home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


X

Коралина поднялась по наружной лестнице в самую верхнюю квартиру, где в ее мире жил сумасшедший старик. Она ходила туда всего один раз вместе с мамой, когда та участвовала в благотворительной кампании. Они стояли у открытой двери и ждали, пока старик с большими усами искал конверт, оставленный мамой. Его квартира пахла странной едой, трубочным табаком и еще чем-то необычным.

– Я исследователь, – сказала Коралина громко, но ее слова-в густом от тумана воздухе прозвучали еле слышно.

Ведь она идет исследовать не подвал, правильно? Правильно. Только Коралина была почему-то уверена, что в квартире ей будет еще страшнее.

Когда-то квартира наверху была чердаком, но это было очень давно. Она постучала в зеленую дверь. Дверь распахнулась, и Коралина вошла внутрь.

У нас есть зубы и хвосты,

Глаза у нас красны.

Когда найдешь, что хочешь ты,

Мы выползем из тьмы, –

шептала дюжина тонких голосов в темной квартире под крышей, где потолок был таким низким, что Коралина при желании могла дотянуться до него рукой.

На нее уставились маленькие красные глазки. Подойдя поближе, она услышала, как, разбегаясь, затопали по полу маленькие ножки. В глубине комнаты в темноте двигались какие-то тени.

Здесь пахло еще хуже, чем в квартире настоящего сумасшедшего старика. Коралине показалось, что пахло гниющей экзотической едой, которую привезли сюда со всего мира.

– Малышка, – раздался скрипучий голос из дальней комнаты.

– Да, – ответила Коралина. – Мне совсем не страшно, – твердила она себе, зная, что это правда.

Ее здесь ничего не пугало. Все вещи, которые она видела даже в подвале, были лишь иллюзией, миражом, созданным другой мамой, уродливой пародией на настоящий мир и на настоящих людей, живущих по другую сторону коридора.

Коралина знала, что другая мама не может создать что-то настоящее. У нее получаются лишь жалкие копии того, что существует в реальном мире.

Девочка подумала: «Почему другая мама положила волшебный шар со снежинками на каминную полку? И почему, кроме шара, на полке ничего не было?» Задав себе эти вопросы, она уже знала ответы. Однако ход ее мыслей был прерван раздавшимся вновь скрипучим голосом:

– Иди сюда, малышка. Я знаю, что ты хочешь. – Голос был сухим и шелестящим.

Коралина подумала, что так может говорить только огромное дохлое насекомое. Впрочем, может ли что-то дохлое, тем более насекомое, иметь голос?

Она прошла несколько комнат с низкими, наклонными потолками и наконец дошла до самой дальней комнаты. Это была спальня. Сумасшедший старик из квартиры наверху сидел в дальнем темном углу в пальто и шляпе. Как только Коралина вошла, он начал говорить:

– Ничего не изменится, малышка. – Его голос напоминал шорох сухих листьев, падающих на тротуар. – Даже если ты выполнишь то, что обещала. Что будет дальше? Ничего не изменится. Ты вернешься домой. Тебе снова будет скучно. На тебя снова не будут обращать внимания. Никто тебя по-настоящему не выслушает. Ты слишком умная и сообразительная, чтобы они тебя понимали. Они даже не могут правильно произнести твое имя. Останься с нами. Мы бу дем слушать тебя, играть с тобой, смеяться вместе. Другая мама построит для тебя целый мир, и ты будешь его исследовать. А когда ты его изучишь, она за одну ночь разрушит старый мир и построит новый. Каждый день будет счастливее и радостнее, чем предыдущий. Помнишь ящик с игрушками? Намного приятнее жить в мире, построенном специально для тебя.

– А если наступят серые, дождливые дни и я не буду знать, чем мне заняться, мне будет нечего читать и нечего смотреть по телевизору, некуда пойти? А если такие дни будут всегда? – спросила Коралина.

– Такого никогда не будет, – ответил голос из темноты.

