home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


XV. ОХОТА НА БИЗОНОВ

Было еще темно, но солдаты «Сломанной Стрелы» уже разносили по лагерю приказ готовиться к дороге. Красная Собака уселся на шкуре перед типи, а женщины укладывали пожитки. Шаман все еще не мог забыть сипов, которых глазами своей души видел вчера во сне. Он всегда умел точно объяснять значение снов, но когда речь заходила о нем, старого чародея охватывали сомнения. В эту минуту перед теряющимся в догадках шаманом появился Черный Волк, за которым, как тень, следовал Техаванка, держа в руках щит и копье командира.

Красная Собака показал Черному Волку место рядом с собой. Тот сел, скрестив ноги, и, как положено, начал ждать, когда шаман первым обратится к нему. После продолжительного молчания Красная Собака тихо сказал:

— Мои глаза радуются, видя Черного Волка. С вниманием выслушаю, о чем собирается поведать мне мой брат.

Черный Волк с уважением склонился перед шаманом и ответил:

— Великий отец, кое-кто в лагере говорит, что я вчера слишком строго обошелся с Зеленым Листом и Длинным Когтем. Мне хотелось бы знать, что об этом думаешь ты?

— Черные тучи надвигаются с востока. Вскоре наступит час больших испытаний для санти дакотов. Если вахпекуты забудут об ответственности, то погибнут так, как погибают наши братья у большой воды на востоке. Рука вождя во время похода должна быть сильной. Черный Волк поступил правильно.

— У тебя мрачные мысли, отец мой. Твои слова наполняют меня тревогой.

— Я стар, — сказал шаман. — Мой дух все чаще навещает Страну Вечной Охоты, где находятся наши славные предки. Поэтому мои глаза видят больше, чем глаза других людей.

— Мы все уважаем тебя за безграничную мудрость. Я и сейчас пришел просить о помощи. Следопыты видели большое стадо бизонов, которое паслось на юге. Овраг, куда мы хотим его загнать, находится дальше, на севере. Нам неизвестно, ушло ли стадо ночью в другое место. Не хотел бы ты сказать, отец, где бизоны пасутся сейчас? И тогда мне не придется снова отправлять следопытов.

Шаман задумался, довольно долго разглядывая командира Сломанных Стрел.

— Я бы оставил здесь только тех, кто должен поджечь прерию, — наконец, ответил он. — Остальные пусть сразу же пойдут большим полукругом на северо-запад, к тому оврагу. Я останусь здесь и скажу следопытам, где находятся бизоны.

— Я сделаю так, как ты говоришь, отец, — кивнул Черный Волк и поднялся. — Сейчас отдам приказы.

Шаман протянул левую руку, будто хотел остановить Черного Волка, а потом сказал, подчеркивая каждое слово:

— Обеспечь безопасность наших женщин и детей. Выдели для этого хороших воинов.

Черный Волк внимательно посмотрел на старого шамана. Предвидел ли он опасность? Однако ни о чем не спросил: старец уже закрыл глаза и опустил голову на грудь. Черный Волк удалился вглубь лагеря, и вскоре послышались команды Сломанных Стрел:

— Женщины! Слушайте! Перед уходом погасите костры. Засыпьте их землей. Хорошо пристегните собак и закрепите поклажу. Все слушайте, что говорят Сломанные Стрелы. Следите за тем, чтобы дети в дороге не уходили бы от вас слишком далеко. Слушайте внимательно: все должны идти плотной шеренгой. Воины, будьте в постоянной готовности. Так приказывают Сломанные Стрелы.

Красная Собака внимательно слушал команды солдат. Расторопный Черный Волк не пренебрег его советами. Это немного успокоило его. Голоса людей и собак постепенно отдалялись и стихали. Когда шаман, наконец, поднял голову и открыл глаза, то увидел вдали лишь облако пыли, которое низко тянулось над прерией, уходя все дальше и дальше. Шаман поднялся, оперся левой рукой о копье, после чего взглянул на большой отряд мужчин, молча стоявших за его спиной. Он сразу заметил Техаванку рядом с Черным Волком и очень обрадовался при виде любимого внука, но ни один мускул не дрогнул на его лице.

— Пришел и наш черед, — сказал он. — Веди нас на запад. Черный Волк! Здесь трава вытоптана людьми и собаками, и я не увижу следов бизонов.

