home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава тринадцатая

Янтарь, янтарь, раух-топаз, янтарь, раух-топаз, раух-топаз

После кражи переписки наступило некоторое затишье.

Затишье, как я теперь понимаю, внешнее, кажущееся.

А потом в доме Беллатрикс меня попытались отравить.

Да не попытались, а отравили. Такая порция яда в сочном гранате могла отряд солдат на тот свет свести, если заставить каждого съесть хоть по одному зёрнышку.

Дракон души моей почувствовал это, вернулся в Тавлею и вытащил меня с того света буквально тогда, когда я уже полностью приготовленная для погребения, была положена в гроб.

Случившееся списали на происки врагов Созвездия, благо выбирать обиженных из длинной вереницы несостоявшихся владельцев Аль-Нилама можно было бесконечно.

А вскорости после того, как я поправилась, настала турнирная неделя, где меня проиграли Скорпиониду.

Чаще всего так получается: когда мне позарез надо было перейти в разряд замужних дам, сидела стараниями опекунского совета в девицах. Как только желание менять статус пропало – Аль-Нилам прошляпили. Вот как такое называется?

Орион пребывал в состоянии тихой паники. Сердар Саиф лежал никакой, за гранью сознания. А надо заметить, что загадочным образом ни один глава крупного дома Ориона, кроме Саифа, в состав опекунского совета не входил. Всё больше мелкие, второстепенные дома, вне совета никакого влияния на политику Ориона не оказывавшие. А после крушения парящей платформы на Краеугольном Камне уцелели отнюдь не самые активные, не любители выбираться в город на праздники.

Это были люди, безусловно, уважаемые, но, как бы помягче выразиться, второстепенного плана. Они не привыкли принимать решений, жёстких решений, вполне способных развязать новую войну Созвездий, но с другой стороны, отсекающих возможность Скорпиону завладеть Аль-Ниламом.

Они, как заведённые, твердили друг другу, что в данной ситуации у нас нет другого выхода, как выполнить условия турнира, дабы избежать кровопролития, к которому мы не готовы. Что Телец только и ждет повода – и модераторы могут не успеть, как во время празднества, а тогда, с магической поддержкой, Тауриды захватят Беллатрикс, как не смогли сделать это без магии. И тогда – всё, Щит Ориона, который удерживает Беллатрикс, перейдёт к Тельцу. Что сейчас дело лучше решить миром, а потом, может быть, очнётся Саиф, который придумает очередную комбинацию и выставит Скорпионида из сердца нашего созвездия. Что так будет правильно, да-да, только так будет правильно, я вижу, и вы так считаете, дорогой сосед. Сосед в ответ кивал и добавлял к картине грядущей катастрофы, ожидающей Орион, если мы не согласимся отдать Аль-Нилам, ещё ярких подробностей, выдавая своё собственное неумение и нежелание делать дела за объективную реальность.

А я думала, что всё это интересно, да только Скорпионид ляжет не в их постель, а мою. И это заставляет меня иметь иную точку зрения на будущее Ориона, нежели у опекунского совета. Потому его в моей постели не будет.

…Рождающаяся луна висела над Тавлеей, уже не тонкий серп, а увесистый сочно-жёлтый ломтик, истекающий светом.

Я сидела у зеркала в спальне, перед распахнутым ларцом. Ждущая, похоже, уже приросла к виску, а вот другие бабочки не вылетали. Я смотрела на свою разноцветную стайку и считала, сколько оберегов погибло. Нет Бесшабашной, нет Настороженной, Послушная пала на боевом посту. Много. Очень много… Обереги обычно переживают владельца, а тут…

Наклонившись к столику, я заглядывала в ларец и просила показаться хоть одну летунью, присоединиться к Ждущей. Пригрозила, что закрою ларец и выкину из окна прямо в топь, полную пиявок. Обереги это ничуть не напугало – ни один человек в твёрдом уме и здравой памяти так не делал. Да и я не собиралась, пугала только, и то неудачно.

Наконец слезными просьбами удалось выманить всего одну, Отчаянную, поблёскивающую холодными аметистами и огненными сардами. Она нехотя села на плечо.

Иней прянул в небо прямо с крепостной стены, и мы помчались в гости извилистым путём. Штука здесь была в том, что за всю свою жизнь я ни разу не была в той части Тавлеи, где царил Скорпион.

Ещё бы, недаром, когда Скорпион в небе – Орион прячется, когда Орион выходит на небосклон – Скорпиона не видно.

