home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


ГЛАВА 29

Бетси решила взять заботы по уходу за Гасом на себя. Она начала с того, что отметила уровень содержимого в бутылке с опиевой настойкой, чтобы сразу заметить, если произойдёт резкое понижение. Она также следила за Чинг Юнгом, когда тот приходил к Гасу, чтобы убраться или принести еду. Невзирая на заверения Хетер и Моргана о том, что этому человеку можно доверять, Бетси не хотела рисковать.

Конечно, занимаясь этим, Бетси пришлось отодвинуть Арлен, и это вовсе не понравилось вдове. Своё недовольство она не скрыла, а высказала громко и открыто.

— Ну и нахалка же вы! — кричала она на Бетси, не обращая внимания на задремавшего Гаса.

— Это только начало, миссис Клэнси, вы даже не представляете, что вас ожидает, — предупредила её Бетси. — Теперь будьте любезны говорить потише или покиньте эту комнату. Мой пациент пытается заснуть.

— С каких это пор Ангус стал вашим пациентом? — гневно возмущалась Арлен. — После несчастного случая он специально попросил меня ухаживать за ним, и, если он не даст других указаний, именно это впредь я и собираюсь делать.

— Ну сами подумайте, — посоветовала Бетси, — после беседы с доктором Дженкинсом стало ясно, что состояние здоровья Ангуса не позволяет ему принимать такие важные решения. Поэтому я все беру в свои руки. Вы можете навещать его время от времени, когда он в настроении принимать кого-либо, но во всех остальных вопросах, имеющих отношение к его здоровью, я освобождаю вас от обязанностей.

— Это мы ещё посмотрим! — обиженно возразила Арлен. — Видите ли, мне всё известно, миссис Блэйр-Бёрнс, и я знаю, как сильно Гас презирает вас. Он никогда не согласится на такое.

С кровати раздался ворчливый голос:

— Чёрт возьми! Не могли бы вы квакать потише? За ничтожный миг покоя я самому дьяволу разрешу ухаживать за мной. А теперь убирайтесь отсюда обе и дайте мне от вас немного отдохнуть.

Арлен решительными шагами подошла к кровати, приготовившись к дальнейшему спору, но потом передумала и поцеловала его в щёку:

— Я вернусь позже, дорогой. И пока меня нет, не разрешай этой ведьме командовать здесь.

Гас жестом руки дал ей понять, чтобы она ушла, и пробормотал себе под нос:

— Почему эти турки имеют много жён, не понимаю. Всей этой болтовни, ссор, стонов и мелочных дрязг достаточно, чтобы человек свихнулся.

Касаясь того же вопроса, Морган сказал Хетер:

— Держу пари, что Гас чувствует себя как паша, когда Арлен и твоя мать спорят у его постели, чуть не пускаясь в драку, о праве ухаживать за ним.

— Мама просто хочет быть уверенной, что за отцом будет надлежащий уход.

— Почему? — подумал Морган вслух. — Это её способ искупления вины за то, что она вышвырнула его, когда ты была ребёнком?

Разинув рот от удивления, Хетер посмотрела на него:

— Морган Стоун! Где ты слышал эту ослиную ложь?

Выведенный из состояния равновесия, Морган нахмурился:

— Прямо из первоисточника, разумеется. Твой отец рассказывал мне об этом несколько недель назад, и у меня создалось впечатление, что он говорит святую правду.

— Может быть, он именно так запомнил это? — предположила Хетер. — Но мама вспоминает все совсем по-другому.

— О? Значит, она не указала ему на дверь?

— Конечно нет! Отец ушёл по собственной воле, когда мама лежала в постели, приходя в себя после родов. Она даже не знала об этом до тех пор, пока родители не рассказали ей. Насколько мне известно, мама была так убита горем, что сошла бы с ума, если бы у неё не было меня.

— Знаешь, дорогая, что-то здесь не сходится, — сказал Морган. — Гас говорит одно, Бетси другое, и каждый клянётся в своей искренности. Как же это возможно, если только они оба не путаются в одной и той же ситуации?

Хетер огорчённо посмотрела на него:

— О, Морган! Но ведь это будет настоящая трагедия, если окажется, что все эти годы они жили в разлуке из-за какого-то ужасного недоразумения! Как могли двое любящих друг друга людей допустить такое?

— Из-за отсутствия общения, полагаю, — предположил он. — И это напомнило мне ещё кое-что, о чём я хотел спросить тебя. Почему ты раньше никогда не навещала своего отца? Разве твоя мать не хотела, чтобы ты встречалась с ним?

— Она разрешила бы, если бы нам было известно, что он жив.

