home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


19

— Ты сумасшедший мазохист, больше я с тобой не работаю! — завопил Гарри, увидев меня на пороге своей квартиры.

— Я сам больше с собой не работаю, — невесело усмехнулся я. — Как там связь со штабом Ямаото? Что-нибудь слышно?

— Да, слышимость отличная. После твоего ухода партийцы провели небольшое собрание. Я все записал, можешь послушать.

— Что-нибудь говорили о парне со сломанными ребрами?

— О ком это ты?

— Едва посадив Ямаото «жучок», я столкнулся с одним из его людей. Значит, они думают, что стычка произошла раньше, иначе ты бы что-нибудь услышал...

— Именно так. По их мнению, это случилось, когда ты вырвался из пыточной. Ямаото и не предполагает, что ты мог вернуться. Знаешь, тот парень умер.

— Да, когда я уходил, вид у него был не самый цветущий.

Гарри смотрел на меня во все глаза.

— Быстро ты его отделал! Надо же, голыми руками, без оружия...

— Вообще-то там больше помогли ноги, — невозмутимо проговорил я. — А где Мидори?

— Пошла покупать синтезатор. Считает, что стоит проиграть зашифрованную в тексте мелодию. Вдруг поможет?

— Ей не стоило выходить, — нахмурился я.

— Других вариантов мы не нашли. Нужно же было кому-то обрабатывать показания приборов, а чуть раньше спасать твою задницу! К сожалению, девушка не особо дружит с электроникой... Что нам оставалось?

— Понятно.

— С ней все будет в порядке: она надела палантин, очки и понимает, что нужно вести себя предельно осторожно.

— Ладно, давай послушаем запись.

— Да, секунду... Только не говори, что ты бросил фургон!

— А ты думаешь, я за ним вернулся?! Даже мазохисты ценят свою жизнь!

Бедный Гарри был похож на ребенка, которому сказали, что любимого пса утопили.

— Ты хоть представляешь, сколько стоят все эти штуки?

Сдержав улыбку, я потрепал его по плечу.

— Ну, значит, с меня причитается, — бодро заявил я и, устроившись перед монитором, надел наушники. — Включай запись!

Гарри щелкнул мышкой, и я услышал, как Ямаото в пух и прах разносит своих подчиненных.

— Никчемные бездари! Он был один, без оружия, а вы его упустили!

Сколько человек он распекал, определить было сложно, потому что подчиненные сносили его выпады молча. Повисла долгая пауза: куроби собирался с мыслями.

— Ладно, сейчас это уже не важно. Возможно, Рейн и не знает, где диск, а если даже и знает, не факт, что вам удалось бы выбить из него правду. Похоже, он гораздо крепче, чем любой из вас.

— Что же сейчас делать, учитель? — нерешительно спросил кто-то.

— В самом деле, что? — с издевкой переспросил Ямаото. — Нужно сосредоточиться на девушке.

— Она же в бегах.

— Да, но к такой жизни Мидори не привыкла. Она ушла на дно внезапно, бросив все дела, в том числе срочные и незавершенные. Долго ей так не протянуть. Возьмите побольше людей: пусть следят за ее родственниками, коллегами и знакомыми. Понадобится дополнительная информация или оборудование — обращайтесь к Хольцеру, он поможет.

Обращайтесь к Хольцеру? Вот так так!

— А как же Рейн?

— С ним все иначе, — проговорил Ямаото. — Этот человек привык и умеет прятаться. Боюсь, нам его не найти, если, конечно, не произойдет чудо.

Я представил, как громилы пристыженно закивали.

— Может, схватим вместе с девицей? — нерешительно спросил один из них.

— Да, не исключено. Рейн явно ее покрывает. Именно он спас Мидори от людей Исикуры, а когда я спросил, где она сейчас, встал на дыбы. Кажется, он на нее запал, — усмехнулся Ямаото. — После всего того, что случилось!

Исикура? При чем тут Исикура?

— В любом случае побег Рейна не так страшен, — продолжал Ямаото. — Девчонка гораздо опаснее, именно ее будет искать Тацухико Исикура. Допускаю, что он найдет ее раньше нас, особенно если вспомнить, что и в квартире Мидори его люди оказались первыми. А уж если найдет диск, то точно сумеет им распорядиться.

