал я. – Он все равно не оценит… Вы действительно гений, Кофа! Я ее люблю! В смысле – меня!

– Я совсем забыл про голос! – вздохнул сэр Кофа. – Выпей вот это, леди Мерилин, а то безобразие просто!

Он протянул мне маленькую склянку с какой-то подозрительной синей жидкостью. Я брезгливо понюхал, вздохнул и выпил. Ничего страшного, что-то вроде сухого шерри, только очень горячее.

– А больше вы мне ничего не предло…

Я осекся: теперь и мой голос стал чужим. Нет, я не начал пищать, это был довольно низкий, грудной, но, без сомнения, женский голос.

– Держи, мальчик, – сэр Кофа протянул мне кружку с «Джубатыкской пьянью». – Тебе действительно надо выпить.

После нескольких глотков ароматного напитка, обладающего убойной силой, я развеселился. Думаю, что корни моего хорошего настроения уходили в темную глубину настоящего безумия: слишком уж быстро мой знакомый сэр Макс, Ночное Лицо сэра Джуффина Халли, превратился в какую-то рыжую девчонку.

– Надо бы поработать над твоими манерами, леди, – вздохнул Джуффин. – Пока ты больше похожа на городскую сумасшедшую, чем на жену зажиточного обывателя…

– Манеры?! Одну секунду!

Я вскочил и прошелся по кабинету, старательно виляя бедрами. Потом сложил губы как для поцелуя.

– Я вам нравлюсь, господа?

Сэр Кофа удрученно молчал.

– Какой ужас, Макс! – искренне сказал Джуффин. – Что, на твоей родине так действительно принято?

Я вернулся на место.

– Да нет… во всяком случае, не всегда, – я немного успокоился. – Так себя ведут лишь очень распущенные женщины и только от случая к случаю.

– Все равно кошмар! Думаю, ты мне должен не один хороший обед за то, что я тебя оттуда вовремя вытащил.

– Ничего себе «вовремя»! Вот если бы лет на десять раньше…

– Не уверен, что это было бы разумно. Как-нибудь объясню почему… Вы здорово устали, Кофа? – сочувственно спросил сэр Джуффин у Мастера Слышащего.

Тот меланхолично пережевывал свой кусок пирога.

– А как вы думаете, Джуффин? Такие фокусы не каждый день делать приходится, хвала Магистрам! А тут еще учи эту леди хорошим манерам…

– Не надо, Кофа. Мы сами справимся. Ситуация почти безнадежная, но у меня есть одна идея.

– Какой вы мудрый человек, Джуффин! Думаю, без хорошего чуда тут действительно не обойтись.

– Вот и ладненько. Поклюйте тут носом на пару с Курушем, а мы с Максом немного погуляем. Пошли, Макс… тьфу ты, леди Мерилин!

– Я не клюю носом, а запоминаю, что вы говорите, – огорошила нас мудрая птица. – Я всегда знал, что люди странные существа, но сегодня с вами особенно интересно.

– Еще бы! – ухмыльнулся Джуффин, поглаживая мягкие перья буривуха. И мы покинули кабинет.

– Куда мы едем? – спросил я, усаживаясь в амобилер.

– А ты не догадываешься? Я знаю только одну старую даму, способную сделать из этой сумасшедшей барышни настоящую леди!

– В Иафах? – просиял я. – К леди Сотофе?

– Да, я уже послал ей зов. В конце концов, она тоже из Кеттари, так что дело касается и ее! Сотофа на удивление легко согласилась помочь, вообще-то это не в ее стиле… Кажется, она питает к тебе некоторую слабость.

– И пользуется полной взаимностью.

– Вот и славно… Чего ты ждешь, леди Мерилин? Поехали!


Леди Сотофа встретила нас на пороге маленького садового павильона, который служил ей рабочим кабинетом.

– Ой, какая хорошенькая девочка! Жалко, что не настоящая. Такую я бы, пожалуй, к себе взяла! – улыбнулась она, обнимая меня.

Я, как всегда, немного растерялся. Кажется, еще никто никогда не радовался моему приходу так неудержимо, как эта могущественная ведьма с манерами любящей бабушки.

– Садись, Джуффин! Помнишь, какую камру варили пятьсот лет назад у нас в Кеттари, в «Деревенском доме» на Веселой площади? Ну так я умудрилась сделать это еще хуже! Попробуй, будешь доволен!.. А для тебя, девочка-мальчик, у меня есть нечто особенное.

Леди Сотофа извлекла из-под лоохи крошечный кувшинчик, внешность которого свидетельствовала о глубокой древности.

– Это очень вкусно и весьма полезно – в некоторых случаях.

– Никак у тебя нашлась «Дивная половина», Сотофа? – Джуффин даже головой покачал от изумления. – Лет триста она мне на глаза не попадалась!

– А тебе-то зачем, Джуффин? – звонко расхохоталась леди Сотофа. – И хорошо, раз уж тебе не попадалась, значит, другим – тем более! Такие вещи должны таиться в темноте… Да ты садись, Макс. Не за стол, а вон в то кресло, там тебе будет удобнее. Держи! – она протянула мне рюмку с темно-красной густой жидкостью, немного подумала, потом кивнула. – Да, одной хватит. В таком деле лучше не увлекаться…

Я послушно взял рюмочку и попробовал. Это действительно было вкусно, не хуже бальзама Кахара!

– Смотри-ка, пьет! – ухмыльнулся Джуффин. – У меня бы он сперва битый час выспрашивал, что это за отрава…

– Какой умный мальчик, – обрадовалась леди Сотофа. – Я бы и сама дюжину раз подумала, прежде чем выпить какое-нибудь зелье из твоих рук, старый ты лис!

Сэр Джуффин Халли выглядел очень довольным.

– А теперь просто расслабься, – сказала эта чудесная старушка. – Могу объяснить, чем я тебя напичкала, мне не жалко. Знаешь, в старые времена «Дивную половину» давали безумным…

– Спасибо вам, леди Сотофа! – мрачно хмыкнул я. – Утешили вы меня!

– Сначала дослушай, глупенький! – Добродушие ужасной колдуньи было неиссякаемо. – Безумцам давали это зелье, и бедняги тут же начинали вести себя абсолютно нормально. Оно потому и называется «Дивная половина»: считалось, что снадобье помогает безумцам найти половинку своей души, заблудившуюся впотьмах… Это продолжалось, пока один мудрый человек не обнаружил, что эти несчастные не становятся нормальными людьми, а только КАЖУТСЯ таковыми, в то время как их истерзанная душа пребывает неведомо где… Ты понял?

Я печально помотал головой.

– Ничего, какие твои годы, поймешь когда-нибудь… Сейчас ты немножко поспишь, а когда проснешься, то останешься таким же глупеньким сэром Максом. Но вести себя будешь как настоящая милая леди. Ты останешься тем, кто ты есть, но людям будет казаться, что они имеют дело с совершенно другой личностью. Честно говоря, это не очень хорошее зелье, мальчик. Уж если люди хотят казаться иными, они должны сами что-то для этого делать, а чудесные микстуры развращают дух… Но один раз и ради важного дела можно, я полагаю… Не думаю, что тебе так уж необходимо учиться быть настоящей женщиной, ты и без того вполне хорош!

– Спасибо вам, леди Сотофа. Одна вы во всем Мире меня любите и хвалите… – я отчаянно клевал носом.

– Молчи уж и спи. Не вздумай сопротивляться дреме, а то все пойдет насмарку! Видишь ли, чудесные вещи предпочитают случаться, пока человек спит, так уж все устроено…

Леди Сотофа укрыла меня меховым одеялом и повернулась к моему шефу.

– Неужели у нас наконец нашлось время спокойно поболтать, Джуффин? Ты же никуда не спешишь?

Сквозь сон я успел заметить, что сэр Джуффин два раза стукнул себя по носу указательным пальцем правой руки, их знаменитый кеттарийский жест, «хорошие люди всегда могут договориться», как же, как же!..


Когда я проснулся, было уже светло. Улыбающаяся леди Сотофа сидела рядышком и с любопытством разглядывала мою физиономию.

– Ой, Макс, ты так долго спишь! – Ее улыбка стала еще шире. – Где ты этому научился?

– Врожденный талант! – важно сказал я чужим бархатистым женским голосом.

Никаких эмоций по этому поводу я не испытывал, что само по себе не могло не радовать. Оглядевшись, я понял, что мы с леди Сотофой остались одни. Неужели шеф бросил меня в Иафахе? С него станется…

– А где Джуффин?

– Как где? Дома. Или на службе – не знаю, не справлялась… Знаешь, сколько ты проспал? Мы, конечно, здоровы языками чесать, но за это время можно было обсудить даже все причины зарождения Вселенной, что не так уж занимательно…

– И сколько же я спал?

– Больше суток, Макс. Я – и то удивилась.

– Ничего себе! Джуффин мне голову оторвет.

– Он, конечно, еще и не такое может, этот ужасный Джуффин, но я не думаю, что у тебя в ближайшее время кто-то что-то станет отрывать. Поверь уж старой прорицательнице!

– Все равно я должен бежать! – засуетился я. – Мне же уезжать завтра… или послезавтра, я уж и не знаю!