— Вы считали его мёртвым? Хетер кивнула:

— Да. Всё это было делом рук родителей матери. Они объяснили, что отец ушёл навсегда и ей надо привыкать обходиться без него. Видишь ли, хотя расторжение брака было окончательным, мама не проявляла никакого интереса к другим мужчинам. Именно тогда, как мне кажется, дедушка сказал ей, что прочитал в газете о гибели Ангуса Бёрнса в пьяной драке. Мама была безутешна. Она оплакивала его… годами.

— Как ты узнала правду?

— Наш семейный адвокат сообщил об этом после смерти бабушки этой весной. До тех пор ни я, ни мама не подозревали о том, что отец жив и поддерживает нас после дедушкиной смерти и что бабушка принимала деньги, которые он посылал нам, и никогда никому не говорила об этом. Это было настоящим потрясением как для мамы, так и для меня.

— Могу себе представить, — сказал Морган. Он покачал головой. — Нет, на самом деле, мне трудно представить себе все это. Судя по твоему рассказу, твои дедушка с бабушкой были нечестными и неискренними людьми. Нет ничего удивительного в том, что Гас не слишком хорошо отзывается о них. Хетер вздохнула:

— Они никогда не любили отца. Род Блэйров берёт своё начало с первых поселенцев, приплывших в Америку на корабле «Мэйфлауэр», и мамины родители просто не могли понять, что разглядела их дочь в бедном шотландском иммигранте, который даже по-английски не может говорить правильно.

— Звучит знакомо с несколькими изменениями, — проворчал он. — Я понимаю, что они, в конце концов, всё-таки одобрили этот союз?

— Только когда встал вопрос о выборе между браком и рождением внебрачного ребёнка. Видишь ли, Морган, я тогда была уже на пути в этот мир.

Морган с минуту подумал, а затем серьёзно сказал:

— Если эти два тирана так сильно презирали Гаса, что даже объявили его мёртвым, когда он был жив, как можно поручиться за то, что они не приложили свои руки к тому, чтобы разлучить счастливую пару после твоего рождения?

Хетер была поражена этой мыслью.

— Но… как?

— Вспомни, ты сказала, что Бетси была всё ещё прикована к постели. Возможно, они в течение некоторого периода не давали ей возможности видеться с Гасом. Может быть, они взяли на себя передачу записок между твоими родителями — поддельных записок, предназначенных для того, чтобы создать у них чувство неприязни друг к другу, которое могло бы не возникнуть, если бы Гас и Бетси могли видеться.

— Наверное, это возможно, — признала она, обдумав все. — Очень даже вероятно. — Она повернулась к нему обеспокоенная. — Морган? Как ты думаешь, можно исправить ошибку, допущенную столько лет назад?

Он легко коснулся губами её носа:

— Думаю, что это должны решать Бетси и Гас.

— Как они могут решить, если не прекращают спорить между собой? Морган рассмеялся:

— Дай им время, дорогая. Я уверен, что твои родители найдут способ обсудить такие важные вопросы. В конце концов, они столько лет копили в себе эту горечь. Все это рано или поздно должно вырваться наружу. И достаточно громогласно, я полагаю.

На следующий день появился Дрейк. Он принёс свежеотпечатанный экземпляр объявления о розыске с изображением преступника, участвовавшего в ограблении поезда, того, у которого соскользнула маска.

— Вот он, Морган. Я проходил мимо типографии и схватил один экземпляр прямо с печатной машины. Шериф ещё не видел этого.

Морган, смеясь, протянул руку, чтобы взять объявление. При первом же взгляде на него улыбка моментально исчезла с его лица, сменившись выражением удивления и гнева.

— Он похож на одного из мужчин, напавших на Хетер в той аллее! На того, который, по её заявлению, пах мятой. И возможно, тот самый, что вытолкнул её на улицу во время прогона скота.

— Ты уверен? — спросил Дрейк.

— В общем-то да, но Хетер видела его лучше. Давай посмотрим, что скажет она. Морган позвал Хетер.

— Мистер Ивенс только что показал мне этот плакат, который будет развешан по всему городу. Посмотри на него и скажи, не видела ли ты этого человека раньше.

Одного взгляда было достаточно, чтобы лицо Хетер стало абсолютно белым.

— Это он! — пропищала она, не веря своим глазам. — Морган! Это тот, с запахом мяты!

Морган повторил вопрос, заданный ему Дрейком:

— Ты уверена?

Хетер невольно содрогнулась:

— Совершенно. Даже если мне суждено прожить тысячу лет, я никогда не забуду этого лица! Морган схватил её за руку:

— Пошли, дорогая. Мы нанесём ещё один визит нашему другу шерифу, и на этот раз ему придётся отнестись к нам со всем вниманием.

