home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 24

Барон, отец Аннет и Демианы, приехал накануне торжества.

— Дочка, — обнял он старшую.

— Дочурка! — поцеловал младшую.

— Сын, — крепко пожал руку Борису.

— Леди, — вежливо кивнул расфуфыренной жене.

Видит Всесветлая, он долго терпел взбалмошность и капризность баронессы, её эгоизм и пренебрежение своими обязанностями как жены и матери. Видимо, чаша терпения переполнилась — при виде жены больше ничего не трогало его сердце. Смотрел, как на чужую.

Дети выросли. Ну, почти выросли, но Аннет под присмотром старшей сестры не пропадет. Борис, вон, женился, уезжает в другое государство. Это значит, видеться будем ещё реже, чем обычно.

К сожалению, сын пошел в мать, не будет из него толку. Для кого он живет, для кого собирает по крупицам разбазаренное отцом наследство? Мечтал, возродить род дю Плиер, вернуть ему былую славу и величие, верность друзей и уважение врагов. Что ж, старшая дочь сделала это гораздо лучше и быстрее, чем он. Но самое ценное и дорогое, что получилось у Демианы — Варион. Дед не отходил от мальчика. Казалось, к барону вернулась молодость — он с таким энтузиазмом и восторгом поддерживал все игры ребенка, что Тамильес только головой качал, в очередной раз, рассматривая чумазые физиономии донельзя счастливых сына и тестя, которых он застал за очередной забавой.

Но надо сказать, что барон не только играл с Рионом, но и многому учил его. Без всякой магии они мастерили, лепили, красили, что-то приколачивали и замазывали. Дед много рассказывал мальчику и сказок и легенд, сам удивляясь, что, оказывается, прекрасно их помнит. Они никогда не были так близки с Борисом, как стали с внуком. Баронесса всегда препятствовала общению отца и сына, вереща, что он воспитает из мальчика простолюдина, хотя из них двоих аристократом был именно барон. Когда же Борис подрос, то уже и сам не искал общества отца.

И вот такой подарок — внук! Умный, любознательный, добрый, такой родной и искренний!

Жена только кривилась, натыкаясь на то тут, то там на эту парочку спевшихся родственников.

Какое счастье, что она уезжает с Борисом! Сначала Аниколь очень испугалась, когда приехал супруг, ведь он мог запретить ей сопровождать сына в Восточные Земли. Но барон смотрел на нее равнодушно и против поездки не возражал.

Итак, жизнь определённо налаживалась!

Парадный зал дворца еле-еле вместил всех приглашенных и это еще не все смогли приехать! Наместник Нибелграна прислал поздравления и просьбу извинить — он не хотел оставлять свою Милину даже на день. Наблюдая, как растет в её чреве его ребёнок, Асшгарр испытывал доселе неведомые ему чувства. А вдруг, пока он разъезжает по гостям, с его драгоценной Милиной или сыном что-нибудь случится? Нет, нет и ещё раз — нет! Он из дворца шагу не сделает!

Повелитель с семьей сидел рядом с регентом и вдовствующей королевой. Дочери со своими уже мужьями — чуть ниже.

Маркиз дю Кушер, счастливый супруг Джамили, весь вечер не отпускал ручку жены, а она, застенчиво улыбаясь, мило смущалась, когда к ним подходили очередные поздравляющие.

Варион, которому вообще-то полагалось сидеть рядом с регентом, долго усидеть на одном месте не смог — сначала побродил по залу, здороваясь и общаясь с гостями, а потом прилип к драконам, и прочно обосновался возле них.

Тамиль осторожно показал Демиане, мол, смотри, где император болтается! Но Деми успокоила, что все видит и сама разрешила мальчику.

— Он ещё за несколько дней говорил, что на празднике должен быть с драконами.

— Ясно, опять какие-то неприятности на горизонте, — вздохнул Тамиль. — Пойду, отдам распоряжение удвоить бдительность и расскажу все Анриону.

Прода от 09.06.2018, 15:15

Немного переделана прода, которая была 23.05 и добавлен новый кусок.

Надеюсь, кризис жанра миновал. Проды будут один раз в неделю — по выходным. Благодарю за терпение!

