home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


87

Через пять минут, как раз когда подкатила первая пожарная машина, склад взорвался. От взрыва выбило стекла в радиусе четверти мили. Только через два дня температура упала настолько, что на место смогла явиться следственная бригада для выполнения своей невеселой задачи.

Со временем были обнаружены останки трех человек. Одного через пару недель опознал его брат, по-прежнему лежавший в больнице под охраной полиции, по частично расплавившемуся медальону на шее. От другого остался лишь череп, который, как выяснилось по карточке дантиста, принадлежал Джейни Стреттон. В третьем, тоже по зубам, опознали Энди Гидни.

Высокая температура горения не позволила установить по немногим остаткам костей точную причину его смерти. И никто не сумел объяснить, что вообще он там делал.

Через пару месяцев сержант Джон Рай из отдела высоких технологий представил доклад коронерскому суду. При отсутствии вещественных доказательств коронеру ничего не оставалось, кроме как вынести открытый вердикт. Короткий, но не столь информативный, как судоходный прогноз.


В половине пятого Рой Грейс наконец покинул пожарище, далеко еще не локализованное и не взятое под контроль. Он поехал прямо в Королевскую больницу графства Суссекс, чтобы навестить в реанимации Гленна Брэнсона.

Хорошенькая жена Гленна, Эри, была уже там. Она никогда не питала к Грейсу особенно теплых чувств, обвиняя, по его догадкам, в том, что он слишком часто уводит мужа из дому. И сегодня она ничуть не оттаяла. Гленну повезло. В него попала всего одна пуля, прошла сквозь брюшину в полудюйме от позвоночника. Немножечко поболит, но он наверняка будет с большим удовольствием долго выздоравливать, глядя фильмы с ранеными и выжившими экранными героями.

Потом Грейс встретился в отделении интенсивной терапии с родителями Эммы Джейн. Мать, привлекательная женщина сорока с лишним лет, приветствовала его стоической улыбкой, а притихший отец сидел, не выпуская из рук желтый теннисный мячик, словно от этого зависела жизнь его дочери. Кажется, Эмме Джейн лучше – вот все, что они могли сказать.

Грейс покинул больницу в унынии, спрашивая себя, что он за руководитель, если позволил двум членам собственной команды очутиться так близко к смерти. Остановившись у рабочего кафе, он зашел, съел солидную порцию жаркого, выпил чашку крепкого кофе.

Покончив с едой и почувствовав себя значительно лучше, он облокотился, сгорбившись, на пластиковый столик и сделал ряд телефонных звонков. А когда встал, собравшись уходить, зазвонил его мобильник. Ник Николл осведомился о его самочувствии, потом сказал, что до сих пор не имел возможности доложить о своей встрече с офицером Столичной полиции по поводу девушки в браслете со скарабеем, найденной мертвой на Уимблдонской пустоши. Оказывается, это ложный след. Совпадение. Ее дружок сознался в убийстве. Белла Мой, работавшая над выявлением других случаев, не обнаружила, чтобы на месте прочих убийств присутствовал бы скарабей.

«Может быть, нам повезло, мы их рано застукали, – предположил Грейс. – Хотя недостаточно рано для бедной Джейни Стреттон».

Он велел молодому констеблю идти домой, обнять жену, которая должна родить со дня на день, и сказать ей, что он ее любит. Николл удивленно поблагодарил. В данный момент Грейс был именно в таком настроении. Жизнь драгоценна. И полна опасностей. Никогда не знаешь, что ждет за углом. Цени то, что есть, пока оно есть.

Когда он садился в машину, позвонила Клио, радостная и бодрая.

– Привет! – сказала она. – Извини, что так долго не перезванивала. Можешь говорить?

– Абсолютно свободно.

– Хорошо. У меня выдался просто дьявольский день. Четыре трупа – знаешь, как бывает после выходных?

– Знаю.

– Один на мотоцикле разбился, пятидесятилетний мужчина упал с приставной лестницы, и еще две старушки. Не говоря уже о мужской голове, которую вчера доставили; от нее мало чего осталось, но ты о ней, по-моему, знаешь.

– Слышал немного.

– Потом пришлось в обеденный перерыв ехать в торговый центр за подарком старикам на годовщину.

– Каким старикам?

– Моим родителям!

– А.

– И моя машина застряла на стоянке на Сивик-сквер. Кто-то будто бы сообщил о заложенной бомбе – можешь поверить в эту чертовщину?

– Да что ты?

– Когда я наконец добралась до машины, весь чертов город был перекрыт!

– Что-то слышал, – сказал Грейс.

– Ну а у тебя что? – спросила Клио.

– Да знаешь, как всегда, обычный день.

– Никаких особенных волнений?

– Нет.

На несколько секунд между ними воцарилось странное, но приятное молчание. Потом Клио сказала:

– Мне целый день страшно хотелось с тобой поговорить. Только лучше это сделать в свободное время. Без спешки – привет, классная была ночка, пока!

Грейс рассмеялся. И вдруг подумал, что ужасно давно не смеялся. Долгие-долгие дни.

Позже, гораздо позже, после многих часов, проведенных в кабинете за подготовкой горы бумаг, Грейс оказался в квартире Клио.

В ту ночь любви он заснул в ее объятиях, как младенец. И спал мертвым сном, не испытывая никакого страха перед жизнью.


предыдущая глава | Убийственно красиво | cледующая глава