— Но, Морган! У нас клиенты! Таща её за собой к двери, Морган крикнул через плечо:

— Боб, если тебе понадобится помощь, запряги мистера Ивенса до нашего возвращения. Позади него Дрейк проворчал:

— Куча благодарностей!

Шериф Ватсон выходил из своего кабинета, когда они окликнули его:

— Задержитесь, шериф. Мы по поводу этого объявления о розыске.

Ватсон усмехнулся:

— Да, Стоун? Ты хочешь удивить меня, сказав, что знаешь этого парня?

— Что-то в этом роде. Я не знаю его имени, но мы с Хетер уверены в том, что это тот самый мужчина, который напал на неё в аллее.

Ватсон мгновенно насторожился:

— Вот так так! Этот тип успевает повсюду. Его также ищут в связи с ограблениями поездов. Кстати, я направляюсь на скотные дворы, чтобы привести его для допроса.

Хетер опешила от удивления.

— Вам известно, кто он?

Ватсон кивнул:

— Теперь известно, благодаря этому рисунку. Я сразу узнал его. Это Клем Бимус, он работает на скотном дворе — грузит скот в железнодорожные вагоны.

Шериф, прощаясь с Хетер, коснулся полей шляпы:

— Поэтому извините, но мне хочется схватить этого преступника, прежде чем он узнает о том, что я ищу его, и смоется из города. Если у вас ко мне есть какие-нибудь важные дела, или зайдите позже, или изложите суть дела моему заместителю Арнетту. Дейв следит за тюрьмой в моё отсутствие.

— Я пойду с вами, — сказал Морган. — Хочу увидеть этого ублюдка, пытавшегося изнасиловать мою жену.

Ватсон покачал головой:

— Ничего не выйдет. Ты, скорей всего, захочешь убить его, а мне Бимус нужен живой и визжащий как резаная свинья. — Блюститель закона усмехнулся: — Дело в том, Стоун, что я хочу убедиться, не всплывёт ли во время допроса твоё имя, и если это случится, следующим я приду за тобой. Поэтому ты со своей маленькой миссис отправляйся назад в заведение Гаса и постарайся никуда не отлучаться. Я дам сигнал, если ты мне понадобишься.

— Мы будем ждать, шериф, — ответила ему Хетер высокомерным тоном. — И когда вы будете выпытывать у вашего арестанта информацию, попытайтесь узнать фамилию его сообщника, этого Вилли, который был вместе с ним в ту ночь, когда они затащили меня в аллею. Изнасилование, может, с вашей точки зрения, и не такое серьёзное преступление по сравнению с ограблением поезда, но в моём понимании это очень серьёзно, и я намерена позаботиться о том, чтобы они ответили за это.

Двумя часами позже Ватсон вошёл в двери салона.

— Похоже, что на этот раз ты не попался на крючок, Стоун, — сказал он. — У Клема Бимуса начисто отсутствует память, когда речь заходит о том, чтобы вспомнить имена его партнёров по ограблению поездов.

— Предполагаю, что у него также наблюдаются провалы памяти, когда речь заходит о нападении на Хетер, — высказал догадку Морган, и Хетер, бросив свою работу, подошла к ним.

— Странное дело, но в этом вопросе у него с памятью получше, хотя его версия происшедшего несколько отличается от вашей. Как он рассказывает, они с приятелем, неким Вилли Шортом, прогуливались, занятые своими делами, когда мисс Бёрнс подошла и предложила свои… э-э… услуги. У Хетер вырвался крик гнева:

— Это наглая ложь.

Ватсон пожал плечами:

— Это вы так говорите, но это ваше слово против его. Вернее, против его и Вилли Шорта. Я послал Арнетта доставить Вилли с его фермы для подтверждения показаний Клема. — Он издевательски рассмеялся. — Может статься, что в следующий раз мне придётся выдвинуть обвинение против вас, мисс Бёрнс, что вы пристаёте к мужчинам. Если будете вести себя хорошо, может быть, я разрешу вам находиться в одной камере с вашим мужем.

— Для тебя, Ватсон, это миссис Стоун, — оборвал его Морган. — И я отправлю тебя в ад раньше, чем позволю арестовать мою жену.

Блюститель закона захихикал:

— Ты что-то разговорился, Стоун. Можешь не беспокоиться, я встречусь с вами обоими позже, после того как побеседую с мистером Шортом, и тогда мы увидим, кому придётся отказаться от своих слов.

Когда Вилли доставили для допроса в тюрьму, он сразу «раскололся» и признался в покушении на изнасилование Хетер.

