home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


18

Громилы тащили меня по коридору. Вот и выход на лестницу: запертые на засов стеклянные двери. Насколько я помню, открываются они вовнутрь. Если с разбегу пнуть по засову, он отлетит. В крайнем случае можно пробить одну из дверей. Шансы не слишком велики, но это лучше, чем полагаться на милость Плосконосого и его дружков.

Члены партии «Убеждение» гнали меня перед собой, не упуская возможности посильнее ударить или толкнуть, а я всем своим видом демонстрировал испуг и беспомощность. Пусть думают, что я умираю от страха, и чувствуют себя хозяевами положения. Так их проще застать врасплох. Сейчас у меня только одно преимущество, то же, что было у воевавших во вьетнамском тылу диверсантов, — мотивация. Выжить хочется гораздо сильнее, чем громилам — убить.

А вот и пыточная, не больше трех квадратных метров каморка. Дверь с оконцем из матового стекла открывается внутрь. У левой стены прямоугольный стол и два стула. Меня швырнули на один из стульев спиной к входу, и Плосконосый куда-то исчез.

Вернулся он довольно скоро с большой деревянной дубинкой и сел напротив меня. Двое других, словно часовые, замерли у моего стула.

От спины Плосконосого до стены примерно метр свободного пространства. Отлично!

Дверь даже не закрыли. Конечно, зачем трудиться? Их же трое, парни они сильные и решительные, и к тому же это их территория.

Поддев коленом крышку стола, я попытался определить его вес. Да, достаточно тяжелый для такого размера. Кровь жарко стучала в висках.

Плосконосый начал что-то говорить, но я его не слушал. Едва он раскрыл рот, я резко подбросил стол, с силой прижимая киллера к стене. Удар получился что надо, даже ладони заболели.

К сожалению, боевые товарищи Плосконосого равнодушными не остались. Я ловко пнул под дых того, что лез справа, сбив его с ног.

Второй громила подскочил сзади и начал меня душить. К счастью, я успел прижать подбородок к груди, и выполняющая захват рука оказалась выше, чем рассчитывал киллер. Да, силы этому парню не занимать. Еще немного — и он сломает мне челюсть! Времени на размышление не было, и я вцепился в мускулистое предплечье зубами. Мой противник взвыл от боли и обиды.

Пусть орет сколько хочет; главное, что ослабил хватку и я смог вырваться и нанести несколько ударов в живот. Киллер попытался сопротивляться, за что тут же получил по носу. С ног я его не сбил, но хотя бы на время вывел из строя. Теперь быстрее к двери.

Один из громил попробовал схватить меня за ногу, я без труда вырвался. Дверь я распахнул так сильно, что она ударилась о стену, и не выдержавшее удара стекло треснуло.

Будто слепой, я бежал по коридору, падая и снова поднимаясь. У лестницы я оказался в считанные секунды, с разбега пнул засов и, словно уступив моей решимости, двери открылись. Теперь быстрее вниз! Едва держась за перила, я перелетал через четыре ступеньки. Когда первый пролет остался позади, я услышал, как хлопнула дверь. За мной уже гнались, так что создать хорошую фору не получилось.

Нужно поскорее отсюда убираться, пока не подоспело вражеское подкрепление. Станция Сибакоен совсем рядом, на противоположной стороне Хибия-дори. Я бросился через дорогу, каждую секунду рискуя попасть под машину.

Из метро сплошным потоком выходили люди, значит, поезд только что подъехал. У самого входа я еще раз оглянулся: за мной гнались двое громил Ямаото.

Громкий гудок возвестил о приближении еще одного поезда. Может, успею? А что, если начнут стрелять? При таком скоплении народа никто не поймет, откуда выстрелы. Я яростно пробирался сквозь толпу, расталкивая загородивших лестничный пролет старушек. У билетных касс стоят автоматы с напитками, и я на лету купил банку кофе. Сто девяносто граммов, острые углы.

Наконец я на платформе. Черт, немного опоздал, двери уже начали закрываться... Вокруг очень людно, но перед отъезжающим поездом свободный проход. Обернувшись, я увидел, как один из головорезов Ямаото проходит через турникет. Сколько между нами, метров пять? С каждой секундой это расстояние тает...

Размахнувшись, я швырнул банку в приближающегося громилу. Вообще-то целился в живот, а попал чуть выше, в грудину. Удар получился вполне приличный, главное — много шума. Киллер упал, но его дружок с автоматом совсем рядом.

Я обернулся. Поезд набирал скорость. Низко опустив голову, я бросился к удаляющемуся вагону. В ту же секунду прогремел выстрел, затем еще и еще.

До поезда два метра. Один. Я могу схватиться за металлическую планку на заднем углу вагона... На какое-то мгновение я догнал поезд, а потом он начал ускоряться.

