home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Лос-Анджелес, Калифорния, 1991

– Грэм? Это я.

– Привет, мам! Ну как, повидала уже каких-нибудь кинозвезд?

Джейд улыбнулась в трубку телефона и устроилась поудобнее, сидя на подогнутой ноге. Она легко представила выражение лица четырнадцатилетнего Грэма: прядь волнистых волос нависла над бровями, под которыми его голубые глаза сейчас, должно быть, поблескивают.

– Пока ни одной, но зато сегодня купила тебе сувенир.

Она посмотрела на спортивный свитер с эмблемой команды «Лос-Анджелес рэмз».

– Клевый? Он мне понравится?

– Суперклевый и очень тебе понравится.

Она расспросила о делах дома. Он уверил ее, что в их хорошо налаженном и отрегулированном механизме не было никаких сбоев. Кэти Хирон была прирожденным организатором.

– В Нью-Йорке все еще дожди?

– Да, – уныло ответил Грэм, – льет как из ведра.

– Плохо. А здесь такое яркое солнце.

– Ходила купаться, мам?

– Я была очень занята.

– Мам? Нам действительно придется переехать в Южную Каролину?

Улыбка исчезла с губ Джейд. Ее сын не проявлял ни малейшего энтузиазма в отношении их переезда, и это ее очень беспокоило.

– Грэм, ты прекрасно знаешь ответ на этот вопрос. Почему же продолжаешь спрашивать меня каждый раз?

– Но я даже не знаю там никого, – удрученно бормотал он в трубку, – мне придется оставить здесь моих друзей.

Чем больше приближалось время переезда из Нью-Йорка, тем чаще возникал у них этот разговор. Грэм понимал, что для ее карьеры проект очень важен. Он не знал причин личного характера – этого не знал никто.

Предыдущие их переезды он воспринимал спокойно. Теперь, в подростковом возрасте, дружба стала многое значить в его жизни. Поэтому-то он и сопротивлялся, понимая, что оставит своих друзей.

– У тебя появятся новые друзья, Грэм.

– Там нечем будет заняться.

– Вот уж это неправда. Пальметто находится на берегу океана. Ты сможешь ходить на пляж, когда захочешь. Мы будем ездить на рыбалку или ловить крабов.

– Но мне крабы вовсе не нравятся.

Это замечание она пропустила.

– В школах Пальметто есть футбольные команды – я проверяла. Ты сможешь продолжать играть.

– Это будет не совсем то.

– Конечно. Это будет совсем не то. Пальметто очень отличается от большого города.

– Захолустье.

– Все, предел. – Спорить об этом у нее не хватало аргументов. Пальметто, конечно же, был захолустьем. После продолжительного молчания Джейд сказала с воодушевлением:

– Завтра я встречаюсь с подрядчиком, ради которого прошла весь этот путь. Пожелай мне удачи.

– Удачи тебе. Надеюсь, ты сможешь заключить с ним контракт. И, мам, будь осторожна. В Калифорнии есть настоящие колдуны.

– И ни одного в Нью-Йорке?

– По крайней мере, здесь их можно сразу распознать.

– Я всегда осторожна, – пообещала она. – Надеюсь, что смогу закончить дела дня через два и вернусь домой. Надо будет нам выбраться куда-нибудь. Договорились?

– Договорились.

Повесив трубку, Джейд почувствовала острую тоску по дому, по сыну. Бывали дни, когда он становился невыносимым, но обычно Грэм был идеальным сыном. Чем старше он становился, тем больше проявлял по отношению к ней чувства собственничества и покровительства, что Джейд находила одинаково удивительным и трогательным.

Он стал уже выше нее, и ей с трудом приходилось привыкать к этому. Он был сильным, атлетически сложенным и очень энергичным. Джейд втайне гордилась его физической привлекательностью, но если кто-то обращал на это внимание, тут же начинала отмечать его умственные способности и характер. Он обладал прекрасным чувством юмора и восприимчивостью, что было для нее и радостным, и лестным.

Было нелегко уговорить его расстаться с друзьями, школой и переехать в другой штат, по сути – в другой мир. Он переедет не сразу, а несколько месяцев спустя, после окончания учебного года в школе, и Джейд надеялась, что, когда придет время, Грэм будет психологически готов к этому, хотя уже целый год, чтобы привыкнуть к этой мысли, остался позади.

