home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


тик

Лю-Цзы и Лобзанг, похожие на сумрачных призраков, миновали Глухой Бом и Длинный Сон. Им то и дело попадались синие статуи людей и животных, до которых Лю-Цзы строго-настрого запретил дотрагиваться.

Дворник пополнил запас продовольствия в одном из домов, оставив взамен маленькие медные бляшки.

— Это значит, что мы им обязаны, — сказал он, набивая продуктами сумку Лобзанга. — Следующий монах, который здесь побывает, должен будет дать кому-нибудь минуту или две.

— Минута или даже две не так много.

— Для умирающей женщины, которая хочет попрощаться со своими детьми, это целая жизнь, — сказал Лю-Цзы. — Не говорят ли: «Каждая минута на счету»? Пошли.

— Я устал, Дворник.

— Я только что сказал — каждая минута на счету.

— Но всем нужно спать!

— Да, но пока не время, — настаивал Лю-Цзы. — Мы сможем отдохнуть в пещерах Застывшей Песни. Ты ведь не можешь заворачивать время во сне?

— Мы можем использовать вертушки?

— Теоретически, да.

— Теоретически? Они могут завернуть время для нас. Мы проспим всего пару секунд…

— Они только на крайний случай, — резко сказал Лю-Цзы.

— И как вы определите этот крайний случай, Дворник?

— Крайний случай — это когда я решу использовать сделанные Ку вертушки, чудо-малыш. Спасательный пояс для спасения твоей жизни. Я доверюсь непроверенным, неосвещенным вертушкам с заводным механизмом только когда мне придется. Я знаю, Ку говорит…

Лобзанг моргнул и помотал головой. Лю-Цзы схватил его за руку.

— Ты опять что-то почувствовал?

— Уф… словно мне в мозг вонзился клык, — сказал Лобзанг, потирая голову. Он указал. — Это пришло оттуда.

— Боль пришла оттуда? — спросил Лю-Цзы. Он посмотрел на мальчика. — Как тогда? Мы так и не узнали направление…

Он замолчал и принялся рыться в своей сумке. Затем он смахнул ею снег с плоского валуна.

— Посмотрим, что…

Стеклянный дворец.

На этот раз Лобзанг смог сконцентрироваться на звуках, что наполняли воздух. Мокрый палец на винном бокале? Ну, можно начать с этого. Но палец должен быть пальцем бога на какой-нибудь небесной сфере. Прекрасные, сложные, изменчивые звуки не просто наполняли воздух, они были воздухом.

Двигающееся размытое пятно приближалось. Оно реяло прямо за ближайшей стеной, а затем прошло сквозь дверной проем… и исчезло.

Нечто было позади Лобзанга.

Он обернулся и ничего не увидел, но ощутил движение, и на мгновение что-то теплое проскользнуло по его щеке…

— … песок говорит, — сказал Лю-Цзы, высыпая содержимое маленького мешочка на камень.

Цветные песчинки, подпрыгивая, рассеялись по поверхности. Они не были так чувствительны, как Мандала, но в их беспорядке тоже было белое пятно.

Он окинул Лобзанга внимательным взглядом.

— Это доказывает, что никто не сможет сделать то, что только что сделал ты, — сказал он. — Мы так и не смогли найти способ обнаружения места, где произошло временное нарушение.

— Э, простите, — Лобзанг прикоснулся рукой к щеке. Она была влажной. — Э, что я сделал?

— Это занимает… — Лю-Цзы замолчал. — Анк-Морпорк в той стороне, — сказал он. — Ты знал это?

— Нет! Вы ведь сказали, что чувствуете, что это случиться в Анк-Морпорке!

— Но у меня багаж опыта и цинизма накопленный за всю жизнь! — Лю-Цзы пригоршней смел песок в мешочек. — Ты просто одарен. Пошли.

Еще через четыре аккуратно нарезанные секунды они миновали линию снегов и ступили на склоны, покрытые осыпающейся каменистой насыпью, которая скользила под ногами, а затем в ольховые заросли, не превышающие ростом самих путешественников. Здесь они встретили собравшихся кружком охотников.

Люди не обратили на них никакого внимания. Монахи были здесь обычным делом. Главный или, по крайней мере, тот, кто сейчас надрывался, а это обычно и есть главный, посмотрел на них и жестом показал проходить мимо.

Но Лю-Цзы остановился и дружелюбно посмотрел на создание в центре круга. Оно ответило ему тем же.

— Хорошая добыча, — сказал он. — Что собираетесь делать теперь, ребята?

— Тебе-то какое дело? — спросил главный.

— Никакого, просто спросил, — сказал Лю-Цзы. — Вы, ребята из долины, да?

— Ага. Ты удивишься, что можно получить за поимку этого.

— Да, — сказал Лю-Цзы. — Тыудивишься.

Лобзанг посмотрел на охотников. Больше дюжины вооруженных до зубов мужчин, оценивающе рассматривали Лю-Цзы.

— Девятьсот долларов за хорошую шкуру и еще сотня за лапы, — сказал главарь.