Ришу потребовалось некоторое время, пока он смог поймать взгляд Лурргхана. Соотечественник сначала нахмурился, потом опешил, затем просиял и вскочил.

— Арришгс! Как я рад тебя видеть! Идем к нам!

Дракон не ожидал, что его так радушно приветствуют и несколько растерялся.

— Гхан, возможно ты не знаешь, но Наместник и Совет изгнали меня и Крригхара из Нибелграна. Я — изгой, понимаешь? Я очень хочу с вами поговорить, но если о разговоре узнает Наместник, вам может не поздоровиться.

— Да знаю я все, — отмахнулся Лурргхан. — Наместник уже отыграл все назад, так что все в порядке.

— В каком смысле «отыграл»?

— Асшгарр дас Веете приказал любому, кто встретит вас, передать, что Совет пересмотрел ваш проступок и решил, что изгнание, слишком сильное наказание. И что вы можете вернуться в Нибелгран.

— Что???! — Риш не верил своим ушам. — Ты меня не разыгрываешь?

— Да нет же! Пойдем, спроси Шарресса!

Второй соотечественник также радушно приветствовал изгоя.

— Не могу поверить, — пробормотал Риш. — То есть, мы можем вернуться? Нас не схватят, не посадят в темницу, не казнят?

— Всесветлая с тобой, что ты такое говоришь! — возмутился Шарр. — Вы, конечно, нарушили приказ, но этим сами себя наказали, потеряв детей. Мы все знаем, что Нибелгран для драконов очень важен, долго жить вдали от него ни один из нас не может. Ваши земли и дворцы никто не забирал, они по-прежнему ваши, так что возвращайтесь в любое время.

— Да, Шарр все верно говорит — вы и так наказаны, изгонять вас не было причины. Вам и так горько придется, ведь у всех родятся дети и только у вас их не будет.

— Мы можем купить новых наложниц, — пробормотал Риш, прикидывая, как быстро он сможет избавиться от приобретенного в империи имущества и вернуться домой. Или, может быть, поручить продажу дома кому-то другому, нанять имперца или абара, а самому лететь в Нибелгран? Как же он соскучился по дому!

— Купить-то сможете, только зачать дитя и выносить его без поцелуев и ласк отца ребенка у наложницы не получится. А угробишь еще женщину, Наместник больше не пощадит, — заметил Шарр.

— Верно, — поддержал Гхан. — Отказываясь от поцелуев, вы даже не представляете, чего сами себя лишаете! Теперь слияния с нашими женщинами проходят без страха и боли и они сами хотят быть вместе со своим драконом!

— Что ты говоришь — как это — сами хотят? — поразился Риш. — Вы даете им новые зелья?

— Вот же упрямый! Объясняю же — не нужны зелья, надо только поменять отношение, не скупиться на ласки и обязательно поцелуи! Оказывается, это Искрящая выяснила, в слюне драконов находится особый фермент, который, попадая через поцелуй в организм женщины, подготавливает его к слиянию, зачатию и вынашиванию. Понимаешь теперь, почему Наместник так рассердился на вас с Гхаром? Отказавшись выполнить его приказ, вы просто сознательно убили и женщин и своих детей.

— Но мы же не знали, — потрясенно прошептал дракон, чувствуя, как его злость претерпевает изменения и меняет направление — не имеет смысла злиться на Наместника и Совет, он сам во всем виноват.

— Никто не знал сначала, почему так происходит, про фермент совсем недавно выяснилось, — дополнил Гхан. — Но все, кто сразу приняли приказ и поменяли отношение к наложницам, сейчас ожидают рождения потомства. Представляешь, совсем скоро в Нибелгране появятся дети!

Потрясенный, убитый, раздавленный, Риш не знал, что сказать.

А он навертел! Решил, что ласкать человечек — это опускаться на их уровень, приравнивать себя к людям, но, оказывается, целуя человеческую женщину, дракон помогает своему ребенку.

Всесветлая, какой же он был дурак!

Мужчина обвел глазами зал и наткнулся на глаза маленького мальчика.

Как под гипнозом, дракон собрал и развеял свои метки, отлепив их от аур наложниц. Потом еще раз посмотрел на то место, где видел малыша, но того там не было.