– А невкусная еда, которую готовят по кулинарной книге с чесноком, эстрагоном и бобами? – спросила Коралина.

– Каждое блюдо будет доставлять тебе радость, – прошептал голос из-под шляпы. – В твой рот не попадет ничего из того, что ты не любишь.

– А у меня будут зеленые перчатки «Дей-Гло» и желтые резиновые сапоги в форме лягушек? – спросила Коралина.

– Лягушек, утят, носорогов, осьминогов – какие захочешь. Каждое утро ты будешь просыпаться во вновь созданном мире. Если ты останешься здесь, то получишь все, что захочешь.

– Неужели вы не понимаете? – сказала она. – Я не хочу получать все. Никто этого не хочет. Какая радость в том, что я получу все, что мне хочется? Просто так, ни за что? А что дальше?

– Я не понимаю, – прошептал голос.

– Ну разумеется, не понимаешь, – сказала она и поднесла к глазу камень с дыркой. – Ты всего лишь неудачная копия, которую она сделала с сумасшедшего старика из квартиры наверху.

– Ну, с меня хватит! – прошелестел мертвый голос.

Коралина взглянула на старика сквозь дырку в камне и увидела на уровне его груди сияние. Это было похоже на звездочку, мерцающую бело-голубым светом. Она пожалела, что у нее под рукой нет палки, чтобы достать эту звездочку: ведь ей совсем не хотелось подходить ближе.

Коралина сделала шаг по направлению к старику, и вдруг он начал падать на бок. Из-под пальто, из рукавов, из шляпы выскочило огромное количество крыс с красными глазками, светящимися в темноте. Они стали разбегаться во все стороны. Пальто упало на пол, шляпа покатилась в угол.

Коралина подошла и откинула полу пальто.

Последнего стеклянного шарика там не было.

Она еще раз осмотрела комнату сквозь дырку и заметила, как что-то блеснуло на полу рядом с дверью. Шарик несла в передних лапах самая большая черная крыса.

Обычно крысы бегают быстрее человека, в особенности на короткие дистанции. Но разве можно было сравнить толстую черную крысу, державшую в передних лапах стеклянный шарик, и девочку, полную решимости (пусть даже меньшего роста, чем полагается по возрасту)? Крысы поменьше сновали у нее под ногами, пытаясь ей помешать, но Коралина их не замечала, она бежала к входной двери, не отрывая взгляд от той, что держала в лапах шарик.

Они добежали до лестницы.

Коралина успела заметить, что дом продолжал меняться, теряя четкие очертания и как бы оплывая. Он изменился даже за те несколько мгновений, пока Коралина сбегала вниз по ступеням. Сейчас он был больше похож скорее на фотографию дома, чем на настоящий дом.

Прыгая со ступеньки на ступеньку в погоне за крысой, Коралина уже не могла думать ни о чем, кроме победы в этой гонке. Она бежала быстро, очень быстро, и, когда уже почти догнала крысу, ее нога вдруг подвернулась и заскользила, и Коралина со всего размаха упала на бетонную лестничную площадку.

На левой коленке виднелись царапины и ссадины, на ладони кожа тоже была содрана, и в рану попал песок. Болело несильно, но она знала, что позже будет болеть намного сильнее. Она стряхнула песок с ладони, поднялась с коленей и, зная, что проиграла и что уже бесполезно кого-то догонять, побежала вниз по лестнице.

Ссадина на руке заболела сильнее, а сквозь порванные пижамные брюки было видно, что из раны на коленке идет кровь. Коралина чувствовала себя еще хуже, чем летом, когда мама сняла с велосипеда дополнительные колеса. С одной только разницей: тогда, несмотря на все царапины и ссадины, она чувствовала себя победительницей, потому что научилась делать то, что не умела раньше. Сейчас она знала, что проиграла – не сумела спасти детей-призраков, потеряла родителей, потеряла саму себя, потеряла все. Она закрыла глаза, ей захотелось провалиться сквозь землю.