Некоторое время они шли молча. Все с благоговением смотрели на старого шамана, ступавшего легко и свободно, словно опьяняющий запах трав, которым веяло из прерий, сбросил с его плеч тяжесть длинной жизни. Шаман все время осматривался, пока, наконец, не остановился и не сел на землю. Теперь из высокой травы были видны лишь его плечи и голова. Черный Волк, Техаванка и остальные встали вокруг.

Шаман внимательно осмотрелся, будто искал что-то в траве. Губы его беззвучно шевелились. Наконец, у его ног сел большой зелено-серый кузнечик, которого дакоты на своем языке называют «Тот, кто указывает бизонов».

Шаман протянул руку и осторожно взял его. Глядя на кузнечика полным уважения взглядом, он тихо спросил:

— Скажи мне, отец, в каком направлении следует искать бизонов?

Кузнечик, будто озадаченный вопросом, нерешительно водил длинными ниточками усиков то в одну, то в другую сторону, пока, наконец, не вытянул их прямо на запад.

— Спасибо тебе, отец. Ты и я — дети одной и той же матери земли, мы должны помогать друг другу.

Потом шаман осторожно положил кузнечика на лист шалфея и убрал руку. Насекомое мгновенно исчезло в густой траве. Шаман повернулся на запад, медленно склонил голову, лицо его застыло и стало серым… Прошло несколько минут, прежде чем старец глубоко вздохнул и очнулся. Подозвав рукой Черного Волка, он сказал:

— Стадо бизонов разделилось на две большие группы. Одна находится южнее от нас, другая пасется на западе, прямо перед нами. Там много самок, их шкур хватит нашим женщинам для изготовления новых типи.

— Это хорошее известие, отец! — обрадовался Черный Волк.

— Отдели эти два стада огнем, но в ловушку загоняй лишь бизонов, которые находятся на западе, — добавил Красная Собака. — Нет смысла убивать животных больше, чем мы сможем донести до дома мяса и шкур.

— Правильно говоришь, мой отец, так и сделаем, — сказал Черный Волк.

Не теряя времени, он разделил мужчин на три группы. Первой предстояло вклиниться между двумя частями стада и отделить их огнем. Пожар станет сигналом для второй группы, которая подожжет прерию с восточной стороны, и тогда третья группа сделает тоже самое, но севернее горловины оврага. Это вынудит окруженное с трех сторон огнем стадо устремиться в ловушку.

Когда первая группа отправлялась в дорогу, Черный Волк взял у Техаванки свое копье и щит.

— Ты хочешь отличиться на охоте, — сказал он. — Я хочу предоставить тебе такую возможность. Иди с первой группой, которая должна выполнить самое важное задание. Когда вы подожжете прерию, найди южную часть стада и покажи, на что ты способен, действуя в одиночку. О своем решении я уже уведомил старшего твоей группы.

Техаванка с трудом сдержал крик радости. Во время коллективной охоты дисциплина отличалась особой жесткостью, никому нельзя было ничего предпринимать в одиночку. Черный Волк, должно быть, очень расположен к нему, если разрешает охотиться самостоятельно.

Командир Сломанных Стрел действительно хотел позволить Техаванке выполнить условия, поставленные перед ним советом старейшин перед торжествами «Танца Солнца». Благодаря побегу из плена и возвращению святынь отца, юноша добился общего признания. Успех в боевой операции без потерь ценился очень высоко. И то, что Техаванка самостоятельно выбрался из лагеря противника, где на каждом шагу его поджидала смерть, обещало, что молодой человек может стать яркой личностью в обществе вахпекутов. Черный Волк видел в нем кандидата в «Сломанные Стрелы» и потому был склонен помочь ему. Он заметил радость Техаванки, но вместе с тем и тревожился, сознает ли юноша опасность, которая может подстеречь его во время самостоятельной охоты на бизонов.

— Слушай внимательно, молодой брат, — обеспокоенно сказал Черный Волк. — Я разрешаю тебе охотиться самостоятельно, поскольку разделение стада не окажет большого влияния, на ход коллективной охоты. Мы окружаем только северное стадо. Тем не менее, южное тоже может забеспокоиться при виде горящих прерий. В этих условиях твое задание легким не будет. Помни, ловкость и мужество — это лучшее доказательство зрелости.

— Спасибо за предупреждение, Черный Волк, — сказал Техаванка. — Я буду соблюдать осторожность, чтобы оправдать твое доверие.

— Хорошо, а теперь иди!

Техаванка устремился за уходившими охотниками. Кроме него, их было шесть, они шли один за другим. Командовал ими офицер «Сломанной Стрелы», которого из-за широкого шрама на правой щеке называли Рваным Лицом. Догнав охотников, Техаванка замкнул колонну.