– Конечно, ты должен бежать, мальчик, – покивала леди Сотофа. – Но сначала нужно умыться, а если получится, я еще и камрой тебя угощу. Вообще-то я ненавижу возиться с жаровней, но ради тебя расстараюсь.

Я улыбнулся.

– Балуете вы меня, леди Сотофа!

– Конечно. Кто-то же должен это делать… Ванная комната внизу: у нас все как у нормальных людей, мальчик!

– А я-то думал, что она в каком-нибудь другом Мире! – крикнул я, спускаясь по лестнице.

– Одно другому не мешает! – многообещающе заявила леди Сотофа.

В ванной я тут же уставился в зеркало. Да, леди Мерилин Монро перестала быть угловатой, спасибо леди Сотофе и ее «Дивной половине»! Моих заслуг тут не было, это уж точно.

Иллюзия казалась настолько реальной, что раздевался я почти в панике. Обнаружил под тонкой скабой собственное тело, с облегчением вздохнул и начал умываться.

Наверх я возвращался вприпрыжку – от избытка сил. Проспать больше суток, сидя в кресле, и так хорошо себя чувствовать – вот это я понимаю, магия высокого полета!


Пухленькая седая старушка, которая, вне всяких сомнений, была одним из самых могущественных существ в этом Мире, ждала меня за столом.

– Вот камра, а вот печенье. Больше ничего нет. Но ты ведь и не любишь завтракать по-настоящему?

Я кивнул.

– Вы и это знаете!

– Тоже мне тайна! Молод ты еще, чтобы иметь от меня тайны, мальчик.

– Вы меня пугаете. Знать про меня все… Какой кошмар!

– Абсолютно ничего кошмарного, Макс. Напротив, все это так мило… Даже твое темное прошлое в каком-то дурацком, ты уж прости меня, месте!

– Совершенно с вами согласен, именно что в дурацком… Может быть, хоть вы можете залатать мое глупое сердце, леди Сотофа? Этот садист Джуффин утверждает, что со всеми своими бедами я должен справляться самостоятельно, но у меня пока неважно получается.

– Ой, да какие у тебя беды?! – отмахнулась моя собеседница. – Все твои беды как летний снег: вот он есть, миг – и нет ничего, просто показалось… Не надо только все время тыкаться носом в прошлое или мечтать о том, каким могло бы стать будущее. Сегодня у тебя маскарад, получай удовольствие!

Это были просто слова, но я почувствовал не меньшее облегчение, чем от давешней Джуффиновой ворожбы с моим ухом.

«Действительно, какие такие „беды», дружище? – сказал я себе. – Ты сбежал оттуда, где тебе было хреново, попал в лучший из Миров, вокруг тебя полным-полно невероятных людей, которые наперебой стараются угостить тебя собственной мудростью и еще чем-то вкусненьким в придачу… А ты все ноешь да ноешь, свинтус неблагодарный!»

– Леди Сотофа, вы действительно лучшая из женщин! – вздохнул я.

– Разумеется, я лучшая! – усмехнулась старушка. – А к тому же еще и красавица, если хочешь знать!

– Представляю себе! – мечтательно сказал я. – Хотелось бы хоть в щелочку посмотреть на вашу развеселую юность!

– Взглянуть, как этот сумасшедший Джуффин бегал за мной, размахивая ордером на арест, после того как я отказалась ехать с ним за город? – расхохоталась леди Сотофа. – Да, это было то еще зрелище!.. Ладно уж, пока мы с тобой «подружки», милая девочка, могу похвастаться. Только смотри, не влюбись, со мной тебе светит еще меньше, чем с Киминой племянницей!

И, не давая мне опомниться, она вскочила с места и начала вращать руками с невероятной скоростью и силой. Я не мог разглядеть ничего, только стремительное мельтешение ее ладоней.

– Ну как?

К этому моменту я уже был изрядно поколочен чудесами и начал думать, что никогда больше не стану бурно на них реагировать. Но, увидев перед собой невысокую юную красавицу, я оцепенел и судорожно втянул в себя воздух. С выдохом были проблемы. Фантастическая леди Сотофа небрежно похлопала меня по спине.

– Ой, можно подумать, так все страшно!

Кое-как отдышавшись, я захлопнул пасть и уставился на это чудо. Вот уж у кого была знаменитая фигура Мерилин Монро, чье имя я легкомысленно присвоил своему новому телу. Только леди Сотофа оказалась яркой брюнеткой с длинными, чуть приподнятыми к вискам зелеными глазами и белоснежной кожей.

– Давайте обратно, а то я за себя не ручаюсь! – Я был готов зажмуриться от греха. – А почему вы?..

– Почему я всегда так не выгляжу? Ой, мальчик, сам подумай, зачем оно мне надо? Чтобы все младшие Магистры Ордена Семилистника мечтали по ночам ущипнуть меня за задницу? Ну так мне это уже неинтересно, а глупеньких мужчин даже жалко.

Леди Сотофа снова занялась своей странной «физзарядкой», только ее руки теперь вращались в обратном направлении…

– Думаю, тебе действительно пора в Дом у Моста.

Пухленькая улыбчивая старушка положила теплую тяжелую ладошку мне на плечо. Я кивнул. Говорить не хотелось: мне подарили маленькое чудо и тоненький ломтик причудливой мудрости женщин Семилистника в придачу.

– Не огорчайся, леди Мерилин, ты тоже хорошенькая! – Леди Сотофа провожала меня веселым смехом. – Главное, постарайся получить удовольствие от этого приключения! Обещаешь?

– Обещаю! – твердо сказал я.

И моя леди Мерилин Монро бодро отправилась на службу. А по дороге я зашел к первому попавшемуся ювелиру и купил ей несколько драгоценных колец: пусть радуется, сестренка! Я начинал дружить со своим новым обличием.


Повинуясь привычке, я проник в Дом у Моста через Тайную Дверь. Только потом понял, что это было изрядным нарушением конспирации, ну да сделанного не воротишь! К счастью, моей оплошности никто не заметил: и на улице, и в холле было безлюдно.

Зов сэра Джуффина настиг меня уже на нашей половине Управления.

«Хорошо, что ты проснулся, Макс: лучше поздно, чем никогда! – жизнерадостно тараторил шеф. – Дождись меня непременно, хочу посмотреть, что из тебя получилось. Мы с Меламори идем по следу одного симпатичного отравителя. Ничего особенного, но я не люблю отпускать ее одну на такие прогулки».

«И правильно!» – согласился я.

Я был рад за Меламори: и при деле, и в безопасности, так и надо!

«Без тебя знаю, что правильно, леди Макс! – огрызнулся восхитительный сэр Джуффин Халли. – Ладно уж, отбой!»

В нашем кабинете царила настоящая идиллия: на рабочем столе, скрестив ноги, восседал Мелифаро, неподвижный, как статуя. «Так вот он какой, когда его никто не видит!» – весело подумал я.

Заметив меня, а вернее, симпатичную леди Мерилин, произведение искусства встрепенулось, спорхнуло с постамента и уставилось на мое новое лицо с таким неподдельным восторгом, что я тут же понял: вот он, наш с Мерилин звездный час! Сумасшедший план родился в мгновение ока. «Постарайся получить удовольствие от этого приключения», – велела мне леди Сотофа, а старших надо слушаться!

– Что у вас стряслось, незабвенная? – с нежным участием спросил Мелифаро.

И мы с леди Мерилин окончательно решили: будь что будет, только бы не рассмеяться раньше времени!

– У меня ничего не стряслось, хвала Магистрам! – застенчиво улыбнулся я. – Отец попросил меня навестить это место и передать его благодарность сэру Максу и еще одному господину… кажется, его папа написал какую-то книжку… Ах да, конечно, сэру Мефиляро!

– Мелифаро! – галантно поправило меня Дневное Лицо Почтеннейшего Начальника. – Я перед вами, незабвенная! Но скажите: кто ваш отец и за что он собирается нас благодарить?

– Боюсь, что вы не очень дружны с моим отцом! Тем не менее он обязан вам жизнью… Меня зовут леди Мерилин Бох.

– Так вы дочка генерала Бубуты? – восхитился Мелифаро. – Грешные Магистры, почему же я вас раньше не видел?

– Я совсем недавно приехала в столицу. Сразу после того, как я родилась, еще в Смутные Времена, отец отправил меня к родне в графство Вук. Понимаете, моя мать не была его женой, но отец всегда заботился обо мне. А после смерти моей мамы он уговорил леди Бох, и они удочерили меня официально… У папы тяжелый характер, я знаю, но он очень хороший человек!

– И очень храбрый! – с энтузиазмом подхватил Мелифаро. – Ваш отец – настоящий герой Войны за Кодекс, так что не обращайте внимание на разные глупые слухи, леди Мерилин! Лично я очень уважаю вашего батюшку!

Я внутренне взвыл от восторга. Итак, сэр Мелифаро очень уважает генерала Бубуту! Как он мне потом в глаза будет смотреть, бедняга?

– Да, мой папа такой: грубоватый, но искренний! – Моя леди Мерилин нежно улыбнулась. – К сожалению, он все еще очень болен.

Что-что, а это было сущей правдой: приключение с паштетом «Король Банджи» надолго вывело из строя скандально известного генерала Городской полиции. Я продолжил:

– Но отец не хочет, чтобы его сочли неблагодарным, поэтому он просил меня прийти сюда и найти сэра Макса… и вас, конечно.

