home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


тик

Игор открыл дверь прежде, чем раздался повторный стук. Игор может заполнять гроб землей в погребе или монтировать громоотвод на крыше, но пришедшему никогда не придется стучать дважды.

— Ваша фветлофть? — пробормотал он, кивая головой и окидывая безучастным взглядом шесть фигур позади нее.

— Мы зашли, чтобы провести инспекцию результатов, — сказала Леди ЛеГион.

— А эти леди и дфентльмены, ваша фветлофть?

— Мои коллеги, — сказала ее светлость с таким же как у Игора безучастным выражением.

— Ефли вы будете так любефы войти, я пофмотрю, у фебя ли хофяин, — сказал Игор, блюдя кодекс настоящего дворецкого, который не знает, есть ли кто-нибудь дома, пока хозяева сами не захотят себя обнаружить.

Он ретировался в мастерскую, а затем прохромал на кухню, где Джереми спокойно сливал ложку лекарства в раковину.

— Пришла эта женщина, — сказал он. — И привела адвокатов.

Джереми вытянул руку ладонью вниз и критически осмотрел ее.

— Видишь, Игор? — спросил он. — Мы почти на пороге нашего великого открытия, а я остаюсь абсолютно спокоен. Моей рукой можно забивать гвозди, так она тверда.

— Адвокаты, фэр, — еще раз попробовал Игор.

— И?

— Ну, у наф много денег, — сказал Игор, с выражением человека, который незаконно припрятал небольшое, но ощутимое количество золота в своей сумке.

— И мы почти у цели, — сказал Джереми, все еще рассматривая свою руку.

— Мы очень долго были почти у цели, — мрачно сказал Игор. — Ефли бы не она, я полагаю, мы бы ифпольфовали шторм два дня нафад.

— Когда следующий?

Игор скривился и пару раз хлопнул себя по виску ладонью

— Неуфтойчивый фронт с небольшой фкоростью движется от Края, — сказал он. — Не могу ничего обещать нафчет дождя. Ха, дома у меня шторма сбегались, как только замечали, что ты уфтанавливаешь фелефный шест. Так что вы хотите, чтобы я фказал адвокатам?

— Проводи их сюда. Нам нечего скрывать.

— Вы уверены, фэр? — сказал Игор, чей саквояж вряд ли можно было поднять одной рукой.

— Пожалуйста, выполняй, Игор.

За то время пока ворчащий Игор сходил в магазин и вернулся с гостями, Джереми успел пригладить волосы.

— Леди ЛеГион, фэр. И нефколько других… людей, — доложил Игор.

— Приятно видеть вас, ваша светлость, — сказал Джереми, остекленело улыбаясь. Он смутно припомнил то, что когда-то читал. — Вы не представите мне ваших друзей?

Леди ЛеГион взволнованно глянула на него. Ах, да… людям всегда требуется знать имена. И он опять улыбается. Из-за этого трудно сосредоточиться.

— Мистер Джереми, это мои… коллеги, — сказала она. — Мистер Черный. Мистер Зеленый. Мисс Коричневая. Мисс Белая. Мисс… Желтая. И мистер Голубой.

Джереми протянул руку.

— Приятно познакомиться, — сказал он.

Шесть пар глаз в недоумении уставились на руку.

— Здесь так принято, — сказала ее светлость.

Ревизоры в унисон подняли руки и медленно покачали ими в воздухе.

— Принято пожимать руку другому, — сказала ее светлость. Она одарила Джереми тонкогубой улыбкой. — Они иностранцы, — пояснила она.

Она узнала панику в их глазах, даже если они сами не узнали ее. Мы можем посчитать число и вид атомов в этой комнате, думали они. Как здесь может быть что-то, чего мы не в состоянии понять?

Джереми смог поймать одну из раскачивающихся рук.

— А вы мистер?…

Ревизор обеспокоено посмотрел на Леди ЛеГион.

— Мистер Черный, — сказала она.

— Я думал, что мистер Черный это мы, — сказал другой Ревизор мужского пола.

— Нет, вы мистер Зеленый.

