home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 4

Констанция видела всю сцену сквозь распахнутые двери гостиной. Обычно она не подслушивала чужие разговоры, сейчас она понимала, как для Авроры важен ее поступок. Возвращаясь из кухни, она остановилась перед дверью, надеясь услышать, о чем они говорят.

Но они молчали. Джайлз читал, Аврора вышивала. Она уже хотела войти, но тут Джайлз вскочил на ноги и пробормотал, что пора ехать в Лондон.

Констанция стала свидетельницей их краткого объятия. Правда, Джайлз сразу же высвободился из рук Авроры, но она все-таки успела заметить страдальческое выражение на его лице. Он хотел эту девушку. Хотел так же сильно, как она хотела его. Констанция, ушам своим не веря, услышала, как Джайлз расхохотался. И в ужасе увидела, как побледнела Аврора. У нее появилось на лице такое выражение, словно ее ударили.

Потом девушка выбежала из комнаты. Констанция отступила за дверь, но Аврора ее не заметила и, промчавшись мимо, проворно поднялась вверх по лестнице. Потом так же быстро следом за хозяйкой промчалась кошка. Джайлз стоял, не двигаясь. Лицо его ничего не выражало, но в его глазах Констанция заметила боль, в которой он никогда никому не признался бы. Она глубоко вздохнула, разгладила передник и, сосчитав до шестидесяти, распахнула дверь.

– Что случилось? Ты уже уезжаешь?

– Да. Я уже сообщил Авроре, что должен вернуться в Лондон. У меня на сегодня запланировано много дел.

Он говорил почти таким же твердым голосом, как Констанция, но теперь, подойдя ближе, она заметила непроходящую боль на его лице.

– Жаль, – произнесла она, – я надеялась, что ты у нас переночуешь. – Она окинула взглядом комнату и спросила, сама себя ненавидя: – А где Аврора?

– Кажется, она ушла спать, – ответил он, не глядя на нее.

– Спать? Но еще рано!

– Кажется... она сказала, что устала и хочет отдохнуть.

– Понятно.

Он как-то странно взглянул на нее.

– Ну что ж, как я уже сказал, мне пора.

– Возвращайся скорее, Джайлз. Мы всегда рады тебя видеть.

Он ушел, а Констанция, вдруг почувствовав себя страшно усталой, опустилась в кресло перед камином и уставилась в огонь невидящим взглядом. Как ни страшно признаться, но она ревновала его к Авроре. И стыдилась своей ревности. Она всегда относилась к Джайлзу Блэклоу просто как к другу. А теперь, к своему ужасу, она поняла, что он значит для нее гораздо больше. Что ей делать?

Она не сможет смотреть на Аврору, не сможет смотреть на Джайлза. Или сможет? У нее нет выбора. Как и Джайлз, она считала, что девушка слишком молода для него. К тому же она видела восхищенные взгляды Джона Максуэлла на свою ученицу.

И Констанция решила, что должна отвлечь девушку и Джайлза друг от друга и заручиться поддержкой ничего не подозревающего Джона Максуэлла.


Как и предполагал Блэклоу, обратный путь в Лондон занял много времени, потому что дороги развезло после ливня, разразившегося два дня назад. Забрызганный грязью и продрогший до костей, он добрался до постоялого двора, где обычно останавливался по дороге, и сел у огня, чтобы просушить промокшую одежду. Несколько кружек эля помогли, наконец, согреться, и он отправился спать. Однако несмотря на усталость, он долго не мог заснуть. Его преследовало ощущение рук Авроры, обвившихся вокруг его шеи. Он был потрясен ее неожиданной смелостью. Нахмурив брови, он вспомнил, как немедленно отреагировало его тело на ее близость, и покачал головой. Он обязан сохранять стойкость и довести свои планы до конца. Но он всего лишь человек.

За очень короткое время девочка на его глазах превратилась из угловатого застенчивого ребенка в красивую женщину. К тому же он помогал формировать ее ум. К своему ужасу, он обнаружил, что и она влияет на его мысли. За последнее время он часто видел ее во сне. И каждый раз, засыпая, надеялся, что она ему приснится. Он видел ее прелестное личико, пробовал на вкус свежие губки, а иногда гладил белую кожу, наслаждаясь ее шелковистой нежностью... Он обязан оставаться сильным, говорил он себе.

– ...Сильным... – вслух произнес он, и слово насмешливо отозвалось эхом в крошечной комнатушке.

Но сможет ли он? Она так соблазнительна. Он подмечал каждое ее движение, слышал ее голос. Он отчетливо представлял ее себе даже тогда, когда ее не было рядом.

Это недопустимо, сказал он себе и, повернувшись на другой бок в одинокой постели, закрыл глаза, ведь он не мог принести ни ей, ни какой-либо другой женщине ничего, кроме боли.


Глава 3 | Аврора | Глава 5