Я нашарил в кармане одно из новых колец и протянул его Мелифаро.

– Это вам, сэр Муфуларо, в знак дружбы и признательности.

Мелифаро восторженно полюбовался на кольцо и тут же попытался его надеть. М-да, руки у меня помельче будут: мой бедный друг смог напялить безделушку только на левый мизинец, да и то с трудом!

– Скажите, а могу ли я увидеть сэра Макса? – мечтательно спросила леди Мерилин.

Мелифаро забеспокоился, любо-дорого было посмотреть! Он подошел ко мне, нежно положил руку на плечо, наклонился к самому лицу и таинственным тоном сообщил:

– Знаете, незабвенная, сэра Макса сейчас нет. Я не уверен, что он скоро появится, и это – к лучшему! Я бы не советовал вам с ним встречаться.

Становилось все интереснее.

«Грешные Магистры, неужели я могу конкурировать с его голливудской рожей?! – обрадовался я. – Он же всерьез разволновался!»

– Почему, сэр? – Мы с леди Мерилин старались быть очень наивными: приоткрыли рот и глупо захлопали ресницами.

– Это очень опасно! – доверительно сообщил Мелифаро. – Наш сэр Макс – ужасное существо! Вы знаете, его даже заставили носить Мантию Смерти! Представляете, незабвенная?!

– Но отец говорил… – робко начал я.

– Ваш отец тяжело болен, леди. Кроме того, им движет чувство благодарности. Уверен, если бы не эти обстоятельства, он ни за что не позволил бы вам встречаться с этим кошмарным человеком. Знаете, ведь сэр Макс только тем и занимается, что убивает людей, изо дня в день! Причем не только преступников. Парень просто не может держать себя в руках. Всего два дня назад он плюнул ядом в такую же милую леди, как вы. Ему показалось, что она разговаривала с ним непочтительным тоном.

– А почему его не посадили в Холоми? – спросил я, изо всех сил стараясь не расхохотаться.

– О, вы не поверите, леди!.. Это все интриги сэра Джуффина Халли, нашего Почтеннейшего Начальника. Сэр Макс – любимчик шефа, и тот его постоянно покрывает. Знали бы вы, сколько трупов невинных людей они сожгли в этом самом кабинете! Я – храбрый человек и люблю риск, только поэтому я еще не ушел со службы. Мои коллеги, один за другим, подают прошения об отставке!

Мелифаро понесло, он громоздил одну нелепицу на другую и уже не мог остановиться. Я закрыл лицо руками и старался смеяться беззвучно. Худо-бедно удавалось.

– Что с вами, незабвенная? – встревожился Мелифаро. – Я вас напугал?

Я молча кивнул. Говорить что-то было свыше моих сил. Еще немного, и я бы лопнул от смеха!

– Не обращайте внимания, леди. Это же Тайный Сыск, самая ужасающая организация Соединенного Королевства, здесь еще и не такое случается… Да по сравнению с сэром Джуффином Халли этот сэр Макс – просто щенок!

«Ага, – подумал я, – мало того, что я „жестокий убийца», так еще и „щенок»! Ох, заплатишь ты мне, сэр Мелифаро, я же тебе жизни не дам! Так беззастенчиво врать бедной маленькой провинциалочке!»

– Один я – нормальный человек в этой конторе! – Мелифаро уже ласково обнимал меня за плечи. – Ну что ж вы так расстроились, незабвенная? Это же Ехо, столица Соединенного Королевства, привыкайте!.. Впрочем, у столичной жизни есть и приятные стороны. И если уж я вас так огорчил, я просто обязан исправить свою ошибку. Давайте я покажу вам вечерний Ехо! И угощу вас ужином, какого вы больше нигде не попробуете. Договорились?

«Тоже мне ухажер, – презрительно подумал я. – Грешные Магистры, неужели женщины покупаются на такие дешевые штучки? Или он решил, что для леди из графства Вук сойдет и так?.. А интересно, Мерилин ему действительно понравилась или парень просто хочет всегда быть в форме?»

Я вздохнул и покачал головой.

– Я не могу, сэр! Мы же почти незнакомы…

– А я как раз и предлагаю вам познакомиться получше, леди! – обезоруживающе улыбнулся Мелифаро. – Честное слово, я буду вести себя хорошо, и мы здорово повеселимся. Обещаю!

Мы с леди Мерилин робко улыбнулись.

– Ну, если вы обещаете вести себя хорошо…

– Разумеется! Я заеду за вами сразу после заката, незабвенная! – Мелифаро опасливо покосился на дверь.

Да, пожалуй, появление гипотетических конкурентов сейчас было крайне нежелательно… Теперь, по его замыслу, красивая леди Мерилин должна была быстро выкатываться из Дома у Моста во избежание встречи с сэром Максом, «Ночным Кошмаром» и «пожирателем младенцев», от греха подальше.

Я неторопливо поднялся с кресла для посетителей и направился к собственному месту.

– Зачем заезжать, сэр Фулумяро? Лучше я вас здесь подожду.

– Куда вы, леди Мерилин? – растерялся Мелифаро.

Я молча полез в ящик стола и извлек оттуда невидимую бутылку с остатками бальзама Кахара.

– Что вы делаете, леди? – В голосе Мелифаро явственно слышались нотки ужаса.

Наверное, я немного рисковал: этот миролюбивый парень был одним из самых опасных существ, даже на фоне нашей очаровательной компании. Если бы он принял меня за какого-нибудь вернувшегося в Ехо мятежного Магистра, дело вполне могло бы закончиться серьезной потасовкой. Но, хвала Магистрам, хорошенькая рыженькая леди Мерилин была вне подозрений…

Я молча открыл бутылку и сделал символический глоток. Никакой надобности в этом не было: я и без бальзама мог бы сейчас перевернуть мир. Но нам с леди Мерилин захотелось вкусненького.

– Что вы творите, леди Бох?! – На Мелифаро смотреть было жалко. – Это место сэра Джуффина Халли, а рыться в его столе нельзя…

– Мне можно! – спокойно сказал я. – Мы, жители графства Вук, обожаем лазать по чужим столам. Иногда в них можно найти немного свежего конского навоза… Что, съел, Девятый Том?

На Мелифаро лица не было. Кажется, я немного переборщил. Даже мстить перехотелось!..

– Ну что ты, парень? – ласково спросил я. – Ты был когда-нибудь на карнавале?

Здоровый организм Мелифаро взял свое: он нервно расхохотался. Я вспомнил содержание нашей беседы и тоже наконец-то дал себе волю.


Сэр Джуффин Халли застал нас сидящими на полу в обнимку. Мы тихо похрюкивали, ибо ржать в голос уже не могли.

– Макс, ты был таким романтичным мальчиком! – ехидно вздохнул шеф. – Даже в Квартал Свиданий ходить стеснялся. И что же? Стоило тебе обзавестись бюстом и провести сутки в обществе безумной Сотофы – и ты уже в объятиях малознакомого мужчины!

– Сэр Джуффин! – простонал Мелифаро. – Если вы его таким оставите, я на нем женюсь, честное слово!

– Я не выйду за вас, сэр, вы меня обманывали! – кокетливо заявил я. – Ох, Джуффин, слышали бы вы, что он нес!

Мы с Мелифаро опять взвыли от смеха.

– Вас что, водой отливать, мальчики? – деловито осведомился Джуффин. – Что у вас тут произошло?

– Ничего такого, о чем я не могла бы рассказать своей маме! – брякнул я. Сэр Джуффин присоединился к нашему дуэту.

Через четверть часа мы с Мелифаро кое-как пришли в себя и даже нашли в себе силы наперебой пересказать Джуффину подробности нашего «знакомства». Надо отдать должное Мелифаро: он не пожалел ярких красок на описание собственного идиотизма.

– Ну, леди Мерилин, ты делаешь успехи! – улыбнулся шеф. – И кого это два дня назад так шокировало предложение превратиться в женщину?

– Я не надеялся стать такой красавицей! – Я подмигнул Мелифаро. – Кстати, кое-кто приглашал меня поужинать. Вы не передумали, сэр?

– С такой красоткой хоть на край света! Куда пойдем после ужина: к тебе или ко мне? – невозмутимо спросил Мелифаро.

– Разумеется, ко мне. У меня как раз папа дома. Генерал Бубута, если ты помнишь. Он расскажет тебе о своих военных подвигах… Сэр Джуффин, я свободен сегодня вечером или у нас появилась новая сотрудница? Мне пойдет Мантия Смерти, мальчики? – Мое новое обличье вело себя куда легкомысленнее, чем старое.

– Думаю, что прогулка по городу тебе не повредит, леди Мерилин! Надо же привыкать к новому имени, и все такое… А ты, сэр Мелифаро, не особенно заглядывайся на эту вертихвостку: послезавтра утром она нас покинет и отправится в свадебное путешествие с сэром Лонли-Локли.

Мелифаро понимающе присвистнул.

