home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


16

В огромном панцире моллюска почти не осталось мяса, и хиродонт чувствовал себя достаточно сытым, чтобы вернуться на глубину. Скоро все пиявки, присосавшиеся к его коже, будут сжаты давлением настолько, что не смогут питаться и поднимутся на поверхность. Он ненавидел пиявокте причиняли ему сильную боль, а крупные могли его убить. В связи с последней опасностью следовало бы внимательнее наблюдать за тем, что его окружало, но, будучи достаточно умным, чтобы понять, что сожрал он именно ускользнувшего раньше моллюска, хиродонт был достаточно глупым, слишком сосредоточившись на процессе питания.

Хиродонта, зарывшегося носом в похожий на пещеру панцирь, из которого торчали напоминающие лишайник ошметки мяса, атаковала сбоку гигантская пиявка.


ПР-3 решил придать своему корпусу вид истребителя «Харриер» с вертикальным взлетом и посадкой, который он увидел на сайте под названием «Исторические вооружения», но ПР-14, ознакомившись с этим же сайтом, заявил, что зонд стал скорее похож на вертолет огневой поддержки.

В момент создания подразумы не обладали достаточными для возникновения спора умственными различиями, но с течением времени у них стали постепенно развиваться индивидуальные черты.

– Как ты думаешь, почему босс решил поставить над нами этого гомика? – спросил Третий, приступив с компаньоном к прочесыванию выделенного сектора.

– Я думаю, – сказал Четвертый, постепенно становившийся старшим в группе, – это вызвано тем, что он обладает большим опытом пребывания в этом мире. У нас же есть программирование, но отсутствует опыт.

Третий хмыкнул и зашевелил обтекателями.

– Да, возможно, Двенадцатый сделал больше, но у него нет нашей огневой мощи.

Четвертый, взявший на себя роль «адвоката дьявола», мгновенно перешел в оборону.

– Дело не в том, что ты можешь сделать, а в том, что ты способен понять. – Вряд ли ему самому был ясен смысл сказанных им слов.

– Двенадцатый, возможно, обладает большим опытом пребывания в физическом мире, но ему не хватает мощности. Для этого нужны мы, – заметил Третий.

– Ну, – начал было Четвертый, но вдруг замолчал. – Ты почувствовал?

– Еще бы! – взволнованно воскликнул Третий. Полицейские зонды резко снизили высоту и скорость, выпустив ребристые языки термоядерного пламени. Они одновременно развернулись и медленно двинулись обратным курсом, затем разошлись в стороны, вращая антеннами в поисках добычи.

– Здесь, подпространственная отметка, – довольным тоном сообщил Четвертый.

Зонды еще раз изменили курс и зависли над морем, как осы – над шипучим напитком. Они покачивались в воздухе, пытаясь уловить хоть что-нибудь в передаваемом узким лучом сигнале.

– Мы что-то нашли! – взревел на весь эфир Четвертый.

Отрывки передаваемых четверичным кодом сообщений поступали в их приемники, и они пытались определить последовательность.

– Передавайте все, что принимаете, – приказал им ПР-12.

– Получается! – закричал Третий, судорожно пытаясь составить что-нибудь членораздельное для передачи. – А это что такое?

Четвертый не успел ответить товарищу, потому что тонкая черная линия вдруг появилась между поверхностью моря и ПР-3. Зонд рассыпался на части в световом диске, и обтекатели пусковых установок, кувыркаясь, полетели над волнами. ПР-4 взмыл над волнами, как оказалось вовремя, потому что под ним прогремел взрыв. Затем на поверхности появился прадорский боевой зонд, который мгновенно бросился в погоню. Четвертый выпустил две самонаводящиеся ракеты и попытался скрыться. Одна ракета взорвалась далеко от цели, но вторая сработала всего метрах в десяти от противника, окутав его облаком пламени. ПР-4 снизил скорость, потом резко увеличил ее, увидев, что прадорский зонд вылетел из пламени невредимым, только с тонким слоем сажи на бронированной оболочке.

– Тебе не выжить, – передал он.