Джейд живо вспомнила тот зимний день в прошлом году, когда проект в Пальметто был одобрен. Ее презентация перед советом директоров GSS прошла без сучка и задоринки. Тема была настолько тщательно разработана и было представлено так много статистических данных, что ей не составило труда отстоять свою позицию. Острые вопросы членов совета Джейд парировала четко и достаточно детально, чтобы завоевать их доверие без всякого снисхождения. Она ничего им не навязывала, но сделала так, что цифры и факты говорили сами за себя.

Джордж Стейн, исполнительный директор, был последним из основателей GSS. Хотя ему было почти восемьдесят, он все еще находился у руля концерна, основанного в те времена, когда Чарли Чаплин был первым номером среди кассовых звезд. Дело началось с единственного металлургического завода и спустя десятилетия все еще продолжало расширяться. Теперь GSS стал головной компанией для множества фирм по всему миру в окружении великого множества предприятий как коммерческих, так и технических.

Для GSS было уже обычным делом покупать фирмы, находящиеся на последнем издыхании, и либо ликвидировать их, либо, проведя реорганизацию, превращать их в доходные. Джейд пригласили провести анализ работы трех текстильных фабрик, на которые положила глаз GSS. Тщательная проверка, проведенная ею, предшествовала этой важной встрече. Джейд предложила совету директоров закрыть три существующих фабрики и построить одну, большую по размерам и оснащенную по последнему слову техники. Несколько членов совета пробормотали что-то в одобрение. Мистер Стейн, чьи руки и лысая голова были покрыты старческими пятнами, подозрительно долго смотрел на Джейд. Время разрушило его тело, но глаза у него были живые, как у двадцатилетнего.

– Ваша позиция кажется бескомпромиссной, мисс Сперри.

– Да, я уверена, что это единственный путь для того, чтобы заработать деньги на текстильном производстве. И Пальметто в Южной Каролине – превосходное место для размещения подобного предприятия главным образом из-за близости морского порта. Это лучший путь для осуществления наших интересов по отгрузке и доставке продукции на зарубежные рынки.

– Что вы думаете об управленческом аппарате этих фабрик? Их стоит просто уволить?

– Вовсе нет. Я считаю, что нам надо предложить им переехать в Пальметто. В случае, если они не примут это предложение, выдать им жалование за полгода вперед, когда закроем фабрики.

В конце заседания Стейн призвал совет проголосовать. План Джейд был принят абсолютным большинством голосов.

– Очень хорошо, мисс Сперри, – сказал Стейн после подсчета поднятых рук. – Проект – ваш. «Текстиль», не так ли?

– Да, – ответила она, пытаясь скрыть наполнявшую ее радость за профессиональной скромностью. – Мне хотелось назвать его «Текстиль».

Сейчас проект был уже почти год в стадии разработки. Поверенные GSS без лишнего шума приобрели участок земли. Хотя и с трудом, но городской совет Пальметто утвердил сделку. Работая совместно с Дэвидом Сеффрином, разработчиком GSS, Джейд наняла архитектора, и чертежи были уже готовы.

В Лос-Анджелесе она находилась, чтобы нанять генерального подрядчика. Как только это будет сделано, все встанет на свои места. Она переберется в Пальметто. Это, без сомнения, вызовет шок у местных жителей: им пока и в голову не приходит связать ее появление с приобретением обширного участка земли. Начнутся земляные работы для подготовки места под строительство, а она займется переселением людей из управленческого аппарата, принявших ее предложение.

Возбуждение прошло по рядам сотрудников GSS, когда Джейд была принята в компанию. Не многим мужчинам, а тем более женщинам, предоставлялась возможность стать вице-президентом корпорации. Понадобилось время, чтобы сотрудники убедились в ее деловой хватке и согласились, что молодость и привлекательность не умаляют ее компетентности. Первое время коллеги-мужчины избегали ее, осторожно кружили вокруг, недоверчиво хмыкая, пытаясь выяснить, насколько далеко идут ее амбиции и не угрожает ли она их личным устремлениям.

Хмыкали, конечно же, и по другим причинам.

С мужским снобизмом они обсуждали ее достоинства за стаканом вина или в мужской раздевалке спорткомплекса компании. Некоторые – и одинокие, и женатые – проявляли интерес, рассматривая ее длинные, стройные ноги и все то, что выше. К их огорчению, ни один из тех, кто осмелился «произвести дегустацию», даже не смог и «пригубить».

Работая в деловом мире, Джейд привыкла игнорировать пошлые сплетни и скабрезные инсинуации в свой адрес. Ее личная жизнь не имела отношения к работе. Она не участвовала во внутренней жизни коллектива, не вызывала никого на доверительные разговоры и сама не шла на них. Со всеми она общалась в дружеской, но несколько отстраненной манере. Главным для нее была работа, а не отношения с коллегами.

