home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


ГЛАВА 4

Остановив Толстика и Фейку на подъезде к Веньецу, Магьер от души пожалела, что Лисил не предупредил заранее, какое зрелище ожидает их на городской стене.

На железных пиках, равномерно торчавших поверху вдоль стены, были насажены отрубленные головы — от едва тронутых разложением до совсем уже сгнивших. Меж зубцов стены на цепи была подвешена железная; клетка, в которой скорчился труп, разложившийся почти до костей. Вид этой клетки устрашал даже больше, чем отрубленные головы. Обезглавленный человек умирает быстро, а вот тот, кого подвесили в чугунной клетке, возможно, был еще жив…

Лисил, сидевший на козлах рядом с Магьер, отрешенно молчал — как будто страшные украшения городской стены были делом совершенно обыденным, о котором и говорить-то незачем. Магьер отвернулась от железной клетки с трупом, но тотчас взгляд ее наткнулся на череп, уже почти лишенный плоти, — черные дыры глазниц, отвисшая нижняя челюсть.

Вот он каков — мир, в котором родился Лисил.

Винн сдавленно охнула. Магьер меньше всего на свете склонна была нянчиться с изнеженной девчонкой, но сейчас она развернулась к Винн и, протянув руку, надвинула капюшон куртки ей на глаза.

— Не смотри, — сказала она. — Скоро въедем в город.

— Изменники, — проговорил Лисил, глядя на железную клетку, которая чуть заметно покачивалась на ветру. — Или же те, кого он объявил таковыми. Сейчас холодно, так что вонь почти не чувствуется. Летом ее можно учуять задолго до того, как увидишь стены.

Магьер знала, что он — это Дармут. Ни один мускул не дрогнул на ее бесстрастном лице, хоть ее по-прежнему мучило то, как замкнуто и отчужденно держится с ней Лисил с тех пор, как они пересекли границу Войнордов.

— Надвинь капюшон пониже, прикрой лицо! — вслух велела она. — Крестьяне, может, и не приметили твоих глаз, а вот в городе вполне может оказаться пара-тройка стражников, которые еще помнят полуэльфа.

Малец заскулил и просунул морду между Лисилом и Магьер.

— А ты ляг! — приказала она псу. — Ты такой же приметный, как он.

Малец спрыгнул на пол фургона, описал круг и свернулся клубком в углу под скамьей. Затем он поднял голову и, насторожив уши, уставился на Винн, однако юная Хранительница сидела, опустив голову. Малец снова заскулил, и тогда девушка оглянулась на него. Отчего-то она помешкала, колеблясь, но потом все же перебралась к Мальцу и устроилась на полу рядом с ним, запустив пальцы в густую шерсть на спине пса.

Магьер внутренне подобралась, приготовясь ко въезду в столицу владений Дармута. Затем громко щелкнула языком, и Толстик с Фейкой послушно двинулись вперед. Когда лошади обогнули изгиб городской стены, стало видно, что у ворот уже дожидаются, выстроившись в очередь, шесть телег и фургонов. Пристраивая свой фургон в конец этой очереди, Магьер заметила, что впереди, по ту сторону ворот, ожидают разрешения выехать из города еще несколько повозок. Двуколка, за которой остановились Толстик и Фейка, была доверху нагружена мешками с зерном.

— Веньец — средоточие торговли в этой провинции, — пояснил Лисил, по-прежнему пряча лицо под капюшоном. — Здесь продают и покупают практически все, но чтобы войти в город, нужно доказать, что у тебя здесь дело. Чтобы поселиться в городе, нужно письменное разрешение военных властей. Предпочтение отдается кузнецам, плотникам, кустарям — словом, всем, кто владеет каким-нибудь ремеслом. Крестьян в город пускают только для того, чтоб они могли продать собранный урожай. На это им дается два дня, а затем — вон.

— Почему так? — прошептала Винн.

— Думаю, потому, что иначе город будет наводнен беженцами. У Веньеца нет средств прокормить тысячи нахлебников. Если можешь быть полезен городу — добро пожаловать, если нет — город от тебя избавится… так или иначе.

Он умолк, потому что Магьер направила фургон к заставе. Навстречу им вышел молодой стражник в кожаном доспехе, без сюрко и шлема. Он окинул быстрым взглядом лошадей, провел рукой по холеной шкуре Толстика.

— Добрые кони, — заметил он. — Какое у вас дело в городе?

Говорил он отрывисто, но не грубо, и Магьер с готовностью показала ему пустой холщовый мешок.

