home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава XIII

Продираясь сквозь заросли колючего утесника, Огнегрив брел через пустошь к лагерю племени Ветра. Чтобы не попасться на глаза вражескому патрулю, передвигаться приходилось ползком, волоча брюхо по земле, так что Огнегрив не раз с тоской вспомнил густую траву своего родного леса. В последний раз он был в лагере племени Ветра в ночь битвы, когда Грозовое племя помогало соседям отбить нападение двух враждебных племен. Тогда Огнегриву не приходилось прятаться, но теперь он решил не обнаруживать своего присутствия до тех пор, пока не увидит Звездного Луча или, по крайней мере, кого-то из тех, кого считал своими друзьями. Чтобы не расстраиваться раньше времени, он старался не думать о том, можно ли рассчитывать на былую дружбу после недавнего Совета. Больше всего следовало опасаться патрулей. Воины Ветра уже не раз атаковали Огнегрива на своей территории, поэтому новая встреча не сулила ему ничего хорошего.

Со всех сторон его окружал запах племени Ветра, но самих котов пока не было видно. Солнце почти завершило свой небесный путь, но Огнегрив старался не думать о приближающемся вечере. Он боялся впасть в отчаяние при мысли о том, как мало осталось времени до задуманного Синей Звездой нападения.

Перепрыгивая с камня на камень, он пересек мелкий ручеек и сразу почувствовал, что запах племени Ветра стал гораздо сильнее, причем на этот раз к нему примешивался запах испуганного кролика. Пасть Огнегрива тут же наполнилась слюной, а желудок жалобно заурчал, но он только крепче стиснул зубы. Нечего было даже думать о том, чтобы в такой момент охотиться на чужую добычу! Кроме того, судя по запаху, охотники были где-то неподалеку. Огнегрив поспешно зарылся в папоротник, растущий на берегу ручейка, и настороженно огляделся, ища глазами врага.

Трое котов бежали вниз по ручью прямо к тому месту, где он сидел. Впереди всех несся давний приятель Огнегрива, Одноус. Огнегрив немного воспрянул духом, хотя прекрасно помнил, как злобно смотрел на него Одноус на последнем Совете. Рядом с наставником скакал маленький Колючка. Оба они тащили в зубах по кролику. Зато появление третьего воина мгновенно расстроило все планы Огнегрива. Шествие замыкал Чернохват, здоровенный крапчатый котище, который когда-то не позволил Синей Звезде пройти через свою территорию к Высокой Скале. Огнегрив знал, что этот воин ни за что не разрешит ему поговорить со Звездным Лучом.

Однако в этот день удача — или милость Звездного племени — была на стороне Огнегрива. Пасти охотников были заняты добычей, поэтому они не могли учуять запаха вражеского лазутчика, хотя прошли всего в нескольких хвостах от него. Но на этом везение не закончилось. Маленький Колючка, который едва волочил здоровенного кролика, остановился, чтобы поудобнее перехватить свою добычу, и отстал от остальных.

Огнегрив поспешил воспользоваться этим.

— Колючка! — негромко окликнул он. Оруженосец покрутил головой и насторожил ушки.

— Я здесь, в папоротнике. Колючка повернулся и изумленно вытаращил глаза, заметив Огнегрива, высунувшего голову из побуревших зарослей. Он уже разинул рот, чтобы закричать, но Огнегрив знаком попросил его не делать этого.

— Слушай, Колючка! — быстро сказал он. — Скажи Одноусу, что я здесь, но только так, чтобы Чернохват не услышал, ладно? — Оруженосец попятился, на лице его отразилось смятение, но Огнегрив уверенно добавил: — Мне нужно с ним поговорить. Это очень важно для обоих наших племен, понял? Ты должен верить мне, Колючка. Видимо, его взволнованный тон подействовал на оруженосца, поскольку тот помедлил еще немного и, наконец, кивнул.

— Хорошо, Огнегрив. Жди здесь.

Подхватив своего кролика, малыш побежал догонять воинов. Огнегрив глубже забился в папоротник и свернулся клубком, приготовившись ждать. Время тянулось мучительно медленно. Только когда солнечный свет порозовел, предвещая близкий закат, Огнегрив услышал наконец шорох приближающихся шагов и тихий шепот:

— Огнегрив? Это ты? Глашатай сразу узнал голос Одноуса. Он осторожно выглянул из своего укрытия и тут же выпрямился, убедившись, что друг пришел один.

— Слава Звездному племени! — воскликнул он. — Я уж думал, ты не придешь!