— Тут только что был маленький мальчик, — пробормотал дракон, осматриваясь. — Куда он делся?

— А, это юный император Варион Александр! Он тут везде бегает, — отозвался Шарр.

— Как же так, — удивился Риш. — Он такой маленький, почему за ним не смотрят и его не охраняют? Вдруг кто-нибудь ему причинит вред?

— Кому — Вариону Александру? — рассмеялся Гхан. — Во-первых, идиотов вредить сыну Искрящей нет. Во-вторых, этот малыш всех видит насквозь, он настолько сильный маг, уже в этом возрасте, что улавливает малейший импульс негатива в свою сторону или сторону его близких. Пара-тройка преждевременных смертей, десяток-другой покалеченных — и больше никто даже близко не смеет и подумать о вреде для малыша. Император в полной безопасности.

— Вот как? Да, для меня сегодня масса открытий. Я рад, что мне удалось получить приглашение на торжество, что увидел вас, и вы смогли мне все растолковать и передать весть, что мы прощены.

— Да, ты вовремя нам встретился, ведь завтра мы возвращаемся в Нибелгран.

— Что ж, пожалуй, я откланяюсь, мне надо обдумать все, что я узнал. А еще рассказать все Гхару. И выставить на продажу дом, хочу поскорее вернуться домой! Спасибо за добрые вести!

Риш, торопливо покинул дворец и бросился к товарищу по несчастью.

Оба проговорили до позднего вечера, решая, как скорее завершить все дела в Империи и вернуться в родную страну.

— Знаешь, что я думаю, — поделился Риш. — Надо найти женщину или двух, которые согласятся переехать с нами.

— Зачем так спешить? Мы всегда сможем купить их на невольничьем рынке, — возразил Гхар. — Одни бы мы налегке быстро перелетели, а с женщинами придется ехать в повозках, тратится на порталы. Хотя, у меня-то одна уже есть, так что мне так и так придется ехать, а не лететь.

— Зато приедем уже с женщинами, не надо будет искать, приручать. И, глядишь, Наместник отнесется благосклонно. Хорошо, если они сразу забеременеют.

— Где же ты тут найдешь женщину? Здесь рабов не продают, а свободная женщина вряд ли согласиться.

— Посмотрим. Ты-то уже обзавелся наложницей, почему бы и мне не найти себе пару? Думаю, если поискать, найдутся, кому здесь несладко. А у меня они будут жить в свое удовольствие. Понял, что надо, чтобы ребенок зачался без проблем и женщина его легко доносила?

— Конечно, понял, — обиделся Гхар. — Ты уже десятый раз повторяешь. Даже забавно — еще на прошлой неделе ты праведным гневом кипел, что недостойно дракона унижаться перед человечками, а сегодня на все согласен — и целовать, и обнимать, и ласкать.

— У меня не было всей информации, — возразил Арришгс. — Я думал, что этот приказ — издевательство. Мол, возвести человечек на уровень дракониц. Если бы сразу было сказано про ферменты и что без этого дети не родятся, я бы так не возмутился. Все-таки, столько лет одни законы и правила были, а теперь с бухты-барахты раз! — и перестроиться. Посмотри, у всех дети вот-вот появятся, а мы с тобой одни.

— Да, обидно. Еще и изгнали нас.

— Зато мир посмотрели. Ты только свою женщину с собой заберешь или еще одну искать будешь?

— Заберу одну, она меня полностью устраивает. Полагаю, я ее — тоже.

— Хорошо. Тогда надо найти женщину или двух для меня, и через месяц, как они забеременеют, отправимся домой.

— Не верю своим ушам, Риш! Неужели, ты станешь целовать человечку? Гладить ее и обнимать? Ты — и грязную человечку? Так быстро справился с брезгливостью? Почему я не верю?

— Я хочу домой и ребенка или двух, — серьезно ответил дракон. — Ты прав, для меня целоваться с человечками, это как собаку целовать. Или лошадь. С поглаживаниями и объятиями проще, все-таки, это не настолько интимно. Но вот поцелуи…

— Хм, спать с человечками не брезгуешь, а поцеловать не можешь?