Поэтому, привычно соотнося горящие в небе звезды со светящимися среди тавлейских болот домами, я забрала влево и осторожно направилась по кромке зодиакального круга, держась ближе к окраинам Тавлеи и готовая в любой момент отправить Инея в другой мир, чтобы не попасть в мир иной, если столкнусь с кем-нибудь, кто любит Орионидов исключительно мёртвыми, особенно после прошедшей междуусобицы.

Перемахнула Млечный Путь, пролетела над Малым Псом, держащим вкупе с Орионом этот участок великой реки.

Внизу осталась Гидра, длинная, растянутая и неяркая. Миновала Чашу, Ворона. Впереди справа ярко светилась Спика – главный дом зодиакального созвездия Девы. Теперь надо было добраться до Весов, Весы наши, там можно укрыться, ежели что.

Не успела подумать, как увидела, что ко мне, вынырнув откуда-то справа, несётся конная группа, всадники мчались вплотную друг к другу, длинные гривы их коней трепал ночной ветер. Наверняка метеоры – ищущие приключений группки молодежи, задирающие всех и вся. Скорее всего, Леониды – из созвездия Льва, самые воинственные в этой округе.

Уходить в миры было рано, да и Иней в последние дни застоялся, заскучал по бешеным скачкам, поэтому мы решили убегать, – и только воздух застонал в ушах, а огни что снизу, что сверху, стали стремительно проносится мимо.

Леониды попытались не отставать, но не выдержали скорости, отстали, когда снизу показались когти Скорпиона – парный замок Граффиас. Впереди засверкал красными глазами Антарес – гигант Скорпиона, город в городе.

Дело оставалось за малым – найти в Скорпионе того, кто выиграл турнир. Всего-то.

Можно было, конечно, попытаться отловить кого-нибудь из созвездия и, глядя ему в лицо тяжёлым взглядом, спросить: «Как зовут человека, выигравшего турнир у Ориона?» Но почему-то не хотелось.

А вдруг он, глядя не менее тяжёлым взглядом, скажет: «Не знаю!» – и что с ним делать в таком случае? Откусить ухо? А вдруг он сильнее? И откусит моё?

Решила сначала попробовать другие способы. Логически рассуждая, если некто получил такой деликатный предмет в виде приза, как пояс верности, относящийся, как ни крути, к нижнему белью, то, скорее всего, хранить его он будет не в общественном месте, а где-нибудь у себя.

А, учитывая размеры воровства в Тавлее, от которого не спасают никакие магические замки и сирены, всяк пытается найти управу на эту беду собственными силами, особо не надеясь на городские службы. И один из способов вернуть украденную вещь (ежели она вам, конечно, безумно дорога), это опять же в лавочке гномов купить следопыта. Следопыт сможет найти след любой вещи, которая побывала у вас в руках, но стоит дороже большинства воруемых вещей. Великое Солнце, думала ли я, что докачусь до такого позора, что буду разыскивать пояс верности, от которого весь турнир безуспешно пыталась избавиться?

Вот лавочку гномов мне первый проезжий указал, вполне возможно, что Скорпионид. И даже проводил в тот из трех миров, в которых могли торговать столичные гномы. Не пришлось даже за ухо кусать.

Гномы выбрали уютный мир для своей лавочки. Плескалась в каналах вода, перекинутые через них мостики украшали фонари, большие, воинственные дома крупных созвездий, такие как Антарес, хоть и виднелись, а всё ж таки в отдалении.

Спешившись, я накинула повод Инея на изукрашенный резьбой столбик коновязи у входа. Нагнувшись, вошла в лавочку.

Что из себя представляет этот зверь – следопыт, – я не знала. Думала, может быть на ежужика похож.

Но нет, симпатичная круглолицая гномочка вынесла плетеный из бересты коробок, в котором и скрывался следопыт, достала из-под прилавка сплетенный из немагического золота ажурный шар. Я перелила нужное количество магии в это хранилище, магия заполнила золотые ячейки, замерцала в них.

– Теперь откройте, госпожа, – милостиво разрешила гномочка, глядя снизу вверх.

Я откинула крышку. Там лежал клубок. Обыкновенный моток красной шерсти.

– Ну и? – не поняла я.

– Возьмите за кончик и думайте о той вещи, что у вас украли, – сказала гномочка. – Клубок приведет вас к ней. Все просто.

– А я верхом, – уточнила я.

– Ему разницы нет.

– А почему в бересте?

– Чтобы не отвлекался раньше времени. Вы сейчас искать будете?

– Да.

– Тогда я вам его подсвечу, – пообещала гномочка, – чтобы лучше видно было.

Она запустила ладошку в берестяной короб, вынула клубок и погладила, что-то прошептав на языке гномов. Нить стала не просто красной, но светящейся. Гнома вложила клубок мне в ладонь.