Рваное Лицо вел группу на запад. На горизонте темнела длинная гряда холмов, обрамленная плоской в этом районе прерией. На сухой, сыпучей, песчаной земле росли лишь редкие пучки травы, завивающиеся в мелкие колечки. Это была так называемая трава бизонов — излюбленный корм блуждающих стад. Ни деревьев, ни карликовых кустов нигде не было видно.

Охотники шли быстро, не отдыхая. Их тела были влажными от пота, хотя восточный ветерок и смягчал зной. За грядой холмов плоская равнина переходила в волнистую прерию. Рваное Лицо остановил группу и подозвал товарищей.

— Передохнем немного, — предложил он. — Шаман сказал, что бизоны должны пастись где-то неподалеку. Пусть мой брат Ном'па па наденет волчью шкуру и осмотрит местность с этого холма.

Ном'па па, или Два Удара, вытащил сверток с волчьей шкурой, накрыл ею голову и спину и, крадучись, направился к возвышению. Это было старое охотничье ухищрение индейцев прерий. Волки и вечно голодные койоты постоянно кружили вокруг стад бизонов, карауля больных, слабых животных и выискивая падаль. Бизонов они не беспокоили, тем более, что трусливые хищники не подходили слишком близко к здоровым и сильным. Индейцы использовали привычку бизонов к волкам и, охотясь в одиночку, подкрадывались к стаду в волчьей шкуре.

Рваное Лицо присел рядом с Техаванкой.

— Черный Волк разрешил моему брату отойти от нас после поджога прерии. Это будет твоя первая самостоятельная охота на бизонов? — спросил он.

— Да, я еще никогда не охотился на бизонов в открытой прерии, — ответил Техаванка.

— Наш командир хочет убедиться, чего ты стоишь, а лучшего испытания, чем большая охота, не бывает. Два Удара даст моему брату волчью шкуру. В ней легче подкрасться к бизонам. Только помни, что нужно подходить против ветра, чтобы животные раньше времени не почувствовали запах человека.

— Я буду помнить об этом. Красная Собака учил меня, как надо подходить к зверю, — сказал Техаванка и робко спросил: — Почему «Сломанные Стрелы» относятся ко мне с таким расположением?

Рваное Лицо улыбнулся и ответил:

— Может, в этом есть своя цель?

Разговор прервался, потому что в эту минуту послышался крик Серых Глаз:

— Два Удара подает знаки! Он видит бизонов! Он видит бизонов!!

Все сразу же посмотрели на холм, где стоял Два Удара. Он размахивал волчьей шкурой, давая понять товарищам, что стадо находится в поле его зрения.

Рваное Лицо, взволнованный известием, встал и трижды поднял вверх длинное копье, к древку которого были прикреплены орлиные перья.

— Пусть мои братья приготовят трут для поджога прерии и разведут костер.

Охотники развернули свертки с пучками покрытых смолой веточек и смоченными в воде длинными ремнями. Они должны были на бегу тянуть за собой горящие ветки, привязанные к ремням, и таким путем распространять огонь. Прежде чем Серые Глаза сумел развести костер, подбежал Два Удара.

— Все так, как и предсказывал наш великий шаман, — сообщил он. — Большое стадо бизонов пасется на расстоянии нескольких выстрелов из лука, чуть правее от нас. Но дальше на юг бизонов еще больше.

— Так близко? — забеспокоился Рваное Лицо. — Ветер дует с юго-востока, бизоны могут почуять опасность раньше времени.

— Мой брат правильно говорит, -сказал Два Удара. — Мне показалось, что бизоны, которые пасутся направо от нас, уже проявляют беспокойство.

— Они слишком близко, это нехорошо! — заметил Рваное Лицо. — Если мы подожжем прерию только с южной стороны, стадо, вместо того, чтобы бежать на север, в сторону оврага, может направиться на восток.

— И тогда оно уйдет, прежде чем мы успеем поджечь прерию с восточной стороны, — добавил Серые Глаза.

— В таком случае нам придется изменить план, — сказал Рваное Лицо. — Мы подожжем прерию сразу с двух сторон, с юга и востока. Два Удара, Серые Глаза и Хвост Быка — подожгут отсюда на север, а мы — на запад. Ветер благоприятствует нам, поэтому огонь распространится в нужных для нас направлениях. Что мои братья думают об этом?

— Так и надо действовать.