— Мы проездом, — сказала она. — Хотим пополнить припасы на вашем рынке.

Лисил еще раньше научил ее, что говорить стражникам и как поступать. Она сняла с пояса кошелек, открыла и показала стражнику его содержимое. Лисил еще до прибытия в город вынул из кошелька большую часть денег, особенно тщательно выбрав еще остававшиеся у них золотые монеты. Коммерция здесь приветствовалась, поскольку приносила прибыль городу, но чересчур туго набитый кошелек мог вызвать подозрения.

Стражник заглянул в кошелек, кивнул и махнул рукой, давая им знак проезжать. И вот они въехали в город, где родился и вырос Лисил.

Магьер очень хотелось взять его за руку, но она решила, что сейчас лучше оставить его в покое. Прошлой и позапрошлой ночью, когда они засыпали, Лисил почти не дотрагивался до нее. Мысли его бродили где-то в прошлом. Магьер могла последовать за ним в этот город — но как ей отыскать Лисила в призрачном укрытии, где он спрятал самого себя… спрятал от нее?

Они миновали внушительных размеров конюшню. Впереди тянулись чередой харчевни, трактиры и две таверны — все размещенные так, чтобы прибывшие в город путники легко могли их отыскать. По улице шли пешеходы, катились фургоны, по двое-трое вышагивали патрули — пестро снаряженные и небогато одетые солдаты. Чуть лучше были экипированы только редкие всадники.

Веньец был возведен на плоской равнине между холмов. К северо-востоку от города, высоко поднимаясь над городскими крышами, чернела квадратная глыба Дармутова замка. Как правило, густонаселенные города — такие, как Бела, — строились на скалистой возвышенности, причем замок и резиденция правителя неизменно располагались в самом центре города, господствуя над прочими постройками. Здесь же, в Веньеце, замок Дармута стоял посреди озера, и его главные ворота соединял с берегом каменный укрепленный мост. Осаждать такую крепость было бы нелегко.

Оглянувшись через плечо, Магьер обнаружила, что Винн наконец подняла голову и озирается по сторонам. Юная Хранительница была еще бледна, но все же поднялась с пола и уселась на скамье внутри фургона.

— Как им удалось построить замок прямо в озере?

— А его и не строили прямо в озере, — ответил Лисил. — Столетие с лишним назад самозваный король Тимерон возвел этот замок на суше, а потом приказал прорыть новые русла для нескольких ручьев и одной горной речки. Их вода наполнила ров, окружила замок — так и появилось озеро.

— Надо же, — пробормотала Винн и окинула взглядом неказистый городской пейзаж. — С чего мы начнем?

Лисил ответил не сразу.

— С моего старого дома на берегу озера.

Магьер глянула на него с сомнением.

— Прошло уже восемь лет. Там наверняка уже живут другие люди, если только дом вообще уцелел.

— Дом никуда не делся, и мне нужно будет только на минуту заглянуть внутрь.

Магьер поджала губы, понадеявшись в душе, что ему не взбредет в голову тайком пробираться в чужое жилище. Малец заскулил и принялся тыкать лапой в дорожный мешок Винн.

— Погодите, — сказала девушка, — остановитесь, пожалуйста. Он хочет нам что-то сказать.

Магьер даже и не подумала осадить коней.

— Не иначе как опять проголодался! — раздраженно фыркнула она.

Винн достала из мешка «говорильную кожу» и развернула ее на полу фургона. Это был большой квадратный кусок кожи, на котором краской, строчками и в столбик были начертаны эльфийские письмена. Чтобы «поговорить» со своими спутниками, Малец тыкал лапой в нужный знак, а Винн переводила.

— Ну зачем же обязательно «проголодался»! — возразила она. — Может быть, он хочет дать нам дельный совет?

Магьер повернулась, из-за плеча Винн, наблюдая, как Малец тычет лапой в эльфийские знаки.

— Ну, Малец!.. — вдруг вскипела Винн и резко выдернула кожу у него из-под лапы. — Он учуял запах сосисок и хочет, чтобы мы сделали остановку.

— А я что говорила? — хмыкнула Магьер.

— Да почему же ты вечно думаешь о еде в самое неподходящее время?! — напустилась Винн на Мальца.

Пес в ответ только жалобно заурчал и облизнулся. Винн придвинулась ближе к Лисилу.

— Мы еще увидим дальше… такое же, как на городской стене?