Довольно быстро Джейд сумела проявить себя в GSS и была заслуженно назначена на место управляющего фабрикой «Текстиль». Но никто – ни Джордж Стейн, ни кто-либо другой – не знал, насколько жизненно важным было для нее это назначение. Ей хотелось настоящей работы, хотелось действительно превратить новую фабрику в нечто великолепное, в символ коммерческого успеха. И едва ли кто-либо догадывался, что ее главная цель, вернуться в Пальметто, получив поддержку GSS, была в большей степени личного, чем профессионального характера.

«Теперь уже скоро», – думала Джейд, вставая из кресла, в котором так удобно устроилась, разговаривая с Грэмом.

Она подошла к окну. И гостиницу, и номер она выбрала обдуманно, потому что напротив, через улицу, находилась оживленная строительная площадка. Вероятно, другие постояльцы гостиницы находили это соседство неприятным, но для Джейд возможность незаметно наблюдать была главной причиной выбора.

Со времени своего приезда в Лос-Анджелес три дня назад она следила за работой на стройке, записывая отдельные детали и впечатления. В этом Джейд не видела ничего предосудительного: обычно принятая деловая практика. Если она хочет добиться успеха, нанеся сокрушительный удар по сонной экономике Пальметто, то у нее нет другого выбора.

Поиск подходящего подрядчика для «Текстиля» был очень важен. Нельзя, чтобы подрядчик вдруг решил, что ему не нравится Пальметто и отказался от участия в проекте на полпути. Вдруг окажется – этого она боялась больше всего, потому что так уже случалось, – что ему не нравится работать под началом женщины. А поскольку Джейд намеревалась полностью контролировать каждый этап работы по созданию «Текстиля», ей нужен был только настоящий союзник. К себе она предъявляла жесткие требования: стремилась быть как можно более упорной и энергичной. Люди, окружающие ее, должны обладать этими же качествами в не меньшей мере, особенно строители. Долгое время подрядчик и она будут единственными представителями GSS в Пальметто.

Уезжая из Нью-Йорка, она прихватила с собой превосходный бинокль. Теперь она пользовалась им, наблюдая за работой, происходящей по другую сторону улицы. Ей хотелось знать, как подрядчик справляется с ежедневной нормой. Хорошо ли соблюдаются меры безопасности? Достаточно ли материалов на стройке? Старательно ли работают строители или делают все спустя рукава?

Достоинства бинокля позволяли ей с шестнадцатого этажа наблюдать за рабочими, как будто она находилась рядом с ними. Было обеденное время. Рабочие лениво перебрасывались шуточками, открывая термосы и развертывая свертки с бутербродами. Судя по виду, бригада была дружной, а это хороший признак и заслуга подрядчика. Оглядывая стройплощадку в целом, Джейд заметила какое-то движение и направила бинокль туда.

Это был он.

Этот человек привлек ее внимание уже тогда, когда она впервые смотрела на строящееся здание. Последующие три дня он продолжал вызывать у нее любопытство. В отличие от других, этот человек не пользовался перерывом на обед. Казалось, что он никогда не отдыхает и не разговаривает с другими строителями. Он работал беспрерывно и отдельно от других, голова в шлеме была постоянно опущена. Все его внимание было сосредоточено на работе, которой он занимался.

Сейчас, сидя на корточках, человек изучал какой-то чертеж. Вдруг внезапный порыв ветра принес к его ногам пакетик из-под чипсов. Джейд видела, как его губы зашевелились, когда он отбросил пакетик в сторону рабочих. Один из них подобрал целлофановый пакетик и с недовольным видом засунул его в коробку для бутербродов.

«Браво!» – подумала она. Содержание рабочего места в чистоте было одним из ее требований.

Увидев то, что ей было нужно, Джейд, однако, невольно продолжала наблюдать. Ее заинтересовала самоизоляция этого рабочего. Его обросшее бородой лицо никогда не улыбалось. Она ни разу не видела его без темных очков. На нем была та же одежда, что вчера и позавчера: старые джинсы «Левис», выцветшая красная майка, грубые ботинки и рабочие рукавицы. Его руки были гладкими, с хорошо развитой мускулатурой, загар стал бронзовым. Температура была умеренно жаркая, типичная для Южной Калифорнии, но сквозь сильные линзы бинокля она видела, что на его груди, на майке, образовался влажный треугольник от пота.