— Так мне и следовало поступить, — буркнул Одноус, окинув Огнегрива подозрительным взглядом, в котором не было и следа былого дружелюбия. — Я никак не мог избавиться от Чернохвата. Если он узнает, что ты здесь, он порвет тебя в клочья, и ты прекрасно это знаешь. — Он приблизился к Огнегриву. — Из-за тебя я рискую собственной шкурой! — ворчливо добавил он. — Надеюсь, дело того стоит.

— Клянусь тебе, стоит! Слушай, Одноус. Мне нужно срочно поговорить со Звездным Лучом. Это очень важно, поверь! — умоляюще добавил

Огнегрив, видя, что Одноус продолжает молча смотреть ему в глаза.

Сердце его отсчитало два удара, и он решил, что бывший друг сейчас повернется и уйдет, а может быть, даже бросится на него и прогонит со своей земли. Но Одноус все же заговорил, и Огнегрив с облегчением перевел дух. Голос воина немного потеплел, видимо, настойчивая просьба Огнегрива тронула его сердце.

— Что ты задумал? Звездный Луч спустит с меня шкуру, если я без уважительной причины приведу в лагерь Грозового воина!

— Я не могу рассказать тебе, Одноус. Пойми, я должен сказать это только самому Звездному Лучу! Поверь мне, это для блага обоих наших племен!

Одноус снова заколебался.

— Ладно! — выдавил он наконец. — Я не сделал бы этого ни для кого другого, Огнегрив!

Повернувшись, он взмахом хвоста пригласил Огнегрива следовать за собой и нырнул в вереск.

Огнегрив ринулся за ним. На вершине холма Одноус остановился и посмотрел вниз, на лагерь племени Ветра. Густая стена утесника окружала маленькую поляну, прочерченную длинными вечерними тенями. Пока Огнегрив с Одноусом смотрели на лагерь, сзади к ним незаметно приблизился вечерний патруль под предводительством самого Колченогого, глашатая племени Ветра. Огнегрив поймал устремленные на себя взгляды, в которых любопытство смешивалось с враждебностью.

— Пошли! — поторопил Одноус. Они нырнули в колючие кусты утесника и долго продирались через него, пока не почувствовали под лапами песчаную землю поляны.

Выбравшись из узкого лаза, Огнегрив увидел перед собой поляну и Звездного Луча, лежавшего возле кучи свежатины. Множество других воинов сгрудились вокруг него. Глашатай Колченогий, первым заметивший гостя, что-то торопливо шептал на ухо своему предводителю.

Звездный Луч неторопливо поднялся и направился к стоявшим возле кустов Одноусу с Огнегривом. Колченогий тут же сорвался с места, а следом за ним потянулись и остальные воины, среди которых Огнегрив узнал Корявого, целителя племени Ветра, и Чернохвата, злобно скалившего острые зубы.

— В чем дело, Одноус? — спокойно и бесстрастно спросил Звездный Луч. — Зачем ты привел сюда Огнегрива?

— Он сказал, что хочет поговорить с тобой, — потупился молодой воин.

— Это еще не повод пускать его в наш лагерь! — завизжал Чернохват. — Он наш враг, он из вражеского племени, он…

Взмахом хвоста Звездный Луч велел ему замолчать и пристально посмотрел на Огнегрива:

— Я здесь, — просто сказал он. — Говори. Огнегрив смущенно огляделся. Узнав о визите вражеского воина, чуть ли не весь лагерь высыпал на поляну и сгрудился вокруг своего предводителя, боясь пропустить что-нибудь интересное.

— То, что я хочу сказать, не предназначено для ушей всего племени, — твердо сказал он.

Он готов был поклясться, что услышал тихое рычание, вырвавшееся из горла Звездного Луча, но предводитель быстро взял себя в лапы и кивнул: — Хорошо. Поговорим в моей пещере. Колченогий, пойдешь с нами. И ты тоже, Одноус!

С этими словами он повернулся и направился к скале, возвышавшейся на дальнем краю поляны. Оба воина молча встали по бокам Огнегрива и повели его следом за своим предводителем.

Пещера Звездного Луча пряталась под выступом скалы и выходила на противоположную сторону поляны. Войдя внутрь, Звездный Луч опустился на подстилку из вереска и обратился к Огнегриву:

— Говори.

Огнегрив почтительно склонил голову. В пещере царил полумрак, поэтому он скорее угадывал, чем различал силуэты двух воинов, стороживших своего предводителя. Каждый волосок шерсти Огнегрива дрожал от скопившегося под скалой напряжения, ему казалось, что бывшие друзья ждут малейшего повода, чтобы наброситься на него. Во время путешествия через пустошь Огнегрив тщательно продумал свою речь, но теперь вдруг впервые усомнился в том, что сумеет убедить Звездного Луча в необходимости переговоров.

