home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 10

Боль.

«Если чувствуешь боль, значит, еще жив» - Светлана сама не помнила,  где прочитала это утверждение, но именно оно первое всплыло в голове, когда она очнулась.

«Просто дежа вю какое-то! Надеюсь, я не перенеслась еще  в какую-нибудь  другую никому не нужную женщину»?

Казалось, у нее болело все. Вот совсем все,  даже дыхание отзывалось  болезненными ощущениями. Попытка разлепить веки отдалась в голове, а  намерение пошевелить рукой – огнем опалило спину.

Спину!

Её же выпороли!

И приказ отдал муж.

Князь Рагнар.

Она, как распоследняя  дурочка, которой, к тому же, не больше десяти лет, вляпалась по самые уши в уготованную  кормилицей и сестрицей ловушку.  Бежала на заклание, даже не подумав.

Сюрприз от мужа! Да, он определенно удался, она оценила в полной мере!

Муж.

Сердце полоснула боль, но не физическая, а боль, с которой не справиться при помощи мазей и отваров.

Он её не узнал!

Нет, Света не обольщалась, что всего после пяти – шести дней знакомства многоопытный супруг воспылает любовью к молоденькой девочке, в чье тело ее угораздило попасть.  Она не настолько глупа и наивна, чтобы ждать от Рагнара чувств, но  после того, что между ними было, после этих прогулок, разговоров, купания – Света почувствовала, как покраснели щеки – как он мог не заметить, что ее подменили? Внешне они похожи с Лианой, но  речь, манера вести себя, знания, поведение  - все настолько разное, что в ее голову никак не укладывалось, почему князь не вытряс из сестры правду. Почему, не забил тревогу, не бросился искать? Вернее, искать-то он бросился, но не Алану, а Лиану. И когда ее привезли, то даже не посмотрел толком, сразу сослал под замок, а потом и на порку.

Как жаль, что он не пожелал проверить здоровье Лианы перед наказанием, не прислал к ней Сияна! Уж целитель-то не пропустил бы, узнал бы, объяснил Рагнару, а с неё снял бы молчание! Получается, приговор Лиане вынесли заочно и задолго до ее возвращения. Может быть, у них так принято?

Жуткий мир, жуткие законы, жуткий муж.

Светлана еще раз попробовала открыть глаза,  и с третьей попытки у нее получилось – лежит она, красавица, носом в подушку. М-да, хорошо ее отделал этот  магический шамберьер!

И князь удобно устроился – возит с собой волшебного палача, сам рук не пачкает, и наказание для всех одинаковое. То есть, не получится одного бить сильнее, другого слабее – сила удара всегда одна, разница только в количестве.

Ладно, не Рагнар пожелал поговорить с беглянкой. Ладно, не заметил, что делит шатер и постель с другой. Но почему он не проверил здоровье девушки? Почему заранее не убедился, что она способна говорить, раз уж у них отмена наказания – плачь и раскаянье?

О, будь у нее возможность, она бы не молчала, и выложила бы мужу все, что думает о нем и дурацких законах еще до первого удара!  А там можно и покаяться, лишь бы прекратить истязание, если бы князь сам его не отменил – не успел или не смог.

А теперь она лежит избитая, едва живая, ненужная…

Слезы закапали из глаз, впитываясь в мягкую ткань подушки.

Опять ненужная, всегда ненужная! Бросили где-то одну, даже служанку не посадили рядом!

Девушка осторожно,  постоянно ожидая вспышки боли, повернула голову на бок.

Стена. Окно.

С предосторожностями проделала обратный «путь» и двинулась в другую сторону.

О! Сатрап иномирный. Оказывается, не бросили одну. Вон, спит, сидя. Нет, сидит, спя.  Тьфу, как правильно сказать-то? Сидит у кровати на чем-то и дремлет, откинув голову на спинку.

Какой-то зеленовато-желтый на вид.  Или это у нее вместе с речью цветопередача нарушилась?

Явно не шатер, какая-то комната.

Светлана оторвала взгляд от Рагнара и попыталась осмотреться, но с ее ракурса видно было мало, а повернуться или приподняться не давала боль в спине.  Устав, Светлана опять уткнулась носом в подушку и тут же услышала, как кто-то вошел.

- Рагнар, зачем вы опять здесь? – судя по голосу, советник Никодий.

- Что? А? А, это ты. Немного задремал. Как она?

- Она спит, потихоньку выздоравливает и скоро встанет, а вы, если продолжите себя истязать, скоро сляжете. Или вы думаете, что раз Сиян залечил все последствия, то отдых организму не требуется?

- Я здоров, - пробурчал Рагнар. –  Зашел на минутку.