— Драконы целовали только свою пару или ньяру, — серьезно ответил Риш. — Меня так воспитывали, так жил мой отец. Я не могу за пять минут перевоспитаться и перестать верить, чему меня учили. Но ради ребенка, раз уж без этого он не сможет появиться на свет, я потерплю.

— Не уверен, смог бы я поцеловать… собаку? — задумчиво проговорил Гхар. — Тебе надо поменять мнение о человечках, не думать о них, как о рабынях, как о ком-то, кто чуть выше скота.

— Поэтому и надо найти женщину или двух в Империи. Не рабыню, которая не будет трястись от страха и валяться в ногах.

— Но такая женщина не будет покорной, станет спорить, требовать привилегий и считать себя на равных. Справишься? Вон, моя Агира — ведет себя, как хозяйка. Слуги летают, дом блестит, мне нравится. Но секс только по обоюдному согласию, так что приходится и ласкать и соблазнять. Зато слияния после ласк — это нечто феерическое.

— Да? Ну, вот видишь — ты нашел, значит, я тоже найду. Поговори с Агирой, может быть, она сможет кого-то посоветовать? Молодую вдову, без детей. Я знаю законы Империи — если женщина овдовела, и у нее нет детей, а у покойного супруга есть ближайшие родственники мужского пола — браться, отец, то все имущество переходит к ним. Вдова же живет на подачках, что родня выделит. Думаю, такая женщина могла бы согласиться на переезд и роль матери драконов.

— Хорошо, спрошу. Это ты правильно придумал!

В течение следующих нескольких дней, Риш занимался домом и усадьбой. Сначала он намеревался выставить все на продажу, но потом поразмыслил и решил оставить. Будет куда приехать, если он пожелает еще раз посетить Империю. А желание может возникнуть из-за человеческой наложницы или, вон, к Искрящей обратиться. Свой дом всегда лучше, чем останавливаться в гостиницах.

Сложность заключалась в том, на кого оставить недвижимость? Ведь особняк требовал хозяйской руки и пригляда. Не хотелось вернуться, допустим, через пять лет и найти руины.

Риш пустил весть, что ищет порядочную трудолюбивую семейную пару, обязательно с детьми, для ухода за особняком и проживанием на территории поместья.

— Почему обязательно с детьми? — удивился Гхар. — Родители будут отвлекаться на отпрысков и хуже работать.

— Ты ошибаешься, как раз семейные станут держаться за хорошее место и стараться не за страх, а за совесть. Здесь у них будет все для удобной и сытой жизни и гарантированный доход. А досмотреть, чтобы дом не ветшал, вовремя вытирать пыль, мыть полы, чинить, если что-то разболталось или оторвалось, косить траву и поливать сад — не так уж и сложно. Тем более что дети будут помогать родителям.

— Возможно, ты прав, — согласился Гхар.

— Не возможно, а точно прав. Бездетные в любой момент котомку собрали и в путь, а с ребятишками не побегаешь.

Еще через пару дней, дракон рассматривал уже конкретные кандидатуры.

Одна семья, из отца, матери, троих мальчиков-погодков лет шестнадцати — четырнадцати и двух девочек пяти и семи лет, не подошла. Отец явно любил посидеть в корчме, дети были грязны, в рваной и замурзанной одежде, мать — с сальными волосами. Пока оба родителя заискивающе заглядывали в глаза Ришу и убеждали, что больше таких рачительных и чистоплотных хозяев ему не найти, дети разбрелись по усадьбе и принялись тащить в карманы и за пазуху все, что туда помещалось.

Вторая семья понравилась сразу.

Родители лет по сорок пять — пятьдесят и пятеро детей. Старшая дочь, вдова двадцати пяти лет, потом семнадцатилетняя дочь и три сына — четырнадцати, десяти и семи лет. Все дети были в очень скромной, но безукоризненно чистой одежде, не шумели, не скакали, никуда не лезли. Тихо стояли позади родителей, и даже младшие вели себя примерно. Отец семейства, крепкий мужчина с посеребренными висками и крупными чертами лица, умел плотничать и столярничать, мог ухаживать и за садом и выполнять несложный ремонт дома, забора, построек. Мать, невысокая полненькая женщина с приятными ямочками на щеках и добрыми карими глазами, могла и стряпать и стирать и убирать.