— Только на стенах замка, — ответил Лисил, — если не так давно судили и казнили какую-нибудь важную особу.

— Судили?.. — переспросила Магьер.

— Ну… образно говоря, — пожал он плечами. — Надолго развешивать трупы в черте города небезопасно. Дармут не прочь припугнуть тех, кто въезжает в Веньец, но и намеренно вызвать в городе поветрие не рискнет. Берегитесь другого: в Веньеце хозяйничают военные. Никто не вправе оспаривать их действия, даже если им вздумается кого-нибудь убить.

Винн опять съежилась, отодвинулась вглубь фургона. Хотя уже и наступил полдень, было так холодно, что изо рта вырывались облачка пара, — и видно было, что Винн дышит неглубоко и часто.

— Правь на замок и берег озера, — сказал Лисил, жестом указывая Магьер направление. — Потом сверни на улицу Милости. Там Дармут обычно селит тех, кого особенно милует, — то есть предпочитает, чтоб они были всегда под его присмотром.

Магьер щелкнула языком, направляя коней в проулок и старательно объезжая редких прохожих. Раньше ей не приходило в голову, что Лисил родился и вырос в тени замка, — так же, как она в Чеместуке. Отчего-то ей представлялось, что он жил на краю леса, хотя сама она об этом никогда его не спрашивала. Куда верней было бы предположить, что жизнь его семьи проходила в пределах досягаемости господина и повелителя.

Они миновали жилые дома и лавки, проехали, петляя, через небольшой рынок, где зазывно и хрипло кричали коробейники и аппетитно пахло пирогами с мясом и колбасой. Малец горестно заскулил, но его спутники сделали вид, что ничего не заметили, и фургон двинулся дальше.

Винн тихонько ахнула, когда они выехали на широкую, вымощенную булыжником дорогу, которая огибала озеро. Магьер сдвинула брови, не сводя глаз с представшей перед ними картины.

Впереди высилось двухэтажное здание кордегардии, за которым виднелся выгнувшийся над озером широкий каменный мост. С обоих концов его венчали огромные арки; та, что находилась на противоположном берегу, служила одновременно воротами замка, выраставшего прямо из воды на добрых четыре, а то и пять этажей. Замку этому далеко было до твердыни в Беле или даже до крепости верховных князей Древинки, однако он производил внушительное впечатление. По мосту мог бы без помех проехать фургон, и еще осталось бы свободное место. Там, где каменный мост примыкал к опускной решетке замка, был, судя по всему, еще один мост — поменьше и разводной. По мосту вышагивали солдаты; фигуры часовых виднелись и на крыше кордегардии, и на каменных арках. Несколько солдат слонялись и по вымощенной булыжником дороге, однако на фургон они не обратили никакого внимания.

— Сверни налево, — приказал Лисил, ткнув пальцем в нужном направлении. — Пятый по счету дом, но не останавливайся, пока я не скажу.

Магьер легонько потянула левый повод, и кони послушно свернули на булыжную дорогу.

По соседству с кордегардией не было никаких строений, но дальше, вдоль озера, дома стояли тесно, примыкая друг к другу, стеной тянулись по берегу — высокие и не очень, бревенчатые и каменные. Хоть они и отдаленно не походили на роскошные жилища аристократов Белы, но все же выгодно отличались от той хижины, в которой вырастила Магьер тетка Бея. Пятый по счету дом не был исключением.

Опрятный, сложенный из серого камня цоколь доходил до подоконников нижнего этажа. Бревенчатые стены были отесаны гладко, без той спешки, с которой восстанавливалась после пожара таверна «Морской лев». Застекленные окна обрамлены чистенькими белеными ставнями. В конце мощеной дорожки, ведущей к крыльцу, по обе стороны от дубовой двери росли облетевшие по осени розовые кусты.

Магьер смотрела — и не могла отвести взгляд.

— А ты что ожидала увидеть? — негромко, бесцветным голосом осведомился Лисил.

Она ничего не ответила и, не остановив фургон, проехала мимо. Да, совсем не таким представляла она себе дом Лисила в краю, который носил название Войнорды.

— Что теперь? — спросила она вслух.

— Сверни в следующий проулок. — Лисил перегнулся через скамью к Винн. — Возьми несколько груш и ступай ко входу. Постучи в дверь, узнай, есть ли кто дома.

— Но… — Винн боязливо глянула на дом. — Что, если мне откроют?