— Хороший совет, — добавил Серые Глаза.

— Хо!

— Хо! — воскликнули остальные.

Серые Глаза тем временем разжег хворост. Охотники быстро покрыли ветки жиром животных, который для этой цели принесли в пузыре бизона. Чтобы поджечь ветки, потребовалось несколько минут. И вот одни индейцы побежали на запад, другие на север, волоча по земле пылающий хворост. Огонь все более широкой лавой охватывал высушенную солнцем, поблекшую траву. Вскоре над прерией поднялись тучи черного дыма.

Наклонившись вперед, четыре охотника бежали к холмам, волоча за собой горящий хворост. Они бежали, насколько позволяли силы. За ними грозно неслась стена огня, распространению которой способствовал дующий им в спину ветер. Техаванка был рядом с Рваным Лицом. На его плечах болтались колчан со стрелами и собранная в тюк волчья шкура. Вместе с товарищами он тянул за собой пылающие ветки. Пламя пожирало их все сильнее. Наконец, Техаванка почувствовал, что тащит только ремень и, не останавливаясь, начал сворачивать его.

К счастью, холмы были уже близко. Все труты сгорели до тла. Рваное Лицо дал знак поворачивать на юг. Отбежав на несколько шагов от беснующегося пламени, они без сил упали на землю.

А столб дыма несся теперь с севера на запад, поглощая клубы пыли, поднятые убегающим в прерию стадом. Стук сотен копыт походил на удары отдаленного грома, ему вторили мощные, басовые рыки испуганных животных.

Сверкающими глазами следили охотники за удаляющимся стадом. Рычание бизонов и топот копыт становились все тише. Стадо бежало в нужном направлении. Огонь, усиливаемый ветром, мгновенно пожирал сухую траву, оставляя за собой только черную голую землю.

Рваное Лицо глубоко вздохнул и сказал:

— Мы сделали свое дело. Бизоны уже бегут в ловушку. Через несколько минут наши запрут их в овраге. Теперь нас ждет много тяжелой работы. Надо уже идти. Трава низкая, да и пожар не слишком сильный. Земля не очень накалилась. Толстые подошвы мокасин предохранят наши ноги от ожогов

Когда охотники поднялись, Рваное Лицо обратился к Техаванке:

— Мой брат может идти. Пусть удача благоприятствует тебе. Позднее мы вернемся, чтобы узнать, чего ты добился. Пошли!

Техаванка остался один. Попросив помощи у бога Ви, он направился к холмам. Земля у их подножья была более влажной, поэтому он повернул на юго-восток. Ветер дул прямо в лицо. Мягкие волнистые прерии суживали горизонт, и юноша то и дело поднимал голову, втягивая в себя воздух. Вскоре ветер принес острый запах животных.

Наклонившись, Техаванка начал подниматься по широкому и не очень крутому склону. Увидев первого бизона, он сразу же опустился на колени, снял с плеч узелок и вытащил из колчана лук и стрелы. Потом старательно надел волчью шкуру, которая вместе с головой, лапами и длинным хвостом составляла единое целое, и надежно укрывала его. Только глаза охотника блестели над слегка раскрытой волчьей пастью.

Держа в левой руке лук и стрелы, он подкрадывался К стаду зигзагами. Пока ветер дул в лицо, можно было не опасаться зверей. Длинная густая грива, опускающаяся на глаза бизонов, значительно сужала поле зрения и ограничивала возможность видеть отдельные предметы. Передвигаясь на четвереньках, он почти беспрепятственно подошел к первым животным.

Рваное Лицо был прав, предупреждая, что напуганные огнем бизоны будут очень осторожны 92. Взрослые быки паслись, кружа вокруг стада, чуть подальше, образуя круг, кормились самки, матки заслоняли своими телами телят. Такой оборонительный строй бизоны держали тогда, когда чувствовали опасность.

Притаившись неподалеку, Техаванка горящими глазами наблюдал за огромными животными. Ближайший бык повернул к нему наклоненную вперед гривастую широкую голову, но, увидев лишь «волка», снова начал щипать траву, метя землю длинной бородой. Жара и настойчивые мухи все сильнее докучали бизонам. Некоторые из них становились на передние лапы, низко наклоняли морды и кривыми рогами сверлили грунт. Потом, загребая копытами и ударяя головой, отбрасывали в сторону пучки травы и груды земли, пока не отрывали яму в форме воронки, в которой вскоре появлялась вода. Тогда они всей тяжестью своих мощных тел валились в лужу и, продолжая крутиться и грести копытами, погружались все глубже в болотистое месиво. Освежившись, бизоны выходили из ямы, после чего их место занимали следующие. То здесь, то там можно было видеть лежавших в траве, жующих животных. Другие играли, совершая забавные прыжки.