– Так это что-то серьезное, господа? Я-то думал…

– Что ты думал? Что мы с Максом от скуки с ума сошли? Разумеется, это «что-то серьезное»! Так что прогуляй свою новую подружку по городу. Заодно проследи, чтобы она откликалась на собственное имя и не вздумала брякать «я пошел» вместо «я пошла»…

– С этим у него и так все в порядке, смею вас заверить! – вздохнул Мелифаро. – Что же это за жизнь такая, сэр Джуффин? Только встретишь хорошую девушку, а она тут же оказывается Ночным Кошмаром… И к тому же выходит замуж за Лонли-Локли! Думаете, я железный?

– Ты? Ты железный, можешь не сомневаться! – успокоил его шеф. – Макс… То есть леди Мерилин! Мы с сэром Шурфом ждем тебя завтра на закате. Домой ты потом вряд ли попадешь, так что постарайся уладить все дела и собрать вещи… И не переживай за свою скотинку: наши младшие служащие скоро передерутся из-за того, чья очередь за ними присматривать!

Я приуныл. Бедные мои котики, непутевый у них хозяин!

– Кажется, у Эллы скоро появятся котята, – меланхолично сообщил я коллегам. – Будущие «Королевские кошки»… Хотя она у меня такая толстая, что хрен разберешь…

– Ох, Макс, мне бы твои проблемы! – устало сказал Джуффин. – Сэр Мелифаро, забирай эту красотку и марш отсюда. У меня еще свидание с господином отравителем, между прочим…


– Знаешь, леди Мерилин, с такой милой мордочкой и дурацкими шуточками этого Ночного Кошмара ты могла бы быть идеальной женщиной! – галантно заявил Мелифаро, усаживая меня в амобилер.

– Ничего, побуду идеальным мужчиной, где наша не пропадала! – ухмыльнулся я. И потом решился спросить о том, о чем никогда не заикнулся бы в своем нормальном обличье. – А как же леди Меламори?

– А леди Меламори бормочет во сне твое имя, если тебе так уж интересно! А прочее время суток посвящает глубокомысленным монологам о преимуществах одинокой жизни… Что у вас там случилось, хотел бы я знать? Может быть, леди Мерилин любит посплетничать?

– Может, и любит… Только ничего с нами не случилось, кроме судьбы. Встретились в Квартале Свиданий на свою голову.

– А, это бывает! – сочувственно вздохнул Мелифаро. И тут же оскалился до ушей: – Зато если ты станешь настоящей девчонкой, у моей мамы появится шанс наконец-то меня женить! Учти: я еще ни одной девушке ничего подобного не говорил…

– Ага, спасибо! Но я пока не готов к семейной жизни. Поехали уж, с тебя сегодня действительно причитается.


Часа три спустя сытая, довольная и слегка захмелевшая леди Мерилин остановила свой амобилер у дверей дома леди Меламори. Ее женское сердце говорило мне, что так надо, а я не сопротивлялся. Не слишком задумываясь над своими действиями, я послал зов Меламори.

«Это я, Макс. Выгляни на секундочку, я жду у входа».

«Макс, я не могу! – испуганно отозвалась Меламори. – Ты думаешь, что делаешь? Нам нельзя видеться, пока… Пока этого хочется».

«Если уж я приперся сюда среди ночи, то, наверное, не для того, чтобы нам с тобой стало еще хуже! Ты сначала выгляни, а потом решай, впускать меня или нет. Клянусь любимой пижамой сэра Джуффина, ты не пожалеешь! Такого сюрприза тебе никто, кроме меня, не сделает. Жду!»

Здоровое любопытство оказалось сильнее опасений: через минуту кончик носа леди Меламори высунулся наружу.

– Кто вы? – резко спросила она. – И где сэр Макс? Это что, шутка?

– Конечно шутка, незабвенная! – улыбнулся я. – И очень хорошая шутка, ты не находишь?

– Вы… Что вы хотите этим сказать?

– Попробуй встать на мой след, милая! И все твои сомнения как рукой снимет! Ну, чего же ты ждешь?

Меламори молниеносно скинула домашние туфли, миг – и она уже стояла у меня за спиной. Несколько секунд напряженной тишины, и она сдавленно охнула.

– Сэр Макс, что с тобой случилось? – побелевшими губами спросила она. – Тебя заколдовали?

– Ага! Правда, только на время, потому что я должен срочно выйти замуж за Лонли-Локли… Т-с-с-с, это страшная тайна! Может быть, мне все-таки можно зайти?

– Думаю, что можно… – Меламори начала улыбаться. – Ты мне объяснишь, что происходит?

– Разумеется, объясню: надо же двум хорошим подружкам о чем-то поболтать!.. Знаешь, я подумал, что друзьями нам с тобой стать будет трудновато, поскольку… В общем, ты сама все прекрасно понимаешь. А вот подружками – это в самый раз для начала… Кстати, меня зовут Мерилин, думаю, так тебе будет проще.

– Да уж, куда как проще…

Мы наконец прошли в гостиную. Меламори вдруг с облегчением рассмеялась.

– Садись, леди Мерилин. Молодец, что пришла! Я очень хотела тебя видеть.

– Женская интуиция! – лукаво усмехнулся я. – Великая сила! Кстати, она мне подсказывает, что у тебя найдется какой-нибудь сувенир от дяди Кимы. Когда уж кутить, как не теперь? Я ведь уезжаю послезавтра.

– Навсегда? – В ее голосе был неподдельный ужас.

– Ну уж навсегда… И не надейся! На пару дюжин дней, всего-то.

– А куда?

– В Кеттари. Нашего шефа скрутил тяжелый приступ ностальгии, и он велел наковырять ему мешок булыжников из мостовых его детства… Опустошай свои тайники, милая. Когда я напьюсь, у меня развяжется язык и я тебе все расскажу, честное слово!

– Ты будешь пить «Глоток судьбы», Мерилин? – невозмутимо спросила Меламори. Я даже вздрогнул от неожиданности.

«Глоток судьбы»?! Ну-ну, это мы уже, кажется, пробовали!

– Где ты, интересно, могла пробовать такое вино, Мерилин? – все так же бесстрастно парировала Меламори. – Это редкостная вещь!

– Еще бы не редкостная! – рассмеялся я, с удивлением ощущая, как последний тяжелый камень падает с моего сердца. – Конечно, я буду это пить: кто я такая, чтобы отказываться от «Глотка судьбы»?

– Вот и славно.

Древнее вино оказалось темным, почти черным, на дне стакана мерцали какие-то едва заметные голубоватые искры.

– Хороший знак, Мерилин! – улыбнулась Меламори, постукивая пальчиком по краю стакана. – Кима говорил мне, что эти огоньки появляются, только если вино пьют люди… Как бы это лучше объяснить… Люди, с которыми всеправильно. Понимаешь? Не «хорошо» и не «плохо», аправильно.

– Кажется, я понимаю. Только у меня есть другая формулировка: «по-настоящему». Меня всегда поражало, как мало людей живут по-настоящему… Я понятно выражаюсь?

– Уж что вы с Максом действительно умеете делать, Мерилин, так это понятно выражаться! – Меламори покачала головой. – Вкусно?

– Спрашиваешь!

– Тогда выкладывай твою историю. Могу принести клятву молчания, если хочешь…

– Нужна мне твоя клятва! Просто слушай и смотри на меня, ладно? Мы с леди Мерилин – те еще сказочники…

И я обстоятельно изложил историю дикого костюмированного бала, блистательной королевой которого я оказался. Герой-любовник Мелифаро был главным героем финала.

– Грешные Магистры, я не подозревала, что еще когда-нибудь в жизни буду так смеяться! – вытирая слезы, прошептала Меламори. – Бедный Мелифаро, не везет ему с девушками! Ты бы все же подумала, Мерилин, где ты еще такого парня найдешь?

– Спасибо, я учту твой совет… Смотри-ка, уже светает. Когда же ты спать будешь?

– Ну, опоздаю на службу, подумаешь! Скажу сэру Джуффину, что давала тебе уроки женского кокетства.

– Да, это мне особенно пригодится. Учитывая кандидатуру моего будущего «спутника жизни»… – Я с трудом поднялся с низенького диванчика. – Пойду-ка я спать, Меламори. Да и тебе пора. Лучше мало, чем ничего!

– Не важно сколько, важно как… А сегодня я буду спать как убитая. Спасибо тебе, Мерилин! Передай сэру Максу, что это была отличная идея.

– Передам, – я зевнул и помахал ей рукой. – Хорошего утра, Меламори!

Замечу, что леди Мерилин тоже спала как убитая, чего с моим старым знакомым Максом давненько не случалось. У этой девочки было отличное каменное сердечко, куда надежней моего собственного!


На закате я пришел в Дом у Моста. Со мной была дорожная сумка, где поместились большая бутылка бальзама Кахара, ворох одежды (леди Мерилин понравилось ходить по магазинам) и моя зачарованная подушка, «затычка в Щели между Мирами» – по выражению сэра Мабы Калоха, величайшего из моих благодетелей. Что бы там ни случилось, а отправиться невесть куда без единственной чудесной возможности заполучить нормальную сигарету – это не по мне!

Сэр Джуффин Халли оживленно беседовал с каким-то загорелым блондином средних лет в ярком сине-белом лоохи. У парня был вид типичного спортивного тренера: мускулистые руки, свежий румянец и суровый, неулыбчивый рот. Не решаясь вмешиваться в их беседу, я послал зов своему шефу.

