home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 12

– Привет, малышка! – Кэтрин застыла за письменным столом, с сердитым изумлением взирая на Джейса. Он закрыл на собой входную дверь, подошел к ней, наклонился и поцеловал в щеку. – Господи, ну и устал же я! Прямо с ног валюсь. Там кофе у нас не осталось?

– Кажется, осталось, – деревянным голосом ответила она.

Она смотрела, как он шел на кухню, продолжая болтать как ни в чем не бывало, словно только что выходил за газетой и тут же вернулся, а не пропадал неизвестно где целых два дня. Он говорил о погоде, спрашивал о здоровье Эллисон и, похоже, расстроился, когда Кэтрин заметила, что малышка все еще спит и отказалась от завтрака. О том, где он провел эти два дня и чем занимался с Лейси Ньютон Мэннинг, не было произнесено ни слива.

С того момента, как позвонил Билли, Катрин жила словно в тумане. Джейс ушел к Лейси… Исчез на целых два дня, даже не объяснив причин. Неужели он всерьез рассчитывает, что, вернувшись домой, может продолжать жить с ней как ни в чем не бывало? Неужели и дальше намерен вести себя так, словно ничего не случилось? Нет, мистеру Джейсону Мэннингу это так просто с рук не сойдет!

– Как продвигается работа? – спросил он, вернувшись из кухни с кружкой кофе. Плюхнулся на диван и, устало откинув голову на спинку, на минуту прикрыл глаза. Потом открыл и уставился на нее, явно удивленный тем, что ответа на его вопрос не последовало. Кэтрин увидела темные круги под глазами, пробившуюся на подбородке щетину. Даже загар не спасал – таким изможденным выглядел он.

– Хорошо, – ответила Кэтрин после паузы. – Вчера получила письмо от мистера Ньютона, он одобрил наброски, которые я ему послала. Говорила по телефону с продюсером с телестудии. Он уже подбирает натуру для съемки.

– Ух ты, здорово! Я знал, что ты справишься. И очень тобой горжусь.

Кэтрин встала из-за письменного стола, подошла и остановилась возле одного из окон. И, стоя к нему спиной, тихо сказала:

– Не сомневалась, что ты будешь доволен. Это позволит снять хотя бы часть ответственности за меня с твоих плеч.

В комнате повисло долгое томительное молчание. А когда наконец Джейс заговорил, в голосе его отчетливо звучало раздражение:

– Что означает этот туманный намек? Кэтрин глубоко вдохнула, стараясь избавиться от боли, стальными тисками сжимающей сердце. Затем выпрямилась и заставила себя повернуться к нему лицом – спокойным, холодным, побледневшим.

– Это означает, – со злобной отчетливостью выговаривая слова, начала она, – что пора положить конец этой комедии, которую мы называем браком. – Она чувствовала, что если не выплеснуть эти горькие слова, то острая боль в сердце непременно убьет ее. И, набравшись решимости, продолжила, избегая смотреть ему в глаза:

– У т-тебя другие… интересы, я же привыкла жить независимо. И мне не нравится, когда некто посторонний пытается управлять моей жизнью… – Ну почему, почему ее вечно подводит голос? Зачем он так предательски дрожит?.. Это Джейс во всем виноват. Этот его укоризненный взгляд… он просто невыносим, он действует ей на нервы!..

– Та-ак, ясно. Вижу, ты все обдумала, – с горечью заметил он.

– Да, – твердо ответила она.

– Ты просто не можешь примириться с существованием Лейси.

Кэтрин до глубины души возмутило, что он не постеснялся произнести вслух имя этой женщины, ставшей причиной их раздора. Однако она не замедлила парировать:

– Вовсе нет! Я не могу смириться…

– Со мной! Вот в чем дело! Ты не желаешь мириться ни с одним моим поступком или жестом с тех самых пор, как я переступил порог этого дома! – Он встал и быстро направился к ней.

Кэтрин инстинктивно отпрянула.

