home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Члены экспедиции Р. Амундсена

В 1922 году Амундсен снова предпринял попытку пересечь Северный ледовитый океан, теперь уже с востока на запад, но в июне судно снова вмерзло в лед в районе острова Врангеля на северо-востоке СССР.

Вмороженный в лед корабль дрейфовал по направлению к континентальному шельфу Северо-Восточной Сибири. Во льдах путешественники провели еще три зимы, после чего им удалось возвратиться в Норвегию. Экспедиция закончилась неудачей. Правда, за годы, проведенные во льдах Арктики, путешественникам удалось собрать ценные геофизические сведения, представлявшие огромный интерес для науки.

Однако публика не проявила никакого интереса к этому путешествию: начиналась эра воздухоплавания, рекорды теперь ставились в небе.

Амундсен, не желая отставать от времени, тоже заинтересовался новым видом передвижения, и еще в 1914 году первым в Норвегии получил летные права. А вскоре он затеял и новую экспедицию: решил первым достичь Северного полюса на самолете.

При поддержке американского миллионера Линкольна Эллсворта Амундсен приобрел два крупных гидросамолета и начал подготовку к очередному путешествию. Но ему снова не повезло: оно закончилось неудачей, и сам норвежец чудом остался в живых.

В 1925 году он вылетел по направлению к полюсу, но из-за неисправности один из самолетов вскоре совершил вынужденную посадку на дрейфующей льдине. Путешествие продолжали на одном самолете, но и его двигатели вскоре начали работать с перебоями, горючее было на исходе, и Амундсен с трудом добрался до Шпицбергена.

Не удалось достичь полюса на самолете, так, может быть, попробовать на дирижабле? Благодаря меценату Амундсен приобрел дирижабль, построенный итальянским аэронавтом Умберто Нобиле, и пригласил его самого в качестве капитана и главного механика, ведь в устройстве дирижаблей Амундсен не разбирался. Воздушный корабль решено было переименовать в «Норвегию».

Но Амундсена как будто преследовали неудачи: он всю жизнь мечтал покорить Северный полюс, но судьба не предоставляла ему такой возможности. А славой первооткрывателя Южного полюса он не желал довольствоваться. Вероятно, поэтому ему суждено было испытать такое же разочарование, какое испытал Роберт Скотт: пока «Норвегию» готовили к старту, пришло известие, что Амундсена снова опередили: американец Ричард Берд на двухмоторном «фоккере» достиг Северного полюса и сбросил на нем американский флаг.

Правда, на дирижабле полюс еще никто не покорял, и Амундсен принял решение не откладывать полет. 11 мая 1926 года «Норвегия» вылетела со Шпицбергена, перелетела через всю Арктику и совершила посадку на Аляске. Полет продолжался 70 часов и стал огромным достижением в истории воздухоплавания. Амундсен уже торжествовал победу, однако весь мир как героя чествовал не его, а капитана Умберто Нобиле. Ведь это он спроектировал и построил гигантский воздушный корабль, вел его через Арктику и, несмотря на туман, смог посадить на землю. Что касается Амундсена, то, несмотря на то что именно тот был инициатором, организатором и руководителем экспедиции, в действительности он пересек Арктику как пассажир.

Амундсен чувствовал глубокое разочарование. Кроме того, он понимал, что его время ушло. Ему было 54 года, и он не видел области, где еще мог бы себя проявить и где бы хотел и мог достичь первенства. Он отказался от путешествий, вернулся в свой дом под Осло и стал жить там в полном одиночестве. Его старая няня умерла, и он стал сам заботиться о себе.

По свидетельствам тех, кто его хорошо знал, Амундсен со временем стал странным. Он перессорился со всеми своими друзьями, с которыми вместе штурмовал Арктику и Антарктиду, распродал почетные награды и ордена. Его покровитель Нансен в 1927 году в письме к одному из своих друзей заметил: «У меня складывается впечатление, что Амундсен окончательно утратил душевное равновесие и не вполне отвечает за свои поступки». Поссорился Амундсен и с Умберто Нобиле, которого он называл «человеком дикой, полутропической расы», «нелепым офицером», «заносчивым, ребячливым, эгоистичным выскочкой». Однако судьба распорядилась так, что именно благодаря Нобиле Амундсену удалось в последний раз выйти из тени и проявить себя.