«Вы заняты, Джуффин? Мне подождать в приемной?»

– Ну что ты, леди Мерилин! – приветливо улыбнулся Джуффин. – Решил, что у меня посетитель, Макс? А кто говорил, что с внешностью сэра Шурфа у нас будут проблемы? Могу вас поздравить, ребята: вы – отличная парочка!

– Ты прекрасно выглядишь, Мерилин! – вежливо сказал неузнаваемый Лонли-Локли, поднимаясь с места и (о, грешные Магистры!) заботливо помогая мне сесть. – Должен заранее попросить у вас прощения, Макс, но в дальнейшем я буду вынужден обращаться к вам на «ты», поскольку так принято между мужьями и женами.

– Вы можете говорить мне «ты» и в менее экстремальных ситуациях, Шурф!

– Теперь меня зовут сэр Гламма Эралга, Мерилин. Разумеется, ты должна называть меня просто «Гламма», дорогая.

– Может быть, пока мы можем поговорить нормально? – взмолился я. – Так и свихнуться можно!

– Сэр Шурф абсолютно прав, – заметил Джуффин. – Чем скорее ты привыкнешь к вашим новым именам, тем лучше. Потом у тебя будут и другие заботы.

Хотел бы я знать: какие такие заботы он имел в виду?!

Я с любопытством уставился на Лонли-Локли: я впервые видел его без смертоносных перчаток, которые привык считать его настоящими руками. Теоретически я знал, конечно, что это не так, но сердце, которое сильнее рассудка, было твердо уверено, что эти сияющие смертоносные руки – и есть настоящие!

– Грешные Магистры, что у вас с руками, Шурф… Гламма?

– Ничего особенного. Если ты имеешь в виду перчатки, то они со мной, в ларце. Не думаешь же ты, дорогая Мерилин, что такого рода перчатки есть у всех горожан?

– Не думаю, конечно… Просто я никогда раньше не видел вас… тебя без них.

– Разумеется. Только ты должна говорить «не видела».

– Да, конечно. Извини, милый! – усмехнулся я. – А что у тебя с ногтями?

– А… Это первые буквы слов одного древнего заклинания. Без них перчатки убили бы меня самого… Боюсь, что теперь мне придется носить вот это… – Лонли-Локли показал мне шикарные перчатки из тончайшей синей кожи. – В дороге они не помешают, но, когда я буду в них обедать, это может вызвать некоторые подозрения…

– Ничего страшного. У всякого человека могут быть причуды. Пусть думают, что ты брезглив или боишься заразы…

– Привет, красотка! – В кабинет ворвался Мелифаро. – Ну как, не надумал остаться девчонкой и принять мое предложение?.. Мама была бы просто в восторге, – он взгромоздился на ручку моего кресла. – Наш Локи-Лонки, конечно, здорово похорошел, но я все равно лучше!

– Сэр Мелифаро, не приставайте к моей жене! – невозмутимо сказал преображенный Лонли-Локли. – И будьте так любезны выучить мою фамилию хотя бы к нашему возвращению, мы с вами все-таки не первый год знакомы!

– Съел? – ехидно спросил я. – Не такая уж я беззащитная барышня!

Больше всего удовольствия от нашей бредовой беседы получал Джуффин. Все правильно: он начальник, ему положено!


– Джуффин, я надеюсь, вы не станете возражать? – Сэр Кофа Йох, несравненный Мастер Слышащий и по совместительству мой личный косметолог-визажист, зашел в кабинет, бережно прижимая к груди объемистый сверток. – Вы еще успеете объяснить этим несчастным мальчикам, в какое пекло они отправляются, у вас вся ночь впереди, а у меня с собой такая вкуснятина!

– Дырку над вами в небе, Кофа, когда это я возражал против вечеринок? – отозвался Джуффин. – Только зачем вы все это тащили? Можно было послать курьера…

– Нет уж! Такие вещи я никому не доверяю… Шутта Вах, один из лучших виртуозов старой кухни, сейчас отошел от дел и готовит только для себя, но, когда я заказал ему семь пирогов Чаккатта, он просто не смог мне отказать! Нам повезло: кажется, кроме него этого уже никто толком не умеет.

– Вы это серьезно, Кофа? – Джуффин не на шутку разволновался.

– Еще бы! Такими вещами не шутят. Девочка, иди к нам, пока я не передумал!

Меламори не заставила сэра Кофу повторять приглашение.

– Хороший вечер, Мерилин! – улыбнулась она, положив руку мне на плечо. – Жаль, что ты завтра уезжаешь.

– Если бы мы не уезжали, не было бы пирога Чаккатта, – философски заметил я. – За все надо платить!

– А про сэра Луукфи, беднягу, забыли, – с упреком сказала Меламори. – Надо бы его позвать.

– Обижаешь, леди! Я уже послал ему зов, но сперва он должен вежливо попрощаться с доброй сотней буривухов… Доставайте свои сокровища, Кофа, нет никаких сил его ждать!

Глухой стук упавшего стула свидетельствовал, что Мастер Хранитель Знаний уже был тут как тут.

– Хороший вечер, господа! Так мило с вашей стороны, что вы обо мне не забыли… Сэр Кофа, вы очень добрый человек: устроить нам всем такой праздник! Хороший вечер, сэр Макс, давно вас не видел, что это у вас с прической? Так теперь модно?

Мелифаро чуть не свалился с ручки моего кресла, мы с Меламори изумленно переглянулись, сэр Кофа, кажется, крякнул от досады. Грешные Магистры, а как же мое новое обличье, прекрасная леди Мерилин?! Неужели меня все-таки можно узнать?

– Не переживай, Макс! – Джуффин вовремя пришел мне на помощь. – А вам, Кофа, и вовсе грех удивляться: сами знаете, наш сэр Луукфи видит вещи такими, какие они есть, а не какими они кажутся… А как бы иначе он мог различать своих буривухов?

– Сэр Луукфи действительно довольно проницательный человек, я это уже не раз говорил, – вмешался Куруш. Джуффин покивал, соглашаясь с мудрой птицей.

– Все равно обидно. Я считал эту девочку своим шедевром! – проворчал сэр Кофа Йох. – Думал, что и Луукфи можно обмануть…

– Джуффин, а вы уверены, что среди любителей кеттарийских ковров не окажется такого же проницательного парня? – встревожился я.

– Ага, размечтался… Лично я знаю еще одно такое чудо природы, он – шериф острова Муримах, самая важная персона на этом клочке суши. Считает шерстинки тамошних Королевских хорьков, я полагаю… Посему можешь расслабиться! – Джуффин повернулся к Луукфи. – Ты так до сих пор и не заметил, что наш сэр Макс временно стал девушкой?

– А, то-то я смотрю, у вас волосы длинные! – с облегчением сказал сэр Луукфи Пэнц. – Хорошо, что это не новая мода: мне такие прически не идут, да и хлопотно с ними…

Импровизированный праздник удался на славу: знал бы, что нас с Лонли-Локли так будут провожать, каждый день бы куда-нибудь ездил! Наконец мы остались втроем.


Сэр Джуффин Халли угробил большую часть ночи на то, чтобы рассказать нам с Лонли-Локли вымышленную историю нашей совместной жизни: нам вполне могли попасться любопытные попутчики, склонные поболтать за ужином. Признаться, я слушал вполуха: со мной будет Лонли-Локли, надежный как скала, уж он-то не забудет ни буквы из занудной биографии сэра Гламмы Эралги и леди Мерилин Монро!..

– Все это хорошо, Джуффин, – сказал я, задумчиво глядя на розовеющее небо. – Но я, признаться, так до сих пор и не понял: зачем мы все-таки едем в Кеттари?

– Именно затем, чтобы на месте понять, зачем вы туда приехали! Могу сказать тебе честно, Макс, когда я отправлял тебя на свидание с призраком Холоми, я действительно несколько пожадничал: попридержал некоторые факты до тех пор, пока ты не задал мне хороший вопрос, которого я так терпеливо дожидался… Но на сей раз все иначе. Ты действительно знаешь все, что знаю я. Для того я и посылаю тебя в Кеттари, чтобы ты ответил на вопросы, которых у меня полным-полно… Если тебе нужен дельный совет, пожалуйста: когда вы туда приедете, выждите несколько дней, ничего не предпринимайте. Гуляйте с Шурфом по городу, покупайте ковры… Может быть, тайна сама тебя найдет: ты же у нас везучий! Ну а если ничего не произойдет… Что ж, тогда попробуйте сами, без каравана и сопровождающего, уехать из города, а потом вернуться обратно. Только не спешите, ладно? Почему-то мне кажется, что это будет не самый разумный поступок. Но сейчас я ни в чем не уверен… Вам пора, ребята. Караван в Кеттари отправляется через час. Можете сделать по глоточку.

Джуффин протянул мне свою знаменитую невидимую бутылку с бальзамом Кахара, по моей милости уже почти пустую. Я с удовольствием сделал глоток вкусного напитка, способного излечить не только от утренней сонливости, но и от куда более серьезных неприятностей.

– Держи, милый, тут еще осталось! – Я протянул бутылку Лонли-Локли.

– Спасибо, Мерилин, но я этого не пью, – вежливо отказался мой «официальный друг» и временный «муж».