Тацу тоже охотится за чертовым диском? Так это его люди караулили в квартире Мидори?!

— Хватит сидеть сложа руки, — решительно проговорил куроби. — Больше никаких срывов! Как только девчонка высунет нос, нужно тут же ее уничтожить.

— Да! — хором прокричали громилы.

— Раз диск до сих пор не найден, даже устранение Мидори не гарантирует полной безопасности. В такой ситуации необходимо вывести из игры Тацухико Исикуру.

— Учитель, — робко возразил кто-то, — Исикура — начальник департамента Кейсацучо. Он не из тех, чья смерть останется безнаказанной. Более того...

— Все правильно, он станет святым мучеником, а его теория преступных сговоров получит неопровержимое доказательство. Но разве у нас есть выбор? У Исикуры теория, а на диске факты, а они получить огласку не должны. В общем, постарайтесь, чтобы гибель Исикуры выглядела как можно естественнее. Черт, как бы сейчас пригодился этот парень... Вот с кого нужно брать пример! Все, свободны.

Я снял наушники и посмотрел на Гарри.

— Сигнал до сих пор поступает?

— Да, и будет поступать недели три, пока не разрядится батарейка. А я буду все записывать.

Я рассеянно кивнул. То, что услышит Гарри, наверняка откроет ему глаза на изнаночную сторону моей работы. Чертов Ямаото уже наговорил слишком много: и о моей «странной» привязанности к Мидори, и как здорово мне удаются заказные убийства...

— Не думаю, что Мидори стоит слушать эту запись, — осторожно проговорил я. — Все, что нужно, она и так знает. Не хотелось бы... еще больше ее компрометировать.

— Понял, — коротко кивнул Гарри.

Боже, да этот парень давно обо всем догадался!

— Хорошо, что мне есть на кого положиться, — благодарно сказал я. — Спасибо!

— Все в порядке, Джон.

Зазвонил домофон, и мой помощник нажал на кнопку.

— Это я, — проговорила Мидори.

Гарри открыл дверь в подъезд, и на этот раз мы поменялись ролями: он встал у окна, а я вышел на лестницу. Минутой позже я увидел Мидори с картонной коробкой в руках. Девушка улыбнулась и, взлетев по ступенькам, прижалась ко мне всем телом.

— С каждым разом ты выглядишь все хуже, — прошептала она, положив коробку на пол.

Боюсь, она права: лицо у меня перепачкано гудроном, вид измученный.

— И на душе тоже не очень, — посетовал я, но улыбнулся, показывая, что рад ее видеть.

— Что стряслось?

— Расскажу чуть позже. Гарри сообщил: вам нужно проиграть мелодию.

— Ладно, — согласилась девушка, срывая с коробки упаковочную ленту. Аккуратно сняв крышку, Мидори достала музыкальную приставку — нечто вроде минисинтезатора.

— Думаешь, это поможет? — спросила она у Гарри.

Мой друг внимательно осмотрел разъем.

— Кажется, есть у меня подходящий адаптер. — Он открыл ящик письменного стола и, перепробовав несколько шнуров, выбрал подходящий. Затем подключил приставку к компьютеру и загрузил файл с диска.

— Вся проблема в том, что я не знаком с нотной грамотой, а Мидори плохо владеет компьютером. Думаю, для начала нужно преобразовать музыкальную комбинацию в графическую, то есть в ноты. Когда данных будет достаточно, специальная программа сможет использовать их как трафарет, и потом я с помощью фрактального анализа постараюсь определить, как повторяются элементы. Выявится система, которую нужно будет применить к стандартному японскому. Вот, собственно, и все.

— Да, именно так я и подумал.

Гарри пронзил меня фирменным взглядом, означающим «ну ты и трепло», а потом обратился к Мидори:

— Попробуй сыграть то, что видишь на экране, и посмотрим, что выдаст программа.

Девушка присела на краешек стула.

— Постой, ты должна очень постараться. Если сыграешь по-иному, изменишь сам «узор», и программа собьется. Сможешь сыграть нота в ноту?

— Думаю, да, хотя с компьютера я играю впервые, поэтому есть определенный риск. Лучше потренироваться. Отсоединишь меня на минутку?

— Конечно. — Гарри кликнул мышкой и отсоединил адаптер. — Скажи, когда будешь готова.

