home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава XXVI

На вершине холма Огнегрив остановился и повернулся к молодым оруженосцам. Вы оба будете ждать здесь, — приказал он. — Как только завидите псов, сразу бегите к ущелью. Песчаная Буря займет следующую позицию. Как увидите ее, мигом взбирайтесь на дерево. Когда убедитесь, что собаки погнались за Песчаной Бурей, быстренько спускайтесь и летите к Нагретым Камням.

Он посмотрел на Уголька и Тростинку. Глаза оруженосцев горели ненавистью, желание отомстить за смерть матери помогло им на время забыть о боли утраты. Огнегрив всей душой надеялся, что оруженосцы запомнят его указания и не поддадутся панике, а главное, не попытаются в одиночку напасть на свору.

— Племя надеется на вас, — сурово добавил он. — Мы все гордимся вами.

— Можешь на нас положиться! — пискнула Тростинка.

Огнегрив оставил их на холме и повел остальных в глубь леса. Насторожив уши, он прислушивался, не бегут ли собаки, но лес словно затаился в зловещем ожидании. Вокруг стояла такая тишина, что ему казалось, будто шорох кошачьих шагов и частое, взволнованное дыхание воинов разносятся до самых Четырех Деревьев.

Вскоре Огнегрив снова остановился.

— Песчаная Буря, ты будешь ждать здесь, — распорядился он. — Я не хочу, чтобы малышам пришлось бежать слишком далеко. Ты самая быстрая кошка во всем племени, ты сумеешь дальше всех оторваться от своры. Ты готова?

— Я не подведу, Огнегрив, — кивнула Песчаная Буря и, приблизившись, быстро прикоснулась щекой к его щеке.

Больше она не сказала ни единого слова, но ее прозрачные зеленые глаза смотрели с такой любовью, что у Огнегрива сердце сжалось от страха. «Увидимся ли мы когда-нибудь снова?» — с тоской подумал он.

С трудом заставив себя повернуться, он побрел к утесу, по дороге расставляя воинов на равном расстоянии друг от друга — сначала Долгохвост, за ним Дым и последняя Клеточка. Наконец, они с Крутобоком оказались вдвоем возле границы Речного племени, на самом краю своей территории.

— Ну вот, Крутобок, — сказал Огнегрив, останавливаясь. — Ты спрячешься здесь. Если все пойдет, как надо, Кисточка выведет собак прямо на тебя. Как только завидишь их, беги к самому крутому склону утеса. Я буду стоять там и сделаю последний бросок.

— Но там начинается территория Речного племени! — содрогнулся Крутобок. — Ты не подумал, как отнесется к этому Пятнистая

Звезда?

— Если повезет, она об этом вообще не узнает! — ответил Огнегрив, припомнив, что предводительница Речных котов приказала своим воинам убить Крутобока, если он сунется на их территорию. — Сейчас не время думать об этом.

Спрячься на нашей стороне границы и постарайся, чтобы тебя не заметили Речные патрули.

Крутобок кивнул и, прижавшись животом к земле, пополз под колючий куст.

— Удачи! — шепнул он и исчез за ветками. Огнегрив негромко пожелал ему того же и, осторожно перешагнув через границу, пошел на территорию Речного племени. Речных котов пока не было видно, зато отчетливо чувствовался свежий запах. Видимо, совсем недавно здесь прошел рассветный патруль. Огнегрив нашел укромную впадинку у подножия скалы, забрался туда поглубже и стал ждать. В лесу было тихо, лишь далеко внизу ревела вода, беснуясь в тесном ущелье.

Как ни старался Огнегрив, он не мог заставить себя не думать о Звездоцапе. Где-то он сейчас? Наверное, сидит у себя в лагере и ждет не дождется, когда свирепая свора разорвет в клочья его бывших соплеменников! Вот тогда он как ворон-падальщик займет опустевшую территорию и сполна насладится своей местью! При одной мысли об этом Огнегрив начинал дрожать от ненависти.

Небо по-прежнему было затянуто тучами, поэтому Огнегрив не знал, сколько прошло времени, но с каждым ударом сердца росла его тревога. Почему так долго ничего не происходит? Неужели псы догнали кого-то из воинов? Огнегрив представлял Песчаную Бурю, растерзанную огромными клыками, и начинал лихорадочно месить лапами землю, втягивая и выпуская когти. Огромным усилием воли он отказался от мысли вернуться назад и посмотреть, что происходит. «Что если я совершил ошибку? — стучало в висках. — Что если, вместо того, чтобы спасти свое племя, я погубил его?»

И тут за ревом воды послышался отдаленный собачий лай. С каждым ударом сердца он становился все ближе и ближе. Злобное лихо наконец-то подало голос и набросилось на котов, которых считало своей добычей! Вскоре весь лес загудел от оглушительного лая, и вдруг Огнегрив увидел Крутобока. Серый воин летел, едва касаясь лапами земли.

Всего в трех лисьих прыжках от него несся вожак своры. Никогда еще Огнегриву не доводилось видеть такое чудовище. Вожак был огромен — почти вдвое больше собак, которых Огнегрив видел у Двуногих. В оскаленной пасти сверкали острые клыки, длинный язык свешивался вниз, развеваясь на бегу. Неистовая злоба горела в глазах хищника. Вожак хрипло лаял, не сводя кровожадного взора с Крутобока.

— Да поможет мне Звездное племя! — прошептал Огнегрив и выскочил из своего укрытия.

Он едва успел увидеть, как Крутобок белкой взлетел на ближайшее дерево — и началась погоня. Лай за спиной стал еще громче, и обжигающее дыхание огромной пасти обожгло пятки Огнегриву.

Только теперь Огнегрив понял, что упустил самое главное. Что он будет делать, когда окажется над ущельем? До сих пор ему казалось, что в последний момент он как-нибудь улизнет, а ничего не подозревающие псы рухнут на острые скалы. Теперь он понял, что такая возможность ему может не представиться. Во-первых, собак было слишком много, а во-вторых — они были уже совсем рядом.

Может быть, он должен сам броситься вниз? «Если так будет нужно для спасения племени, я сделаю это!» — мрачно поклялся Огнегрив.

Ущелье было совсем близко. Огнегрив вылетел из-за деревьев, и сердце его невольно пропустило один удар. Впереди не было ничего, кроме узкой полоски земли и края утеса. Лихорадочно оглянувшись, Огнегрив увидел приближающихся псов и слегка замедлил бег, чтобы подманить их поближе. Следом за своим вожаком свора выскочила из чащи и оглушительно забрехала, свесив языки.

— Свора, свора, свора! Убивай, убивай! — страшные слова острее острых клыков вонзились в душу Огнегрива.

И вдруг что-то тяжелое обрушилось на него сбоку, опрокинув на землю. Огнегрив бешено забился, пытаясь высвободиться, но чья-то могучая лапа прижала к камню его затылок. Над самым ухом он услышал знакомый рокочущий голос:

— Далеко собрался, Огнегрив? Это был голос Звездоцапа.


Глава XXV | Опасная тропа | Глава XXVII