- На минутку? Служанки ожидают за дверями с вечера, зайти не могут! Уже утро, князь! Сейчас явится целитель осмотреть княгиню, служанкам надо перестелить постель, а тут вы сидите в виде то ли ожившего мертвеца, то ли, недобитого  лиходея. В конце концов, князь у Мадраскара единственный и заменить его некем, вы обязаны думать не только о своих чувствах, но и об империи!

- Не ворчи,  княгиня тоже единственная.

- Княгиня у  вас уже третья, - возразил советник. – Если с ребенком не сложится, неважно, по какой причине, то наследник тоже есть – Критен.  Да и княгиню заменить можно, пусть не брак будет, а просто любовница. Вас же заменить нельзя! От вас зависит целая империя, вы обязаны заботиться о своем здоровье!

- Вот прилип, - послышались звуки отодвигаемого стула, тяжелые шаги, князь подошел к кровати и наклонился над девушкой. – Все спит и спит, третий день уже!

- Так Сиян ей снотворное дает. Как только выяснилось, что ее тело отвергает целительную магию и рубцам придется заживать естественно,  он сразу напоил княгиню специальными отварами и зельями. Сон лечит, во сне заживление идет быстрее.

- Да знаю я, знаю! Просто это так мучительно, когда от тебя ничего не зависит! Идем, мне надо в купальню,  и займемся делами.

Мужчины вышли, но тут же в комнате появился еще кто-то. Светлана почувствовала, как ей поправляют подушку, осторожно придерживая тело, чтобы оно не сотрясалось.

Спина болела, но если не шевелиться, то было более-менее терпимо.

- Целитель! – раздался голос Деяны. – Мистрис спит.

- Сходи, принеси горячей воды, будем обмывать раны, - велел Сиян. – И позови вторую, поможете.

Торопливые шаги, хлопнула дверь, и Света решила открыть глаза.

- Я рад, мистрис, что вы проснулись, - отреагировал Сиян. – Надо передать князю,  он просил сообщить ему сразу.

- С-с-стойте, - у Светланы вырвался шепот – надо же, дар речи вернулся! – Он только что был здесь, не надо его звать.

Она повернула голову набок и попыталась поймать взгляд целителя.

Старичок вздохнул и присел на тот же стул,  на котором ранее дремал ее муж.

- Как вы себя чувствуете? Что-нибудь хотите? Где и как болит?

- Чувствую, будто меня переехал грузовик.

- Мистрис?

- Будто по мне проскакал табун лошадей, - пояснила Света. – Болит, наверное, почти все, но не настолько, чтобы пить обезболивающее. Хочу закрыть глаза и умереть.

- Что вы, мистрис! – переполошился Сиян. – Даже думать о таком не смейте! Вы скоро выздоровеете! Если бы у вас не были отрезаны волосы, я бы все залечил за час, но теперь, временно, на вас целительская магия не действует.

- Это как? – заинтересованно переспросила Светлана. – Мне говорили, что если отрезать волосы, то на некоторое время женщина не может пользоваться даром. Я могла магичить и стриженая, пока мне блокиратор не надели.

- С вами все сложнее, мистрис, - разговаривая, Сиян постепенно обнажал спину княгини, снимая с нее куски пропитанной лечебными мазями ткани. – Вы можете пользоваться своим даром, но зато, не воспринимаете целительскую магию, пока не отрастут волосы.

- То есть, как обещал князь, через два дня вы не смогли бы восстановить мою гриву?

- Увы! – вздохнул Сиян. – Мы сами не знали об этой вашей особенности. Пока не отрастут волосы, вам нужно очень беречься и избегать любых повреждений. Но я применяю травяные отвары и бальзамы для роста волос, да и ваш организм тоже старается, поэтому, мы надеемся, что ваши косы отрастут быстрее.  Ждать несколько месяцев не придется.

Светлана прикрыла глаза, прислушиваясь к осторожным манипуляциям целителя.

Получается, поддавшись импульсу и отрезав «назло князю» косы, она в первую очередь, наказала сама себя. Как там говорилось? «Назло маме отморожу уши»! Вот! Она именно так и поступила.

Один необдуманный поступок потянул за собой целую цепочку неприятностей.

- Никто не должен знать, мистрис, что вы  пока отторгаете целительскую магию, - продолжал Сиян. – Это делает вас очень уязвимой, поэтому даже ваши служанки думают, что вас лечат без магии, чтобы наказать за опрометчивое поведение.

- О, как! Меня мало наказали? – попыталась усмехнуться Света и тихо охнула, когда от резкого движения зажгло спину. – Князю мало порки?

- Мистрис, это версия для всех остальных и выдвинута она ради вашей же безопасности!  Другого правдоподобного объяснения, почему вас не вылечили за полдня, невозможно придумать.

- Да я понимаю, - согласилась Света. – Но зачем что-то выдумывать? Как я помню, князь был вполне доволен заменой. Вырастить Лиане косы, чем не княгиня? И врать никому не надо.