– Вот видишь! – вскричал он, тыча в нее пальцем. – Именно об этом я и говорю. – Остановившись в нескольких футах, он помолчал минуту, затем спросил:

– Можешь ты толком объяснить, что во мне не так, а? Я что, страшила или злодей какой-то, которым пугают детей?

Кэтрин молча смотрела на него. Ома словно приросла к полу – ее парализовал страх. Она узнала признаки приближавшейся бури.

– А ну отвечай, черт побери!

– Да потому, что ты Мэннинг! – выпалила она. В висках стучало, ей казалось, что она задыхается. Она раскрыла самые сокровенные свои мысли и теперь опасалась реакции. – Однажды твоя семья уже причинила мне зло, и я… я не собираюсь, просто не могу позволить кому-то еще…

– Моя семья. Но не я, – возразил Джейс.

– Разве это не одно и то же?

– Отнюдь! Неужели, узнав меня, ты не поняла, какие мы разные? О Боже мой! – и он ударил кулаком о ладонь.

– Это еще не факт. – Кэтрин уже разошлась и не могла остановиться. Ее страшил гнев, сочившийся, казалось, из каждой поры его тела, и злобные искорки, отсвечивающие в глазах, однако она твердо вознамерилась стоять на своем и придать большую убедительность своим аргументам. Кэтрин просто не в силах была сказать ему прямо, что невозможно жить с мужчиной, влюбленным в другую женщину. Это не годилось, поскольку сама она была влюблена в него. – Ты повел себя именно так, как я и ожидала, Джейс. Сперва ты обольщаешь, завораживаешь свою жертву, заставляешь ее сложить оружие, затем кидаешься в атаку. И даже те робкие ростки доверия, что я начала испытывать к тебе… Ты предал меня, Джейс.

– О че… – Он так и не договорил бранного слова. Нервно пригладил пальцами взъерошенные волосы, потом уперся руками в бока и оглядел ее с нескрываемым презрением. – Ты просто ханжа! Злобная подозрительная сучка, вот кто ты есть!

– Ах так?! – взвилась Кэтрин. – Ну вот, что и требовалось доказать! Питер тоже обзывал Мэри разными непристойными словами! Такими, что бедняжка порой даже не понимала их. Но это только первый этап. За ним последовал второй, и он стал применять физическую силу. Эллисон была зачата в результате самого настоящего изнасилования! Тебе это известно? Мне что, тоже следует ожидать от тебя того же? О, пока у тебя все идет по плану. Я даже удостоилась чести видеть твою бывшую жену и настоящую любовницу, видеть, как ты заигрываешь с ней под самым моим носом! И Питер тоже позорил Мэри, заводя интрижки с разными…

Двумя прыжками Джейс преодолел разделяющее их расстояние. Схватил ее за руку – казалось, пальцы его были отлиты из стали – и рывком притянул к себе. Сквозь стиснутые зубы он прошипел:

– Я ведь однажды уже предупреждал: не смей сравнивать меня с Питером, Кэтрин! Он был настоящим чудовищем. Тебе это ясно? Мы еще совсем детьми были, а в нем уже проявилось призвание – разрушать все и вся. Он убил моего щенка и оставил на подушке записку с указанием места, где его похоронил. Он изнасиловал одну из дочек нашей служанки, совсем еще девчонку. Самому ему было тогда, кажется, всего тринадцать. Она приехала к нам на каникулы, повидаться с матерью. Ну разумеется, скандал замяли. Деньги заткнули рты. – Он еще крепче впился в руку Кэтрин и с горечью спросил:

– Ну что, нравится? Успеваешь следить за моей мыслью? Я еще много чего могу порассказать, во всех подробностях, если они тебя интересуют. – Джейс, прошу тебя.