Две ракеты, подобно жадным щукам, устремились к Четвертому. Зонд попытался увеличить высоту, но наткнулся на глухую стену огня из рельсовой пушки, мгновенно отбросившую его в сторону. Куски обшивки посыпались в море, электромагнитный заряд вывел из строя его термоядерный двигатель буквально за долю секунды до взрыва двух выпущенных снизу ракет. Зонд даже не заметил их. После двойного взрыва от него не осталось ни одной части больше ногтя.


Берег был уже виден, и именно этот момент червь-носорог выбрал для атаки. Он налетел на скутер, отбросив его в сторону, и его клювовидная пасть сомкнулась на ступне Роуча. Коротышка закричал и мгновенно уронил антифотонное оружие Кича в воду. Тот протянул руку и схватил Роуча за куртку, а Борис перегнулся через сиденье и попытался прижать его к своей груди.

– Стреляй в тварь! – крикнул Кич Борису.

– Не могу! Роуч упадет в воду.

Контролер выругался и попытался достать пистолет из-за ремня Бориса.

– Я не поддамся! Не поддамся! – вопил Роуч.

– Держись! – зачем-то закричал Борис.

Рука Кича словно налилась свинцом, кода он попытался использовать кибердвигатели, потом что-то хрустнуло в запястье и его лицо исказилось от боли. Однако ему, наконец, удалось достать пистолет и навести его на червя-носорога.

– Проклятье! Не могу нажать на курок, Попытайся удержать его на борту!

Кич отпустил Роуча и переложил оружие в правую руку. Вцепившегося мертвой хваткой в товарища Бориса едва не перекинуло через сиденье, когда червь попытался сбросить добычу в море. Первый выстрел прожог дыру в голове червя. Тварь замерла лишь на мгновенье, чтобы моргнуть, потом принялась тянуть Роуча в море еще сильнее. Второй и третий выстрел Кича образовали дымящуюся воронку в кости черепа между глаз червя. Чудовище вдруг разжало челюсти и поднялось над водой, как готовая к броску кобра. Кич прицелился в нижнюю часть черепа и выстрелил. Червь замер, чихнул и упал в море, как кукла, у которой обрезали нитки.

– Я же сказал, что не поддамся! – крикнул Роуч, глядя на плавающую рядом со скутером безжизненную тварь.

– Вот дерьмо, – пробормотал смотревший в другую сторону Борис.

Кич и Роуч мгновенно повернулись и уставились на приближавшуюся громадину молли-карпа.

– Этим его не остановишь. – Кич поднял импульсный пистолет. – Здесь нужно нечто вроде моего антифотонного оружия. – Он осуждающе посмотрел на Роуча, который смущенно отвел взгляд, не желая признавать, что просто струсил.

– Ничего не мог сделать. Моя рука еще плохо работает, – попытался оправдаться моряк.

– Значит, нам конец, – пробормотал Борис. Молли-карп на всей скорости неся к скутеру, но в последний момент почему-то резко свернул и схватил червя-носорога. Теперь он лежал на поверхности рядом с неподвижным скутером, одним глазом следя за его пассажирами, и шумно пережевывал голову добычи.

– Молли хороший, – сюсюкал Роуч, пока Кич отчаянно пытался накопить мощность в антигравитационном двигателе и поднять скутер над волнами, которые вот-вот могли захлестнуть его. Двигатель только завывал и скрежетал.

– Спррзк выгорел, Снайпер спасет, – донесся голос ПР-13 из-под сиденья.

– Можешь нас приподнять? – тихо спросил Кич. Зонд, ударившись в нижнюю поверхность сиденья, рывком приподнял летательный аппарат над волнами. Роуч, едва не свалившись в воду, выругался, но смог удержаться и покрепче вцепился в скутер, пробормотав что-то вроде «несет всякую чушь». Контролер, не спуская глаз с карпа, потянулся к крану, который подавал чистую воду в один работающий ускоритель. Он открыл его, двигатель зачихал и задымился. Некоторые его части раскалились докрасна, и Борис поспешил убрать ноги подальше.

– А как насчет тяги? – прошептал Кич.

– Никаких шансов, – ответил ПР-13. Ускоритель чихнул и выплюнул из себя какую-то часть, которая с шипением запрыгала по волнам, прежде чем утонуть.

– Прощай, фильтр, – вздохнул Кич.

Из ускорителя повалил пар, и потекла чистая вода. Кич убрал руку с крана, наблюдая за струей.