Договорились быстро — семейство получало в свое полное распоряжение отдельно стоящий дом для прислуги, в котором было семь комнат, кухня и отдельная купальня. Потом, расходы на питание шли за счет дракона, одежду и остальное, что требовалось, работники должны были покупать сами. Жалованье Риш положил хорошее, разумно рассудив, что сытый и довольный жильем человек работает усерднее. Взамен семейство Ринталь обязывалось следить за домом и усадьбой и содержать все в порядке, целости и чистоте.

Риш выдал жалованье за год вперед и годовое содержание и целую коробку настроенных на него вестников, чтобы работники имели возможность регулярно сообщать хозяину, как идут дела. Затем обновил все охранные заклинания, настроив их на всех членов семьи Ринталь.

Пока он показывал матушке Резете дом и хозяйство, его взгляд нет-нет да останавливался на тихо следующих за матерью дочерях. Старшая явно пошла в мать — те же ямочки на щеках, чуть полновата, но не рыхлая, а такая, аппетитная, темные волосы, блестящие карие глаза, чуть вздернутый носик. Дракон ощутил, как потяжелело в паху.

Надо же, он умудрился возбудиться от одного взгляда на девушку!

Из рассказа родителей он знал, что девушка овдовела пять лет назад, на следующий день после свадьбы. Пьяный супруг решил покатать молодую жену на лодке, не удержал посудину и перевернул ее. Жена плавать умела и выплыла, новобрачный же камнем пошел на дно.

Хотя вина в случившемся была полностью на молодом муже, родственники посчитали иначе, объявили девушку колдуньей и выгнали ее из дома. Слухи разошлись быстро, семье пришлось покинуть свое поселение.

Странные у людей поступки — виноват мужчина, а наказали девушку. Теперь бедняжка обречена была всю жизнь жить с родителями, больше ее никто замуж не возьмет.

Еще пару дней Риш присматривался, как хозяйничают новые работники и продолжал рассматривать Сенту. Девушка ему нравилась все больше и больше. А что, если? Согласится ли отец и сама девушка?

После долгих раздумий, Риш вызвал Колума на разговор.

— Мне нравится, как вы справляетесь, но речь сейчас не об этом. У меня серьезное предложение к вам и вашей старшей дочери.

Мужчина заметно напрягся:

— Сента достаточно настрадалась.

— Я не собираюсь ей вредить, — успокоил дракон. — Вы, наверное, слышали, что у нас не осталось драконц и теперь наши мужчины живут с человеческими женщинами?

— Слышал, — Колум настороженно следил за хозяином. — Но моя дочь — не наложница.

— Просто выслушайте. Я ищу девушку, которая согласится родить мне ребенка или двух. Заберу ее в Нибелгран, там у меня свой дворец и несколько поместий, будет хозяйкой. Все слуги в ее распоряжении, будет делать, что хочет. Если родит мне детей — обеспечу так, что ей больше никогда не надо будет работать и если она захочет, то сможет или жить у меня или уехать.

— Моя дочь — не наложница!

— Если надо, если вам так важно, мы можем пройти брачный обряд по правилам империи.

— Вы согласитесь жениться? А что же другие наложницы, я знаю, что у драконов гаремы из человеческих рабынь.

— Да, если это важно для вашей дочери, мы поженимся. Других женщин у меня нет, нет и гарема. Искрящая нашла способ, благодаря которому, мы теперь можем иметь потомство и одной женщины теперь достаточно.

— Даже не знаю, что сказать, — помялся мужчина. — Я поговорю с женой и дочерью, но было бы лучше, если бы и вы сами поговорили с Сентой. Все-таки, жить ей, значит, решать тоже ей.

— Хорошо. Тогда можете позвать ее? И я не возражаю, если ее мать будет присутствовать при разговоре.

Колум поклонился и вышел.

Сначала он решил поделиться с женой.

— Вот что хозяин удумал, что скажешь?

— Неожиданно, конечно и страшновато, — покачала головой жена. — Но, с другой стороны, какое будущее у Сенты? Здесь ей никогда больше замуж не выйти и детей не будет. Доживет с нами, пока мы живы, а потом куда? Приживалкой в дом брата? Хозяин производит приятное впечатление, слово держит. Не знаю, Колум. Решать, конечно, Сенте.

