home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


XI. В ПРЕРИИ

Техаванка очнулся от легкого сна. Вокруг царила непроницаемая темнота. Он потянулся к углублению в скале. Пленница спала, свернувшись калачиком. Потом он взглянул на небо. Черные тучи, которые шли с северо-запада, закрыли звезды. Ветер усиливался, становилось все холоднее. Техаванка пододвинулся к девушке, чтобы накидкой защитить ее от кинжальных порывов ледяного вихря, который нес со стороны прерии 65 вой хищников.

Близость волков не пугала его. Все их виды, живущие в прериях, — очень большие белые, коричневые, серые и маленькие койоты 66 — были очень трусливы. Если их не понуждал голод, они избегали людей. Зато с необыкновенной изобретательностью и терпением охотились на животных. Сейчас, скорее всего, где-то неподалеку находились бизоны, возвращающиеся на северные пастбища из теплых южных краев. За ними всегда тянутся стаи волков и койотов, карауля молодняк, больных и раненых зверей.

Поэтому Техаванка не обращал внимания на протяжный пронзительный вой. Он с беспокойством смотрел на черное небо. Сильный северо-восточный ветер и одновременное понижение температуры не сулили ничего хорошего. Неужели приближается близзард? Снежные вихри часто бывают весной в этих местах.

Опасения Техаванки быстро подтвердились. Ледяной вихрь перешел в снежную бурю. Снег повалил сразу со всех сторон. Он хлестал, ослеплял, замораживал. Стих даже протяжный волчий вой.

Техаванка потряс Мем'ен гва за плечо. Она проснулась и села, дрожа от холода. Он наклонился над ней и, пытаясь осилить свист ветра, закричал:

— Не спи! Мы должны двигаться, иначе замерзнем!

— Оставь! — крикнула она в ответ. — Манито 67, видимо, не хочет, чтобы я жила среди вахпекутов.

— Если ты будешь меня слушаться, мы выживем! Мы должны выжить.

Крепко схватив девушку за плечи, Техаванка заставил ее подняться. Мем'ен гва попыталась оттолкнуть его. Она была довольно сильной. Индейские женщины с ранней молодости выполняли всю домашнюю работу, участвовали в охоте и наравне с мужчинами несли тяготы переходов. Мем'ен гва была противником, способным оказать серьезное сопротивление. И в то же время она знала, что Техаванка сейчас хочет лишь одного — сохранить ей жизнь. Только согревающее тело движение могло спасти их от смерти. Итак, она отталкивала Техаванку, чтобы заставить и себя, и его совершать физические усилия. И иногда даже получала преимущество, поскольку молодой вахпекут не забывал, что имеет дело с женщиной. Вскоре изрядно уставшие от борьбы они уже тяжело дышали. На их лицах выступили бисеринки пота. Тогда Техаванка снова затолкал Мем'ен гва в углубление в скале. Они сели рядом, укрывшись накидкой и покрывалом.

— Мем'ен гва теплее? — спросил Техаванка. Он был вынужден приложить губы к ее ушам, чтобы она услышала его слова.

— Теплее, но мы все равно замерзнем! — закричала она.

— Нет, потому что мы снова будем биться!

Ему показалось, что Мем'ен гва повеселела.

— В эту пору снежные бури непродолжительны. Только бы дожить до рассвета.

Некоторое время они сидели молча, слушая вой ветра. От ударов близзарда путников спасали скалы, но земля вокруг уже белела. Пронизывающий холод еще несколько раз вынуждал их выйти из укрытия, чтобы согреться.

Только перед рассветом метель ослабла, а вскоре и вовсе прекратилась. Из-за туч показались звезды. Стало теплее. Снова послышался протяжный вой волков и койотов из прерий. На востоке начало светлеть, потом среди красноватых отблесков на уже полностью чистом небе появилось солнце, рассеявшее остатки ночи.

Техаванка вывел Мем'ен гва из расселины. От поселка вахпекутов их отделяли два дня пути.

Ночной близзард преобразил прерию. Если накануне вечером она напоминала колышущийся на ветру зеленый океан, то теперь походила на снежную пустыню. Техаванка прищурился и улыбнулся при виде разящей глаз белизны. Когда солнце поднимется выше и согреет землю, то следы, которые они оставят, исчезнут вместе с ними. Если даже преследователи и в пути, то в прерии ничего не найдут.