— Ты знаешь, Синюю Звезду очень тревожит исчезновение дичи, — неуверенно начал он, и тут же увидел, как шерсть на загривке предводителя встала дыбом от гнева.

— Племя Ветра не воровало дичь у Грозовых котов! — прошипел Звездный Луч.

— Мы тоже не раз находили растерзанные останки! — подхватил Колченогий, выбегая вперед и угрожающе приближая свою морду к самому носу Огнегрива. — Чем ты докажешь, что Грозовое племя не ворует нашу добычу?! Огнегрив заставил себя не отводить глаз.

— Никто ничего не воровал, — ответил он. — Я уверен, что это вообще не кошачьих лап дело.

— Чьих же тогда? — негромко подал голос Одноус.

— Я думаю, в лесу поселилась бродячая собака. Мы обнаружили ее запах и видели помет.

— Собака? — повторил Одноус и задумчиво сузил глаза. — Ты хочешь сказать, она сбежала от своих Двуногих?

— Я в этом уверен.

— Это возможно, — протянул Звездный Луч, и Огнегрив с облегчением заметил, как опустилась его вздыбленная шерсть. — Мы тоже с недавнего времени встречаем у себя собачий запах, но раньше собаки всегда приходили только с Двуногими, — пробормотал он и добавил, уже более уверенно: — Скорее всего, кроликов ворует именно собака! Я прикажу патрульным смотреть в оба!

— Но ты явился сюда не для того, чтобы рассказать нам о собаке! — не унимался Колченогий. — Что ты задумал, Огнегрив?

Огнегрив глубоко вздохнул. Он не собирался предавать Синюю Звезду, сообщая соседям о спланированном против них нападении, но хотел заверить их в том, что переговоры предводителей позволят избежать грядущих столкновений.

— Мне не удалось убедить Синюю Звезду в том, что в лесу хозяйничает собака. Наша предводительница уверена во враждебных намерениях племени Ветра, и, если ничего не предпринять, дело может кончиться войной! — уклончиво начал он, жалея о том, что не может сказать им, насколько близка эта война. — И тогда многие коты будут ранены — может быть, даже убиты! — просто так, ни за что!

— А я тут при чем? — брюзгливо спросил Звездный Луч. — Такова воля твоей предводительницы, Огнегрив. Нас это не касается. Преодолевая страх, Огнегрив сделал несколько шажков ему навстречу.

— Я пришел просить тебя встретиться с Синей Звездой. Если вы обсудите все спорные вопросы с глазу на глаз, это поможет избежать бессмысленного кровопролития!

— Синяя Звезда хочет встречи? — недоверчиво переспросил Колченогий. — Когда мы виделись в последний раз, она вела себя так, словно хотела перегрызть нам глотки!

— Вообще-то, это не ее идея, — признался Огнегрив. — Это придумал я. Три пары глаз в недоумении уставились на него. Одноус первым вышел из оцепенения и прошептал:

— Ты хочешь сказать, что действуешь за спиной своей предводительницы?!

— Я действую ради блага обоих наших племен, — упрямо ответил Огнегрив. Он был готов к тому, что его сейчас же вышвырнут вон из лагеря, но Звездный Луч лишь задумчиво посмотрел на него и протянул:

— Я тоже предпочел бы переговоры войне, но как их устроить? Подумай сам, захочет ли Синяя Звезда встречаться со мной, когда узнает, что ты, без ее ведома, приходил сюда? — спросил он и добавил, не дожидаясь ответа: — Я мог бы послать гонца и от своего имени пригласить Синюю Звезду к Четырем Деревьям, но сможешь ли ты гарантировать безопасность моего посланника на территории Грозовых котов? Огнегрив промолчал — и все расценили его молчание как ответ.

— Мне очень жаль, Огнегрив, — вздохнул Звездный Луч. — Я не могу рисковать жизнью своих воинов. Если Синяя Звезда пожелает вести переговоры, она знает, где меня найти. Одноус! Проводи Огнегрива к Четырем Деревьям.

— Подожди! — воскликнул Огнегрив. Блестящая мысль промелькнула у него в голове, возможно, само Звездное племя подсказало ему решение. — Я знаю, что делать! Глаза Звездного Луча сверкнули в сумраке пещеры.

— Что же?

— Вы знаете Горелого? Это кот-одиночка, он живет на ферме на краю вашей территории, возле самой Высокой Скалы?

— Я его знаю! — закивал Одноус. — Неплохой кот, хоть и не воин. А при чем тут он?

Огнегрив радостно повернулся к Одноусу.

— Он может отнести ваше послание Синей Звезде! Когда-то Синяя Звезда подарила ему право беспрепятственного прохода по территории Грозового племени! Вы же знаете, Горелый раньше сам был Грозовым котом. Звездный Луч резко выпрямился на своей вересковой подстилке.