Джейд увидела, как человек снял шлем, чтобы подобрать гриву выгоревших на солнце каштановых волос, длинных, почти до плеч. Вновь надевая шлем, он повернул голову и посмотрел в сторону гостиницы. Казалось, он смотрит прямо на ее окно, как будто почувствовал ее взгляд. Джейд как током ударило.

Застигнутая врасплох, она виновато опустила бинокль и отпрянула от окна, хотя знала, что оконные стекла в гостинице зеркальные, а потому ее не было видно. Он не мог ее видеть, и все же Джейд чувствовала себя неловко. Если взгляд за темными стеклами очков был таким же напряженным, как и поза, то этот человек наверняка был из тех, кто не любит, когда за ним подглядывают.

Ее ладони стали влажными, и она провела ими по юбке. Замутило, как при невесомости. Джейд быстро налила в стакан воды и выпила, не понимая, что на нее нашло. С годами ее представления об отношениях полов как-то стерлись. Романтические отношения с Хэнком оставили только боль в сердце у обоих. Консультации у врачей не помогли.

После нескольких месяцев лечения психолог сказала ей:

– Мы знаем, чем вызвано ваше состояние. Справиться с этим вы должны сами. Чтобы вылечиться, мисс Сперри, вы должны жить нормальной жизнью.

Джейд откровенно призналась:

– Не могу. Я пыталась, но все оканчивалось тем, что я приношу боль тому, о ком больше всего беспокоюсь.

– В таком случае боюсь, что мы оказались в тупике. Надо пересилить себя и начать половые отношения с кем-нибудь другим.

Джейд не отличалась отсутствием мужества, но, не будучи эгоисткой, не могла позволить себе разбить сердце еще кому-нибудь. Поскольку не было никаких гарантий, что она когда-нибудь «излечится», она отказалась от всяких попыток. Вот поэтому чисто физиологическая реакция на мужчину, которого она наблюдала в бинокль, ошеломила ее. Джейд села за небольшой письменный стол и вписала некоторые замечания в свою записную Книжку. Ее энергию вызывало нечто более сильное, чем половое влечение. Лишенная возможности любить мужчину или принять его любовь, она еще больше сосредоточилась на осуществлении плана мести. Никто из обитателей Пальметто больше не будет жертвой безнаказанности Патчеттов. После стольких лет она была очень близка к достижению цели.

Дни, проведенные в Лос-Анджелесе, пошли на пользу. После трех дней просмотра и анализа Джейд убедилась, что Дейв Сеффрин нашел подрядчика для «Текстиля». Завтра она покинет свой наблюдательный пункт и представится.

Стоя перед зеркалом в гостиничном номере, Джейд рассматривала свое отражение. Тридцатилетие она отметила два года назад. Время почти не повлияло на ее внешность: она сохранила девичью стройность, на щеках все еще играл естественный румянец, темные волосы, без единого седого волоска, сохранили свой блеск. Ее голубые глаза по-прежнему украшали живое лицо, придавали ей особую привлекательность. Любимым ее цветом стал черный: он преобладал в ее гардеробе. Изящный костюм, который Джейд выбрала на сегодня, тоже был черного цвета, но достаточно легкий, чтобы удобно чувствовать себя в южнокалифорнийском климате.

Выходя из гостиницы, Джейд думала о прошедших со дня окончания Дэндер-колледжа годах и своем сегодняшнем положении. Она начала с работы в Шарлотте в Северной Каролине, потом получила место получше, в Бирмингеме, штат Алабама. Она занималась закупками и входила в среднее звено управленческого аппарата. Места работы менялись, но Джейд по-прежнему оставалась в сфере текстильной и швейной промышленности, используя опыт, полученный у мисс Дороти Дэвис.

Она, Грэм и Кэти, ставшая членом их семьи, меняли место жительства несколько раз. Интуитивно Джейд всегда чувствовала, когда накапливался опыт для очередного места работы и приходило время двигаться дальше. Ее хозяева всегда с сожалением расставались с ней. Исключение составил только один, которому она вынуждена была пригрозить судом за притязания совсем не производственного свойства. Но он был ее начальником и не принял всерьез угрозу. Она уволилась, проработав лишь полгода.

Накопленный опыт был очень полезен. За время работы Джейд изучила технические тонкости, рыночную стратегию и пути эффективного повышения производительности труда. Однако ее конечная цель была намного выше, и когда появлялась возможность роста, она была к ней готова.