Техаванка направился прямо на юг, к известному ему ориентиру — небольшой гряде холмов. Оттуда следовало идти на юго-восток к поселку вахпекутов.

Они долго брели по снегу. Техаванка все пытался разглядеть холмы на горизонте. Время от времени он останавливался и, прикрыв ладонью глаза от яркого солнца, всматривался вдаль. Вскоре они поднялись на небольшой пригорок. На юго-западе показались яркие блестки, будто от подвижной, гладко полированной поверхности отражались солнечные лучи. И в ту же минуту Техаванка увидел бегущее стадо коричнево-желтых зверей.

Это были антилопы-вилороги 68, которых без сомнения можно отнести к животным, обитающим только на американском континенте. Они лучше, чем даже бизоны, приспособились к жизни на степных равнинах. Антилопы-вилороги отличаются прекрасным зрением, благодаря которому замечают опасность на значительном расстоянии, умеют бегать со скоростью свыше восьмидесяти километров в час, удерживая этот темп на протяжении десяти километров; даже детеныш нескольких дней от роду может успешно убегать от волков. После африканских и азиатских гепардов 69 они являются самыми быстрыми млекопитающими в мире, что гарантирует им естественную защиту от врагов-койотов, волков, пум и человека. Антилопы-вилороги весьма необычным способом предупреждают друг друга об опасности. Когда антилопа-караульный замечает что-то подозрительное, то мускулы под ее пушистым белым зеркалом на заду мгновенно сжимаются, волоски от этого взъерошиваются и твердеют, отражая столько света, что в солнечный день яркий блеск можно видеть на значительном расстоянии. Световые сигналы тревоги, принимаемые и передаваемые выставленными вокруг другими караульными, тотчас же побуждают все стадо бежать.

Кроме характерных для североамериканских прерий бесчисленных стад быстроногих антилоп-вилорогов, разнообразие в монотонный пейзаж равнин вносили и различные маленькие грызуны, которые, не рассчитывая на свои ноги и силу, скрывались под землей от врагов-койотов, волков, лисиц, черноногих ласок, барсуков и американских рысей. Это, по сути дела, было королевство грызунов, особенно так называемых прериевых собачек 70 и американских кроликов 71.

Прериевые собачки в действительности были наземными белками, живущими большими стадами на Великих Равнинах. Они строили подземные жилища с целыми лабиринтами коридоров, где каждая собачка имела свой собственный отдельный вход. Благодаря этому прерии были продырявлены норами, которые сейчас, засыпанные снегом, представляли опасность для путников.

Уже успевшие устать, Техаванка и Мем'ен гва сделали небольшой привал, чтобы посмотреть на резвых антилоп-вилорогов, которых легко узнали по характерным сверкающим сигналам тревоги. Юноша не без сожаления смотрел на убегавших животных. Он устал и проголодался. Если бы не Мем'ен гва и не опасность погони, можно было бы попытать счастья на охоте. И не исключено, что он мог бы вернуться домой с добычей. Но сейчас нужно спешить к своим. Техаванка не знал, пережили ли его братья голод? Если им повезло, то скоро они отправятся на охоту. Раз в этих краях появились антилопы, то и бизоны должны пойти на север.

Когда стадо антилоп исчезло вдали, Техаванка и Мем'ен гва снова направились на юг. Они шли все медленнее, спотыкаясь о норы.

К полудню солнце начало сильно припекать. Снег быстро таял и ярко блестел. Техаванка по-прежнему высматривал на горизонте холмы, все чаще останавливаясь и заслоняя глаза. Наконец, он остановился окончательно и закрыл руками лицо. Шедшая следом Мем'ен гва остановилась тоже и с удивлением посмотрела на него. Техаванка опустил голову на грудь, заслоняя ладонями лицо. Сквозь его пальцы текли слезы.

Вид плачущего юноши неприятно поразил Мем'ен гва. С минуту она неуверенно разглядывала его, потом прошептала:

— Что случилось, Техаванка? Что с тобой?..

Техаванка молча опустил руки. Его веки покраснели и распухли. Слезы продолжали течь. Лицо искривила гримаса боли, и он снова закрыл его.