Вдруг рядом кто-то кашлянул. Открыв глаза, она увидела крысу. Крыса лежала на вымощенной кирпичом площадке под лестницей – голова отдельно от тела. Усики были опущены, глаза широко открыты, а сквозь приоткрытую пасть виднелись острые желтые зубы.

Рядом с обезглавленной крысой с довольным видом сидел черный кот. Лапой он придерживал стеклянный шарик.

– По-моему, я как-то говорил, – сказал кот, – что мне никогда не нравилось охотиться на крыс. Но, похоже, эта крыса была тебе нужна. Ничего, что я вмешался?

– Конечно, нет, – сказала Коралина, стараясь восстановить дыхание. – Мне кажется… То есть я помню, что ты как-то об этом говорил.

Кот поднял лапу и подтолкнул шарик Корали-не. Она взяла его в руку и сейчас же услышала шепот последней похищенной души:

– Она солгала тебе. Она никогда тебя не отпустит, ведь ты уже у нее в руках. Она никогда не уступит, такова уж ее натура.

Коралина почувствовала, что волосы у нее на затылке становятся дыбом. Она положила шарик в карман.

Теперь все три шарика у нее. Ей осталось только найти родителей, но эта задача гораздо проще. Она точно знала, где ее родители. Другая мама не умела создавать. Она могла только переделывать, изменять или ломать. Коралина вспомнила про каминную доску – у нее дома она всегда была пустой. Но она поняла и кое-что еще.

– Другая мама не собирается выполнять свое обещание. Она не отпустит нас, – сказала Коралина.

– Я на это никогда и не рассчитывал, – заметил кот, – как я уже говорил, нет никаких гарантий, что она будет играть честно. – Он поднял голову. – Ты это видела?

– Что?

– Посмотри вокруг, – сказал кот.

Дом стал еще более плоским. Еще недавно он выглядел как фотография, а сейчас он был как небрежный рисунок, сделанный углем на серой бумаге.

– Что бы ни случилось, – сказала Коралина, – спасибо тебе за то, что помог мне справиться с крысой. Ну вот, я почти пришла. Можешь идти обратно в туман или куда-нибудь еще. Надеюсь, мы встретимся с тобой дома. Если, конечно, она меня отпустит.

Вдруг шерсть на спине кота встала дыбом, хвост поднялся и стал похож на ершик для чистки каминных труб.

– Что случилось? – спросила Коралина.

– Они исчезли, – ответил кот. – Их больше нет. Нет выходов из этого места. Они стали совсем узкими.

– Это плохо?

Кот опустил свой хвост и, встав спиной к Коралине, начал медленно пятиться назад, пока не уткнулся ей в ноги. Она нагнулась, погладила его и почувствовала, как колотится кошачье сердце. Кот дрожал, как осенний лист на ветру.

– Все будет хорошо, – сказала Коралина. -

Все будет очень хорошо. Я отнесу тебя домой.

Кот молчал.

– Идем же! – сказала Коралина и шагнула к лестнице.

Кот продолжал сидеть с несчастным видом, казалось, что он даже уменьшился в размере.

– Отсюда можно выйти, только встретившись с ней, – сказала Коралина, – другого пути у нас нет.

Она подошла к коту и взяла его на руки. Кот не сопротивлялся. Он просто дрожал. Она положила его передние лапы себе на плечи и обхватила одной рукой. Кот был тяжелый, но нести его все-таки было можно. Он стал зализывать ссадину на ее ладони, из которой продолжала сочиться кровь.

Коралина стала медленно подниматься по ступеням к себе домой. В одном ее кармане тихо постукивали стеклянные шарики, в другом лежал камешек с дыркой, а на руках, крепко прижавшись, сидел кот.

Она подошла к входной двери (та выглядела теперь, как неумелый детский рисунок) и толкнула ее рукой. Коралина была почти уверена, что рука беспрепятственно пройдет сквозь дверь, а там будет лишь темнота и россыпь сверкающих звезд.

Но дверь распахнулась, и Коралина вошла.


предыдущая глава | Коралина | cледующая глава