home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 3

Студенческий городок был погружен во тьму. Лишь банкетный зал, где теперь снова гремела музыка, был ярко освещен. Кэтрин, повинуясь Джейсу, вышла из зала, даже не задаваясь вопросом, почему делает это без всякого колебания.

Они сошли по каменным ступеням террасы и пересекли узкую полоску подстриженного газона. За низкой кирпичной оградой находился розарий. Не успела Кэтрин возразить, как Джейс, подхватив ее за талию, поднял и усадил на кирпичную стену.

– Вам больно? Он что, умеет читать ее мысли?..

– Как вы догадались? Я что, хромала? Это все новые туфли, убийственно узкие, – созналась она.

– Я заметил, как вы порывались скинуть их как раз перед тем, как мы начали танцевать. И уже собирался уговорить вас сделать это, но боялся упустить шанс. Возможно, мне не представилось бы больше возможности потанцевать с первой красавицей бала, – насмешливо, сказал он.

– Вы преувеличиваете, – возразила Кэтрин. И уже собралась было напомнить, что он вовсе и не приглашал ее на танец, но следующий жест Джейса ее поразил.

Приподняв подол длинного платья, он взял в теплую ладонь ее щиколотку. Снял неудобную туфельку на высоком каблуке со стройной ноги и начал массировать ступню длинными сильными пальцами.

Подняв голову, усмехнулся, не обращая ни малейшего внимания на чисто рефлекторное стремление Катрин отдернуть ногу. Движения пальцев были медленными, ритмичными…

– Доктор Мэннинг, знаменитый массажист пяток… Да люди проезжали мили – и все ради того, чтобы я сделал им этот массаж. А некоторым приходилось простаивать месяцы в очереди на прием. Зато вам, маленькая леди, я делаю особое одолжение…

Его шутливое настроение передалось Кэтрин. Она не помнила, когда последний раз так искренне и весело смеялась. Конечно, вся эта болтовня о врачебных подвигах была выдумкой чистой воды, однако она спросила с напускной серьезностью:

– И чего ради подобное одолжение? Знаете, меня это просто пугает.

Он оглядел ее с головы до пят. Сперва смотрел на лицо, словно впитывая каждую черточку, затем перевел взгляд на шею и грудь. Тут глаза его задержались, потом он снова поднял их и заглянул ей в глаза.

– Вы и должны бояться, – прошептал он и нагло подмигнул.

Девушка так и застыла, чувствуя себя неловко под этим настойчивым взглядом. Джейс опустил одну ступню, взял другую и тоже начал растирать ее. Такие сильные пальцы, а прикосновение их столь нежно, столь сладостно…

Они не произносили ни слова. Это затянувшееся молчание лишь подчеркивало вдруг возникшее между ними чувство особой близости. Ни одно прикосновение так не волновало прежде Кэтрин, как движения этих сильных и ласковых рук, приподнявших подол ее платья и растирающих теперь ступню с такой возбуждающей нежностью.

Неужели все запретное, невидимое всегда так возбуждает? Неужели именно по этой причине в давние времена вид женской ножки, на мгновение показавшейся из-под длинной юбки, приводил мужчин в трепет? И разве не потерпели поражение современные женщины, столь открыто выставляющие напоказ все свои прелести?

Однако Кэтрин было трудно сосредоточиться на своих мыслях, пока его палец столь чувствительно и вкрадчиво щекотал изгиб стопы. К тому же проблема Эллисон всегда будет стоять между ними непреодолимой преградой. И хотя в глубине души она жаждала лишь одного – чтобы эти мгновения длились вечно, – молчать больше была не в силах. Откашлявшись, Кэтрин спросила без обиняков:

– Джейс, что вы собираетесь делать с Эллисон?

Нежные поглаживания тут же прекратились, однако он продолжал сжимать ее ступню в ладони.

– А вы как думаете? Кэтрин нервно сглотнула и, пытаясь унять дрожь в голосе, снова откашлялась.

– Думаю, вам следует оставить нас в покое.

– Нет, Кэтрин, этого не будет, – тихо ответил он.

Внезапно она всхлипнула и вырвала ногу из его пальцев. Спрыгнув с ограды прежде, чем он успел подхватить ее, она опустилась на колени и стала шарить в мокрой траве в поисках туфель.