— Он велел позвать ее и разрешил при разговоре и тебе присутствовать. Что скажешь?

— Пойду, конечно.

В дверь постучали спустя полчаса. Дракон подобрался и крикнул, чтобы входили.

Зашли Сента и Резета. Мать смотрела внимательно и открыто, Сента немного настороженно.

— Сента, — обратился дракон к девушке, когда обе женщины присели на диван. — Родители рассказали тебе суть моего предложения?

Девушка кивнула.

— Все равно повторю, — решил Риш. — Я очень богатый дракон и, в то же время, настоящий нищий. У меня есть дома, поля, стада, золото, но нет семьи, нет ребенка. Это очень больно, когда хочешь дитя, но нет возможности его иметь. Искрящая нашла способ, благодаря которому мы теперь можем иметь детей от человеческих женщин. Сента, ты мне очень нравишься, я сразу обратил на тебя внимание. Ты красива, хорошо воспитана и очень привлекательна. Я предлагаю тебе выйти за меня замуж по законам Империи и переехать со мной в Нибелгран. У тебя будет все, что ты только ни пожелаешь — дворцы, слуги, любые украшения и одежда. Если ты родишь мне дитя, я подарю тебе особняк, не хуже, чем этот и осыплю золотом. Других женщин у меня нет, будешь только ты. Обещаю, ни в чем не обижу.

— Вы заберете у меня ребенка? — спросила девушка. — И еще — он родится человеком или драконом?

— Ребенок от дракона родится драконом, но до первого совершеннолетия будет выглядеть как обычный человеческий ребенок. После совершеннолетия сможет оборачиваться и будет то человеком, то драконом. Если ты захочешь, то сможешь сама растить малыша, я буду только рад, если у него будет не только отец, но и любящая мать.

Сента помолчала, раздумывая, и потом спросила:

— Когда я должна дать ответ?

— Я не тороплю, — отозвался Риш. — У меня есть друг — Гхар, ты его уже видела. У него живет человеческая женщина, которую он собирается забрать с собой в Нибелгран. Если хочешь, я отвезу тебя к нему в дом, и ты поговоришь с ней, узнаешь, каково это, быть подругой дракона.

— Это было бы полезно.

— Одну я ее не отпущу, — подала голос Резета.

— Хорошо, — легко согласился Риш. — Можем съездить хоть сейчас, если ваш отец поспешит запрячь коляску.

Поездка вполне удалась: пока Риш с Гхаром коротали время за трапезой, женщины активно общались с его Агирой.

К коляске обе вышли в хорошем настроении, и Сента на Риша смотрела уже смелее.

На следующий день, сразу после завтрака, Сента постучала в кабинет, где Арришгс разбирал бумаги.

— Вы обещаете, что мне не придется делить дом с другими женщинами? Что не заберете ребенка? Что прежде чем выехать в Нибелгран, мы посетим храм и проведем брачный ритуал?

— Разумеется, я все это обещаю, — серьезно ответил Риш. — Можем прямо сейчас заключить магический договор.

— Магический договор, — согласилась Сента.

Дракон встал, произнес формулу договора и четко проговорил:

— Обещаю, что если Сента Ринталь захочет, я пройду с ней брачный ритуал в храме Всесветлой. Обещаю, что мое мужское внимание будет принадлежать только Сенте Ринталь и кроме нее в моей постели не будет других женщин. Обещаю, что Сента Ринталь, если она пожелает, сможет сама воспитывать детей, которых она родит от меня. Обещаю, что она будет полновластной хозяйкой во всех моих поместьях, во дворце и в любом доме, где пожелает жить. За рождение каждого ребенка я обязуюсь выплатить ей не меньше тысячи двойных золотых и подарить богатое и ухоженное поместье. Обещаю заботиться, беречь и защищать, обеспечить полный комфорт и ни к чему не принуждать. Я сказал!

Полыхнуло — клятва была принята.

Сента глубоко вздохнула и произнесла:

— Я согласна поехать с вами в Нибелгран и родить вам детей.

До 26.06 не смогу отвечать на комментарии, но читаю все!


Глава 23 | Искра на Счастье | Глава 25