home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 2 «Не приведи Господь увидеть русский бунт – бессмысленный и беспощадный»

Прав, тысячу раз был прав Александр Сергеевич, произнося слова, ставшие названием этой главы. Сколько жизней он унес, этот бунт, сколько крови пролил, сколько слез… А сколько пролилось ее потом, когда победители выкорчевывали инакомыслие? И до него, в попытке бунт предотвратить, сколько человеческих жизней было загублено!

Свобода, равенство, братство… Пожрав своих врагов, революция всегда принимается за своих детей, за тех, кто делал ее, свергал ненавистный строй, а затем… Затем боролся за власть и местечко посытнее – такова уж человеческая натура. Романтики, герои, они гибнут первыми или тихо уходят в тень, не желая или просто не имея сил драться за свою долю добычи, оставляя все тем, кто хочет и еще имеет желание ловить рыбку в мутной послереволюционной водичке, для кого лозунги их – прикрытие в грызне за власть и достаток.

А те, кто боролись с ними, с бунтарями, революционерами, не приемлющими компромиссов с властями, желающими вдруг и разом облагодетельствовать свой народ, те, кто сражался «за веру, царя и Отечество», – неужели они лучше? Мучились ли они бессонными ночами, слыша стенания душ убиенных борцов за свободу, или посылали толпы на смерть, не моргнув глазом?

Нет, не было чистеньких ни в том, ни в другом лагере. Террор противостоял террору, смерть – смерти. Революционеры стреляли, взрывали, травили; монархисты вешали, ссылали в Сибирь, на Колыму, отправляли на каторги, натравливали погромщиков. Нельзя, простите, в белых перчатках отхожие места чистить, не получается, оттого, видимо, что грязи много – запачкаешься, как ни старайся остаться незапятнанным. В таких условиях или стой в стороне, не борись, не лезь в драку, или имей силу признать, что цель твоя превыше тебя самого и что для достижения ее пойдешь – да уже пошел! – на все, и ты применишь любые средства. Но такие душевные силы на такое признание, пусть и самому себе, находят лишь очень немногие. Вот и имеем мы приторно-сладкие портреты лидеров, написанные их сторонниками, и ядовито-горькие, нарисованные противниками. Обели себя и очерни врага – вот одно из основных правил во время революции, во время русского бунта, бессмысленного и беспощадного…


М. Робеспьер | Фантасмагория смерти | Выстрел в опере. Пётр Аркадиевич Столыпин