Дико закричав, я прыгнул вслед поезду, надеясь ухватиться за планку. Меня захлестнула паника: я падаю, падаю... В следующую секунду пальцы обхватили холодный поручень. Боже, ноги едва не касаются рельсов! Пальцы слабеют с каждой секундой... Последним, что я увидел, было перекосившееся от страха лицо мальчишки, следившего за мной из окна. Поезд въехал в туннель, и я выпустил планку.

Я инстинктивно сжался в комочек — может, обойдется? Все получилось не совсем так, как я хотел: упав на рельсы, я почему-то не покатился, а отскочил словно мяч. В левом боку тут же закололо. Секундный полет, закончившийся негромким «Бум!».

Темный потолок подземного туннеля. Я лежал, пытаясь восстановить дыхание. Может, попробовать пошевелить руками или ногами? Так, кажется, все работает...

Прошло секунд пять, потом еще столько же. Похоже, дышать тоже могу. Интересно, куда я упал?

Стиснув зубы, я заставил себя сесть.

Вот так ситуация! Я на большой куче песка, рядом два ремонтных рабочих в оранжевых касках. Бедные парни разинули рты от удивления.

Все ясно, рабочие чинят бетонный настил, а песок замешивают в цемент.

Боже милостивый, отпусти я поручень секундой позже, грохнулся бы на бетон...

Неторопливо поднявшись, я стал стряхивать песок с одежды. Ну и след на песчаной куче. Будто НЛО приземлился!

Рабочие застыли в ступоре.

— Эй, ребята, где у вас уборная? — бодро спросил я.

Гробовое молчание. Похоже, мой молодцеватый вид испугал их еще больше. Ну и ладно! Я не слишком глубоко в туннеле, так что попробую выйти.

Я попытался обдумать случившееся. Люди Ямаото видели, как я уцепился за поезд, а как упал — нет; они наверняка рассчитывают, что через три минуты я окажусь на станции Мита. Скорее всего туда они и направились, надеясь меня перехватить.

И тут у меня появилась блестящая идея.

Порывшись в кармане, я достал динамик. Он там с тех самых пор, как Плосконосый и его банда выманили меня из фургона. Передатчик тоже на месте. Неужели работает?

— Гарри, ты меня слышишь? Ответь!

Длинная пауза, и я собрался повторить вопрос, когда динамик ожил:

— Джон? Что, черт возьми, происходит? Ты где?

Боже, как я рад его слышать!

— Успокойся, я в порядке. Мне нужна помощь.

— Что случилось? Ты где, в метро? Ты точно в порядке?

Я вылез на платформу. Кое-кто из пассажиров недоуменно на меня смотрел, но я сделал вид, что не происходит ничего странного и вполне нормально появляться из глубин токийского метрополитена в перепачканной одежде.

— Слушай, все хорошо, но давай об этом позже, ладно? Оборудование до сих пор действует?

— Да, я получаю информацию обо всех комнатах.

— Чудесно. Можешь сказать, кто сейчас там?

— Только один человек. Остальные ушли вслед за тобой.

— И Ямаото тоже?

— Да.

— В какой он комнате?

— Если стоять лицом к зданию, то в последней справа, в конце коридора. Он там с тех самых пор, как ты ушел.

Значит, это Плосконосый или один из его друзей. Бедняга, не смог участвовать в погоне!

— Ситуация вот какая: эти головорезы думают, что я еду на станцию Мита, и минуты через четыре там окажутся. Еще пять минут им на то, чтобы понять, что они меня потеряли, и еще пять на обратную дорогу к штаб-квартире «Убеждения». Итак, у меня четырнадцать минут, чтобы пробраться в здание и поставить «жучок».

— Что? А если партийцы не поехали на Миту? Они могут вернуться в любую минуту...

— Тут я полностью полагаюсь на тебя! Будешь держать меня в курсе. А видеосигнал ты получаешь?

— Конечно!

— Я уже почти на месте. Там как, чисто?

— Пока да. Джон, не сходи с ума!

— Слушай, второго такого шанса у меня не будет. Партийцы разошлись, все открыто, а когда вернутся, мы услышим каждое слово. Все, я захожу.

— Да, я тебя вижу. Давай побыстрее!

А то сам не знаю. Поднявшись по лестнице, я повернул направо. Мои надежды оправдались: уходили впопыхах и все двери оставили открытыми.

Кабинет Ямаото третий справа. Обернусь в одну секунду!

Дверь закрыта. Я подергал и попытался повернуть ручку.

— Черт! — выругался я.

— Что такое?

— Кабинет закрыт.

— Плюнь и поставь «жучок» в другое место.

— Не могу, нужно именно здесь. — Я склонился над замком. Ничего особенного, самый простой механизм. — Подожди...

— Джон, уходи оттуда! Они могут вернуться в любую минуту.