– Кран можно не закрывать. По крайней мере, уменьшим вес. – Он наклонился, заглянул под сиденье. – Кроме тебя, у нас ничего не осталось. Придумай что-нибудь.

– А он уже поел, – сообщил Роуч.

Все трое посмотрели на карпа, дожевывавшего последний кусок хвоста червя-носорога. Через мгновение рыба должна была громко рыгнуть – но почему-то не стала этого делать. Вместо этого она повернулась, так резко, что, казалось, сама удивилась, и поплыла прямо на скутер. Прежде чем Кич успел поднять импульсный пистолет и выстрелить, карп пихнул носом скутер, заставив его запрыгать по волнам. Потом он повторил удар, толкая перед собой скутер с его пассажирами.

Кич прицелился ему в глаз, но коротышка схватил его за запястье.

– Он только играет, – предупредил он. – Не надо его злить.

Так быстро в последний раз скутер двигался несколько часов назад, – волны шлепали по днищу, а антигравитационный двигатель дымился и угрожающе завывал. Молли-карп вдруг перестал подталкивать скутер, и машина продолжила движение, замедляемое редкими волнами, по инерции.

– Берег прямо по курсу! – закричал Борис.

Скутер прошел над едва выступающей над водой отмелью, размазав днищем моллюсков-лягушек. Он продолжал прыгать по волнам, как брошенный камень, и антигравитационный двигатель окончательно вышел из строя. Зонд пробормотал что-то нечленораздельное, но явно ругательное. Скутер воткнулся в берег, сбросив пассажиров на песок.

Кич сел, выплюнул изо рта песок и выругался. Борис застонал, но остался лежать на спине. Роуч первым встал на ноги и заковылял к кромке воды. Молли-карп обогнул отмель, на которую они только что наскочили, подплыл к берегу и замер.

– Он сделал это умышленно? – спросил Кич.

– Думаю, да, – ответил Борис.

– Как же! – возразил Роуч.

Карпа вдруг затрясло, причем так сильно, что вода вокруг него вспенилась. Потом он изогнулся, открыл пасть и громко застонал.

– Странно, – пробормотал Борис.

Рыба вдруг скрылась под водой, но не надолго. Она вылетела из воды, казалось, зависла в воздухе на мгновенье и рухнула вниз, подняв тучу брызг.

– Никогда не видел ничего подобного, – заметил Роуч.

– Я тоже, – кивнул Борис.

Кич в замешательстве наблюдал за карпом. То, что его тело зависло в воздухе, причем достаточно надолго, показалось ему странным. Рыба снова нырнула, оставив на поверхности воды пузырьки газа и какой-то мусор. На них накатила волна страшной вони.

– Думаю, он плохо себя чувствует, – пробормотал Борис.

Что-то вдруг со свистом и вспышкой вылетело из воды, направилось к берегу и зависло над их головами.

– Понятно, – сказал Кич, хотя на самом деле ничего не понимал.

Снайпер спустился ниже, разжал свою мощную клешню и бросил антифотонное оружие контролера на песок. Потом зонд встряхнулся, осыпая берег кусочками полупереваренного мяса. Какие-то смутные воспоминания возникли в голове Кича. Разве не такие аппараты он видел во время военных операций несколько веков назад? Точно, это же боевой зонд очень старой конструкции!

Несмотря на преклонный возраст и отсутствие средств, способных выразить эмоции, зонд явно выглядел раздраженным.

– Вы в порядке? – проскрипел он.

Кич уже собирался ответить, но его взгляд привлекло какое-то движение. Он посмотрел на «морского конька», который, зажужжав, встал на хвост, с трудом удерживая равновесие.

– Спрззт, убей их.

Снайпер повернулся в сторону моря.

– Треклятые прадорские зонды! Посмотрим, каким удастся справиться с настоящим боевым зондом!

Сказав это, он взмыл в небо, включил термоядерный двигатель и скоро превратился в точку на горизонте.

– Что здесь происходит? – спросил Кич, глядя на ПР. Тот, видимо, совсем лишился сил и с глухим стуком упал на песок.

– Прадорские зонды? – контролер обратился к хуперам.