— Это мысль! Что скажешь, Колченогий? Вместо ответа глашатай лишь одобрительно закивал.

— Тогда иди скорее! — бросился Огнегрив к Одноусу. Только теперь он понял, как мало времени осталось у них в распоряжении. — Иди прямо сейчас! Скажи ему, пусть попросит Синюю Звезду на рассвете встретиться со Звездным Лучом возле Четырех Деревьев.

До назначенного Синей Звездой выступления оставалось совсем немного времени, и Огнегрив очень боялся, что Одноус не успеет разыскать Горелого так, чтобы тот вовремя передал послание Синей Звезде. Только бы Звездное племя помогло Одноусу быстро найти кота-одиночку!

Одноус покосился на своего предводителя и, когда тот утвердительно кивнул, быстрее молнии вылетел из палатки и растаял в темноте. Звездный Луч, прищурившись, посмотрел на Огнегрива.

— Сдается мне, ты рассказал далеко не все? — усмехнулся он, но не стал допытываться. — Тебе пора! Колченогий, проводи нашего гостя.

На рассвете я приду к Четырем Деревьям, Огнегрив. Но это все, что я могу сделать. Если Синяя Звезда действительно хочет мира, пусть приходит.

— У Четырех Деревьев, на рассвете! — скороговоркой повторил Огнегрив и выскочил из палатки, сопровождаемый прихрамывающим глашатаем.

Не чуя под собой лап, Огнегрив добежал до Четырех Деревьев и вернулся на свою территорию. Он ничего не ел со вчерашнего Совета, поэтому живот у него сводило от голода, и даже лапы начали подкашиваться, так что пришлось сделать остановку и поохотиться.

Затаившись возле ручья, Огнегрив вскоре услышал в прибрежных камышах шорох полевки. Кругом было совсем темно, поэтому приходилось искать добычу по запаху. Огнегрив склонил голову на бок, помедлил, приоткрыв рот, и вдруг стремительно прыгнул. Ударом когтей он прикончил мышку и прямо на месте жадно растерзал, чувствуя, как с каждым глотком к нему возвращаются силы.

Прибавив шагу, он понесся в лагерь. Когда он сбегал по склону холма, из-за верхушек деревьев выкатилась луна, и Огнегрив тут же вспомнил, что Синяя Звезда велела ему до рассвета отобрать лучших воинов. Но теперь будущее уже не так страшило его. Звездный Луч согласился на переговоры, а значит, появилась надежда предотвратить войну.

Огнегрив был уже возле самого входа в лагерь, когда кто-то окликнул его по имени. Повернув голову, он увидел Бурана, который вел за собой возвращающийся патруль. Присмотревшись, Огнегрив разглядел Веснянку, Белыша и Белоснежку.

— Все спокойно? — спросил Огнегрив, подходя к Бурану.

— Тише дыхания спящего котенка! — отозвался белоснежный воин. — Никаких следов собаки. Может быть, Двуногие уже нашли и забрали ее?

— Это было бы отлично! — кивнул Огнегрив и тут же, неожиданно для самого себя, решил рассказать Бурану о своем сегодняшнем путешествии. Должен же хоть кто-нибудь разделить его надежду на предотвращение войны! — Буран, я хочу поговорить с тобой. У тебя найдется время?

— Разумеется! Ты не обидишься, если я буду есть и слушать?

Огнегрив разрешил оруженосцам выбрать себе еду, и, подлетев к куче, они тут же затеяли шутливую потасовку из-за сочной сороки. Белоснежка молча взяла себе полевку и отошла к палатке воинов, а Буран, вытащив белку, отнес ее в укромное местечко, возле молодых крапивных зарослей.

Огнегрив последовал за ним.

— Слушай, Буран. Сегодня утром меня вызвала Синяя Звезда…

Понизив голос, он быстро пересказал белоснежному воину все события сегодняшнего дня — начиная от безумного намерения Синей Звезды напасть на рассвете на лагерь племени Ветра и кончая своим решением организовать встречу двух предводителей возле Четырех Деревьев.

— Что ты сказал? — отшатнулся Буран. — Ты ходил в племя Ветра?! Один? И даже не рассказал никому из нас? — еле слышно добавил он, сокрушенно качая головой.

— А что еще мне оставалось делать? — мгновенно ощетинился Огнегрив.

— Ты мог бы посоветоваться со мной, — сердито рявкнул Буран. — Или с любым другим воином! Мы помогли бы тебе найти выход из создавшегося положения! Как ты мог так поступить, Огнегрив? Неужели ты больше не доверяешь своим товарищам? Этого Огнегрив никак не ожидал. Слова Бурана ранили его в самое сердце.