— Все равно мы хотим быть мистером Черным. Мы главные, а черный наиболее значимый цвет. Мы не желаем быть мистером Зеленым.

— Значение ваших имен мне кажется неважным, — сказала Леди ЛеГион. Она вновь улыбнулась Джереми. — Они мои бухгалтеры, — добавила она, и, видимо, это, по ее мнению, извиняло большую часть странностей.

— Видишь, Игор? — сказал Джереми. — Они просто бухгалтеры.

Игор поморщился. Касательно его саквояжа, бухгалтеры, возможно, были еще худшим злом, чем адвокаты.

— Имя Серый будет приемлемым, — сказал мистер Зеленый.

— Так или иначе, вы мистер Зеленый. Вы мистер Черный. Таков ваш статус.

— Если на то пошло, — сказала мисс Белая. — Белый гораздо выше по статусу, чем черный. Черный — это отсутствие цвета.

— Мнение обосновано, — сказал мистер Черный. — Поэтому теперь мы мистер Белый. А вы мисс Красная.

— Вы только что указали, что вы мистер Черный.

— Новая информация послужила причиной изменения ситуации. Но это не доказывает неверность предыдущей.

«Вот опять, — подумала Леди ЛеГион. — Это тьма, которую не могут видеть глаза. Вселенная делиться на две части, и твоя та, что позади глаз. Если у тебя есть тело, у тебя есть «я».

Я видела, как умирают галактики. Я наблюдала, как кружатся атомы. Но пока у меня не появилось этой тьмы за глазами, я не знала, что можно танцевать до смерти. Мы ошибались. Когда наливаешь воду в кувшин, она приобретает его форму и это больше не та вода. Час назад они и не мечтали об имени, а сейчас спорят о нем…

И не могут слышать, о чем я думаю!»

Ей хотелось еще времени. Устои, сформировавшиеся за миллионы лет, еще не уступили ощущению хлеба во рту, и она продолжала считать, что такая ненормальная форма жизни, как человек не должна существовать. Да, действительно. Конечно. Безусловно.

Но ей хотелось еще времени.

Их должны изучать. Да, изучать.

Должны быть… доклады. Да. Доклады. Полные доклады. Длинные-длинные доклады.

Опасность. Вот то, что надо. Ревизоры любят это слово. Всегда откладывай на завтра то, что завтра ты можешь отложить, скажем, до следующего года.

Надо сказать, что сама Леди ЛеГион не придерживалась этой точки зрения. У нее для этого было недостаточно самости. Остальные шестеро Ревизоров… со временем, да, они начнут думать так же. Но времени не было. Если бы только ей удалось убедить их съесть что-нибудь. Это… это, да, это может пробудить их чувства. Но, похоже, еды здесь нет.

Она увидела огромный молоток на скамейке.

— Как успехи, мистер Джереми? — спросила она, обходя часы. Игор мгновенно оказался рядом со стеклянной подставкой, словно желая оградить их от нее.

Джереми торопливо продолжил.

— Мы тщательно отрегулировали все системы…

— Опять, — проворчал Игор.

— Да, опять…

— Нефколько раф, на фамом деле, — добавил Игор.

— А сейчас мы только ожидаем подходящих погодных условий.

— Но мне казалось, вы запасли молнию.

Ее светлость указала на гудящие и шипящие цилиндры зеленоватого стекла, расставленные вдоль стены мастерской. Ага, прямо рядом со скамейкой, на которой лежал молоток. И никто не может читать ее мысли! Власть!

— Их едва хватит, чтобы поддерживать работу механизма, но чтобы завести часы нужно то, что Игор называет скачком, — сказал Джереми.

— Верно, — сказал он. — Но тут едва ли будет правильный фторм. Я вфегда говорил, их фледовало фтроить в Убервальде.

— В этом причина задержки? — сказал, видимо, мистер Белый.

— Нам нужна гроза, сэр. Нужна молния, — сказал Джереми. Леди ЛеГион сделала шажок назад, чуть поближе к скамейке.

— Ну? Организуйте ее, — сказал мистер Белый.

— Ха, ну, ефли бы мы были в Убервальде…

— Все дело в давлении и потенциале, — сказал мистер Белый. — Вы можете просто сделать ее?