— Вот на этот случай и нужны груши, — пояснил он. — Спросишь за все серебряный грош, а если согласятся, возьмешь деньги. Впрочем, вероятней всего, они просто захлопнут дверь перед твоим носом.

Девушка настороженно кивнула. Магьер повернула коней в проулок. Там едва хватало места, чтобы протиснуться между домами, и она остановила фургон в самом начале проулка.

— Что-то я не уверена, что справлюсь, — пробормотала Винн. — Значит, именно здесь Дармут размещает своих… таких, как ты и твои родители?

— Когда мы проезжали мимо, я успел заглянуть в окно. На стене над очагом висит щит. Скорее всего, в этом доме живет сейчас один из офицеров Дармута. Все, что мне от тебя нужно, — чтобы ты выяснила, есть ли кто дома. Если хочешь, возьми с собой Мальца.

Винн кивнула с неуверенным видом и ссыпала груши в небольшой холщовый мешочек. Когда она выбралась из фургона, Малец выскочил следом, и вскоре они скрылись за углом.

Лисил бесшумно перебрался в фургон и прокрался к задней дверце. Магьер последовала за ним. Отсюда хорошо был виден дом. Они смотрели, как Винн торопливо просеменила к входной двери, постучала и стала ждать, обеими руками прижав к груди холщовый мешочек с грушами. Малец, торчком поставив уши, расхаживал рядом с ней и бдительно поглядывал на улицу.

Винн подняла руку, чтобы постучать еще раз, но передумала. Вместо этого она медленно обогнула безлистый розовый куст и, подобравшись к окну, заглянула внутрь. Малец занервничал, метнулся к улице, огляделся, вертя головой. Затем он трусцой вернулся к Винн и ухватил зубами край ее куртки.

— Что она делает?! — прошептала Магьер.

Лисил хотел было выбраться из фургона, но она схватила его за плечо, удержала.

Винн развернулась, выдернула свою куртку из зубов Мальца. Пес отбежал на пару шагов, и, когда он, остановившись, оглянулся на девушку, она последовала за ним. Вдвоем они вернулись к фургону и забрались внутрь.

— Похоже, в доме ни души, — шепотом сообщила Винн. Лицо ее раскраснелось на холоде. — Сдается мне, там вообще давно уже никто не живет. В комнате на полу валяется шлем, а на нем — слой пыли.

Лисил коротко глянул на дом и, развернувшись на корточках, расстегнул ремни на дорожном сундуке, который был укреплен в задней части фургона. Порывшись, он извлек из недр сундука длинный узкий короб.

— Ну нет, — покачала головой Магьер, — я не позволю тебе вламываться в чужой дом в сотне шагов от Дармутова замка.

Пропустив ее слова мимо ушей, Лисил раскрыл короб, но, вместо того чтоб вытащить из-за потайной панели на крышке проволочные крючки, подцепил ногтем обивку крышки и, распоров несколько стежков, извлек из-под обивки небольшой предмет.

— Мне и не нужно вламываться, — сказал он. — У меня есть ключ.

С этими словами он сунул длинный короб под плащ и, выпрыгнув из фургона, легко, почти бесшумно приземлился на мостовую.

Магьер выбралась следом, гадая, для чего все эти годы Лисил хранил ключ от бывшего дома.

— Винн, — сказала она вслух, — ты и Малец будете ждать нас здесь.

В проулке было совершенно безлюдно, но Магьер все равно окинула пристальным взглядом мощеную улочку и лишь затем двинулась вслед за Лисилом к дому. Полуэльф протиснулся в узкую щель между своим бывшим домом и стеной соседнего, и Магьер последовала его примеру, не отставая ни на шаг, покуда они не выбрались на задний двор.

В тот самый миг, когда Лисил сунул ключ в замочную скважину двери черного хода, Магьер оглянулась — и увидела, что озеро, над которым маячит черная громада замка, начинается буквально в десяти шагах от них. Ни сарай, ни деревья, ни изгородь — ничто не заслоняло их от Дармутовой твердыни. Здесь она и Лисил были как на ладони.

Магьер невольно пригнулась. Первым ее порывом было вцепиться в Лисила, оттащить его от дома, но тут замок с тихим щелчком открылся, и полуэльф тотчас нырнул в дом. Магьер последовала за ним и сразу же плотно прикрыла за собой дверь, злясь на беспечность своего спутника.

Кухонный очаг был пуст — в нем не осталось даже золы, но все же в кухне, укрытой от зимнего ветра, было теплее, чем снаружи. Любопытство Магьер пересилило раздражение, и она жадно озиралась, разглядывая дом, в котором прошло детство Лисила.