- Мистрис, что вы такое говорите? Князь чуть с ума не сошел, когда понял, что подверг наказанию вас, а не Лиану! Он вас спас от плети, она бы забила вас до смерти, ведь признать вину вы не могли!

- Отменил заклинание, остановил кнут – это спас? Удивительно, такие жертвы с его стороны! Если бы князь был более внимателен, он заметил бы, что спит не со мной, а с Лианой. А если бы поговорил с беглянкой или, хотя бы, попросил вас проверить ее здоровье, то подмена вскрылась бы до наказания.

- Мистрис, - слышно было, как тяжело вздохнул целитель. – Князь не спал с вашей сестрой! Он с ней эти два дня не разговаривал и если и видел ее, то только издали. Она объявила, что у нее женские дни и поэтому она не желает, чтобы муж с ней ночевал и обедал и  вообще хочет побыть в одиночестве. И тут же стало известно, что убежала ваша сестра. Дальше князю было уже не до разговоров с женой. Он эти два дня с коня не слезал, вместе с воинами прочесывая лес. Мы пытались найти беглянку магией, но она путалась, и мы не поняли, из-за чего, поэтому тоже много времени было потеряно.  У Рагнара не было возможности приблизиться к Лиане, иначе он, я уверен, быстро бы ее разоблачил.

Светлана тихо фыркнула и поморщилась, получив отзвук боли.

- Мне незачем вам лгать, - мягко продолжил целитель. – Да я и не имею такой привычки. Когда лиходеи вас привели и сказали, что подобрали где-то в лесу, то добавили, что вы искали повозку до Ритании и передали с вами сумку с одеждой и украшениями. Все указывало, что вы – он думал, мы все думали, что это Лиана – что Лиана решила сбежать. Вы же помните, что накануне она примерным поведением добилась, чтобы с нее сняли запрет  на перемещения  по лагерю.  А потом тихо собрала сумку и в удобный момент ушла со стоянки. Никому в голову не пришло, что девушка  способна на такое неслыханное непослушание, за ней и не следили! Вина Лианы была неоспорима и не требовала ни расследования, ни разговоров.  Это очень серьезный проступок, тем более, Лиана проявила неповиновение не в первый раз, поэтому князь надолго не оттягивал,  и наказание было произведено в кратчайшие сроки. Вас спасло чудо и наблюдательность Его Светлости!

- Даже если человек виновен, он имеет право на оправдание или хотя бы объяснить свой поступок, - ответила Светлана. – Иногда улики указывают на одного, а он вообще ни при чем. Нельзя выносить приговор без беседы и расследования!

- Что такое «улики»?

- Например, сумка, которую мне вручил слуга и с которой меня нашли. Я ее не собирала, просто пришел слуга, один из тех, кто ехал с отрядом, я его не один раз видела в лагере. Сказал, что меня срочно зовет муж, что я должна отнести ему вот эту сумку и что это сюрприз для меня. Я и пошла, потому что князь утром мне пообещал сюрприз и сказал, что пришлет слугу. Получилось, сумка стала доказательством, что я приготовилась к побегу, но на самом деле все было не так! Меня подставили. Поэтому нельзя выносить приговор по одним только внешним признакам, не узнав всего досконально.

- Так вот как вы оказались в лесу! Но вы тоже допустили нарушение - ни при каких условиях вы не должны были идти за слугой без охраны!

- Сама ушла, - горько подтвердила Светлана. – Еще и переоделась, как велел слуга. Мол, все это по просьбе Рагнара. Но если бы лиходеи не напоили меня молчальником, так далеко не зашло бы – я бы кричала и ругалась  и не позволила бы себя исхлестать.

- Да, это хороший урок всем нам. И вам в том числе. Любой ваш поступок будет иметь последствия, поэтому прежде чем что-то сделать, надо все взвесить. И, княгиня, я понимаю, что вы обижены, что вам пришлось перенести больше, чем выдержит женщина. Понимаю, что муж вас разочаровал, раз не смог защитить. Но прежде чем вы сделаете выводы, просто послушайте. Что вы знаете о магических наказаниях с помощью плети или кнута ?

- Удалось накоротке познакомиться с плетью. А что, еще и кнут бывает? Кого им секут?

- Да, еще есть магический кнут, им наказывают мужчин. Нет, я спросил, знаете ли вы, про то, как происходит  активация наказания?

- Не очень много, только то, что надо просить прощения,  тогда наказание будет завершено.

- Магическая плетка получает задание на определенное количество ударов для определенного человека. Она сразу остановится, если этот человек произнесет «я виноват», «простите», «я все понял и раскаиваюсь», в противном случае она отпустит столько ударов, сколько было назначено.  Повиниться должен именно наказываемый, плеть не остановится, если кричать «я виноват» будут другие. Двадцать пять плетей женщине не выдержать, все это знают, но также все знают, что женщина может остановить плеть в любой момент и больше одного удара еще ни одна не получала. Никто и предположить не мог, что вас лишат голоса, и вы не сможете повиниться. Когда князь понял, что наказывает не Лиану, а жену, то он сделал единственное, что было возможно в той ситуации – закрыл вас своим телом.