— Прости меня, Буран, — прошептал Огнегрив, низко опуская голову. Он принял решение в одиночку, потому что не хотел заставлять воинов оспаривать приказ своей предводительницы, а теперь Буран будет думать, что глашатай не доверяет собственному племени! Всему виной воинский закон!

Буран наградил его таким взглядом, от которого могла бы вспыхнуть даже мокрая листва.

— Думаю, мы должны обсудить это с остальными воинами, — сказал он, наконец. — Если Синяя Звезда не пожелает прийти на встречу, нам придется готовиться к атаке. Я готов поклясться рассветными патрулями, что Звездный Луч о чем-то догадался. А теперь представь, что будет, если Синяя Звезда придет на встречу без охраны? Да они же нас в клочья порвут!

Огнегрив похолодел. Буран был прав! Уже по той настойчивости, с которой он торопил Одноуса отправляться на поиски Горелого, Звездный Луч мог догадаться, что битва не за горами! Выходит, что, полагаясь на благородство соседей, он тем самым подставил под удар собственное племя!

— Я даже не подумал об этом, Буран!

— Я поставлю оруженосцев охранять лагерь! — перебил его Буран. — Собирай воинов, Огнегрив.

Огнегрив бросился через поляну к воинской палатке. К счастью, почти все были в сборе и готовились ко сну. Огнегрив дотронулся лапой до Песчаной Бури, и та сонно захлопала глазами:

— В чем дело?

— Поднимай остальных, прошу тебя, — быстро сказал Огнегрив. — Мы с Бураном хотим сообщить вам что-то очень важное! Песчаная Буря вскочила со своего места и недовольно заворчала:

— Что значит, «что-то важное»?! Что за дела такие среди ночи?

Огнегрив, не отвечая, вылетел из палатки и отправился на поиски оставшихся воинов. Бурого он нашел в детской, куда юный воин зашел проведать королев, а Кисточку встретил у входа в лагерь — она возвращалась из ночного патруля с полной пастью свежатины. Огнегрив подумал, не позвать ли Пепелицу, но вспомнил, как резко она напомнила ему о верности Синей Звезде во время их последнего разговора, и решил обойтись без целительницы. Он и так слишком хорошо представлял, что она скажет, когда узнает, что глашатай пошел против воли предводительницы и доверился чужакам из племени Ветра!

Когда Огнегрив снова вернулся в палатку воинов, все коты уже были в сборе. Раздвинув ветви, внутрь забрался Буран и сел возле Огнегрива.

— Что еще стряслось? — ворчливо спросил Частокол, вытряхивая из уха застрявший мох. — Опять что-нибудь плохое?

У Огнегрива даже живот скрутило при мысли о том, что скажут товарищи, когда узнают, что наделал их глашатай. Он замялся, но Буран сурово кивнул головой, приказывая говорить.

Набрав в легкие побольше воздуха, Огнегрив начал свой рассказ. Его слушали в оцепенении. Во тьме пещеры призрачно сверкали суровые кошачьи глаза, и в каждом взоре Огнегрив видел отражение холодного лунного света, просачивавшегося сквозь ветви куста. Сильнее всего жег его бледно-зеленый взгляд Песчаной Бури, свернувшейся между дальних ветвей, но Огнегрив так и не смог заставить себя посмотреть в глаза подруге. Он всей душой надеялся, что воины поймут и простят его — ведь все, что он сделал, он сделал ради предотвращения бессмысленной битвы! Неужели они не поверят в то, что он не предавал ни их, ни свою предводительницу?!

— Звездный Луч согласился встретиться с Синей Звездой у Четырех Деревьев, — закончил он свой рассказ. — Скоро сюда придет Горелый и передаст предводительнице приглашение о встрече.

Он замолчал, ожидая вспышки негодования и града упреков, но в палатке царила тишина. Судя по изумленным взглядам, которыми обменивались коты, они просто не знали, что сказать.

— Что скажешь ты, Буран? — первой нарушила молчание Кисточка. — Ты согласен с тем, что сделал Огнегрив?

Огнегрив замер, пристально разглядывая свои лапы. Сейчас он как никогда нуждался в поддержке мудрого белого воина, пользовавшегося непререкаемым авторитетом в племени, но чувствовал, что Буран не одобряет его поступка.

— Честно скажу, мне это не по душе, — со своей обычной спокойной уверенностью сказал Буран. — Однако я признаю, что Огнегрив прав в своем желании предотвратить войну с племенем Ветра. Я тоже не верю в то, что они воровали нашу дичь. Всему виной бродячая собака, я сам обнаружил ее запах и знаю, о чем говорю.