Судя по лицам, Борис и Роуч понимали не больше него самого. Кич поднял с песка оружие, покачал головой и подошел к багажному отделению скутера. Оттуда он достал аптечку, которую ему дала Эрлин, потом сел на песок, сделал укол и забинтовал запястье. Сложно было управлять кибердвигателями без стимулятора – иногда они разрушали кости, на которых были установлены. Словно вспомнив о чем-то, он поднял взгляд на Роуча.

– Тебе аптечка не нужна?

Моряк согнул и разогнул руку, похлопал по ноге. Толстая короста отвалилась, открыв чистую новую кожу.

– Нет необходимости.

– Я так и думал.

Обработав запястье, Кич встал и повернулся к зарослям. Внезапное и несколько приведшее его в замешательство появление боевого зонда пришлось выбросить из головы как не относящееся к делу, потому что логического объяснения этому событию не было. Следовало сконцентрировать внимание на первоочередных задачах. Он подумал, что Фриск, посчитав его погибшим, могла покинуть Спаттерджей. Впрочем, она могла появиться здесь, чтобы найти Джея Хупа, а Кичу хотел встретиться с ним ничуть не меньше, чем с ней.

– Где-то здесь Амбел и другие моряки должны искать Скиннера, – сказал он.

– Именно так, – согласился Борис, задумчиво глядя на ПР-13.

– Как мы сможем их найти?

– Вероятно, они высадились на берег на другой стороне острова.

– Тогда нам следует отправиться туда.

Он выстрелил из АФО по зарослям. От лиловой вспышки зарябило в глазах. Когда мусор осел, Борис и Роуч поднялись с песка и осуждающе посмотрели на Кича. Тот жестом предложил пройти по прожженной среди деревьев широкой просеке и, подождав немного, усмехнулся и двинулся первым, за ним захромал Роуч. Борис последовал было за ними, потом остановился и вернулся за Тринадцатым. Он поднял зонд с песка и поспешил за товарищами.

– С-спасибо, – поблагодарил подразум.


Место гибели двух зондов было отмечено плавающими на поверхности кусочками вспененного металла.

– Ты понимаешь, что это был твой вторичный излучатель и что этот ублюдок здесь не один? – спросил Снайпер.

– Понимаю, – ответил Блюститель.

– А ты понимаешь, что не сможешь определить источник этого сигнала, пока мы не уничтожим нескольких из них? Или есть еще вариант: тварь, посылающая этот сигнал, вдруг начнет вести себя безрассудно…

– И это я понимаю.

– Что же ты надеешься получить?

– Достаточную для расшифровки часть сообщения, чтобы я мог включиться в передачу.

– Тогда следует вступить в открытый бой. Эти ублюдки не будут наблюдать, пока мы записываем выброс сигнала.

– Значит, нам ужасно повезло, – сказал Блюститель, – что ты уже… анально независим.

– Мы должны обсудить, как это сделать, – резко произнес боевой зонд.

– Что ты можешь предложить?

– Я могу предложить разыскать мерзавцев и разнести их на куски. Чем больше разнесем, тем меньше вторичных излучателей останется. Таким образом, мы сможем получать все больше и больше кодированных сообщений.

– План совсем не плох. Но как ты собираешься их найти ?

– Сарказм делу не поможет, – заметил Снайпер. – Я знаю прадоров, и если один из них добрался сюда, значит, он спрятался в самой глубокой дыре, которую смог найти. Где самое глубокое место в Северном море?

Ответ он получил после продолжительной паузы, и говорил Блюститель совсем другим тоном:

– Да, действительно существует очень глубокая впадина.

– Уверен, что в данный момент можно провести прямую линию от точки, в которой нахожусь я, до самой глубокой точки впадины.

– Какое это имеет значение? – спросил Блюститель. – Подпространственные сообщения передаются под пространством. На них может повлиять только гравитационное поле планеты.

– Это имеет огромное значение. – Тон Снайпера был поучительным. – Прадоры украли подпространственные технологии у нас. Они по-прежнему считают, что пользуются связью в реальном пространстве, то есть связью, для контроля которой необходима прямая видимость. Такова их психология. Если на пути сигнала возникает гора, прадор мгновенно начинает думать, что не может контролировать получателя сигнала. Вторичные излучатели явно находятся в зоне впадины.

– Отлично! – воскликнул Блюститель. – ПР-12, ты остаешься с зондами с седьмого по десятый рядом с судном. Остальным немедленно переместиться в зону впадины Ламант.