– Как хочешь. Нам же целый день ехать…

– Существуют специальные дыхательные упражнения, которые прогоняют усталость быстрее и эффективнее, чем эти ваши снадобья, – отмахнулся Лонли-Локли.

– Научишь? – завистливо спросил я.

– Научу… после того, как ты окончательно усвоишь то, что я показывал тебе раньше.

– А я уже…

– Тебе только кажется, что «уже»! Лет через сорок поймешь, что я имею в виду…

– Ох!.. Как любит говорить Великий Магистр Нуфлин, «хорошо, что я не доживу до этого дня»! Ладно уж, пошли, любимый!

– Давайте-давайте! – кивнул Джуффин. – Что-что, а наговориться вы еще успеете: дорога долгая. Да, и не забудьте привезти мне какой-нибудь сувенир с родины!


Сэр Лонли-Локли решительно сел за рычаг амобилера.

– Может быть, поменяемся местами? – предложил я.

– Ты хочешь управлять амобилером сразу после порции бальзама Кахара? Так нельзя, я это уже однажды говорил… Потом, в дороге, тебе, конечно, придется иногда сменять меня, Мерилин… Но ты уверена, что сможешь ехать как все нормальные люди? Если наш амобилер ни с того ни с сего обгонит всех остальных, мы останемся без Мастера Предводителя Каравана. Я уже не говорю о том, что наши спутники будут шокированы…

– Ничего, – успокоил его я. – Леди Мерилин, в отличие от нашего общего приятеля Макса, дама осторожная. Все будет в порядке. Наступлю на горло своей песне…

– Это что, какой-то тайный ритуал? – вежливо поинтересовался Лонли-Локли.

– Ага… Могу научить, но это отнимет лет сорок-пятьдесят! – Леди Мерилин оказалась не менее ехидной особой, чем мой старый знакомый сэр Макс.

Впрочем, через несколько секунд я решил, что эта шутка может привести к самым непредсказуемым последствиям, и виновато улыбнулся своему спутнику.

– Я пошутил, Гламма. На самом деле это просто такое выражение…

– Да я так и подумал… Нужно говорить «пошутила», а не «пошутил». Через несколько минут мы будем не одни, так что я порекомендовал бы тебе, Мерилин, внимательно следить за своей речью.

– Ладно, ты прав. Больше не буду!

Я начал думать, что путешествие в обществе сэра Лонли-Локли закалит мой характер куда лучше, чем суровая педагогическая система древней Спарты…


Вид доброй дюжины амобилеров и группы людей в нарядных дорожных костюмах окончательно поднял мне настроение. В детстве я любил ходить на железнодорожный вокзал и смотреть на уезжающие поезда. Мне казалось, что они едут куда-то, где все совсем не так, какздесь. Поезда ехали ТУДА, они ехали ОТСЮДА, и я смертельно завидовал пассажирам, устало распихивающим свои сумки по багажным отсекам: это чарующее зрелище можно было увидеть в освещенных окнах вагонов. На поезда, приезжающие ОТТУДА в тоскливое СЮДА, я предпочитал не обращать внимания…

Теперь я испытал то же самое чувство, только оно было гораздо сильнее: не мечта о несуществующем чуде, а почти уверенность в нем. Я даже временно позабыл, что Ехо – отнюдь не то место, откуда мне хотелось бы уехать… Надежно укутанный в изящное тело леди Мерилин, я решительно нырнул в маленький людской водоворотик, сэр Шурф Лонли-Локли последовал за мной.

Через несколько минут леди Мерилин и ее заботливый спутник по имени Гламма уже познакомились с господином Аборой Вала, Мастером Предводителем Каравана, невысоким, седым, но отнюдь не старым кеттарийцем, невероятно обаятельным, несмотря на хитрющие маленькие глазки. Мы сразу же выложили восемь корон – половину платы за его услуги. С остальными деньгами мы должны были расстаться на центральной площади города Кеттари по окончании путешествия. Обратно в Ехо нас обещали проводить бесплатно.

Еще полчаса вежливого взаимного принюхивания к будущим спутникам, обмен именами, из которых я в суете не запомнил ни одного. Моя леди Мерилин вела себя просто прекрасно: она ни разу не перепутала окончания вредных глаголов и с готовностью откликалась на свое имя. Наконец господин Вала попросил внимания.

– Думаю, что больше никто не придет, господа. Так что можем отправляться. Я поеду впереди. Надеюсь, что вы одобрите мой выбор мест, где можно хорошо поесть и отдохнуть: у меня большой опыт в этом деле, можете мне поверить! Если у вас появятся проблемы, просто пошлите мне зов. Да, не рекомендую вам отставать от каравана, а если уж отстанете, не приходите потом ко мне за своими деньгами… Впрочем, надеюсь, что наше путешествие пройдет без неприятных осложнений. Хорошего пути, господа!

Мы расселись по амобилерам. Признаться, я был даже рад, что Лонли-Локли пока не пускал меня на место возницы: можно спокойно полюбоваться мозаичными мостовыми и невысокими домами Ехо. Я успел полюбить этот город так сильно, что предстоящий отъезд даже радовал меня: я заранее предвкушал, как здорово будет вернуться!..

Потом начались бесконечные сады окраин, они сменились полями и рощами. Голова кружилась от новых впечатлений. Сэр Шурф молча смотрел на дорогу: даже превратившись в господина Гламму Эралгу, он оставался бесстрастнейшим из смертных. Я подумал, что наше совместное путешествие – не худший повод удовлетворить давно терзавшее меня любопытство.

– Гламма, ты очень дорожишь возможностью помолчать или поболтаем? – осторожно спросил я.

– Я всегда получаю удовольствие от бесед с тобой, Мерилин, равно как и от бесед с моим другом, сэром Максом, – спокойно сказал Лонли-Локли.

Грешные Магистры! В его голосе мне почудились теплые нотки. «Одно из двух, – решил я, – или померещилось, или же сэр Гламма, новая личина Мастера Пресекающего ненужные жизни, немного отличается от своего хозяина».

– Если не захочешь отвечать на мой вопрос, так и скажи, ладно?

– Разумеется, я так и скажу. А что еще можно сделать в подобном случае?

Железная логика Лонли-Локли прибавила мне уверенности.

– Ладно. Кажется, я все-таки решусь… Тем более что речь пойдет не совсем о тебе, Гламма, а о моем друге, Шурфе Лонли-Локли.

– Не могу не отдать должное твоему чувству времени! – одобрительно сказал мой спутник. – Все вещи следует делать своевременно, в том числе и задавать вопросы… Спрашивай. Думаю, что я смогу удовлетворить твое любопытство.

– Хорошо бы!.. Однажды имя сэра Шурфа Лонли-Локли было упомянуто в беседе с одним старым магистром, другом Джуффина. Услышав это имя, тот сказал: «А, безумный Рыбник!» Джуффин кивнул, а некий сэр Макс остался в полном недоумении: что-что, но только не безумие свойственно моему другу Шурфу…

– Мы не так уж долго знакомы, в этом причина твоего удивления. Если тебе интересно прошлое того человека, которым я был когда-то в юности… Это отнюдь не тайна в отличие от истории самого сэра Макса!

– А разве?.. – растерянно начал я.

Признаться, последняя фраза Шурфа, или Гламмы, как бы там его ни звали, повергла меня почти в панику. Меламори, сэр Кофа… а теперь и Лонли-Локли – все они чуют, что со мной что-то не так! Впрочем, на то они и Тайные сыщики, не правда ли?.. Ох, в конце концов, это проблемы Джуффина: пусть теперь объясняет им что хочет или пошлет всех подальше, благо имеет на то полное право!

– Я же не собираюсь задавать вопросов, поскольку чувствую, что время пока не пришло, – примирительно сказал Лонли-Локли. – Тебе следует научиться контролировать выражение своего лица. Впрочем, если ты не будешь забывать ежедневно проделывать те упражнения, которые я тебе показал, это умение придет само собой…

– Лет через сорок? – жалобно спросил я.

– Не могу сказать определенно. Возможно, и раньше.

– Ладно, Гламма, Магистры с ним, с выражением моего лица! Давай свою историю, если уж это не тайна.

– Разумеется, нет… Ровно семнадцать дюжин лет назад некий юноша по имени Шурф стал послушником в Ордене Дырявой Чаши, с которым его семья была связана тесными узами, так что особого выбора у молодого человека не было. Впрочем, по тем временам это была более чем завидная участь… Не прошло и шести дюжин лет, как этот юноша стал Младшим Магистром и Мастером Рыбником – то есть смотрителем дырявых аквариумов Ордена… Насколько я помню, сэр Джуффин однажды рассказывал тебе некоторые подробности о путях Ордена Дырявой Чаши, так что я не стану повторяться.

– Все члены Ордена питались только рыбой, которая жила в дырявых аквариумах, и пили из дырявой посуды, такой, как твоя знаменитая чашка, верно?

– Чрезвычайно примитивное, но в общем верное описание. Итак, несколько лет Младший Магистр Шурф Лонли-Локли блестяще справлялся со своими обязанностями…

– О, я не сомневаюсь!