— Я тоже учуяла ее возле Нагретых Камней! — подтвердила Кисточка.

— И у Четырех Деревьев! — подхватил Бурый. — Племя Ветра тут ни при чем!

— Но это не значит, что мы должны плести заговоры за спиной у Синей Звезды! — вскричала Песчаная Буря, и впервые за все время разговора Огнегрив осмелился посмотреть в ее возмущенные зеленые глаза. — Ты не имел права принимать решение в одиночку, даже не посоветовавшись с нами!

Огнегрив вздрогнул, словно от удара. Он не ожидал, что Песчаная Буря будет первой, кто бросит ему обвинение.

— Простите меня, — пробормотал он. — Теперь я понимаю, что не должен был действовать тайком.

— Чего еще можно было ожидать от домашнего котишки? — хмыкнул Частокол. — Да ты хоть понимаешь, что такое воинский закон?!

— Прекрасно понимаю! — огрызнулся Огнегрив. — Я верен своему племени, поэтому и хотел избежать ненужной битвы! И я не меньше других чту Звездное племя! Я не верю, что оно одобряет ночное нападение на невиновных!

Частокол насмешливо пошевелил ушами, но промолчал. Огнегрив обвел глазами собравшихся в надежде найти поддержку и понимание. Когда Синяя Звезда потеряет свою последнюю жизнь и присоединится к Звездному племени, ему придется занять ее место и возглавить Грозовое племя. Но он никогда не сможет стать настоящим предводителем, если не сумеет заслужить доверие и уважение своих воинов.

— Постарайтесь меня понять! — горячо заговорил он. — Племя Ветра не сделало нам ничего плохого! У нас с вами и без этой бессмысленной битвы полно дел! Нужно закончить восстановление лагеря, нужно усилить патрули, нужно охотиться и добывать пищу! Как мы сможем набраться сил перед сезоном Голых Деревьев, если понесем потери раненными или даже убитыми?!

— Он правильно говорит! — вдруг сказала Чернобурка, и все дружно повернулись к бывшей королеве. — Нашим деткам — моим и Белоснежкиным — предстоит принять участие в битве! За что, скажите на милость, они будут сегодня рисковать своими жизнями?!

Белоснежка горячо закивала, но остальные воины продолжали перешептываться, с сомнением поглядывая на Огнегрива. Несколько раз он ловил на себе растерянный взгляд Песчаной Бури. Огнегрив прекрасно понимал, как она страдает, разрываясь между преданностью Синей Звезде и той новой близостью, что с недавних пор связала ее с глашатаем. Больше всего на свете ему хотелось сейчас уткнуться носом ей в бок и позабыть обо всем, растворившись в сладком тепле ее светло-рыжей шерсти. Но он знал, что должен выстоять и мужественно принять приговор соплеменников.

— И чего ты от нас хочешь? — спросил, наконец, Долгохвост.

— Я хочу, чтобы несколько воинов были готовы сопровождать Синюю Звезду к Четырем Деревьям, — объяснил Огнегрив. — Если Горелый все-таки не придет или Синяя Звезда откажется от переговоров, нас ждет битва. Синяя Звезда решила лично возглавить ее. И если это произойдет… — голос его сорвался, он судорожно проглотил ком в горле и продолжил: —

Если это произойдет, думаю, мы не должны сражаться!

Мертвая тишина повисла в палатке. Все глаза устремились на Огнегрива.

— Ты призываешь нас ослушаться Синюю Звезду?! — крикнула Песчаная Буря. — Дым, скажи Огнегриву, что это полная чушь!

Дым удивленно пошевелил ушами. Огнегрив прекрасно знал, что неприязнь, которую бурый воин испытывал к Огнегриву, во многим объяснялась тем, что Песчаная Буря с каких-то пор предпочла глашатая другу своего детства.

Огнегрив напрягся, ожидая нападок, но Дым нерешительно выдавил:

— Я не знаю, Песчаная Буря. Огнегрив прав — трудно придумать более неудачного времени для войны. Кроме того, никто из нас не верит в виновность племени Ветра. Если Синяя Звезда одна приняла такое решение, что же… — Он резко замолчал и смущенно поскреб лапами по земле.

— Мы все прекрасно понимаем, почему Синяя Звезда возненавидела племя Ветра, — горячо заговорил Огнегрив, желая защитить свою предводительницу. — Они не пустили ее к Высокой Скале! Кроме того, никогда прежде в лесу не бывало бродячих собак! Но у нас нет никаких доказательств того, что племя Ветра ворует кроликов, зато есть куча доказательств собачьего разбоя!

— Но как ты предлагаешь избежать битвы? — спросила Кисточка. — Не можем же мы повернуться и побежать в лагерь, когда Синяя Звезда поведет нас в атаку!