Несколько секунд Мидори молча смотрела на экран, тонкие пальцы чуть заметно трепетали. Вот она коснулась клавиш, и мы впервые услышали мелодию, которая стоила ее отцу жизни.

Через несколько секунд девушка подняла глаза на Гарри.

— Готова, можешь подключать.

Мой помощник вставил адаптер в разъем компьютера.

— Все, машина тебя слушает.

И снова пальцы Мидори запорхали над клавишами, и снова в крохотной квартирке зазвучало что-то похожее на реквием.

Партитура закончилась, и девушка вопросительно взглянула на Гарри.

— Графическая комбинация есть, — заявил он. — Давайте посмотрим, что из этого выйдет.

Затаив дыхание, мы смотрели на экран.

Через полминуты из колонок послышались странные разрозненные звуки, очень отдаленно напоминающие только что сыгранную мелодию.

— Машина анализирует звуки, — пояснил Гарри. — Пытается выявить систему.

Несколько минут мы молчали.

— Особого прогресса не вижу... Не хватает вычислительной мощности?

— И что теперь делать? — спросила Мидори.

Гарри пожал плечами.

— Могу сходить на сайт ливерморской лаборатории и порыться в их суперкомпьютере. Но в последнее время они много работают над безопасностью Сети, так что придется повозиться.

— А суперкомпьютер поможет?

— Не исключено, — проговорил парень. — Вообще-то мощности и на моей машине достаточно. Все дело во времени. Чем больше мощность, тем быстрее будет результат.

— Значит, суперкомпьютер ускорит процесс, — резюмировала Мидори, — однако насколько — неизвестно.

— Правильно.

Повисла тяжелая тишина. Первым заговорил Гарри:

— Давайте трезво оценим ситуацию. С какой целью мы хотим расшифровать файл?

Ясно, к чему он ведет: тому же соблазну я чуть не поддался в штаб-квартире «Убеждения», когда Ямаото спрашивал, где диск.

— О чем ты? — насторожилась Мидори.

— Каковы наши цели? Этот диск, как бомба, которую мы пытаемся обезвредить. Его владельцы знают, что содержимое не копируется и по каналам электронной связи не передается. Не проще ли обезвредить бомбу, вернув ее хозяевам?

— Нет! — закричала побледневшая Мидори. — Мой отец отдал жизнь ради этого файла. Диск должен выполнить свою миссию!

Гарри поднял руки, словно признавая поражение.

— Я лишь пытаюсь найти какой-то выход. Помочь хочу!

— Сам подумай, Мидори права, — начал я. — Дело не только в том, что за этот диск ее отец заплатил жизнью. За ним охотятся столько зубастых хищников: Ямаото, ЦРУ, Кейсацучо. Если отдать диск кому-то одному, другие не успокоятся!

— Пожалуй, — кивнул Гарри.

— Но сравнение с бомбой мне понравилось. Как их обычно обезвреживают?

— Взрывают в безопасном месте, — отозвалась Мидори.

— Умница! — похвалил я.

— Булфинч! — догадалась девушка. — Булфинч опубликует информацию и обезвредит диск. Именно этого хотел мой отец!

— Мы отдадим диск, даже не узнав, что на нем? — изумленно спросил Гарри.

— Можно сказать, что мы и так знаем. Все сказанное Булфинчем, подтвердил Хольцер. Другого варианта я просто не представляю.

— Ты уверен, что журналист справится с расшифровкой?

Я с трудом подавил улыбку. В голосе Гарри столько негодования: надо же, игрушку отнимают, а какой-то репортер способен разгадать загадку без него, самого гениального программиста на свете!

— Думаю, что в «Форбс» есть компетентные сотрудники. Тем более что они заинтересованы в скорейшей публикации.

— Все-таки мне бы хотелось попробовать...

— Представь, и мне тоже! — перебил я. — Но мы не знаем, сколько времени это займет. В настоящий момент у нас слишком много врагов, а оказывать сопротивление с каждой минутой все труднее. Чем скорее Булфинч опубликует чертову статью, тем скорее мы вздохнем с облегчением.

— Все, я ему звоню, — решительно сказала Мидори.


Часть третья | Солнце для Джона Рейна | cледующая глава