home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава восьмая

Раух-топаз, раух-топаз, янтарь

Как ни цеплялась зима за эти горы и реки, а всё-таки весна пришла.

Сугробы раскисли, как старые ноздреватые грибы под дождём. Захлюпали лужи. Воды в яме прибавилось. Ноги теперь были постоянно мокрыми, портянки за ночь не успевали высыхать – столько их было навешано на просушку у печки. А я ещё и один-то носок даже до половины не связала.

Выдра принёс его в яму – и там, во время перерывов, следил, чтобы я провязала ряд-другой. Грозился таким страшным носочным испытанием, как пятка. Вывязать пятку, мол, в состоянии только очень умный человек с большой государственной головой. Лучше бы убивать научил. Ударом ноги, пяткой в лоб.

Кузен молчал. Что-то стряслось, наверное. Или давал мне возможность разобраться, что я хочу, а что нет.

Ужас был в том, что я ничегошеньки не хотела. Ну, разве что, кроме как узнать детали плана побега, задуманного Выдрой. Но и он пока молчал на эту тему, объясняя, что время не пришло.

Это было разумно, – говорю как человек, поигравший не в один заговор.

И ещё две детали всё-таки вызывали моё любопытство: если Андромеда держит под контролем значительную долю добычи немагического золота, то нет ли у этого созвездия малоизвестной прочим горожанам привычки убирать своих врагов в места, откуда оно это самое золото и получает?

А всякий, кто пытался посягнуть на их магический колодец в Сирраге, без долгих разговоров становился лютым врагом созвездия. Если уж Саиф побоялся вступится за Таку и обставил дело так, будто казнь Орионида для Ориона обыденное развлечение…

Покорная, кстати, тогда не выдержала – оплавилась, превратилась в комочек золота с щепоткой драгоценных камней. Ещё один оберег погиб.

И не связана ли попытка отравления с происками Андромеды? Логически рассуждая, если человека надо убрать, а он, сволочь, не травится как все порядочные люди, надо его просто запихнуть в дальний угол. Чтобы сдох потихоньку сам.

Может быть, стоит всё-таки вернуться в Тавлею и заняться Андромедой? Но официально Таку обрёк на казнь тавлейский трибунал.

А это серьёзная организация, которая вмешивается тогда, когда считает, что речь идёт о безопасности Тавлеи. В неё входят представители Зодиака. И самых влиятельных незодиакальных созвездий.

Орион тоже входит, но с правом совещательного голоса. То есть его когда зовут, когда нет, иногда прислушиваются, а иногда ни во что не ставят. Было бы даже странно, если бы Орион в трибунале представлял не Сердар Саиф. Совершенно ни к чему не обязывающая почётная обязанность.

Трибунал был создан в незапамятные времена, и новорождённой столице действительно был необходим. Когда выработались писаные и неписаные правила, он следил за их соблюдением. И обладал полномочиями разрешать конфликты так, как считал нужным, во благо столицы и всей Ойкумены.

На практике это значило, что решения принимались быстро и были они жёсткими, устрашающими. Чтобы другим неповадно было.

Тавлея старела, старел и трибунал. Что-то, как, например, бесконечную тяжбу Андромеды и Пегаса разбирал суд. Какие-то решения принимались просто на совете Зодиака. Что-то происходило при полном бессилии всех органов власти – как-то выработка Орионом собственных геральдических норм. А уж если в городе начинали бушевать междуусобицы, трибунал вообще вел себя тише воды – ниже травы.

А вот воспользоваться случаем и с подачи созвездия, незаконно захватившего замок, превратить попытку возвращения его владельцу в угрожающее городу деяние – это трибунал тут как тут. Укреплял свой авторитет, героически спасая Тавлею незнамо от чего.

Логически рассуждая, если уж грех Таку был так страшен, что без плахи никак не обойтись, то и второй участник этой затеи представляет угрозу.

Может быть, именно поэтому меня попытались тихо убрать? Просто так тратить яд никто даже в Тавлее не будет.

Не так уж он и дешёв, чтобы травить народ направо и налево. Скорее, можно в кабаке чего-нибудь съесть, какой-нибудь тухлятины, выдаваемой за блюдо экзотической кухни с окраины Ойкумены, и не пережить этот обед.

Вот уж что-что я в тавлейских кабаках ни ела, а мороженые мясные стружки не попадались. Сказал бы кто, что и это едят, – не поверила бы.

Нет, как ни перебирай обрывки воспоминаний, а не вырисовывается пока убедительная причина. Что же может прятать боль в моей голове? И как пробиться сквозь её барьер? Что же такого важного случилось в день перехода Солнца из Близнецов в Рак, почему боль вцепляется в меня, словно сторожевой пёс, только я пытаюсь подобраться к этому дню? Как обмануть боль? Что может быть сильней её?


* * * | Кузина | * * *