Сбоку стояла чугунная, кустарной работы плита — ее явно привезли сюда уже много позже того, как была построена кухня с очагом. В дальнем углу, слева от двери виднелся в полу люк погреба. Это все, что Магьер успела разглядеть в кухне, — Лисил уже спешил дальше, вглубь дома.

В следующей комнате стояли обеденный стол и кресла с высокими спинками — массивные, из орехового дерева. Даже под толстым слоем пыли было видно, что мебель сработана добротно и красиво. У дальней стены стоял ореховый же шкаф — высокий, до самого потолка. Широкий арочный проход в гостиную был обшит резными панелями из того же дерева и украшен спиральным резным орнаментом. Больше в столовой ничего не было.

Предметов обстановки немного, но все дорогие, добротные… и все ровно присыпаны пылью. Магьер терялась в догадках, что же произошло с обитателями этого дома.

— Когда ты жил здесь, все выглядело так же? — шепотом спросила она.

Лисил вновь натянул капюшон и направился к арочному проходу.

— Дом такой же, а все остальное изменилось.

Голос его прозвучал неестественно спокойно. Магьер подумалось, что, наверное, большую часть своей жизни в этом городе Лисил провел, пряча свою внешность от чужих взглядов. Сейчас, когда его длинные белые волосы были совершенно скрыты шарфом, он выглядел странно и непривычно… и так неподвижны и бесстрастны были его узкое лицо и янтарные глаза.

На дощатом полу посреди гостиной лежал плетеный коврик, у окна стоял диван, обитый темной кожей, которую прикрепляли к основе из орехового дерева ровные ряды блестящих бронзовых гвоздиков. Недалеко от дивана валялся стальной шлем, о котором говорила Винн. Над небольшим, совершенно пустым камином висел на стене щит. Больше в гостиной ничего не было, возможно, прежние жильцы, кем бы они ни были, покинули дом, не забрав с собой все свое имущество.

Лисил направился к другому арочному проему, поменьше, за которым Магьер заметила массивную парадную дверь. Полуэльф вышел в коридор, повернул и исчез из виду. Поспешив за ним, Магьер обнаружила, что в коридоре берет начало лестница на второй этаж и что Лисил уже одолел первый лестничный марш. Магьер последовала за ним, стараясь ступать бесшумно. Лестница вела на второй этаж, но Лисил остановился посредине, на межэтажной площадке, и уставился в распахнутую дверь слева.

За дверью виднелась длинная спальня с большой кроватью с пологом на четырех столбиках и пышной периной. Все предметы обстановки, от туалетного шкафчика и серебряного зеркала до большого сундука у изножья кровати, выглядели так, словно к ним не прикасались уже много лет. Последние жильцы покинули дом в изрядной спешке.

Магьер заметила, что Лисил смотрит совсем не на обстановку комнаты. Его взгляд был прикован к дальней стене, и Магьер посмотрела туда же.

Там у окна стоял диван, заваленный мягкими подушками темно-красного цвета. Плотные кремовые занавеси были раздвинуты. В окне Магьер разглядела только лес на дальнем берегу озера. Она не могла понять, отчего Лисил все стоит тут и смотрит так, как будто чего-то ждет. Затем он молча, с глубоким вздохом опустил взгляд.

Магьер полагала, что он двинется на второй этаж, но вместо этого Лисил взобрался на перила, зацепился за них ногой и потянулся к потолку над лестничной площадкой.

— Что ты делаешь? — прошептала Магьер.

В центре потолка над площадкой висела масляная лампа, которую можно было опустить, потянув за шнур, прикрепленный к стене. Лисил дотянулся до крепления на потолке, где шнур проходил через железное кольцо. Он повернул крепление, выдернул из гнезда и, отдав его вместе с лампой Магьер, запустил руку в образовавшееся отверстие.

На лице его отразились вначале облегчение, потом разочарование. Магьер поставила лампу на пол, подошла ближе, чтобы заглянуть в отверстие, но, даже после того, как Лисил вынул оттуда руку, не увидела ничего.

— Ни письма, ни даже записки, — проговорил он, — но и припрятанный кошель с деньгами исчез. И нет признаков, что действовали впопыхах или возились с лампой, не зная секрета.

— Что-что? — переспросила Магьер. — Ничего не понимаю.

Лисил скинул ногу с перил и спрыгнул на пол.