Вместе с сообщением была передана карта глубин океана, и Снайпер мгновенно увидел, куда ему следовало переместиться, а также определил, что это место находится не слишком далеко. Он медленно поднялся над океаном, вращая антеннами и выдвигая параболический излучатель из-под защитных плит на животе. По пути он включил систему, которую не использовал уже несколько веков, и подключил зарядное устройство. Постепенно пластинчатые гигаваттные аккумуляторы накопили чудовищный по мощности заряд. Зонд улыбнулся своей антифотонной улыбкой. Скоро наступит момент показать зубы, правда, он сам еще не знал когда.

На радаре появились четыре отметки полицейских зондов, посланных Блюстителем в этот сектор.

– Разделиться по одному для поиска. Держаться на большой высоте, чтобы было время отреагировать на любую атаку.

– Так точно! – бодро отрапортовали зонды.

– Если кто-нибудь приблизится, не пытайтесь справиться в одиночку. Летите ко мне.

На этот раз ответ был менее жизнерадостным.

Снайпер проследил, как разделились на экране радара четыре отметки, потом загрузил из памяти в поворотный магазин программу идентификации интеллектуальных ракет. Он знал, что только прямое попадание одной из таких ракет может пробить прадорскую броню, но даже в этом случае вражеские зонды явно не станут легкой добычей, как в старые добрые времена. Увеличив скорость, он спустя пару мгновений оказался точно в центре зоны поиска.

– Вот дерьмо! – закричал ПР-1.

На экране на мгновение появился прадорский зонд, затем – сегментированное изображение нескольких взрывов. По отметке радара Снайпер определил, что ПР-1 летит к нему с двойной звуковой скоростью. За ним появилась другая отметка, не очень отчетливо отображаемая радаром. Он зафиксировал эту отметку и внимательно ее изучил.

– Экзотический металл… вот именно. ПР-1, набирай высоту, потом пикируй в море, когда оторвешься на километр. Я дам сигнал. Не отклоняйся от курса!

– Долбануюракетувжопу! – таков был ответ подразума.

Снайпер включил термоядерный двигатель и поспешил на выручку попавшего в беду зонда. Рассчитав векторы, он выпустил одну ракету и проследил за ее удалением. На подлете к цели она разовьет скорость, в пять раз превосходящую скорость звука. Времени на маневрирование практически не останется ни у нее, ни у цели. Затем боевой зонд сместился вправо и открыл огонь из пушки. Перед ним полетела туча утяжеленных и заостренных карборундовых стержней. Через несколько секунд он заметил Первого, которого преследовал прадорский зонд. Снайпер проследил, как ракета корректирует траекторию, потом послал сигнал. ПР-1 вошел в пике, ракета пролетела над ним прямо в нос прадору. Противнику удалось лишь немного уклониться, прежде чем прогремел взрыв. Снайпер увидел, как он выскочил из огненного шара с раскаленной добела броней. Выровнявшись, зонд полетел прямо на него, но попал в тучу карборундовых стержней. Струи паров металла стали вылетать из размягченной брони, а стержни уже без труда пронзали его, разрушая внутренности. Снайпер, как хищник, проследил его падение в море и позволил себе усмехнуться, когда до воды оставалось не больше десяти метров. Фиолетовое пламя пронзило врага, потом он взорвался, осыпав волны градом обломков.

– Получи, выродок!


Голова скользнула вниз, прежде чем Джанер успел поймать ее автоматическим прицелом и навести луч на то место, где она находилась, – только камни зашипели и задымились. Буквально через мгновение она скрылась в ползущих растениях, которыми густо заросли развалины. Он перестал стрелять только после того, как Амбел положил ладонь на ствол карабина.

– Парень, источник питания не бесконечный.

И действительно, экран пульта управления сообщил ему, что осталась лишь четверть заряда.

– Мы отправимся в погоню, – сказал Рон. – Эрлин, Энн и Планд останутся с Форламом.

Джанер предположил, что он сам включен в состав отряда, так что у него еще оставался шанс использовать оставшийся заряд по назначению. Между тем Амбел снял какой-то пакет с ремня и передал его Планду.

– Смажь нож на тот случай, если появится тело или голова.