Игор посмотрел на него с выражением недоверия смешанного с уважением.

— Вы не иф Убервальда, нет? — сказал он. Он открыл рот и стукнул себя по виску.

— Эй, я чуфтвую ее, — сказал он. — Ухты! Как вы это фделали? Давление упало как камень.

Между его грязных пальцев засверкали молнии. Он улыбнулся.

— Я пойду и подниму громоотвод, — сказал он, спеша к шкиву на стене.

Леди ЛеГион обернулась к остальным. Сейчас она хотела, чтобы они смогли прочесть ее мысли. Она не знала, как произносить большинство человеческих ругательств.

— Это против правил, — прошипела она.

— Это целесообразно, — сказал мистер Белый. — Если вы не были… безынициативной, все бы уже давно закончилось!

— Я хотела продолжить изучение!

— Излишне!

— Какая-то проблема? — спросил Джереми голосом, который он использовал в разговорах, не касающихся часов.

— Часы рано заводить! — сказала Леди ЛеГион, не сводя глаз с остальных Ревизоров.

— Но вы просили меня…Вы… Они полностью подготовлены!

— Могут быть… проблемы! Я считаю, нужно отвести еще неделю на их проверку!

Но проблем не было, и она знала это. Джереми сделал их так, будто изготовил до этого дюжину стеклянных часов. Но Леди ЛеГион, пытающейся оттянуть момент под ястребиным взором Игора, удалось придумать только это.

— Как ваше «имя», молодое создание? — спросил мистер Белый у Джереми.

Часовщик попятился.

— Джереми, — сказал он. — И я не… понимаю. Мистер, э, Белый. Часы показывают время. Часы не опасны. Как часы могут стать проблемой? Это совершенные часы!

— Тогда заводите их!

— Но ее светлость…

В дверь забарабанили.

— Игор? — сказал Джереми.

— Да, фэр? — отозвался Игор уже из коридора.

— Как сюда попал слуга? — спросил мистер Белый, не отводя взгляда от ее светлости.

— Это только они умеют, умеют проделывать, — сказал Джереми. — Я уверен, это просто…

— Это доктор Хопкинф, фэр, — сказал Игор, возвращаясь. — Я фказал ему, что вы фаняты, но…

…но доктор Хопкинс хоть и казался податливым как перина, являл собой должностное лицо Гильдии и прослужил в этой роли много лет. Проскользнуть мимо Игора вовсе не было проблемой для человека, который умудрялся справляться собранием часовщиков, где не нашлось бы и двух человек, у которых шестеренок было столько же, как у остального человечества.

— Просто у меня дела в этой части города, — начал он, лучезарно улыбаясь. — И мне показалось вовсе не затруднительным забежать в аптеку и прикупить… О, у тебя гости?

Игор скорчил гримасу, но ему пришлось уступить Кодексу.

— Мне фделать немного чая, фэр? — спросил он, пока Ревизоры разглядывали доктора.

— Что такое чай? — поинтересовался мистер Белый.

— Это протокол, — огрызнулась Леди ЛеГион.

Мистер Белый заколебался. Протокол — дело важное.

— Э, э, э, да, — сказал Джереми. — Чаю, Игор, прошу. Пожалуйста.

— Боги, вижу, ты закончил часы! — сказал доктор Хопкинс, который очевидно не замечал, что в воздухе уже можно было вешать утюг. — Какое чудесное творение!

Ревизоры продолжали пялиться друг на друга, в то время как доктор легкой походкой прошел мимо них и посмотрел на стеклянный циферблат.

— В самом деле, Джереми, молодец! — сказал он, снимая очки и энергично протирая их.

— А что это за миленькое голубое сияние?

— Это кварцевое кольцо, — сказал Джереми. — Это…

— Оно скручивает свет, — сказала Леди ЛеГион. — А затем пробивает брешь во вселенной.

— Правда? — сказал доктор Хопкинс, водружая очки на нос. — Как оригинально! Оттуда выскакивает кукушка?


предыдущая глава | Вор Времени | cледующая глава