— Мой отец прятал в этом тайнике деньги на крайний случай… например, на случай побега. Мы с матерью об этом знали.

— Значит, хорошо, что там нет денег? Твои мать и отец забрали их и бежали.

— Еще мы договаривались оставить на такой случай записку. Я подумал, а вдруг найду…

— Письмо из прошлого? — закончила за него Магьер. — Лисил, они же знали, что ты покинул город. Если они бежали вместе, то у них не было никакой причины оставлять тебе послание.

Лисила эти слова не утешили. Он опустил голову, закрыв глаза. Махнув рукой на то, как отчужденно он держался в последние дни, Магьер шагнула к нему, провела рукой по плечу, затем накрыла его ладонь своей.

— Помнишь, сколько раз мы заходили в тупик, когда искали следы моего прошлого? Теперь ты по крайней мере знаешь, что они взяли деньги и попытались бежать… вдвоем.

Лисил поглядел на нее и после долгого молчания наконец крепко сжал ее руку.

— Нам надо уходить, — сказала Магьер. — В доме, судя по всему, давно уже никто не живет, не стоит дожидаться, пока нас заметят патрульные солдаты.

Ее слова подействовали на Лисила, но совсем не так, как ей хотелось. Вместо того чтобы направиться к выходу, он обогнул поворот перил и решительно двинулся на второй этаж. В этот миг опасения Магьер сбылись — снизу, с улицы донеслись приглушенные голоса.

— Уходим! Быстро! — прошипела она.

Не слушая, Лисил сделал еще шаг наверх, и тогда Магьер схватила его за плащ.

Лисил рывком развернулся к ней, стиснул ее запястье. Взгляд его, еще недавно равнодушный, сделался холодным, жестким — словно перед глазами Магьер угрожающе сверкнуло лезвие ножа. Она едва не разжала пальцы.

Помимо воли в ней вспыхнул гнев, но Магьер тотчас подавила его. Понятно, что Лисилу трудно было уйти отсюда, почти ничего не узнав, но она сомневалась, что он сможет обнаружить что-то важное, — все-таки прошло восемь лет.

— Лисил, — прошептала она, как могла, спокойнее. — Нам надо уходить… немедленно.

Лисил разжал пальцы, высвободив ее запястье, и Магьер начала, пятясь, отступать вниз по лестнице. Она не сводила глаз с полуэльфа, пока не убедилась, что он следует за ней. Они опять прошли через гостиную (Магьер прижималась к стене, все время посматривая на окно), почти пробежали столовую, кухню — и из черного хода выскочили во двор.

Протиснувшись по узкой тропке между домами, Магьер осторожно выглянула на улицу — сначала в одну, затем в другую сторону. Впереди, направляясь к мосту, неторопливо шагали двое солдат. Когда они отошли достаточно далеко, Магьер и ни на шаг не отстававший от нее Лисил опрометью промчались до проулка и торопливо залезли в фургон.

— Что-нибудь узнали? — спросила Винн.

— Только то, что отец и мать Лисила, вероятно, попытались бежать, — ответила Магьер. — Когда это было и куда они направились — узнать невозможно.

Лисил устроился на козлах рядом с ней и плотнее закутался в плащ, так ни разу и не оглянувшись на свой прежний дом.

— А что, если поговорить с их друзьями? — предложила Винн.

— Друзьями? — переспросил полуэльф. И поморщился, всем своим видом показывая, насколько наивно это предложение.

— Ну да, с кем-то, кто знал твоих родителей. Может, эти люди хоть что-то да слышали о них.

— У наемных убийц не бывает друзей, — отрезал Лисил. Потом вдруг осекся, задумался и после недолгого молчания прошептал: — Брет!

— Почему это — бред? — удивилась Магьер.

— Да не бред, а Брет! — пробормотал Лисил. — Так зовут одного человека. Он держал трактир на задах торговых кварталов. Мой отец считал его в какой-то мере другом. Я с ним тоже знаком.

На миг Магьер возликовала — все-таки им, быть может, удастся хоть что-то узнать о родителях Лисила… но тут же эту кратковременную радость сменила опасливая настороженность.

— Ему можно доверять? — спросила она.

— Постольку-поскольку, — отозвался Лисил. Снова в Магьер вспыхнул гнев, и на сей раз она не стала его сдерживать.

— Что значит — «постольку-поскольку»?! — рявкнула она.

Лисил сделал глубокий вдох и медленно выдохнул.

— Брет — один из шпионов Дармута.


* * * | Предатель крови | * * *