Моряк кивнул и осторожно взял пакет. Амбел повернулся к сжимавшему с мрачным видом дробовик Пеку.

– Ты ведь не останешься здесь, даже если я попрошу, верно?

– Буду проклят, если останусь.

Рон опустил Форлама на землю, прислонив спиной к камню.

– Шувствую шебя немного луше, – прошепелявил тот.

Что-то странное произошло с его речью. Рон долго смотрел на него с подозрением во взгляде, потом повернулся к Эрлин.

– Он явно не в себе, – сказал он многозначительно.

– Я попробую дать ему побольше земных питательных веществ.

– Нам пора, – кивнул капитан.

Они вчетвером спустились по склону к реке и разбросанным за ней руинам. Нервы Джанера были напряжены до предела, он реагировал на малейшее движение в траве. Пек шел, прижав к груди дробовик, Амбел вышагивал с совершенно невозмутимым видом с мушкетоном на плече, положив ладонь на рукоятку ножа в ножнах. Капитан Рон на ходу правил лезвие мачете камнем. Когда они прошли половину склона, он спрятал камень в карман и протянул руку. Амбел передал ему один небольшой пакетик со спрайном.

В реке присосавшиеся ко дну пиявки были похожи на форель. На глубине Джанер заметил какое-то странное существо, похожее на луковицу на паучьих лапках, и не спускал с него глаз, хотя тварь явно не собиралась выходить на поверхность.

Отряд перешел через реку по камням и скоро приблизился к заросшему рву, который тянулся вдоль зубчатой стены. Пек посмотрел в ров и раздраженно плюнул. Джанер тоже бросил туда взгляд, но увидел лишь стоячую воду, из которой торчали спутанные белые ветви. Он уже собирался отправиться следом за остальными, когда вдруг понял, что это были совсем не ветви, а груды человеческих костей.

– Их не должно здесь быть, – удивился он.

– Это же крепость Хупа, – напомнил ему Амбел.

– Но она необитаема уже несколько веков.

– Человеческие кости здесь не гниют, если, конечно, не принадлежат хуперу.

Джанер уже собирался спросить почему, но вспомнил, что Эрлин рядом не было.

– Более подходящий памятник, чем это, – сказал он, имея в виду крепость.

– Проклятье, – совершенно не к месту пробормотал Пек.

Они пошли дальше вдоль рва, пока не оказались у того участка стены, в котором когда-то находилась стальная дверь. Ржавые куски металла все еще торчали из камней, а земля рядом покраснела от ржавчины. Рон спустился по склону рва к вонючей воде. Сунув мачете под мышку, он надел перчатки и присел, затем окунул лезвие в воду, высыпал на него несколько кристаллов спрайна и растер их в пасту вынутым из кармана камнем. Когда пастой была покрыта вся режущая кромка, он бросил ставший смертельно опасным камень в сторону.

– Переходим здесь, – приказал он и, держа мачете на безопасном расстоянии от тела, вошел в вонючую воду.

За ним быстро последовал Амбел, потом – Пек. Джанер остановился у кромки, пытаясь рассмотреть движение под маслянистой поверхностью.

– Здесь нет пиявок, – упокоил его Амбел. – Кости отравили воду.

Джанер решил поверить ему на слово и вошел в воду. Он старался не обращать внимания на всплывший со дна череп, который покачивался на поверхности, как подарок к Хеллоуину.

Они поднялись по противоположному склону рва и вошли во владения Хупа сквозь пролом в стене не меньше двух метров толщиной. В ней находились отверстия, которые в давно забытые времена служили для того, чтобы выливать расплавленный свинец на головы непрошеных гостей.

За стеной оказался широкий двор, Рон повел их через него, но вдруг остановился и указал на каменные плиты. Никто не произнес ни слова, увидев отпечатавшиеся на пыльных плитах продолговатые следы. Капитан, взмахнув мачете, пошел дальше, члены отряда старались не отставать, и скоро они оказались в саду, заросшем знакомыми Джанеру земными растениями, которым удалось здесь выжить. Шиповник достигал здесь высоты деревьев; солнечные часы окружали похожие на орхидеи цветы. Дальняя стена сада заросла вьющимися растениями, намертво вцепившимися в причудливые резные узоры. На стене лежала голова Скиннера.

