home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Утром я рассказал проснувшейся Мечте о том, что произошло ночью (разумеется, умолчав о пьянке), и в подробностях описал разговор с Офелью. Девушка ужаснулась и сказала, что теперь намерена помогать мне до конца в праведном деле спасения людей от подлой нечисти. Я умилился ее уверенности и без проблем согласился. С таким попутчиком мне всегда хочется совершать подвиги, а они мне идут. Правда, неплохо было бы найти мою старую команду, если Ричард еще не телепортировался домой. Но в любом случае Колосс и Венус должны быть в столице.

Кстати, теперь я вновь небрит, вновь в шкурах, зато в голове — такая пустота и ясность! Никакой боли! Полезная все-таки вещь — телепортация…


Из Мертвого Леса мы скоро вышли, о чем свидетельствовала хорошо утоптанная дорога, которая и была первым признаком цивилизации.

— А в какой стороне столица? — полюбопытствовала Мечта.

— Не знаю, — пожал плечами я. — А, вон мужик какой-то на лошади скачет. Пойду спрошу.

Я вылез на дорогу и приветственно помахал всаднику рукой. Тот юмора не понял и схватился за топор. Мужик оказался высоким, в плечах косая сажень. На вид еще очень молод, наверное, еще младше меня. Или ровесник. Лицо простое, крестьянское, но гладко выбритое. Прическа — стандартный горшок. Одет всадник был в кольчугу с металлическими нашлепками на груди, кожаные штаны и длинные сапоги.

Я улыбнулся и постарался завести разговор:

— Извините, вы не подскажете, где тут…

Однако парень невежливо меня прервал:

— Пойди вон, жалкий разбойник.

— Грубить-то зачем? — насупился я. Парень рассмеялся:

— О Всевышний, куда катится мир, если грабители теперь похожи на нищих и побирушек?! Я затопчу тебя копытами своего коня!

Идиот! Вернее, идиоты — как я, так и он. Он — потому что не хочет интеллигентно объяснить дорогу, предпочитая задавить меня своим четвероногим транспортом. Я — потому что все время забываю, где нахожусь и что вежливо мне никогда не ответят. В лучшем случае пошлют. В худшем — зарубят на месте.

А всадник тем временем тронул узду, явно намереваясь претворить свое обещание в жизнь. Я стоял, дожидаясь пришествия Силы. А она не шла, но это я понял слишком поздно. Разгоряченный конь был в метре от меня, когда я в невообразимом прыжке в последний момент выскочил у него из-под копыт. Как получилось — не знаю. В голову забрела одна паническая мысль, что силы Белого Оборотня исчерпаемы и еще не успели пополниться после битвы с вампиршей. И лучше бы они пополнялись как можно быстрее, так как разозленный парень вновь направил на меня своего коня и вдобавок перехватил топор. Похоже, он от всей души желает оставить мое бренное тело истекать кровью в пыли дороги. Однако доскакать он не успел. Неведомая сила выдернула его из седла и подвесила в воздухе, метрах в двух над землей. Ошарашенный парень выронил топор и бестолково махал в воздухе руками, пытаясь освободить ее бог весть от чего. Его конь, потеряв седока, утратил ко мне всякий интерес и начал пассивно жевать придорожную травку.

Что на этот раз? Или мой незадачливый убийца попал в магическую турбулентность?

Ответ нашелся почти сразу. Из кустов гордо вышла Мечта. Правую руку она держала по направлению подвешенного, немного шевеля пальцами. Ах да, Атлиады же были магами. А я и забыл…

— Я понимаю, что такрму великому воину, как вы, сэр Антоний, не составит проблем разделаться с этим придурком, — надменно-скучающим тоном произнесла моя колдунья. — Но мне ведь тоже надо тренироваться, дабы не утратить магические навыки.

Я принял правила игры и постарался ответить таким же тоном:

— Конечно, мадемуазель Мечта. Вы, можно сказать, спасли жизнь недоумку, так как я уже собирался выпустить в него очередь из «калаша».

Девушка повернула ко мне голову, всем видом вопрошая, что такое «калаш» и как из него выпускают очереди, однако на паренька моя фраза произвела катастрофические воздействия. Как я и ожидал. Всадник, само собой, тоже не знал про знаменитый автомат моего времени, но резонно предположил, что ничего хорошего в моих словах нет, зато есть недвусмысленная угроза. И опасность для его головушки. Поэтому он, продолжая махать руками и ногами, заныл:

— Отпустите меня, пожалуйста. Не убивайте — мама плакать будет.

— Жалко маму, что такого оболтуса родила, — прикрикнул я на него. — Вот сейчас как вырежу тебе аппендицит без наркоза! Стамеской.

Сам знаю, что глупости несу, однако это лишь для достижения эффекта.

— Зачем же так жестоко, сэр Антоний, — округлила глаза в притворном ужасе Мечта. — Давайте просто посадим его на кол.

Угу, круто завернула. Не знаю, за каких таких страшных маньяков посчитал нас несчастный парень, но до кондиции он точно дошел, так как завалился в обморок прямо в воздухе.

— М-да, переборщила ты, радость моя, с посажением-то, — задумчиво протянул я.

— Вот еще, — фыркнула Мечта, не обратив внимания на «радость мою». — Сам виноват. Калашниковы эти, апенд… аппенц… тьфу! И не выговоришь! Вот и не выдержала у человека психика.

— А в чувство его приводить надо. Кто ж нам еше дорогу до столицы покажет?

— Вот и приводи!

— Чем? Да и не достану я до него, висит высоко. Может, опустишь?

Мечта поняла меня чересчур буквально и просто выключила заклинание. Парень шмякнулся копчиком на землю и моментально вернулся к жизни. Потряс головой. Сфокусировал на нас взгляд и… с нескрываемым ужасом в глазах попытался отползти подальше, закрываясь руками.

— Нет, нет, не надо. Не хочу-у-у…

Блин, точно двинулся. Улетела твоя крыша к черту на кулички, братан. Жалко.

Я присел перед парнем на корточки и успокаивающе похлопал его по плечу, чем вызвал еще более бурное проявление чувств.

— Тихо, тихо, — делая самую добрую из своих рож, говорил я ему. — Никто тебя убивать, мучить и избивать не будет.

— А вырезать… ну, тот самый, не будете? — с надеждой в голосе поинтересовалась «жертва».

— Не буду, — заверил я его. — И на кол сажать не буду, если покажешь, как в столицу проехать.

— Я покажу, — яростно закивал он. — И провожу, коня дам. И припасы, и деньги, и оружие…

— Этого не надо, — мягко оборвал я череду обещаний. — Просто покажи. Или проводи, если тебе по пути. Кстати, как тебя зовут?

— Дамир, — выпалил парень.

— А меня — Антоний. — Я протянул ему руку, и он с опаской пожал ее. Будем считать, что знакомство состоялось…


* * * | Совсем не герой | * * *