В мае 1928 года Нобиле запланировал совершить еще один перелет через Арктику на дирижабле «Италия». На этот раз он был и организатором, и руководителем экспедиции. 23 мая он стартовал со Шпицбергена и успешно достиг полюса, о чем сразу же сообщил на материк по радио. Но на обратном пути связь с дирижаблем прервалась. Из-за сильного обледенения внешней оболочки «Италии» Нобиле был вынужден снизиться, а затем не справился с управлением и разбился.

…Тем временем в Осло был организован банкет по случаю удачного перелета Уилкинса и Эйелсона от мыса Барроу на Аляске до Шпицбергена. Амундсен присутствовал на банкете в качестве почетного гостя, и из уважения к нему имя Нобиле вслух не произносилось, несмотря на то что каждый присутствующий на банкете думал только о том, что в этот момент «Италия» пересекает воздушное пространство Арктики.

Громко зачитывали поздравительные телеграммы, приходившие на адрес летчиков изо всех стран. Но вот, взяв очередную телеграмму, читавший запнулся. А затем четко произнес: «Связь с „Италией“ потеряна». В зале на некоторое время воцарилась мертвая тишина. А затем все заговорили разом: табу было снято, имя Нобиле уже не было запретным… Обсуждались возможные способы спасения итальянцев. Амундсен молча сидел на своем месте и слушал обсуждения, пока кто-то из присутствующих не обратился к нему с вопросом: «А вы готовы возглавить экспедицию по спасению экипажа „Италии“?». На что норвежец спокойно ответил: «Без промедления».

Было известно, что Нобиле, несмотря на ссору со знаменитым норвежским путешественником, после крушения прислал со льдины телеграмму, в которой сообщал, что руководство спасательной экспедицией следует поручить Амундсену. Многие страны готовили самолеты и суда для спасения итальянцев, Норвегия также занялась подготовкой экспедиции. Однако ее руководителем решено было назначить военного летчика Рисер-Ларсена, а Амундсену даже не предложили принять в ней участие. Во многом это объяснялось тем, что ссора между Амундсеном и Нобиле была слишком громкой, и телеграмму итальянца, по мнению норвежского правительства, не следовало принимать за примирение. Что касается Амундсена, то он со своей стороны также не настаивал на том, чтобы его имя было включено в состав норвежской экспедиции. Но и сидеть сложа руки и ждать он тоже не собирался.

Амундсену было уже 56 лет. Он несколько лет жил в Норвегии и больше не помышлял о подвигах, понимая, что его время ушло. Но крушение дирижабля «Италия» все изменило. Амундсен припомнил всю свою жизнь, вспомнил, как погибал во льдах англичанин Роберт Скотт, в то время как он посылал на родину веселые телеграммы, в которых сообщал о своей победе. Но это трагическое событие ничему не научило его, и вот он снова поссорился с другим путешественником, в котором снова увидел конкурента своей славе. Но к чему соперничество, если оно может стоить жизни Нобиле? К тому же Амундсен знал, что значит оказаться на дрейфующей льдине в Арктике после аварии, так как когда-то сам пережил это.

Амундсен решил во что бы то ни стало возглавить спасательную экспедицию. Однако это было не так просто: он не имел ни самолета, ни достаточно средств для того, чтобы приобрести его. Он мог бы обратиться за помощью к меценатам и найти деньги, но сколько это займет времени? А его было мало. Поэтому Амундсен обратился в Министерство военно-морских сил Франции, которое согласилось предоставить гидросамолет.

Самолет «Латам» вылетел из Тромсё по направлению к Шпицбергену утром 18 июня. В команду вошли французы – опытный моряк и авиатор, капитан Рене Гильбо, второй пилот капитан-лейтенант де Кювервил, бортмеханик Георг Брази, радиотелеграфист Эмиль Валетта. Амундсен взял с собой одного из своих бывших соратников, Бергена Дитрихсена. Путешественник хотел было взять еще и Вистинга, но для него не нашлось места на самолете. Было решено, что он отправится на Шпицберген морем.

Еще до старта был получен прогноз погоды, который казался благоприятным: до самого Шпицбергена дул легкий ветер, местами был небольшой туман. Правда, через некоторое время пришло новое сообщение: на пути самолета обнаружена область низкого давления, которая, возможно, будет развиваться, что грозит ливнем и грозами. Но еще полчаса спустя из Геофизического института пришла новая оптимистичная сводка: ясно и тихо. Сообщалось, что на Север вылетел еще один спасательный самолет. Но Амундсен, не обращая на это никакого внимания, решил подождать еще одного прогноза погоды. В его действиях не было никакой спешки, стремления быть первым, желания рискнуть. К тому же быть первым ему вовсе не обязательно: известны координаты лагеря, получены сообщения о том, что итальянцы уже обжились на льдине и вовсе не находятся на грани гибели. С момента крушения «Италии» прошло уже три недели.