Джанер поднял карабин и понял, что совершил очередную ошибку, увидев, как переместилась голова. Она на самом деле находилась за стеной, а не на стене. Голова соединилась с длинным туловищем, которое все увидели в проеме.

– Проклятье, – на этот раз к месту пробормотал Пек. Скиннер предстал перед ними, и Джанеру никогда в жизни не доводилось видеть более ужасного зрелища. Четырехметровое синее существо, невероятно худое, с руками, похожими на паучьи лапы, головой, напоминавшей одновременно рыло бородавочника, морду бабуина и человеческий череп, с черными злобными глазками, ушами, которые одновременно являлись крыльями, и плоскими, шевелившимися, словно усики, лапками под челюстями, усеянными рядами черных зазубренных зубов.

– Только что соединились, – безразличным тоном произнес Рон. – Взгляните на шею.

Джанер увидел пасть пиявки там, где у нормального человека должен был находиться кадык. Он снова поднял карабин, не понимая, почему капитан говорил так спокойно.

Скиннер взревел и бросился на них нелепыми, но невероятно быстрыми и длинными прыжками. Пек уже палил в него из дробовика, прежде чем Джанер смог сделать первый выстрел. Луч опалил кожу на груди монстра и похожее на крыло летучей мыши ухо. Впрочем, это не только не остановило Скиннера, но даже не заставило его замедлить свой бег. Джанер продолжал стрелять, но вдруг увидел приближавшуюся к нему руку, похожую на скрепленные резинками теннисные ракетки. Сила удара была чудовищной – он словно врезался с разбега в металлическую решетку, потом пролетел сквозь заросли шиповника и сполз по стене. От удара у него сбилось дыхание, он просто не мог пошевелиться.

Он видел продолжавшего отчаянно палить из дробовика Пека, спрятавшегося за солнечными часами; в следующий момент часы вместе с хупером оторвались от земли, раздался хруст камней и костей и что-то окровавленное плюхнулось на землю. Капитан Рон атаковал чудовище, размахивая мачете, и Скиннер с трудом уклонялся от его ударов.

Вдруг монстр бросился вперед со сверхъестественной быстротой. Сначала Джанер услышал глухой удар, потом какое-то фырканье, и мачете со звоном стукнулось о стену справа от него. Этот звук словно вернул Джанеру способность двигаться, он стал выпутываться из зарослей, отчаянно ругаясь, когда шипы впивались ему в лицо.

Джанер поднял карабин и навел его на голову Скиннера. Чудовище нависло над Роном, словно наслаждаясь своим превосходством, прежде чем разорвать свою жертву на куски. Рон со спокойным лицом стоял перед ним, сложив руки и расставив ноги. Скиннер почему-то медлил. Джанер сделал шаг вперед и тут же упал лицом вниз – ветви шиповника опутали его ноги. Когда он, наконец, освободился и навел мушку на чудовище, к тому уже подкрадывался сзади Амбел.

Скиннер поднял руку, сжав пальцы в кулак, но Рон только усмехнулся. В этот момент Амбел вонзил отравленный спрайном нож в икру Скиннера, а Джанер открыл огонь.

Раздался оглушительный вой, это была смесь крика испытывавшего смертельные муки человека и визга свиньи, которую ведут на убой, но пятикратно усиленная. Джанер почувствовал, как мурашки побежали по его телу от этого крика, но продолжал стрелять. Скиннер лягнул Амбела, отбросив его метров на десять к стене с такой силой, что капитан едва не проломил ее и скрылся в туче поднятой обломками пыли. Продолжая кричать, чудовище в два прыжка подлетело к Джанеру, который решил, что пора прощаться с жизнью. Его лазер обжигал кожу, но, казалось, не наносил существенного вреда монстру.

Скиннер, не удостоив его взглядом, пробежал мимо и перепрыгнул через шестиметровую стену.


– Что это было? – спросил Кич.

– Ад разверзся, – пробормотал Роуч.

– Что ты имеешь в виду?

Коротышка бросил взгляд на Бориса и пожал плечами.

– Ничего подобного не слышал, – сказал он и сел на землю, чтобы осмотреть обугленные башмаки. Порывшись в карманах потрепанной куртки, он достал кусок лески и стал приматывать ею отвалившуюся подошву. Он, не спеша, закончил работу, встал и потопал ногой в отремонтированном башмаке.