Джейд много занималась, тщательно прочитывала журналы по бизнесу и поэтому была прекрасно осведомлена о GSS еще задолго до появления статьи в «Уолл-стрит джорнал», которая решительным образом повлияла на ее будущее. Она уже знала, что GSS – один из самых больших концернов в мире. Основное содержание статьи касалось последнего приобретения компании: трех текстильных фабрик, которые, по высказыванию вице-президента, в настоящее время дышали на ладан.

Прочитав статью несколько раз, Джейд мысленно начала строить план. В то время она работала в компании, головное предприятие которой находилось в Атланте, но уже знала, куда направится дальше. В тот вечер она заказала телефонный разговор с Нью-Йорком.

– Хэнк? Привет, это Джейд.

– Да ну! Что случилось? Как ты? Как Грэм?

– Растет как сорняк. Скоро станет таким же высоким, как ты.

– А с Кэти все в порядке?

– В полном. Она по-прежнему незаменима для меня.

После встречи с Ламаром Гриффитом на похоронах Митча у Джейд состоялся трудный и откровенный разговор с Хэнком. Она сказала ему, что, несмотря на лечение, не готова к физической близости. Рискуя потерять его дружбу, она все же объяснила ему, что их отношения могут оставаться только платоническими.

Воодушевленный поцелуем, которым они обменялись в то утро, он был поначалу встревожен, а затем взорвался от внезапного решения Джейд. Он ушел, хлопнув дверью. Джейд не видела его несколько месяцев. Но однажды вечером Хэнк неожиданно появился в доме, как будто ничего не произошло. Их дружба возобновилась, словно и не прерывалась. Вместо объяснения он просто сказал:

– Лучше я буду тебе другом, чем никем.

Переезжая из города в город, меняя работу, Джейд сохраняла с Хэнком теплые отношения, регулярно обмениваясь письмами и звонками. Поэтому он не был удивлен, услышав ее голос, когда она позвонила ему в Нью-Йорк, куда он переехал вскоре после получения степени по изобразительному искусству и дизайну.

Закончив обмен личными новостями, Джейд спросила:

– Кажется, ты выполнял какую-то работу для GSS?

– В прошлом году. Сегодня в «Уолл-стрит джорнэл» есть о ней статья.

– Из-за нее я и вспомнила о твоей работе.

– Мне поручили заново оформить офис корпорации, – рассказывал Хэнк. – Я подсчитал, что им необходимо списать изрядную сумму налога. Поэтому счет, который мне представили, был так капитален, что даже я постеснялся бы запрашивать столько.

– Сомневаюсь.

Он рассмеялся.

– Тем не менее они пошли на это.

Хэнк зарабатывал хорошо. После нескольких лет работы в одной оформительской фирме он ушел из нее и основал собственную фирму, прихватив большую часть своих клиентов. Их отзывы помогли ему создать солидную и прибыльную клиентуру. Теперь он оформлял интерьеры новых коммерческих зданий или занимался переделкой интерьеров в старых офисах. Перепоручая большую часть черновой работы двум помощникам, он с удовольствием занимался творчеством, большую часть своего времени посвящал живописи.

– Что представляет из себя компания и как у них работается?

– Старик Стейн управляет всем железной рукой. Все до смерти его боятся.

– Ты лично встречался с ним?

– Естественно. Мы с ним консультировались относительно моих эскизов. Он хотел, чтобы они соответствовали его идее интерьера, способствующего повышению производительности труда. Позже он стал поклонником моей живописи. Извини мою нескромность.

Джейд пыталась преодолеть смущение: она не могла решиться попросить Хэнка об одолжении, потому что не хотела никого посвящать в свои планы. Даже Кэти, которая знала об изнасиловании и его ужасных последствиях, полагала, что Джейд просто стремится сделать карьеру. Она и не подозревала о скрытых мотивах ее действий.

Хэнк, конечно, выполнит любую ее просьбу, но она не должна использовать его для достижения своей главной цели. С другой стороны, последствия ее дальнейших действий ему тоже на пользу. Он не может не воспользоваться такой блестящей возможностью.

– Хэнк, ты не мог бы меня познакомить?

– С Джорджем Стейном? – Он был явно удивлен.

– Если его все боятся, то он именно тот, с кем мне необходимо поговорить.

– Могу я поинтересоваться о чем?

– Я хочу работать у них.

– Ты имеешь в виду, здесь, в Нью-Йорке? Боже, мне нравится, что вы все будете здесь жить. Но лучше сразу предупредить тебя: здешний народец тараторит и здесь ты не найдешь жареной зубатки, пригодной для еды. Что касается Джорджа Стейна, то у него характер не сахар.

– Я прекрасно сознаю все трудности. Но пришло время мне начать игру с большими дядями.