— Это была идея Клема, — хныкал он. — Поэтому он пошёл с ней первым, а у меня вообще не было на это возможности, так как прибежал тот парень и всё пошло вверх тормашками. Во всяком случае, я не понимаю, к чему весь этот шум. Ей-то никакого вреда не причинили, не то что Клему и мне. У меня запястье всё ещё болит, как от нарыва. Едва держу вилы, чтобы выполнить свою работу на ферме.

Когда шериф Ватсон нехотя рассказал об этом Хетер и Моргану, пришла очередь Моргана злорадствовать:

— Похоже на то, что придётся тебе отказаться от некоторых своих слов, или, если предпочитаешь, можешь съесть вороний помёт. Как ты хочешь, чтобы тебе его подали, шериф? С перьями или без?

Радоваться, к сожалению, пришлось недолго. Той же ночью, пока шериф Ватсон спал, а Арнетт охранял арестованных, двое преступников повесились в своей камере, связав полосы из разорванных одеял. Они проделали это бесшумно, не потревожив задремавшего заместителя. Дейв Арнетт ничего не заметил почти до самого восхода солнца, когда было уже поздно что-либо предпринимать. Ни один из преступников теперь не мог предоставить дальнейшие сведения ни об ограблениях поездов, ни по другим вопросам.

Ватсон был очень зол, как и почти все в городе.

— Как, чёрт возьми, ты мог допустить, чтобы это случилось? — кричал на него Морган. — Чёрт бы тебя побрал! Первая надёжная улика против бандитов в твоих руках — и она уходит сквозь пальцы! И после этого ты ещё можешь говорить о компетентности!

Судья Свенсон был склонен согласиться с ним:

— Джордж Ватсон, за свою жизнь я повидал немало глупостей, но твоя не может сравниться ни с одной из них! Запомни только одно: когда ты провалишься на следующих выборах, тебе некого будет винить, кроме себя самого.

— Не я охранял арестованных. Это был Дейв, — быстро нашёлся Ватсон. — Кроме того, откуда нам было знать, что они повесятся? Да ещё на своих же одеялах? Это совсем не то, что мы дали бы им верёвки с аккуратно повязанными петлями и с инструкциями, как все сделать.

Свенсон покачал головой:

— Меня не удивило бы, если бы вы так и поступили, судя по тому, как у тебя идут дела в последнее время.

— Хочешь, чтобы я уволил Дейва? — предложил Ватсон.

— А кем ты его заменишь? — спросил судья в свою очередь. — Каким-нибудь таким же неквалифицированным дурачком? Нет уж, просто постарайся хотя бы теперь быть более внимательным ко всему, Джордж. Своими действиями ты выставляешь всех нас, связанных с законом, в неприглядном свете. Беседуя с глазу на глаз, Дрейк и Морган обменивались мнениями.

— Во всей этой истории есть что-то подозрительное, — сказал Морган своему другу. — Это ужасно удобно, когда человек, арестованный в связи с этими ограблениями, единственный, кто может назвать других бандитов, вдруг взял да и повесился раньше, чем сообщил что-нибудь существенное.

Дрейк согласился:

— Особенно учитывая, что, насколько нам известно, он ещё не сознался в причастности к ограблению. Фактически он не признался ни в чём, кроме нападения на твою жену, и то только после того, как его сообщник дал против него показания. Неужели два человека пошли на такую крайность, чтобы избежать обвинения в попытке изнасилования, от которого они могли бы отвертеться в суде при надлежащей защите?

— Может быть, потому что в этом городе не существует такого явления, как надлежащая защита, — предположил Морган. — Или… возможно, они боялись, что их приятели по банде, узнав об их признании в отношении Хетер, предположили бы, что они„также признались в ограблениях, и не простили бы им этого.

— Или же те самые бандиты сумели каким-то образом избавиться от двух разговорчивых арестантов, прежде чем они сорвут операцию, — предположил Дрейк.

— Я тоже так думаю, — согласился Морган. — Но как, если заместитель шерифа находился от них на расстоянии меньше двадцати футов?

— Может быть, они подмешали снотворное в кофе Арнетта? — сказал Дрейк. — Может, поэтому он задремал и ничего не слышал?

— Это один вариант, — согласился Морган. — Или же Арнетт сам замешан во всём этом.

— И Ватсон тоже?

— Может быть. А может быть, и нет. Беда в том, Дрейк, что в своих предположениях мы полагаемся только на догадки и интуицию, и у нас нет никаких, даже самых маленьких, доказательств.

— И мы оказались снова там, где были вначале.


ГЛАВА 28 | Шалунья | ГЛАВА 30