– Ну, теперь ты готов? – нетерпеливо спросил Кич.

– Готов, насколько это возможно. Рука сломана, ноги поджарены, так что торопиться никуда не буду.

Контролер смотрел на него, не зная, что сказать, затем резко повернулся и быстро зашагал дальше. Роуч и Борис переглянулись и, не торопясь, двинулись следом. Пройдя несколько шагов, Роуч показал на ПР, которого Борис прижимал к груди, как ребенка.

– Почему ты от него не избавишься?

– Он спас нам жизни. Роуч недовольно фыркнул.

– Из-за него ты не сможешь идти быстро.

Они оба посмотрели на удалявшуюся фигуру Кича и пошли еще медленнее.

– Да, действительно, я не могу идти быстрее, – сказал Борис и вдруг удивленно вскрикнул.

Вес ПР изменился, и теперь он словно был сделан из бумаги. Хупер положил его на ладонь и с недоумением посмотрел на своего приятеля. Тот покачал головой.

– Я же не говорил, что мы торопимся.

Борис криво усмехнулся и сунул ПР под мышку; моряки поплелись за Кичем.


– Обнаружен сигнал. Передаю, – сообщил ПР-5. Боевой зонд применил единственный эффективный способ торможения на большой скорости – нырнул в море. Оставляя за собой белый след, он пронзал воду, пока не сбросил скорость, потом изменил курс и появился на поверхности. Спустя несколько секунд он, уже набирая скорость, летел туда, где находился ПР-5, но зонд уже исчез. На экране радара остался только рассеивающийся сигнал.

– Он сбит! – это был ПР-1.

– Точно!

Снайпер пропустил сигналы радара через программу очистки и обнаружил отметку удалявшегося прадорского зонда в паре километров от последней позиции ПР-5.

– Я тебя вижу.

Прадорский зонд резко развернулся и с ускорением направился к нему.

– Второй, это ты за моей спиной? – равнодушно поинтересовался Снайпер.

– А кто еще?

– Отлично, я хочу, чтобы ты изменил курс и сбросил мины здесь. – Он передал координаты. – Надо расшевелить ублюдков.

ПР-2 довольно хихикнул в эфир и помчался выполнять поручение.

– Первый, наведи на прадора луч лазера и постоянно держи его под прицелом, – приказал боевой зонд.

– Мне не пробить его броню, – возразил ПР-1.

– Знаю, но это выведет из строя датчики ублюдка. Меня он не потеряет, но, возможно, не заметит более мелкую цель.

Снайпер резко изменил курс, подлетел к нужной точке и отправил две ракеты в море. Проклятье! Прадорский зонд был близко, однако выпущенные им две ракеты еще ближе! Он выругался и нырнул, погрузившись метров на пятьдесят. В этот момент первая ракета взорвалась на поверхности, послав вдогонку оставлявшие белые пенные следы осколки. Вторая упрямо следовала за ним. Снайпер образовал облако отражателей, оставил пару мин и резко изменил курс. Сзади прогремели взрывы, справа что-то огромное с шумным всплеском упало в воду. Прадорский зонд преследовал его, пар и пузырьки воздуха окутывали его броню, раскаленную лазером ПР-1.

– Я здесь, ублюдок! – передал сообщение Снайпер.

– Ты – покойник, – услышал он ответ прадора.

– О, как я испугался!

Боевой зонд мгновенно изменил курс и вылетел на поверхность. Прадор направился за ним, понимая, что в воздухе быстрее догонит противника. Настройка его датчиков сбилась, показания были беспорядочными, и он только в последний момент заметил оставленные Снайпером мины. Вылетев из моря в эпицентре взрыва, прадорский зонд словно встряхнулся и… полетел за противником.

– Ты крепче, чем я думал, – послал сообщение Снайпер, а затем – пару ракет.

Первая оказалась достаточно мощной, чтобы пронзить струей плазмы броню. Вторая ракета прошла сквозь пробитую первой брешь и взорвалась внутри. Выпотрошенный панцирь – а больше от прадорского зонда ничего не осталось – по дуге полетел в море. Пожираемый изнутри пламенем, он на мгновение завис на подушке перегретого пара, потом исчез в глубине.


* * * | Скиннер | * * *