– У концерна есть отделы кадров для каждой из своих компаний. Почему бы тебе не пойти обычным путем?

– Сколько людей обращаются за работой ежедневно? Мой послужной список выглядит прекрасно, но могут пройти месяцы, прежде чем в него заглянут. Кроме того, я хочу попасть наверх, а не в средний управленческий аппарат.

Хэнк присвистнул.

– Не могла бы ты начать с более простой просьбы, скажем, попросить меня забраться на Эмпайр Стейт билдинг голышом в разгар дня?

– Я знаю, что прошу слишком многого, Хэнк. Если ты не можешь этого устроить, я пойму.

– Разве я сказал, что не могу? Просто Джордж – старик с причудами, которого надо гладить по шерстке, иначе все проклянешь. Дай мне пару деньков обдумать, как к нему найти подход.

– Хотелось бы встретиться с ним в непринужденной обстановке, где-нибудь подальше от его подчиненных. Можешь устроить это?

Хэнк все устроил. Он пригласил мистера Стейна в свою студию посмотреть картину, которую он только что закончил. Он заманил старика, уверив его, будто картина, исполненная в современной манере, будет фантастично выглядеть над его письменным столом.

Джейд ждала Стейна в студии Хэнка на мансарде в Сохо. Он представил ее как подругу из другого города. Стейну сразу понравилась картина. Он поторговался с Хэнком и купил ее для своего офиса. Это привело его в благосклонное настроение.

За коктейлем Стейн вежливо спросил:

– Мисс Сперри, вы тоже художница?

Если бы Джейд заранее написала сценарий этой встречи, то не могла бы придумать лучшего поворота.

– Нет, я работаю в сфере производства и маркетинга текстиля.

– Она вице-президент предприятия в Атланте, производящего ткань для рабочей одежды, – добавил Хэнк.

– Я читала, что GSS недавно приобрела три фабрики Келсо, – заметила Джейд.

– Это правда, – сказал Стейн, почуяв недоброе. Его взгляд стал хмурым.

Казалось, что на Джейд его вид не произвел никакого впечатления. Пригубив вина, она сказала:

– Хэнк, ты бы полил вон то растение в углу, а то оно…

Джордж Стейн прервал ее:

– Вы знакомы с фабриками Келсо, мисс Сперри?

– Только понаслышке.

– А что говорят? Джейд заколебалась.

– Надеюсь, корпорация сможет сделать их рентабельными, но…

– Но? – подначивал старик.

– Но там, без сомнения, необходима большая реорганизация, начиная от управления и до самого производства. Модернизация трех фабрик влетит в копеечку. – Она пожала плечами, предоставляя Стейну возможность сделать выводы.

– Стоят ли они таких затрат?

– Ответить можно только после глубокого анализа. А это займет несколько месяцев, мистер Стейн. В моем положении трудно давать рекомендации.

– Об одной я уже попросил, не так ли?

Хэнк скрыл смешок, проглотив маслину из коктейля. Джейд ответила:

– Я знаю производство от станка до склада, мистер Стейн, и могу судить об отлаженности производства, когда вижу его. Я могу определить, что именно следует улучшить, и уверена в том, что способна решить эти проблемы. Однако я не высказываю своего мнения, если нет фактов, а только слухи. Разве в вашей системе нет никого, кто сделал бы объективный анализ? – Она поняла, что такого человека нет, еще до того, как задала вопрос. Иначе Стейн не выспрашивал бы ее.

Покидая студию Хэнка, он попросил Джейд прислать ему ее послужной список.

– Я полагаю, вы заинтересуетесь работой у нас.

– Если предложение будет достаточно привлекательным, мистер Стейн.

Джейд, вспомнив тот странный разговор, улыбнулась, покидая гостиницу. Обычная лос-анджелесская дымка густела и была еще плотней от пыли, летящей со строительной площадки. Шум оттуда оглушал, но Джейд не обращала на это внимания. До вагончика подрядчика было всего лишь два квартала. Она решила пройтись пешком.

Воспоминания о первой встрече с Джорджем Стейном вызвали в памяти разговор, не имеющий никакого отношения к делу.

– Ты прекрасно умеешь наниматься, – сказал Хэнк после ухода Стейна. – Давай это отметим.

Он откупорил еще одну бутылку сухого белого вина. Они сидели на груде диванных подушек, заменявших мебель. Он взял ее руку и поглаживал ладонь своим пальцем.

– Я тут кое с кем познакомился, Джейд, – начал Хэнк.

– Ты имеешь в виду женщину?