– Кэтрин, пожалуйста, не надо! – воскликнул он, обхватил ее за талию, заставил выпрямиться и посмотреть ему в глаза. Она сопротивлялась, но сильные руки не ослабили хватки. В конце концов она перестала вырываться.

Пальцы Джейса скользили по ее руке – от локтя до плеча и обратно. Он медленно привлек ее к себе, прижал к груди, потом опустил голову и зарылся лицом в ее волосы, вдыхая их аромат. Пальцы ловко расстегнули стягивающую их заколку, и, когда они душной и мягкой волной упали на лицо Кэтрин, Джейс издал невнятный горловой звук.

А пальцы продолжали гладить – на этот раз шею… Потом он положил руку на обнаженное плечо девушки, и она ощутила на щеке легкие нежные поцелуи…

Нет, она окончательно сошла с ума, раз позволяет такие вольности! Почему она не оттолкнет его?.. Никогда ни одному мужчине не позволяла она проделывать с собой такое. Никогда ни одному мужчине…

Однако девушка чувствовала, что окончательно утратила способность двигаться, сопротивляться. Жар, исходивший от его тела, притягивал, точно магнит. Ноги стали ватными и почти не держали. Ей хотелось и дальше вдыхать острый свежий запах его туалетной воды. Какое же счастье и облегчение – стоять вот так, прислонившись к его крупному мускулистому телу, поддавшись головокружительному, совершенно упоительному ощущению его близости!..

Наверняка Джейс чувствует, как бьется сейчас ее сердце в его руке. Его руке?! Но как она туда попала? Все его действия казались столь правильными, единственно возможными, что она не заметила, как далеко зашли ласки.

Приникнув ртом к ее губам, он еле слышно выдохнул всего одно лишь слово:

– Кэтрин…

Вот и вторая рука сползла с обнаженного плеча, и ладонь плотно легла на грудь. Кэтрин резко оттолкнула ее и, с трудом переводя дыхание, выкрикнула:

– Да! Но вы… вы же Мэннинг! Удивленное выражение на лице Джейса сменилось обиженным:

– Вы произносите это имя так, словно оно эпитет…

– Так, как вы все заслуживаете! – огрызнулась она. Напряжение и страх, испытанные ею за последние несколько часов, вдруг вылились в слова, и Кэтрин яростно выкрикивала:

– Ваш братец приставал ко мне, уже будучи помолвленным с Мэри, без какого-либо повода с моей стороны! Он устроил еще более безобразную сцену на собственной свадьбе!..

Она содрогнулась, вспомнив, как коснулся ее щеки язык Питера. В воображении пронеслась картина: Джейс делает с ней то же самое, однако отвращения это почему-то не вызвало. Раздраженно отогнав эту мысль, она сердитым шепотом добавила:

– А теперь являетесь вы и сразу принимаетесь за дело! Неужели вы всерьез вообразили, что нескольких поцелуев и ласковых словечек достаточно, чтобы заставить меня изменить решение? Нет! Эллисон останется со мной, и я никогда не позволю ни вам, ни кому-либо еще отнять ее у меня! Поняли? И советую держаться подальше – от нее и от меня. – Она уже бежала от Джейса. Но это было бегством и от самой себя. Даже сейчас ей больше всего на свете хотелось вновь оказаться в его надежных и страстных объятиях.

Кэтрин подбежала к машине, попыталась открыть дверцу и только тут вспомнила, что ключи остались у Джейса. Он медленно подошел к ней. Не произнося ни слова, отпер дверцу и придержал для нее. Он не делал ни малейшей попытки прикоснуться к Кэтрин. Втиснувшись на переднее сиденье, он молча протянул ей туфли, которые она забыла на лужайке.

Они доехали до ее дома в полном молчании. Джейс отдал ей ключи от машины, и она взбежала по ступенькам, даже не обернувшись, не взглянув, следует ли он за ней. Заранее было обговорено, что Эллисон на всю ночь останется у Хэппи.

Кэтрин захлопнула и заперла за собой дверь. Потом, беспомощно зарывшись лицом в ладони, привалилась спиной к дверному косяку, судорожно пытаясь понять, что же с ней происходит. Она позволила ему поцеловать себя… Дважды! И ей хотелось, чтобы поцелуи эти длились вечно. А ведь он ее враг!..

Некоторое время спустя она услышала, как взревел на улице мотор джипа и машина отъехала. Только тогда Кэтрин смогла оторваться наконец от двери.


* * * | Безрассудная любовь | * * *



Loading...