— Нет, конечно! — помотал головой Огнегрив. — Мне показалось, что Звездный Луч хочет решить дело миром. Если нам повезет, он придет к Четырем Деревьям в сопровождении одного-двух воинов, так что переговоры не превратятся в драку.

— Ты очень нас утешил! — фыркнула Кисточка. — А если Звездный Луч окажется не глупее тебя и приведет с собой целый отряд?! Тогда мы все станем падалью, только и всего! Огнегрив невольно растерялся — Кисточка почти слово в слово повторила недавние опасения Бурана. Неужели он ошибся, доверяя Звездному Лучу?

— Вы как хотите, а я никуда не пойду! — громко заявил Долгохвост. — Племя Ветра порвет нас в клочья, этим все и кончится! Я вам не какой-нибудь мышеголовый дурень, ясно? Сидящий рядом Дым с презрением покосился на него.

— Ясно. Ты не дурень, ты просто трус!

— Врешь! — обиженно взвизгнул Долгохвост. — Я верен Грозовому племени!

— Как скажешь, Долгохвост! — успокоил его Огнегрив. — Вовсе не обязательно идти всем! Оставайся, будешь охранять лагерь. Это касается и всех остальных, — добавил он. — Все, кто не хочет сопровождать Синюю Звезду, могут остаться.

Он замолчал и вопросительно обвел глазами встревоженные лица собравшихся.

— Я пойду! — первым вызвался Буран. — Думаю, Звездный Луч сделает все, чтобы избежать кровопролития.

Огнегрив с благодарностью посмотрел на благородного воина. Остальные коты продолжали колебаться, нервно переглядываясь и ерзая на своих подстилках.

— Я тоже пойду, — воскликнул Бурый. Было видно, что он очень волнуется оттого, что впервые высказывается раньше старших воинов.

— Тогда и я! — проворчал Дым и добавил, махнув хвостом в сторону Огнегрива: — Но если племя Ветра набросится на нас, я буду сражаться. Ни один кот не заставит меня спасаться бегством!

Следом за ним вызвались и остальные. К удивлению Огнегрива, Частокол изъявил желание принять участие в походе, зато Кисточка отказалась.

— Не сердись, Огнегрив, — пояснила она. — Я думаю, ты в чем-то прав, но я не могу с этим согласиться. Что будет с воинским законом, если каждый станет использовать его по своему усмотрению? Я не смогу ослушаться предводительницу, если она прикажет мне драться.

— А я пойду! — рявкнула Чернобурка. — Я не желаю, чтобы моих деток порвали в клочья в бессмысленной битве!

— Я тоже пойду! — мяукнула Белоснежка и обвела глазами собравшихся. — Не для того мы растим котят, чтобы они погибали в несправедливых войнах!

Огнегрив не ожидал, что на его призыв отзовется так много воинов. Теперь их было даже больше, чем нужно. Если Горелый придет вовремя и Синяя Звезда согласится на переговоры со Звездным Лучом, будет некрасиво, если она явится к Четырем Деревьям в сопровождении целого боевого отряда! Кроме того, нельзя было оставлять лагерь без охраны, тем более в такое тревожное время.

— Я попросил бы вас остаться и охранять лагерь, — обратился он к бывшим королевам. —

Я очень благодарен вам за поддержку, но здесь вы будете нужнее! Чернобурка с Белоснежкой переглянулись и дружно кивнули. Огнегрив со страхом посмотрел на Песчаную Бурю, которая до сих пор не проронила ни слова. Он боялся даже подумать о том, что будет делать, если лишится ее поддержки и доверия.

— Песчаная Буря? — неуверенно спросил он. Она опустила голову, избегая его взгляда.

— Я пойду с тобой, Огнегрив, — глухо ответила она. — Я знаю, ты прав, во всем виновата собака… Но мне больно оттого, что приходится предавать Синюю Звезду!

Огнегрив подбежал к ней и быстро лизнул в ухо, безмолвно благодаря за поддержку, но рыжая воительница раздраженно отстранилась, даже не посмотрев на него.

— А как же оруженосцы? — спросил Частокол. — Ты хочешь взять их с собой? Не знаю, как остальные, но моя Тростинка слишком молода и неопытна, чтобы принимать участие в битве!

— Об этом не может быть и речи! — горячо воскликнул Дым. Несмотря на зловещее напряжение, Огнегрив едва удержался, чтобы не улыбнуться — незаметно для самого себя Дым обнаружил перед всеми свою тщательно скрываемую нежность к хрупкой ученице Частокола.

— Веснянку я тоже предпочел бы оставить в лагере! — кивнул Буран.