Я достал из кармана одну из портативных фомок и стоматологическое зеркальце. Ручка у зеркальца длинная и тонкая, так что в походных условиях вполне сойдет за отмычку. Просунув ручку в замок, я осторожно повернул ее против часовой стрелки. Цилиндр ослаблен, теперь дело за фомкой.

— Даже не пытайся взломать дверь! Ты же непрофессионал! Ставь «жучок» и уходи!

— С чего ты решил, что я не справлюсь? Я сам тебя учил взламывать замки!

— Поэтому я и говорю, что ты непрофессионал... — прогудел Гарри и замолчал. Наверное, понял, что убеждать меня бесполезно, и решил не мешать.

Вроде бы прижал пятый зубец... Черт, фомка соскользнула! Пришлось снова покрутить ручку зеркальца.

— Гарри, что молчишь?

— Нечего болтать! Сосредоточься!

— Да я и так сосредоточен... — Снова нащупал пятый зубец. Все, дальше будет проще!

Проклятие, последний зубец сломан! Как ни крути фомку, прижать не получается.

— Гарри, милый, говори со мной! — взмолился я.

Кажется, получилось! Ручка бесшумно повернулась, и я вошел.

В кабинете горел свет. Опустившись на колени возле кожаного диванчика, я ощупал тыльную сторону. Обито тканью, а края прикреплены к деревянной основе. Отличное место для «жучка»: мы с Гарри отчетливо услышим каждое слово, сказанное в этой комнате.

— Джон, громилы возвращаются! Они уже у дома! Выбирайся, пока не поздно! Лучше через черный ход, он на первом этаже слева.

— Передатчик на месте. Как только уйду из комнаты, отвечать не смогу. Так что ты давай не молчи, продолжай меня инструктировать.

— Слушай, они остановились у входа. Внутрь не заходят, наверное, кого-то ждут. Спускайся к черному ходу и жди, пока я не скажу, что все чисто.

— Ухожу! — Я вернул замку первозданный вид, затем быстро вышел и захлопнул дверь. Вроде бы все в порядке.

Несколько секунд — и я в коридоре.

Прямо на меня идет Плосконосый! Из груди вырываются хриплые стоны, рубашка и лицо перепачканы кровью; похоже, швырнув в него стол, я снова сломал ему нос. Громила стоял между мной и выходом на лестницу, так что мимо не пройти.

Я услышал голос Гарри:

— Один тип прямо перед тобой, а двое других поднимаются по лестнице!

Низко опустив голову, Плосконосый стал похож на приготовившегося к атаке быка.

Он бросился на меня, мгновенно преодолев разделяющее нас расстояние. Схватив за окровавленный ворот, я швырнул его на пол и от души пнул в яйца. Пол заходил ходуном — таким тяжелым оказалось тело. Кровь ударила в голову, и, отдавшись дикому возбуждению, я подпрыгнул, словно бешеный мустанг, и приземлился на израненную грудь Плосконосого. Кажется, я переломал ему кости. Послышалось шипение, будто из огромного воздушного шара выкачали воздух. Все, больше он не встанет.

Я полетел дальше, но на ходу затормозил. Если его найдут в таком виде посреди коридора, то могут догадаться, кто здесь был и зачем. А вдруг Ямаото станет искать «жучки»? Нужно отнести его в каморку в конце коридора.

Упал Плосконосый очень удачно, ногами к заветной каморке, значит, переворачивать не придется. Схватив его за колени, я попытался сдвинуться с места. Боже, какой тяжелый! Я чувствовал себя конем, впряженным в повозку с квадратными колесами. Измученная спина разрывалась от боли.

— Что ты делаешь? — взволнованно спросил Гарри. — Наши друзья приближаются. У тебя секунд двадцать, чтобы уйти из коридора.

Наконец-то каморка! Я бросил Плосконосого в углу и «накрыл» столом. Теперь быстрее в коридор, к восточному выходу.

Добежав до черной лестницы, я услышал шаги в противоположном конце коридора. Быстро протиснулся на лестничную клетку и аккуратно, стараясь не издать ни звука, притворил дверь, оставив небольшую щелку.

И вот я, чуть дыша, сижу на холодных ступенях и наблюдаю за людьми Ямаото. Один держится за живот: это в него я швырнул банку с кофе. Никуда не торопясь, они прошли к комнатам и исчезли из моего поля зрения.

Тут же послышался голос Гарри:

— Они в офисе! Перед домом чисто. Выходи через черный ход, а потом на восток, через парк к Сакурада-дори.

По лестнице я спустился очень быстро и совершенно бесшумно, приоткрыл входную дверь, осмотрелся. Никого. Пробежав коротенький переулок между Хибия-дори и Чуо-дори, я оказался в парке. Все, можно подставить лицо ласковым солнечным лучам.


* * * | Солнце для Джона Рейна | Часть третья