– Совершенно напрасно, поскольку человек, о котором идет речь, совершенно тебе незнаком… Это был один из самых невоздержанных, капризных и эмоциональных людей, каких я когда-либо встречал. Можешь мне поверить, я скорее преуменьшаю, чем преувеличиваю… Тот путь, на котором искали силу члены Ордена Дырявой Чаши, не способствовал обузданию собственных пороков. Впрочем, это высказывание не менее справедливо по отношению ко многим другим древним Орденам…

Я кивнул.

– Да, Джуффин мне об этом говорил. Хотелось бы хоть краем глаза взглянуть, что творилось в эту знаменитую Эпоху Орденов!

– Могу порекомендовать тебе беседу с сэром Кофой Йохом. Он весьма талантливый рассказчик, в отличие от меня.

– Какая ерунда! – отмахнулся я. – Ты отличный рассказчик, Гламма! Продолжай, пожалуйста.

– Я – отвратительный рассказчик, поскольку должен быть таковым. Просто предмет разговора тебе интересен, – равнодушно констатировал Лонли-Локли. – Я упомянул о необузданности молодого человека, которым когда-то был, ибо именно это свойство характера объясняет его безрассудный поступок… – он нахмурился и умолк.

– Что за безрассудный поступок? – Я сгорал от нетерпения.

– Он захотел получить силу. Много силы и очень быстро… И однажды выпил воду из всех аквариумов, за которыми должен был присматривать.

Я не смог сдержать смех. Это фантастическое зрелище так и стояло у меня перед глазами: наш сэр Шурф, один за другим осушающий огромные аквариумы. Грешные Магистры, интересно, как все это в него поместилось?!

– Прости, Гламма… Но это действительно очень смешно! – виновато сказал я через несколько минут.

– Да, наверное… Рыбы, обитавшие в аквариумах, разумеется, погибли, а неосторожный молодой человек обрел огромную силу. Вот только он был не в состоянии с ней справиться: эту науку следует изучать на протяжении столетий… Поэтому подробно описать дальнейшие события я затрудняюсь: моя память пока не способна восстановить большую часть того, что этот глупый юноша делал, покинув резиденцию своего Ордена. Но в городе меня прозвали Безумным Рыбником, а чтобы человека сочли безумным в Эпоху Орденов, нужно было хорошо постараться!.. Помню, что никто из горожан не смел мне отказать, чего бы я ни потребовал… Было много перепуганных женщин, много слуг, много денег и прочих вещей, каковые грубые люди считают развлечениями, но все это быстро надоело. Я стал одержимым. В те дни мне нравилось пугать людей, а еще больше нравилось их убивать. Но убивать обыкновенных обывателей казалось унизительным. Я мечтал напиться крови Великих Магистров… Я появлялся там, где считал нужным, и исчезал неизвестно куда. Слишком много пустых чудес, непонятных мне самому, удавалось совершать в то время, но глотки Великих Магистров все еще были не для моих зубов…

– Грешные Магистры, Шурф! Неужели такое возможно?!

Я понимал, что наш сэр Лонли-Локли – не самый крутой враль в Соединенном Королевстве, но все же не мог поверить его рассказу.

– Называй меня «Гламма», ты опять забыла, Мерилин! – Менторский тон моего спутника положил конец сомнениям.

– Люди меняются, да? – тихо спросил я.

– Не все. Но порой такое случается, – бесстрастно сказал Лонли-Локли. – Впрочем, это еще не вся история.

– Догадываюсь.

– Мне хотелось получить еще больше силы. Больше, чем у знаменитых Магистров, о чьей крови я в ту пору мечтал. И однажды Безумный Рыбник появился в резиденции Ордена Ледяной Руки, чтобы забрать себе одну из их могущественных рук…

– Ваши… Твои перчатки?

– Да. Вернее, моя левая перчатка. Правую я заполучил, когда дрался с младшим Магистром этого Ордена: парень пытался меня остановить. Я откусил его правую руку – и поминай как звали!

– Откусил?!

– Разумеется. Что в этом невероятного? По сравнению с большинством моих тогдашних выходок, эта – далеко не самая эксцентричная…

– Джуффин говорил мне, что в Ордене Ледяной Руки состояли очень могущественные маги. Неужели они…

– Видишь ли, осушив все двадцать дюжин аквариумов, я получил силу, предназначенную для шестисот членов моего Ордена. Так что остановить меня действительно было очень сложно. А заполучив известные тебе перчатки, я стал еще опаснее… Но вот тут-то меня и остановили.

– Кто? Неужели Джуффин?

– Нет, сэр Джуффин Халли вошел в мою жизнь несколько позже. Безумного Рыбника остановили два мертвеца, хозяева присвоенных мною рук. В первую же ночь они пришли в мой сон. В ту пору я становился беззащитным, когда спал. Не совсем, но все же… Эти мертвецы пришли, чтобы забрать меня с собой. Они собирались поместить меня где-то между жизнью и смертью, в область бесконечного мучительного умирания. Я не слишком силен в такого рода материях, так что будет лучше, если твое воображение подскажет тебе, что именно мне грозило.

– Ну его к Магистрам, мое воображение! – проворчал я. – Я же заснуть не смогу!

– Твои слова убеждают меня, что ты близка к пониманию описанной мной проблемы, Мерилин, – кивнул Лонли-Локли. – В ту ночь мне чрезвычайно повезло: я внезапно проснулся от резкой боли, поскольку старый дом, где я спал, начал разрушаться и один из камней ударил меня в лоб… Тебе, наверное, интересно, почему начал рушиться этот дом? Сэр Джуффин Халли может изложить тебе подробности своей неудачной охоты на Безумного Рыбника. Тайного Сыска в то время еще не было, но сэр Джуффин уже тогда выполнял особые поручения Короля и Семилистника. О нем шла ужасная слава, совершенно заслуженная, я полагаю, но мою жизнь Кеттарийский Охотник, как тогда называли сэра Почтеннейшего Начальника, случайно спас. Я успел покинуть разрушающийся дом, даже не попытавшись разобраться, что произошло. В то время меня беспокоило совсем другое: было ясно, что следующий сон окажется последним. Тогда я решил бодрствовать столько, сколько смогу, а потом убить себя, чтобы ускользнуть от мести мертвых Магистров… Мне удалось прожить без сна около двух лет.

– Что?!

Каждая новая фраза Лонли-Локли повергала меня все в большее изумление.

– Да, около двух лет, – подтвердил сэр Шурф. – Именно так. Разумеется, это не могло продолжаться бесконечно: я и без того был безумен, а два года бессонницы превратили меня невесть во что… Сэр Джуффин Халли следил за каждым моим шагом, как я понял позже. Он выжидал подходящего момента…

– Чтобы?..

– Нет, Мерилин. Уже не для того, чтобы убить меня. Видишь ли, в ту ночь, когда он обрушил мой дом и спас жизнь, которую собирался отнять… Это было из ряда вон выходящим событием: Кеттариец редко попадал впросак! И он сделал вывод, что судьба указывает ему на меня. Поэтому вместо того, чтобы убивать Безумного Рыбника, сэр Джуффин решил спасти запутавшегося в собственных чудесах Шурфа Лонли-Локли.

– Грешные Магистры, как это все романтично! – вздохнул я.

– Да, наверное… Разумеется, у сэра Джуффина безупречное чувство времени: он появился рядом именно в тот момент, когда я понял, что время бессонницы подошло к концу, а вместе с ним подошло к концу и время моей жизни. Я был рад умереть: смерть казалась мне надежным способом избежать гораздо худшей участи… И когда меня настиг знаменитый Кеттарийский Охотник, я испытал ни с чем не сравнимую радость: мне предстояло умереть в схватке, а это куда веселее, чем самоубийство.

– Как ты сказал? «Веселее»?! – Я решил, что ослышался.

– Да, разумеется. В отличие от нынешнего Лонли-Локли, Безумный Рыбник любил повеселиться… Но битвы не вышло: вместо того, чтобы убивать, сэр Джуффин меня усыпил. Полагаю, это не стоило ему особого труда: я был одержим мечтой о сне! Джуффин швырнул меня в объятия мертвецов, истосковавшихся по мести. А потом была целая вечность слабости и боли… Ты зря так переживаешь, Мерилин: это случилось давно и не со мной, можешь поверить… А потом Кеттариец вытащил меня из этого кошмара. Просто разбудил, привел в чувство и объяснил, что у меня есть только один выход из создавшейся ситуации.

– Какой выход, Гламма?

Я не так уж много понимал в местных чудесах, но чудовищную власть кошмарных снов этого Мира мне довелось испытать на собственной шкуре.

– Все очень просто: эти двое искали Безумного Рыбника. Мне нужно было стать кем-то другим. Разумеется, обыкновенное переодевание, подобное тому, что пришлось совершить нам с тобой перед этой поездкой, не могло помочь. Мертвых Магистров так легко не обманешь. Кого-кого, но не их… Сэр Джуффин поместил меня в какое-то странное место, дал несколько советов и исчез.

– Что за «странное место»? – с замирающим сердцем спросил я.

– Не знаю. Вернее, не помню. Вещи, выходящие за пределы понимания, невозможно хранить в памяти.

– А что это были за советы? Извини за назойливость, но я хочу понять: какие советы можно дать человеку, с которым стряслось подобное несчастье?!