— Что случилось? — повторила свой вопрос Мем'ен гва. — Почему ты плачешь?

— Я не плачу, — подавленно ответил Техаванка. — Слезы текут сами. У меня болят глаза, я не могу смотреть на свет и ничего не вижу.

Мем'ен гва недоверчиво посмотрела на молодого вахпекута. Но дрожавшие мускулы его лица свидетельствовали о страдании, которое он пытался скрыть.

— Ты правда ничего не видишь, когда твои глаза открыты? — спросила она.

— Все будто размыто и замазано 72, — ответил Техаванка.

— Это, наверное, проделки злого духа, — испуганно прошептала она. — А может, тебя настигло проклятье нашего шамана за то, что ты сделал?

— Ваш шаман — большой чародей, но это не его работа, — возразил Техаванка. — Такое случается с людьми в прериях в снежные зимы. Я видел даже тех, кто ослеп.

— А ты уверен, что в них не вселился злой дух?

— Красная Собака — могучий и мудрый шаман. Он сам мне объяснял. Ты знаешь, откуда берется снег?

— Нет…

— Зародышами снега являются маленькие невидимые мушки. Когда падает снег, они влетают людям в глаза. Поэтому болеют этим только в снежные зимы.

— Никогда об этом не слышала. А что происходит с мушками, когда снег тает?

— Они превращаются в кузнечиков 73, — объяснил Техаванка.

— А что происходит с мушками, которые попали в твои глаза? Они тоже превратятся в кузнечиков?

— Нет, они выплывут вместе со слезами.

— И долго нужно ждать, когда они выплывут?

Техаванка ответил не сразу. Он не знал, как поступит пленница, узнав правду. Захочет ли добровольно последовать за ним дальше? И что будет, если она оставит его одного на милость судьбы и убежит к своим?

Мем'ен гва внимательно наблюдала за юношей. Видимо, она догадалась, о чем он думал, потому как вдруг побледнела и посмотрела на север. Еще можно одной найти дорогу в лагерь чиппева. Неожиданно ослепший вахпекут бессилен перед ней. Она могла бы забрать оружие и все, что он взял из ее дома, все, что для него было святостью. Она могла бы даже убить его.

Мем'ен гва взволнованно и испытующе разглядывала юношу. Он продолжал беспомощно закрывать лицо. Подумав немного, она подошла ближе.

— Когда мушки выйдут из твоих глаз?

Техаванка помолчал, потом ответил:

— Не знаю. По-разному бывает… Иногда это проходит в течение дня, а порой затягивается надолго.

— Надолго? Как надолго?

— Красная Собака рассказывал мне о вожде джанктон дакотов, который ослеп навсегда. Мушки попали в его глаза, когда он один охотился в зимней прерии. Много ночей он блуждал, ничего не видя, пока его не нашли охотники, вернув, почти умирающего, в поселок.

— Открой лицо и посмотри на меня, — потребовала девушка.

Техаванка покорно опустил ладони. Слезы обильно текли из его распухших, сильно покрасневших глаз. Он не наклонил голову, когда Мем'ен гва резко протянула к нему руку. Молодой вахпекут действительно потерял зрение.

Девушка снова посмотрела на север. Грудь ее учащенно вздымалась. Решение все еще не было принято. Потом опять взглянула на Техаванку. Он судорожно тер набухшие веки.

— Дай мне нож, — глухо сказала пленница.

Она, не отрываясь, смотрела на блестевшее на солнце стальное острие. Наконец, решительно сбросив накидку, сама взяла нож и сунула его за свой длинный тонкий пояс.

— Сядь, я заслоню тебе глаза. Они будут меньше болеть, — сказала Мем'ен гва.

Она умыла лицо и веки Техаванки тающим снегом, затем наложила на лоб повязку, закрывая глаза.

— Ты сможешь идти дальше, показывая мне дорогу?

— Смогу, Мем'ен гва, — кратко ответил он, будто ничего не случилось.

— Пойдем, я буду твоими глазами, — сказала она тихим, милым голосом, как тогда, когда он впервые увидел ее в вигваме в лагере чиппева.

Техаванка поднялся, Мем'ен гва взяла его за руку и повела на юг.


Х. ПОБЕГ | Орлиные перья | XII. ВОЗВРАЩЕНИЕ ДОМОЙ