— Так много, да? — сказал Лю-Цзы. — Такая куча денег за пару лап.

— Это потому, что это большие лапы, — сказал охотник. — А ты знаешь, что говорят о людях с большими лапами, а?

— Им нужны большие ботинки?

— Ага, верно, — ухмыльнулся охотник. — И вправду чепуха, но на Противовесном Континенте есть богатенькие старички с молодыми женами, которые заплатят целое состояние за напудренные ноги снежного человека.

— А я думал, что это охраняемый вид, — сказал Лю-Цзы, прислоняя метлу к дереву.

— Это просто разновидность троллей. Кто будет охранять их здесь? — сказал охотник. Позади него местные проводники, которые знали Правило Первое, развернулись и побежали.

— Я, — сказал Лю-Цзы.

— О? — сказал охотник, и на этот раз его улыбка не сулила ничего хорошего. — У тебя даже нет оружия. Он обернулся и посмотрел на спасающихся бегством проводников. — Ты один из этих странных монахов из долины, не так ли?

— Верно, — сказал Лю-Цзы. — Улыбающийся странный монах. Совершено безоружный.

— А нас пятнадцать человек, — сказал охотник. — Хорошо вооруженных, как ты видишь.

— Очень важно, чтобы вы все были хорошо вооружены, — сказал Лю-Цзы, закатывая рукава. — Так будет честнее.

Он потер ладони. Никто, казалось, не собирался обращаться в бегство.

— Э, кто-нибудь из вас, мальчики, слышал о каких-нибудь правилах? — Спросил он немного погодя.

— Правилах? — сказал один из охотников. — Каких правилах?

— Ну, вы знаете, — сказал Лю-Цзы. — Правилах вроде… Скажем, Правила Второго, или Правила Двадцать Седьмого. О каких-нибудь правилах с такими названиями?

Главный охотник нахмурился.

— О чем, черт подери, ты здесь болтаешь, мистер?

— Не столько «мистер», сколько маленький, хитрый, престарелый и совершенно безоружный чудной монах, — сказал Лю-Цзы. — Мне просто хотелось узнать, нет ли в этой ситуации чего-нибудь, что заставляет вас, ну, понимаете… немного нервничать.

— Хочешь сказать оттого, что мы хорошо вооружены и превышаем вас числом, в то время как ты начинаешь пятиться? — спросил один из охотников.

— О, да, — ответил Лю-Цзы. — Может у вас здесь проблемы с культурой. Ну, как начет… этого?

Он встал на одну ногу и, немного пошатнувшись, поднял руки.

— Айа! Хайя-яяя! Хо? Йе-хи? Нет? Кто-нибудь?

Некоторое смущение пробежало по рядам охотников.

— Это какая-то книга? — сказал тот, кто был немного умнее остальных. — Сколько там слов?

— Что мне хотелось бы знать, — сказал Лю-Цзы. — Так это имеет ли кто-нибудь из вас представление о том, что случается с хорошо вооруженными, большими мужчинами, которые в таком количестве пытаются напасть на маленького, пожилого и безоружного монаха?

— Насколько мне известно, — сказал интеллектуал группы. — Он оказывается весьма несчастливым монахом.

Лю-Цзы пожал плечами.

— О, ну тогда, — сказал он. — Мы просто пойдем сложным путем.

Мутное пятно в воздухе стукнуло интеллектуала по затылку. Главарь бросился вперед и слишком поздно осознал, что шнурки на его ботинках крепко связаны друг с другом. Мужчины потянулись к ножам, которых уже не было в ножнах, и к мечам, которые неожиданно оказались прислоненными к дереву на другом конце поляны. Ноги отказывались их держать, невидимые локти толкали их в мягкие места. В то время как ответные удары уходили в пустоту. Те, кто упал, поняли, что лучше оставаться лежать. А тем, кто поднимался, было больно.

Когда толпа превратилась в смиренно лежащих на земле и тихо постанывающих людей, раздались ритмичные низкие удары.

Снежный человек хлопал в ладоши. Аплодисменты были медленными, потому что у него были длинные руки. Но когда они встречались, они были страшно рады видеть друг друга после долгой дороги. Эхо хлопков отдавалось в горах.

Лю-Цзы наклонился и взял главаря за подбородок.

— Если тебе понравилось, как ты провел этот день, прошу, расскажи об этом своим друзьям, — сказал он. — Скажи им, чтобы помнили Правило Первое.

Он отпустил его, подошел к снежному человеку и поклонился.

— Позволите ли вы освободить вас, сэр, или вы хотите сделать это сами? — спросил он.

Снежный человек поднялся, посмотрел на варварский металлический капкан, впившийся ему в ногу, и на мгновение сконцентрировался.

К концу этого мгновения снежный человек оказался в нескольких шагах от капкана, который все еще был установлен и почти полностью листьями.

— Хорошая работа, — сказал Лю-Цзы. — Методично. И очень четко. Направлялись в долину?

Снежному человеку пришлось сложиться вдвое, чтобы поднести свое длинное лицо поближе к Лю-Цзы.

— Дааа, — сказал он.

