home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


ГЛАВА 20

О'Брайен прошел по комнате и приблизился к Клер. Взяв браслет из ее рук, он обнял ее за плечи.

– Клер, я не знаю, насколько сильно изменился, – начал он, – но я попытаюсь сделать все возможное. Я хочу, чтобы мы были счастливы. Благодаря тебе моя печаль рассеивается…

– О Форчен! – Клер встала на цыпочки и обвила его шею руками. – Форчен, я знаю, мы будем счастливы… Я люблю тебя!

– Клер, сейчас ты возбуждена после ночи страсти. В конце дня ты можешь не почувствовать и доли любви ко мне.

Она отпрянула от мужа и пристально посмотрела на него. Ее глаза наполнились слезами.

– Я знаю, что чувствую, Форчен, – сказала Клер. – Ты сможешь полюбить вновь, если расстанешься со своими воспоминаниями.

– Они не связывают меня больше, – ответил он, привлекая ее к себе. – Я чувствую, что возвращаюсь к жизни. Все эти годы я жил только прошлым, постоянно оглядываясь назад и тоскуя по тому, что потерял.

Клер прижалась к груди Форчена и поцеловала его.

– Форчен, я так счастлива, – сказала Клер, обнимая его за талию. – Мне хочется остаться здесь и заниматься с тобой любовью, но мы должны идти вниз.

Улыбаясь, он поймал ее руку.

– Мы никогда не спустимся вниз, если ты будешь ласкать меня. Иди первая, а я спущусь через несколько минут.

Клер нежно улыбнулась и поцеловала его в щеку. Выйдя из комнаты и закрыв за собой дверь, она лучезарно улыбнулась. Форчен расстался с браслетом, который связывал его с прошлым. Появилась и надежда, что он полюбит ее.

В воскресенье утром они вместе с Майклом ходили в церковь. После полудня Форчен и Клер обсуждали план размещения двора и сада. Он был очень нежен и ласков с ней. Клер было приятно внимание Форчена, ей хотелось, чтобы это длилось вечно. Вчера О'Брайен пришел домой раньше обычного, и сегодня весь день провел со своей семьей. Когда Клер вспомнила о воскресной ночи и о том, как долго они оставались в постели и занимались любовью, она чувствовала приятное возбуждение.

К ужину пришел Аларик. Вместе с Майклом Хемптон и О'Брайен отправились на улицу строить для малыша дом на дереве.

Когда они сколачивали доски, Майкл убежал и залез на дерево.

– Подай мне гвозди, – обратился к Форчену Аларик.

О'Брайен склонился над доской, которую распиливал, и не поднял головы, пока не окончил дело.

– Форчен!

Он посмотрел на Аларика и увидел его внимательный взгляд.

Глаза Хемптона сузились.

– Ты мне не ответил. Я просил гвозди. У тебя, похоже, те же проблемы со слухом, что и у Клер.

– О чем, черт возьми, ты говоришь? Подбоченившись, Аларик ответил:

– Я, конечно, подозревал, что ты не станешь накладывать на себя целибат[3] на всю жизнь, но, Боже, я надеялся, что ты не тронешь ее.

– Черт побери, Аларик, оставь в покое мою жену. Ты слишком заботишься о ней.

– Что я слышу? Сердишься из-за женщины, которая жива, Форчен?

О'Брайен провел рукой по волосам и посмотрел на дом, забывая об Аларике и возвращаясь мыслями к Клер.

– Она прекрасный человек, и я уважаю ее. У нас будет счастливая семья, если ты не вмешаешься в нашу жизнь. – Форчен повернулся и посмотрел на друга. – Клер неопытна в том, что касается мужчин. Своими сладкими речами ты можешь вскружить ей голову. Она очень доверчива. Клер замужем за человеком, который не испытывает к ней страстной любви, и она знает об этом… Она понимала это, выходя за меня.

– Ты сделан из гранита, но, возможно, Клер удастся размягчить его. Пожалуй, я поставлю на нее, хотя одному Богу известно, почему она предпочла человека, который не ценит ее…

– Черт возьми, если ты сейчас не замолчишь, окажешься на земле. Я ценю Клер… Просто… просто я не люблю ее.

Внезапно Аларик ухмыльнулся.

– Так, так… Я ставлю на Клер. Ты совсем не из гранита…

Как только Форчен сделал шаг вперед, Хемптон собрал все доски и выбежал из конюшни. Затем он вновь вернулся назад:

– Надеюсь, она заставит тебя заплатить за все то зло, которое ты причинил ей.

– Убирайся к черту!

Смех Аларика звенел в воздухе, пока он бежал к дереву, на котором сидел Майкл.

Хемптон оставался у них весь вечер, и, когда мальчика уложили спать, Форчену захотелось побыть с Клер наедине. Он возьмет ее на руки и отнесет в их спальню; закрывшись от всего мира, он будет страстно любить ее. К неудовольствию Форчена, Аларик продолжал сидеть в кресле и рассказывать Клер всякие смешные истории, вызывая ее смех. Стало совсем темно, и часы в прихожей отбивали ход времени.

– А почему бы не сыграть партию в покер? – продолжил Хемптон. – Ничем не рискуем… Форчен сказал, что научил тебя играть.

– Не думаю… – начал было Форчен.

– Прекрасно, Аларик, – вежливо ответила Клер.

Форчен пристально посмотрел на нее, понимая, что она пытается быть гостеприимной с его другом.

– Аларик, уже поздно, – заметил он.

– Одну или две партии… Где карты, Клер? Она подошла к столу и выдвинула ящик.

– Клер, принеси те, что в библиотеке… И заодно захвати деньги… Они тоже там, – сказал Форчен.

Удивленная, она вопросительно посмотрела на мужа, затем кивнула и вышла из комнаты. Форчен наклонился вперед.

– Аларик, мы долгое время были друзьями… Ты можешь убраться отсюда, чтобы я мог остаться наедине со своей женой?

Хемптон удивленно вытаращил глаза, и О'Брайен заметил дьявольские искорки в его взгляде. Сжимая кулаки, он боролся с желанием как следует проучить Аларика.

Когда вернулась Клер, Хемптон поднялся с кресла и, подойдя к ней, взял ее за руку.

– Клер, я вспомнил, что завтра утром мне нужно подняться на рассвете. Извини, пожалуйста. Я первый предложил играть и сам же отказался. Но мне как можно скорее нужно уходить домой.

– Хорошо, Аларик. Как насчет завтрашнего вечера? Приходи к нам на ужин.

– Спасибо. В таком случае мы сможем завтра достроить домик для Майкла.

Они вышли на улицу. Прохладный воздух приятно освежал. Форчен обнял Клер за плечи и прижал к себе.

– Спокойной ночи, Аларик.

– Спокойной ночи, – ответил он, улыбаясь. Он поцеловал Клер в щеку.

– Ты счастливчик, – сказал он Форчену и, повернувшись, растворился в темноте.

Войдя в дом, Клер направилась в гостиную и взяла карты. О'Брайен забрал их у нее из рук, положил на стол и потушил лампы. Желание сжигало его, и в тот момент, когда комната погрузилась в темноту, он поднял жену на руки и понес по лестнице в их спальню.


ГЛАВА 19 | Атланта | * * *