С подозрением глядя на несостоявшуюся варежку или носок, свернувшуюся в тугой шарик, я вышла на мостовую перед лавочкой.

– Они одноразовые? – уточнила я у гномы, вставшей на пороге.

– Да, – гномочка вытирала о фартук светящиеся ладони. На фартуке остались чёткие контуры её пальцев.

– Странно, почему такие дорогостоящие вещи, как следопыт или ежужик, можно использовать всего лишь один раз, – пробурчала я, отцепляя Инея.

– Чтобы много продать, – объяснила мне гномочка. – Зато он поможет, сами увидите. Пускайте клубок, коня я подержу.

Я представила злосчастный пояс верности, как я подносила его победителю, осторожно положила клубок на левую ладонь, а правой взяла за кончик.

Клубок затрясся, словно в него шмель попал, а потом лихим прыжком скакнул с ладони и понёсся, только красная ниточка протянулась в воздухе и исчезла, словно обрезанная, там, где он выскочил из этого мира и ушёл в другой.

– Догоняйте, – сказала гномочка. – Конец можете за коновязь зацепить, чтобы в руках не мешался.

Я сделала петлю, накинула на столбик, вскочила в седло и мы понеслись по красной мерцающей ниточке туда, куда она вела.

Нагнали следопыта далеко за Антаресом, клубок разматывался по направлению к хвосту Скорпиона. Он лихо нёсся вперёд, мы – за ним.

Впереди показался темный, слабо освещенный замок, утыкавший небо своими острыми шпилями. По-моему, не меньше Аль-Нилама, но и не больше. Клубок заложил лихую петлю вокруг замка и нырнул в одно из окон.

Всё это произошло так быстро, что мы с Инеем, разгорячённые погоней, вломились в это же окно, только стеклышки полетели, когда конь в прыжке грохнул обоими передними копытами в переплёт.

Ну кто же кровати рядом с окнами размещает? Это негигиенично. На красивом светлом покрывале отпечатались следы четырех копыт. Если бы мы не останавливались в гномьей лавочке, ноги у Инея были бы чище, но мы остановились.

Иней соскочил с покрывала и деликатно зацокал, заперебирал ногами по паркету, словно извиняясь, что наследил. Задел при этом стол, с грохотом покатились кубки и тарелки, выдающие недавнюю трапезу.

А клубочек, уменьшаясь на глазах, пересек комнату и, подпрыгнув, ткнулся в искомый предмет, висящий на стене среди щитов, мечей, ножей и прочего вооружения. Приехали всё-таки куда надо.

Услышав грохот, в комнату вбежал владелец и оружия, и пояса. Но не успел и шага ступить, как клубок скакнул с пояса верности вверх, молниеносно закрутил в воздухе спираль прямо над Скорпионидом, а когда нити упали вниз, сбивая по пути, почти срезая, как стальной проволокой, с человека обереги, – Скорпионид оказался замотанным в красную шерсть, как котёнок, запутавшийся в бабушкином клубке.

Вот это, видимо, и была та помощь, о которой говорила гномочка. Клубок не только отыскал похищенное, но и связал вора, оправдывая свою стоимость. В данном случае он несколько ошибся, но всё вышло очень кстати.

Все мы, находящиеся в комнате, я, победитель турнира и мой конь – были несколько сбиты с толку.

Инею не нравилось здесь стоять, он нервно переминался и раздавил копытом сбитого на пол золотого шершня. Скорпионид пытался понять, что с ним случилось, а меня душил смех, очень неуместный сейчас, когда надо выяснять отношения.

– Прошу понять меня правильно и извинить за вторжение, – всхлипывая от смеха, сказала я, – но нам надо переговорить. Вы узнали меня?

– Госпожа Аль-Нилам… – мрачно подтвердил, что узнал, Скорпионид.

– Вот и замечательно, – обрадовалась я. – Мне надо сказать вам лишь одно: я не испытываю лично к вам никаких претензий, но в Аль-Нилам не пущу.

– Не выполните условия турнира? – удивился Скорпионид и даже дёргаться перестал.

– Не выполню, – легко подтвердила я. – Извините. Ещё раз говорю, что дело не в вас.

– Это невозможно. Зачем же тогда Орион затевал весь этот турнир? Здесь не отступают, госпожа Аль-Нилам, – нахмурился Скорпионид.