Взлететь удалось только в 4 часа дня. Связь поддерживалась через радиостанцию Геофизического института. Она продолжалась до 18 часов 45 минут. Еще час спустя с «Латамом» пытались связаться с Медвежьего острова, но безуспешно. Больше «Латам» на связь не вышел.

Спустя сутки директор института Крогнесс сообщил корреспондентам следующее: «…Последняя связь с „Латамом“ была спустя 2 часа 45 минут после вылета. Сигналы были ясные и четкие. Вызовы продолжались беспрерывно, и мы уже начали беспокоиться. По подсчетам, самолет должен был уже находиться на полпути между Медвежьим островом и Норвегией. Мы надеялись, что у него испортилось радио и он не мог предупредить о вынужденной посадке». Никто не поверил в гибель Амундсена. Многие говорили: «Амундсен, конечно, опять изменил свой план, как тогда с Южным полюсом…». Однако Крогнесс утверждал: «В норвежских газетах писали, что Амундсен летел на восток и поэтому прекратил радиосвязь, чтобы не выдавать своих планов». Но это была неправда…

Поиски «Латама» начались только через несколько дней после его исчезновения. На Север были отправлены французский и шведский крейсеры, прочесали всю территорию предполагаемой аварии, надеясь, что команда «Латама», как и «Италии», совершила вынужденную посадку на одной из льдин.

12 июля члены дирижабля «Италия» во главе с Умберто Нобиле наконец были спасены теплоходом «Красин». «Латам» между тем продолжали искать. Но все оказалось безуспешно.

Как выяснилось, неизвестно, куда именно летел Амундсен: по своей старой привычке он никому, даже членам экипажа, не сообщил о предполагаемом курсе. Майор Майстерлинг, председатель Норвежского аэроклуба, разговаривавший с путешественником перед стартом, признавался: «Не знаю, куда полетел Амундсен. Он мне этого не сказал. Я полагаю, что он отправился прямо к обломкам дирижабля…». Между тем Амундсен мог направиться и на Шпицберген, чтобы оттуда руководить спасательной экспедицией.

«Латам» продолжали искать, но квадрат поисков после расследования значительно расширился. 13 августа в районе острова Роттум рыбаки выловили бутылку, в которой обнаружили клочок бумаги. На нем по-норвежски было написано: «Латам – 1.7.28. 84° 23' восток. Р. Амундсен». Обратились к Нансену, который высказал такое мнение: «…я не думаю, что капитан Амундсен и французские летчики живы. Записка, найденная в бутылке, является всего-навсего чьей-то мрачной шуткой». Обратились к племяннику Амундсена, который подтвердил, что «…буквы послания не обнаруживают никакого сходства с подписью знаменитого исследователя».

И только 1 сентября 1928 года моряки шхуны «Бродд» заметили на волнах странный предмет, который оказался бензобаком самолета «Латам». После этого уже никто не сомневался, что Амундсен и его спутники погибли. Было проведено исследование, в результате которого удалось рассчитать примерное место гибели самолета. Заключение было неутешительным: «Самолет с силою ударился в водную поверхность, нижняя часть бензобака вмята. Самолет оставался некоторое время на плаву, поскольку пассажиры успели слить бензин и вбить деревянную затычку, чтобы использовать бензобак в качестве поплавка... Возможно, что поисковые самолеты пролетали над обломками, но туман скрыл их от глаз спасателей».

Таким трагическим образом завершилась последняя экспедиция знаменитого норвежского путешественника Руаля Амундсена. Что касается Нобиле, то он дожил до глубокой старости, но был косвенно обвинен в смерти Амундсена, и с этим грузом ему пришлось жить остаток жизни. Муссолини разжаловал Нобиле, который, по его мнению, неудачным полетом навлек на Италию позор. Последние годы жизни он прожил в Риме и скончался в возрасте 93 лет.

Наследие путешественника Руаля Амундсена составляют его дневники и книги, в которых капитан описал все свои приключения. Его именем названы море, гора, залив, котловина в Северном Ледовитом океане и американская научная станция Амундсен-Скотт в Антарктиде.


Последняя экспедиция. Руаль Амундсен | Фантасмагория смерти | Королева Атлантики. Амелия Эрхарт