— А что если Синяя Звезда заподозрит неладное, когда увидит, что мы не берем с собой ни одного оруженосца? — спросил осторожный Бурый.

— Верно! — повернулся к нему Огнегрив. — Давайте возьмем Белыша и Быстролапа, но только в том случае, если Синяя Звезда будет настаивать на большом отряде. И еще — о цели нашего похода оруженосцам следует рассказать только после того, как выйдем из лагеря. Я не хочу, чтобы наши планы стали известны всему лагерю! А теперь я посоветовал бы всем немного вздремнуть. Мы выступаем сразу после захода луны.

Огнегрив смотрел, как воины устраиваются на своих подстилках, но сам не чувствовал никакого желания ложиться. Он знал, что все равно не уснет, кроме того, у него было еще одно дело. Он должен был сам рассказать Пепелице обо всем, что происходит, пока она не узнала правду от кого-то другого. Если бы не вещий сон и не вера в Пестролистую, он давным-давно усомнился бы в своем праве остановить грядущую битву. Слишком много случайностей могли помешать осуществлению задуманного — Горелый мог опоздать, Синяя Звезда — отказаться от встречи со Звездным Лучом, племя Ветра — приготовить засаду возле Четырех Деревьев…

Встряхнувшись, Огнегрив встал и вышел из палатки посмотреть, не пришел ли Горелый, но в освещенном луной лагере все было тихо. У самого начала папоротникового туннеля звездами горели два настороженных глаза, и, подойдя поближе, Огнегрив увидел Уголька, сидящего на страже.

— Ты знаешь Горелого? — спросил Огнегрив, а когда оруженосец кивнул, уточнил: — Он не приходил? Уголек озадаченно помотал головой.

— Если он придет, впусти его и проведи прямо к Синей Звезде, понял?

— Да, Огнегрив! От любопытства у Уголька даже шерсть заискрилась, но он не посмел задавать лишних вопросов.

Огнегрив кивнул и отправился разыскивать Пепелицу. Приблизившись к пещере целительницы, он заметил, что та о чем-то тихо разговаривает с Кисточкой. Увидев глашатая, обе кошки замолчали и настороженно уставились на него.

— Огнегрив! — воскликнула Пепелица, вскакивая с земли. — Кисточка только что рассказала мне о том, что ты натворил! Что все это значит?! И почему ты не пригласил меня на собрание?! — Ее голубые глаза метали молнии.

— Это было собрание воинов, — пробормотал Огнегрив, прекрасно понимая, что его объяснение не убедило бы даже котенка.

— Вот как? — сухо спросила Пепелица. — С чего ты взял, что меня не интересует то, что ты затеваешь за спиной у Синей Звезды?!

— Что ты, Пепелица! Ты не так поняла! — взмолился Огнегрив. — Ты же видишь, я пришел рассказать тебе обо всем. Кисточка! — попросил он, сердито косясь на бурую воительницу. — Разве тебе не нужен отдых?

Кисточка, не моргнув, выдержала его взгляд, потом молча повернулась и растаяла в темноте.

— Я слушаю! — прошипела Пепелица.

— Я вижу, ты уже все знаешь от Кисточки. Поверь, мне все это тоже не по душе, но у меня нет другого выхода! Неужели ты веришь в то, что Звездное племя хочет новой войны в лесу?! Тем более такой бессмысленной и несправедливой?

— Звездное племя не посылало мне никаких знамений о грядущей войне, — нехотя призналась Пепелица. — Я тоже не хочу кровопролития, но ты уверен, что нет другого способа предотвратить его?

— Может быть, и есть, но я его не вижу. Если ты что-то знаешь, скажи!

Пепелица покачала головой. Шерсть ее сияла, облитая луной, словно целительница была уже на полпути к звездному воинству.

— Что бы ты ни делал, Огнегрив, я прошу тебя беречь Синюю Звезду. Будь к ней добрее. Помни, она была великой предводительницей и, возможно, когда-нибудь снова станет ею.

Огнегрив тоже хотел бы верить в это, но с каждым днем поведение Синей Звезды оставляло все меньше надежд на ее исцеление. Он едва узнавал в нынешней Синей Звезде мудрую предводительницу, которая пригласила его в свое племя и которую он любил и уважал, как никого на целом свете.

— Я сделаю все, что в моих силах, — пообещал он. — Поверь, я не хочу унижать Синюю Звезду! Именно поэтому я организовал ей встречу со Звездным Лучом. Пусть она сама поймет, что битва бессмысленна и бесполезна! — Он помолчал и с трудом выдавил: — Ты считаешь, я поступил неправильно?

— Не мне об этом судить! — ответила Пепелица. — Это твой выбор, Огнегрив. Тебе решать.


Глава XII | Опасная тропа | Глава XIV