— Что вы хотите сделать с этими людьми?

Люди сжались под его взглядом.

— Скора стемнеет, — сказал он. — Неет гидов.

— У них есть факелы, — сказал Лю-Цзы.

— Ха. Ха, — произнес снежный человек. Именно произнес, не рассмеялся. — Хорошо. Факелы ноочью хорошоо видны.

— Ха! Да. Вы не могли бы подбросить нас? Это очень важно.

— Тебя и того ловкача воон там?

Облачко серого воздуха на краю поляны превратилось в задыхающегося Лобзанга. Он отбросил сломанную ветку, которую сжимал в руке.

— Парня зовут Лобзанг. Я его обучаю, — сказал Лю-Цзы.

— Похооже тебе придется поторопииться, пока еще остаались вещи, которых он не знаает, — сказал снежный человек. — Ха. Ха.

— Дворник, что вы… — начал Лобзанг, подбегая к нему.

Лю-Цзы приложил палец к губам.

— Не перед нашими поверженными друзьями, — сказал он. — Думаю, с сегодняшнего дня в этих местах Правило Первое станут чтить гораздо больше.

— Но мне пришлось сделать всю…

— Нам пора, — сказал Лю-Цзы, жестом приказывая ему замолчать. — Думаю, мы сможем неплохо вздремнуть, пока нас будет нести наш друг.

Лобзанг посмотрел на снежного человека, а потом опять на Лю-Цзы. И вновь на снежного человека. Он был высок. Несколько похож на троллей, виденных им в городе, но только тонко раскатанных. Он был более чем в два раза выше Лобзанга, и большую часть роста занимали худые ноги и руки. Тело походило на меховой шар, а ступни и вправду были громадными.

— Если он мог выбраться из ловушки в любой момент… — начал он.

— Ты ведь ученик, так? — сказал Лю-Цзы. — А я — учитель? Я уверен, что где-то это у меня записано…

— Но вы сказали, что не собираетесь произносить…

— Помни Правило Первое! О, и подай мне один из этих мечей. Он нам понадобиться через минуту. Хорошо, ваша честь…

Снежный человек осторожно, но твердо поднял их и, посадив на согнутые руки, зашагал прочь сквозь снег и деревья.

— Уютно, да? — Сказал Лю-Цзы через некоторое время. — Их шерсть состоит из чего-то вроде камня, но довольно удобная.

От другой руки не было ответа.

— Я провел некоторое время со снежными людьми, — сказал Лю-Цзы. — Удивительный народ. Они научили меня паре вещей. Ценных. Как было сказано: «Век живи, век учись».

Молчание, похожее на угрюмое, намеренное молчание, продолжалось.

— Я бы почел себя счастливчиком, если бы меня в твоем возрасте по-настоящему нес настоящий снежный человек. Многие у нас в долине никогда не видели их. Не забывай, что они перестали подходить близко к селениям людей. С тех самых пор, как прошел слух об их ногах.

Лю-Цзы начинало казаться, что он принимает участие в одностороннем диалоге.

— Ты что-то хочешь мне сказать? — Спросил он.

— Ну, собственно говоря, да, действительно хочу, — сказал Лобзанг. — Вы оставили мне всю работу там! Вы не собирались ничего делать!

— Я хотел убедиться, что привлек их внимание, — спокойно ответил Лю-Цзы.

— Зачем?

— Чтобы ты не привлек его. Я, безусловно, полностью доверял тебе. Хороший учитель всегда позволит ученику продемонстрировать свое мастерство.

— И что бы вы делали, если бы меня там не было? Молились?

— Да, возможно, — сказал Лю-Цзы.

— Что?

— Но, думаю, что скорее нашел бы способ использовать их глупость против них самих, — сказал Лю-Цзы. — Обычно так и бывает. Какая-то проблема?

— Ну, я просто… Я подумал… ну, я просто подумал, что вы могли бы научить меня чему-нибудь еще, вот и все.

— Я постоянно учу тебя чему-нибудь, — ответил Лю-Цзы. — Просто может быть, ты этому не учишься.

— О, понятно, — сказал Лобзанг. — Здорово. Значит, вы собираетесь попытаться научить меня чему-то связанному со снежными людьми? И зачем вы заставили меня тащить меч?

— Тебе понадобиться меч, чтобы научиться кое-чему связанному со снежными людьми.

— Как?

— Через пару минут мы найдем уютное местечко для привала, и ты можешь срубить ему голову. Устраивает это вас, сэр?

— Дааа. Конечно, — произнес снежный человек.

Во Второй Скрижали Мгновена Вечно Изумленного есть история о том, как бунтарски настроенный подмастерье Дурврун подошел к Мгновену и рек так:

— Учитель, какая разница между религиозной гуманистической системой верований, в которой мудрость ищется посредством очевидно абсурдной системы вопросов и ответов, и огромным количеством мистических знаний, полученных под влиянием минутного настроения?

Мгновен задумался на секунду и отвечал:

— Рыба!

И Дурврун отступился, удовлетворенный.


предыдущая глава | Вор Времени | cледующая глава