– Ничего особенного. Он объяснил, что и зачем я должен делать; показал мне несколько дыхательных упражнений вроде тех, что я показал тебе… Не забывай, что в то время я обладал огромной силой. Она была способна совершать любые чудеса. Джуффин лишь создал идеальные условия для ее проявления… Помню, что в том странном месте я не мог заниматься ничем, кроме как этими упражнениями. Даже есть, спать или думать там было невозможно. Да и времени, в привычном понимании, там не существовало: моя личная вечность уместилась в одно мгновение, иначе не скажешь… Я и сам не заметил, как умер Безумный Рыбник. Исчез и тот молодой человек, которым я был прежде. А потом пришел тот, кто известен тебе под именем Шурфа Лонли-Локли. У меня нет никаких претензий к своей новой личности: она не мешает сосредоточиться на действительно важных вещах и вообще не мешает…

– Это невероятно! – прошептал я. – Грешные Магистры, кто бы мог подумать!

– Да, это и правда довольно невероятно, – флегматично согласился сэр Шурф. – А однажды я смог покинуть странное пустое место и вернуться в Ехо. Сэр Джуффин Халли подыскал мне неплохую работу: в конце Смутных Времен человек с такими руками мог не бояться засидеться без дела… Так что мне все-таки довелось узнать вкус крови Великих Магистров, но тогда это был уже вопрос долга, а не желания, поскольку моей новой личности стало абсолютно все равно: убивать или нет. Думаю, ни одно убийство, которое мне приходится совершать, действительно не имеет особого значения… Извини, Мерилин, я никогда не был хорошим философом!

Я ошеломленно молчал. Мой собственный мир, в котором я так уютно обжился, рушился на глазах. Непогрешимый сэр Шурф, надежный, как скала, невозмутимый и педантичный, напрочь лишенный чувства юмора и простых человеческих слабостей, где вы, отзовитесь! А мои остальные коллеги во главе с сэром Джуффином Халли, который оказался остепенившимся «Кеттарийским Охотником»? Что я, собственно, знал о них? Что они – славные ребята и мне хорошо в их обществе?.. Какие еще сюрпризы они мне приготовили?!

– Тебе следует вспомнить те самые дыхательные упражнения, которым я учил сэра Макса, Мерилин, – посоветовал мой спутник. – Не следует так волноваться из-за вещей, которые случились давно и не с нами.

– Святые слова! – согласился я и дисциплинированно принялся за знаменитую дыхательную гимнастику Лонли-Локли.

Минут через десять я действительно был абсолютно спокоен: тайны нового восхитительного Мира раскрывались постепенно, и это было величайшим из благ! Я еще должен благодарить судьбу, что чудесные откровения всех моих коллег не обрушились на меня одновременно!

– Господин Абора Вала только что прислал мне зов, – сообщил Лонли-Локли. – Сейчас караван остановится, чтобы пообедать. Утром ты вела себя безупречно, Мерилин, постарайся продолжать в том же духе!.. Кстати, я давно хотел заметить, что, выполняя дыхательные упражнения, сэр Макс дышит так же резко и неритмично, как и разговаривает. Постарайся изменить этот прискорбный факт, Мерилин.

– Ладно уж, постараюсь! – проворчал я. – Неужели я действительно так ужасно говорю?

– Да, разумеется, но со временем это пройдет… Останавливаемся, Мерилин. Приготовься сменить тему беседы, хорошо?

– Хорошо. Кстати, у нашего Мастера Предводителя Каравана тоже неплохое чувство времени: я как раз проголодался.

– Нужно говорить «проголодалась», Мерилин… У господина Вала вовсе нет никакого «чувства времени», наш караванщик просто останавливается возле тех трактиров, хозяева которых платят ему за то, что он привозит клиентов.

Я рассмеялся.

– Откуда ты знаешь, Гламма?

– Я посмотрел ему в глаза, когда мы знакомились.

– Тогда конечно!.. Все равно он остановился вовремя: есть хочется ужасно.

– Ну, пошли! – И он галантно помог мне выйти из амобилера.


Обед был не ахти. Во всяком случае, не мне, начинающему гурману и любимому воспитаннику сэра Кофы Йоха, восторгаться простой деревенской пищей! А наши спутники, увы, оказались обыкновенными занудными обывателями. Я с изумлением понял, что обожаемый мной прекрасный новый Мир не так уж совершенен. Думаю, обыватели всех Миров довольно утомительны. От тесного общения с большим количеством этих простых милых людей у меня тоже голова кругом от восторга не пошла… Но путешествие есть путешествие, и даже такие досадные мелочи, как плохая кухня и доставучие попутчики, обладали совершенно особым шармом.

После обеда мне удалось убедить Лонли-Локли, что меня можно пустить за рычаг амобилера. Он очень не хотел рисковать: мое здравомыслие не внушало сэру Шурфу особого доверия. Но леди Мерилин так ныла!

Через час черепашьей езды я был вознагражден.

– Я не мог предположить, что ты обладаешь такой выдержкой! – одобрительно сказал мой суровый спутник.

Я подумал, что это самый крутой комплимент из всех, когда-либо достававшихся на мою долю.

– Чему ты так удивляешься, Гламма? – Я пожал изящными плечиками леди Мерилин. – Если мне говорят «нельзя», я вполне способен понять, что это действительно нельзя…

– Дело не в понимании. Амобилер едет с той скоростью, с какой хочет ехать возница, а наши желания не всегда находятся в гармонии с необходимостью…

– Что?! Ты это серьезно? Ничего себе новость!

– А ты не знал? – вежливо удивился Лонли-Локли. – Я был уверен, что ты намеренно используешь свою детскую мечту о большой скорости во время поездок.

– До настоящего момента мне казалось, что я просто не так осторожен, как прочие возницы, поэтому и развиваю максимально возможную скорость…

– Разумеется, что-то в этом роде я и имел в виду, когда не хотел пускать тебя за рычаг… Только никакой «максимально возможной скорости» не существует, все решает желание возницы. Но я недооценил твой самоконтроль. Думаю, мне следует извиниться.

– Прекрати, Гламма, какие могут быть извинения? Ерунда какая-то… Так что, все это время я управлял этой штуковиной, не зная, как она действует?

Я вздохнул и вытер вспотевший лоб. Слишком много странных новостей для одного дня!

– Главное, что ты умеешь это делать… Надо было сказать «управляла», а не «управлял», ты все время забываешь!

До наступления ночи мы ехали молча: Лонли-Локли, наверное, и так уже исчерпал трехлетний лимит слов, а я больше всего на свете боялся задать еще какой-нибудь вопрос: чудесных открытий на сегодня было вполне достаточно!


Ночь мы провели в большой придорожной гостинице. Наш проводник тут же засел в маленьком баре, где играли в «крак». Некоторые из путешественников с удовольствием к нему присоединились.

– Вот это и есть настоящий бизнес! – заметил Лонли-Локли. – Две ночи по дороге в Кеттари, две ночи на обратном пути… Этот Мастер Предводитель Каравана весьма богатый человек, я полагаю.

– Что, он еще и шулер?

– Нет, не думаю… Просто кеттарийцы очень хорошо играют в карты, это их национальный талант. Так что обчистить самого везучего столичного жителя не составляет для них никакого труда… Думаю, нам следует хорошо поспать, завтра нелегкий день.

– Да, конечно, – я ответил не слишком уверенно: вряд ли мне удастся заснуть в такую рань, даже после тяжелого дня.

– Знаешь, леди Мерилин, – сказал Лонли-Локли, забираясь под пушистое одеяло, – если ты не сможешь заснуть… В общем, я не думаю, что тебе стоит выходить из нашей комнаты. Это будет выглядеть не совсем правдоподобно: красивые замужние женщины обычно не сидят в баре до рассвета после тяжелого дня, проведенного в пути. Люди могут решить, что с нами что-то не так.

– Да мне и в голову не приходило… Никаких ночных прогулок! Если к леди Мерилин начнут приставать подвыпившие постояльцы, мне придется в них плюнуть, а это не отвечает моим скромным представлениям о конспирации…

– В таком случае прошу прощения. Хорошей ночи, Мерилин.

Мой спутник задремал, а я залез под свое одеяло и задумался. Мне было о чем подумать после нашей поучительной беседы, честное слово! Заодно можно было воспользоваться досугом и извлечь из-под моей волшебной подушки несколько сигарет…

Заснуть мне удалось только на рассвете, а уже через час безукоризненно одетый сэр Шурф совал мне в лицо поднос с камрой и бутербродами.

– Весьма сожалею, но через полчаса мы отправляемся. Думаю, тебе стоит воспользоваться своими запасами бальзама Кахара.

– Нет уж, лучше посплю в амобилере! – Я с трудом оторвал от подушки пудовую голову. – Спасибо за заботу,Гламма. Твоя жена – я имею в виду настоящую жену сэра Лонли-Локли… Она счастливейшая из женщин, я полагаю!

– Надеюсь, что так, – спокойно согласился сэр Шурф. – У меня странная судьба, Мерилин: настоящая жена или ненастоящая, а камру в постель ей подаю я, а не наоборот.

– Грешные Магистры, это что, неужели шутка?

– Это констатация факта. Если хочешь умыться, тебе следует поторопиться.

– Разумеется, хочу! – Я залпом прикончил камру. На еду даже смотреть было тошно.


* * * | Чужак (Лабиринт) | * * *