– Ну нет, мисс Кэтрин! Ведь вы хотели знать, что представляем собой мы, Мэннинги! И я не желаю тебя разочаровывать. – Он отпустил ее и резко отвернулся. Глубоко засунув руки в карманы джинсов, начал расхаживать взад-вперед по комнате. – И естественно, он был идолом, предметом обожания родителей. Наследником считался именно он, а не я. Я что… я всегда был лишним, и мне постоянно давали это понять. Еще мальчишкой я часто спрашивал себя: ну почему эта безраздельная любовь и преданность изливаются именно на Питера? И ненавидел родителей за это. Но теперь… теперь я рад, что все так сложилось. Иначе я стал бы таким же, как он. Видишь ли, они, конечно, любили его, но любили не правильно. И были слишком глупы, чтобы это понять. Мне и самому понадобились годы, чтобы осознать это. Годы шумных попоек, уличных драк, безрассудных приключений. Столько сил и энергии я потратил зря! Но однажды мне вдруг пришло в голову, что называется, осенило. Если я хочу стать порядочным человеком, надо идти своим путем. Нельзя позволять им разрушать мою жизнь…

Кэтрин поднесла дрожащую ладонь ко рту, стремясь заглушить рвущийся из самого сердца крик. О, если бы только могла она взять обратно все те горькие и обидные слова, что только что ему наговорила! Но, увы, это было невозможно.

Джейс тем временем продолжал говорить, но обращался уже не к ней. Он рассуждал вслух.

– Мне от души было жаль несчастную Мэри. Я знаю, она чувствовала себя, словно Даниил, попавший в клетку льва. Но Питеру пришло время жениться. Просто необходимо для создания имиджа солидного банкира и всей прочей чепухи. Однако я долго не мог понять, почему он выбрал в жены именно Мэри и почему мои родители одобрили этот брак? Только потом до меня дошло. Если бы он женился на девушке своего круга, то при первой же его скандальной выходке она помчалась бы жаловаться своему папаше или, что еще хуже, обратилась бы в прессу. И тогда Питеру грозили бы серьезные неприятности. Но простодушная, наивная маленькая Мэри, сирота, не имевшая близких родственников, кроме сестры, никого, кто бы мог защитить ее, никогда бы на такое не осмелилась. Она продолжала стоически терпеть все унижения и оскорбления…

Он перестал мерить шагами комнату. Застыл на месте, глубоко вздохнул и посмотрел на Кэтрин. Смотрел как-то странно долго, сощурясь, словно пытаясь сфокусировать расплывающееся перед глазами изображение.

– Джейс, я…

Он вскинул обе руки, останавливая ее:

– Пожалуйста, Кэтрин, не надо. Не хочу больше ничего слышать. Я очень устал… – Он крепко зажмурил глаза и потер веки указательным пальцем. – Думаю, ты уже сказала все, что хотела, а я ответил… Давай на этом и остановимся.

Наклонившись, он взял с журнального столика ключи от джипа и направился к двери.

– Куда ты? – робко спросила Кэтрин.

– На работу. Собирался взять выходной, но в подобных обстоятельствах… – он не договорил и пожал плечами.

Уже подойдя к двери, обернулся и взглянул на нее:

– Ты права, Кэтрин. Раз уж ты так настроена, думаю, действительно будет лучше для нас обоих положить конец этой «комедии, которую мы называем браком». Я верно процитировал?

Сердце Кэтрин разлетелось на миллион острых осколков, каждый из которых больно вонзился в душу.

– И если так обстоят дела, – продолжил он ровным и каким-то отрешенным тоном, – то одному из нас придется расстаться с Эллисон.

Кэтрин, прижав кулак к ноющей от невыносимой боли груди, несколько раз безмолвно открыла и закрыла рот.

– Ч-что… ты хочешь этим сказать? – наконец с трудом выдавила она.

Он смотрел на нее сощурясь, губы сложились в тонкую плотную линию.

– Ты так умна, у тебя есть ответы на все вопросы, уж как-нибудь да сообразишь. Но не забывай, на что способны мы, Мэннинги, если кто-нибудь становится нам поперек дороги.

И дверь за ним с грохотом захлопнулась.


* * * | Безрассудная любовь | * * *



Loading...