Помня, что женщинам нужны шкуры для изготовления новых типи, охотник приглядывался к самкам. Наконец, он заметил большое животное, щипавшее траву неподалеку от первой линии быков.

«Эту я убью в первую очередь!» — решил Техаванка.

Предприятие было небезопасным: чтобы приблизиться к жертве, он должен был пройти мимо нескольких быков. Но юноша хотел доказать, что сможет поразить выбранного зверя. И начал подкрадываться, сперва на четвереньках, потом ползком, зигзагами, как волк. Бизоны не обращали на охотника внимания и лишь изредка посматривали на него сквозь гривы. Осмелев, Техаванка подполз еще ближе. Наконец, он оказался почти рядом с выбранным животным, которое повернулось к нему левым боком. Соблюдая максимальную осторожность, Техаванка присел на корточки. Стрелы он положил на землю, наложив одну из них на тетиву. Потом медленно натянул ее, старательно целясь под левую лопатку. Он собирался уже отпустить тетиву, как вдруг остолбенел.

Из ямы, как раз за выбранной жертвой, начало подниматься необычное животное. Это был белый бизон. Он тряс головой, отбрасывая гриву, и пялился красными как кровь глазищами.

Техаванка не выстрелил. Он медленно ослабил тетиву, после чего, держа в руке лук и стрелы, снова опустился на землю, спрятавшись под волчьей шкурой. Потом с огромным почтением склонился перед бизоном-духом, который именно в таком обличье в первый раз давным-давно появился на Земле, позднее периодически возвращаясь и показываясь немногочисленным избранникам судьбы.

Техаванка рассматривал бизона-альбиноса с немым восторгом и обожанием. Сколько раз, сидя у костра, он слушал удивительные истории о бизоне-духе, шкура которого почитались индейцами, как великая святыня. Она выносилась для общего обозрения только во время особо торжественных обрядов. Эта шкура обладала могучей волшебной силой, особенно при лечении тяжелых ран.

«Я просил бога Ви помочь мне отличиться на охоте, и вот его ответ! — подумал Техаванка. — У меня будет волшебная шкура бизона-духа!»

Взволнованный возможностью стать обладателем шкуры священного животного, он внимательно осмотрелся. Чтобы не рисковать неудачным выстрелом, надо было еще ближе приблизиться к бизону-духу. Тем временем звери, мимо которых проходил юный охотник, начали проявлять беспокойство. Причину Техаванка понял сразу. Пока он шел против ветра, они не могли его учуять. А теперь звери находились уже за ним, и запах человека бил им прямо в ноздри. Старый бык, находившийся неподалеку от Техаванки, грозно фыркнул и начал бить копытами. В любую минуту он мог поднять все стадо.

Нельзя было терять ни минуты. Уже не обращая внимания на то, что будет затоптан, если стадо побежит, он еще ближе подошел к бизону-альбиносу.

Белый бизон как раз вышел из ямы. Он потряс головой, увидев красными глазищами «волка», притаившегося у его бока. Техаванка мгновенно поднялся. Чтобы наложить стрелу, требовалась секунда. Он мощно натянул тетиву и, целясь под левую лопатку, выстрелил. Стрела ударила с такой силой, что погрузилось в могучее тело бизона по самые перья, прикрепленные к ее тупому концу. Белый бизон застонал от боли и сделал несколько шагов. Но в его левом боку уже торчали очередные стрелы. Огромный зверь упал на землю, головой между вытянутыми вперед ногами. Тело бизона стало неподвижным, лишь его задняя нога еще конвульсивно загребала землю, да хвост бил по бокам.

Сидя на корточках и держа в руке лук, Техаванка с немым упоением смотрел животному в глаза, которые уже застилала кровавая дымка. Но грозные рыки и топот копыт сорвавшегося стада вернули его к действительности. Бизоны, начавшие чуть раньше проявлять беспокойство, подняли остальных. Звери неслись прямо на Техаванку. Не раздумывая, он бросился в яму и прильнул к земле. Топот бегущих животных пронесся над ним, подобно грому, а потом затих вдали, на востоке.


XIV. ССОРА В ЛАГЕРЕ | Орлиные перья | XVI. НАПАДЕНИЕ