– Угу. Мы с ней познакомились в отделе домашних интерьеров у Мейси. Она пыталась продать уродливейшую софу столь же уродливой девахе. Наши глаза встретились, когда она демонстрировала детали обитого бархатом уродства. Когда же деваха подала ей свою кредитную карточку, я не мог удержаться от смеха.

Джейд наклонилась ближе, желая побольше узнать.

– Как ее зовут?

– Дейдра. Она получила диплом по дизайну интерьеров и взялась за работу у Мейси, пока не подыщет что-нибудь получше.

– Значит, у вас много общего.

– Она родом из небольшого городка в Небраске, у нее нос в веснушках, очаровательная попка и заразительный смех.

– И ты ее очень любишь?

Он вглядывался в глаза Джейд, как будто что-то искал там.

– Да. Но что еще удивительнее, она любит меня.

– Не нахожу в этом ничего удивительного. Тебе с ней… хорошо?

Его губы растянулись в улыбке.

– Видимо, они в Небраске не только лущат кукурузу.

– Я рада, Хэнк, – сказала Джейд, сжимая его ладони. – Очень рада.

– Думаю жениться на ней. – Он смотрел на нее нерешительно. Затем, заглянув в глаза, спросил: – Как ты думаешь, Джейд, стоит?

Он спрашивал не совета. Он спрашивал, должен ли оставить все надежды, связанные с ней, и может ли строить планы с другой женщиной.

– Женись на ней, Хэнк, – сказала она осипшим голосом. – Я буду очень счастлива.

Перед деловой поездкой в Лос-Анджелес Джейд заскочила к Хэнку и Дейдре взглянуть на их дочерей-близняшек. Им только что исполнилось шесть недель. Хэнк по-прежнему оставался ее лучшим другом. Она наняла его для оформления офисов «Текстиля» в Пальметто.

Сосредоточившись на настоящем, Джейд поняла, что она у цели. Она ощутила прилив энергии, как обычно перед любым серьезным делом, особенно если надо застать кого-то врасплох. Дэвид Сеффрин обговорил ее встречу с подрядчиком, но по просьбе Джейд конкретно не указал дня и времени встречи.

– Я просмотрю свой распорядок дня и свяжусь с ним сама, когда буду в Лос-Анджелесе, – сказала она разработчику.

Ей хотелось увидеть все как есть, а не так, как возможный подрядчик «Текстиля» захочет представить.

Смело, даже не постучавшись, она вошла в вагончик. Внутри было два стола. За одним сидела секретарша и что-то набирала на клавиатуре компьютера. У другого стола мужчина разговаривал по телефону. Он сидел к ней спиной.

Секретарша оторвала пальцы с ярко-красными ногтями от клавиатуры.

– Чем могу помочь?

– Мне нужно увидеть мистера Маттиаса.

Секретарша взглянула в сторону другого стола.

– Вы с ним условились о встрече?

– Нет, но мистер Сеффрин разговаривал с мистером Маттиасом обо мне. Будьте любезны, скажите ему, что мисс Сперри из фирмы GSS из Нью-Йорка приехала для…

– Мисс Сперри?

Колесики кресла взвизгнули, когда мужчина повернулся в кресле. Джейд медленно обернулась, сохраняя холодное выражение.

– Мистер Маттиас? Я – Джейд Сперри. Здравствуйте.

Не спуская глаз с Джейд, он торопливо закончил разговор по телефону и повесил трубку. Встав и застегнув пиджак, он направился ей навстречу, протягивая руку.

– Я не знал, что наша встреча назначена на сегодня. – Он бросил на секретаршу укоризненный взгляд.

– Не на сегодня. Я не знала, как сложатся мои дела в Лос-Анджелесе, но сегодня я свободна. Если и у вас нет планов на обед, то мы могли бы все обсудить за столом.

– Обед? Сегодня? Ну конечно!

– А что с мистером Хемфилом? – спросила секретарша.

– Отмените, – грубо оборвал ее Маттиас. – Так сказать, когда бы вы хотели отправиться? – спросил он у Джейд.

– Сейчас.

– О! Я, э-э, думал, что вначале вы, возможно, захотите все осмотреть.

– Я уже все осмотрела, мистер Маттиас.

– Да, это хорошо. Так сказать, у вас есть транспорт? Если нет, мы можем поехать на моей машине. – Он бросился к двери, распахнув ее перед Джейд.

Устроившись в его «ягуаре» и договорившись о выборе ресторана, она спросила:

– Вы прочли информацию, которую вам выслал мистер Сеффрин?