– Начнём с того, что меня никто не спрашивал, хочу ли я быть выставленной вместе с замком на турнире. Так вот – я не хочу. Я не отступаю, потому что не наступала, я просто довожу до вашего сведения своё окончательное решение. Моя рука не подпишет ни один документ, дающий моё согласие на союз наших домов. Я никогда не произнесу необходимых слов. А если буду испытывать силовое давление, отвечу силой же.

Недоверчивая улыбка скривила губы Скорпионида. Не боялся он меня ну ни капельки.

– И как же вы ответите, госпожа Аль-Нилам? – поинтересовался он. – Сядете в осаду?

– Сяду в осаду, – подтвердила я. – Если понадобится, подниму Аль-Нилам на воздух, как бы дорог он мне не был. Чтобы сделать бессмысленным для вас наш союз.

– Замок можно выстроить, – не сдавался Скорпионид. – Это будет пустая жертва.

– Замок можно выстроить, – подтвердила я. – Но если вы выиграли в турнире право на замок, права на землю под ним вам не принадлежат, тут уж даже опекунский совет будет стоять насмерть. А я, ещё раз говорю, никаких бумаг не подпишу, и пусть о моём святотатственном нарушении правил турнира вся Тавлея говорит.

– Вы не боитесь людской молвы? – поинтересовался Скорпионид, крохотными шажками придвигаясь к стене с оружием.

– Боюсь. Но потерплю, – отозвалась я. – Не надо двигаться к стене, этот нитяной кокон вы незаметно не перетрёте. Дайте мне слово Скорпионида, что откажетесь от выигрыша в турнире.

– А если не дам? – яростно бросил Скорпионид.

– Тогда я вас прямо сейчас сожгу! – тоже взъярилась я. На ладони закрутилась волчком шаровая молния. – Вы сейчас в моей власти, а мне терять нечего. Говорю начистоту: если вы попытаетесь овладеть Аль-Ниламом, либо вам не жить, либо мне. А стоит ли этого даже неплохой замок?

– Я вам настолько противен? – задал совершенно глупый вопрос Скорпионид.

– Великое Солнце, да это-то тут причем?! – закричала я, срываясь. – Нет у меня лично к вам никакой ненависти, я вас не знаю совершенно, как вы можете быть мне противны или нет? Что вы мне голову морочите? Мне надоело быть заложницей Аль-Нилама, я больше никому не позволю принимать решения за меня! Что тут непонятного? Что загадочного? Что обидного персонально для вас? Вашу гордость ущемляет? Неприлично? А мною торговать прилично? Вы меня перед поединком спросили, что я думаю по этому поводу? Что же к стене не подъехали, не поинтересовались? Я бы ещё тогда своё решение до вашего слуха донесла. А пришлось сейчас. Извините, раньше не получилось, городская война. Всё, считаю до трех, не согласны – горите.

– Хорошо, убедили, – буднично сказал Скорпионид. – Но как я свой отказ объясню?

– А так и объясните, – печально сказала я, вышивыривая шаровую молнию в окно. – Мол, пригрозила я вас в Конской Голове утопить, если согласитесь. А вы, как настоящий рыцарь, не можете неволить даму на постылый брак.

Скорпионид рассмеялся.

– Хорошая формулировка. Пожалуй, так и напишу. Но это неосторожно с вашей стороны.

– Осторожная погибла, – объяснила я. – Отчаянная осталась.

Он понял, что речь идёт об оберегах.

– Выпутайте меня из этого шерстяного рукоделия. Я даю вам слово Скорпионида, что откажусь от союза с Аль-Ниламом.

Я задумалась, как это сделать. Наверное, надо разрезать кокон снизу доверху кинжалом.

Но в этот момент, словно угадав мои мысли, – хотя почему «словно», следопыт же прочёл образ пояса верности – конец тонкой красной нити поднялся над Скорпионидом и сложился в рожицу с вопросительно поднятыми бровями.

Я кивнула, подтверждая, что да, освобождаю.

Тогда нить начала разматываться со Скорпионида, как со шпульки, исчезая за окном. Мне представилась круглолицая гномочка, которая сейчас, сняв петлю с коновязи, сматывает клубок обратно, чтобы уложить его снова в берестяной коробок и продать новому клиенту.

Получив рыцарское слово, я задерживаться тоже не собиралась, рассчитывая уйти через окно, как и появилась, только Скорпионид окажется на свободе.

Но услышала:

– Если в новой заварушке Скорпион столкнётся с Орионом, и мы встретимся, я постараюсь вас не убивать.

– Благодарю, – искренне сказала я, задержавшись на несколько мгновений. – И я вас тоже.

Обрадовавшийся Иней перемахнул испачканное его копытами ложе, оттолкнулся от пола – и вынесся из разбитого окна.


* * * | Кузина | * * *