– Конечно, от корки до корки. Я именно тот человек, который вам нужен в Южной Каролине. Все в порядке.

– С чего вы это взяли, мистер Маттиас?

Джейд молча слушала, пока Маттиас с видом скромника перечислял свои выдающиеся способности и профессиональные качества. Она предполагала провести не меньше двух часов за деловым обедом. Но они потеряли столько времени в лос-анджелесских дорожных пробках; что вернулись в вагончик гораздо раньше.

Она отклонила его предложение продолжить обсуждение здесь же.

– Благодарю за потраченное на меня время, мистер Маттиас.

Джейд повернулась, чтобы уйти. Он обогнал ее и преградил дорогу.

– Так сказать, подождите. Когда я узнаю ваше решение?

– Мистер Сеффрин и я должны переговорить еще с несколькими кандидатами в подрядчики, – солгала она.

Во время обеда Джейд пыталась воспринимать его объективно, но каждое его слово только усиливало ее первое негативное впечатление. Она поняла, что всю информацию для газет и рекомендации он, видимо, пишет сам, поскольку сразу видно, что он о себе слишком высокого мнения.

Чем больше он хвастался, тем большее раздражение вызывал у Джейд.

Худшего начала для работы над проектом она и представить себе не могла, но факт остается фактом: ее поездка оказалась безрезультатной, и она все еще не нашла главного подрядчика.

– Обсуждение кандидатур может занять несколько недель или даже месяцев, прежде чем мы придем к окончательному решению, – уклончиво ответила она Маттиасу.

– Слушайте, так сказать, вы раскипятились из-за того, что произошло в ресторане, да?

– Вы имеете в виду свое приглашение на десерт у вас дома? – холодно спросила Джейд, отбрасывая все правила хорошего тона делового человека. – Нет, мистер Маттиас, не раскипятилась, я даю сдачи.

– Вы, так сказать, дама – первый класс, поэтому стоило попытаться, – оправдывался он, одаривая ее идиотской улыбочкой. – Вы не можете винить человека за то, что он пытался приударить за вами.

– О нет, могу, мистер Маттиас.

– Тогда вы из тех ущербных феминисток, которые завидуют обладателям пениса. Круглые идиотки, вот как я таких называю. Уверен, что вы все решили еще до того, как мы отправились на обед.

– Вы правы, решила именно тогда. – Он не стеснялся в выражениях, а потому и она не видела причины скрывать свое впечатление о нем. – Ваш офис – куча мала. Я уже не говорю о суматохе, которая вовсе не способствует серьезной работе. А переполненные пепельницы, пустые банки из-под содовой и грязный пол… Далее. Я пришла без предупреждения, чтобы увидеть, как вы поведете себя в этой ситуации. И еще я считаю, что не смогу месяцами работать с человеком, который почти каждую фразу начинает с «так сказать». И наконец, я знала, что вы не подходите для этой работы, как только увидела ваши руки.

– А что плохого в моих руках?

– Они мягкие, и ногти наманикюрены.

– Леди, так сказать, откуда вы взяли…

Сирена приближающейся патрульной полицейской машины заставила Маттиаса замолчать. Машина остановилась в нескольких шагах от них.

– Черт возьми, что происходит? – забыв о Джейд, Маттиас подошел к одному из полицейских и схватил его за рукав. – Что вы здесь делаете?

– А вы кто?

– Уэйн Маттиас. Я здесь хозяин.

– Мы получили вызов. Вероятно, один из ваших рабочих разбушевался и набросился на другого. Это произошло где-то здесь, – добавил полицейский, оглядывая верхние этажи недостроенного здания.

– Черт. Этого мне еще не хватало, – проворчал Маттиас, ослабляя узел галстука.

Толпа прохожих начала собираться, с любопытством наблюдая за происходящим.

– Вы бы лучше убрали отсюда этих людей. Я не хочу связываться с судом, если с кем-нибудь из них здесь что-нибудь случится.

Джейд оказалась в толпе любопытных и решила остаться, чтобы выяснить, что произошло и из-за чего вызвали полицию. Она и другие прохожие молча наблюдали, как рабочий лифт медленно ползет вниз. Когда кабина спустилась, с лязгом открылись металлические двери и оттуда вытолкнули человека, которого подхватили полицейские.

– Ты! – усмехнулся Маттиас, с отвращением глядя на него. – Мне следовало бы догадаться, что это ты.

Человек, к которому он обращался, был тот, за кем Джейд наблюдала в бинокль.


предыдущая глава | Скандальная история | XVIII



Loading...