- Рагнар?

- Да, он поднял вас на руках и прижал к себе. Для магии плетки вы были единым целым. Вам досталось восемь ударов, остальные семнадцать принял на себя князь. Он был довольно плох по окончании, и мне пришлось восстанавливать его в течение целой ночи.

- Но  почему он не отправил кого-нибудь из воинов? Зачем надо было принимать все оставшиеся удары одному? Или почему не отвязал меня и не унес от столба в сторону?

- Это невозможно. Когда заклинание произнесено,  то образуется связь между наказываемым, тем, кто активировал плеть и самим магическим оружием. Если бы вас отвязали и пытались унести, плетка двигалась бы следом, не прекращая ударов. Если бы вместо князя свою спину подставил кто-то другой, плеть убила бы его и продолжила наказание. У Его Светлости не было другого выхода, и мы благодарим Триединого, что он так быстро всё понял и  отреагировал.

- Сейчас заплачу от умиления, - прошептала Светлана. – Практически, спаситель, а то, что все произошло по его недосмотру – это мелочи. Правда, я тоже руку приложила, повелась, как ребенок, но я женщина, мне, наверное, простительно. Как-то все одно к другому приложилось, просто какое-то трагическое стечение случайностей.  Интересно, если бы это произошло уже после того, когда я родила князю наследника, стал бы он подставляться ради ненужной жены?

- Мистрис,  все обязательно образуется! Не спешите судить, иначе, вы сделаете ту же ошибку, что и ваш муж. Давайте, я обработаю вашу спину, служанки уже несколько минут под дверью толкутся.  Я ее закрыл, чтобы нам не помешали и не услышали, что не предназначено. Потом вы покушаете, выпьете отвары, мы помажем волосы бальзамом. А то скоро вернется князь, и мы не успеем все это проделать.

- Он обязательно придет? Может быть, не надо? Я не готова разговаривать с ним.

- Обязательно придет. Он запретил мне лечить себя, пока не миновала опасность для вас и эти три дня почти не отходит от вашей постели. Поверьте, он потрясен и считает, что виноват только он. Если вы оттолкнете его, это не пойдет ни ему, ни вам на пользу, а вам еще жить и жить!

- Мне его, может быть, еще пожалеть надо? – вздохнула Светлана. – Вас послушать, так он чуть ли не святой. И судя по первым дням после замужества, «жить и жить» под большим вопросом!

- Он живой человек, мистрис! Мы все допускаем просчеты, не исключение и князь. Но он берет ответственность за все свои ошибки и умеет делать выводы. Повторяю – не спешите!

- Кстати, а где сестрица и кормилица? Ведь это все Риная задумала, она мне рассказала, пока мы сидели вместе в повозке!

- Под строгой охраной, сидят и ждут, когда вы выздоровеете. Князь сказал, что решать их судьбу будете вы, конечно, не единолично, но  именно вы выберете им наказание из нескольких предложенных вариантов.  Все, мистрис, я открываю дверь и зову служанок!

***

Полк остался в небольшой роще на границе владений  баронета Виско, а «свадебный отряд» был вынужден остановиться в  самом поместье.  Для Рагнара и его княгини освободили лучшие покои, но в своих князь почти не появлялся, проводя все время подле жены.

Купание освежило, в голове появилась ясность, веки не пытались  закрыться при каждом моргании.  Однако если в ближайшее время он не выспится – лежа в кровати, а не сидя у кровати – то неминуемо  заснет на ходу.

Мужчина потер лицо и присел к столу, рассматривая ворох  прибывших накануне вестников. Ох, как некстати новая остановка! Он рассчитывал вернуться на днях, но теперь придется ждать, когда княгиня без вреда для здоровья сможет сесть на лошадь или ехать в повозке.

Ррыл дырявый! Столько оплошностей и ошибок он не допускал со времен отрочества, впору на наличие порчи проверяться!

С Тиной было все настолько мимолетно и скоротечно, что он и осознать себя женатым не успел. 

Отец сам сговорился с королем Истилии,  Рагнара и Тину просто поставили перед фактом. Свадьба, брачная ночь, а потом он почти сразу  уехал в Ританию, затем Сразию и так и мотался по делам империи, пока его не настигло известие, что Тина умерла, пытаясь дать жизнь их первенцу.

Горевал ли он? Да, было грустно, но большой боли от потери он не испытал. Жалко девочку, но что ж теперь, смерть женщины от родов временами случается.

В Сразии Рагнар провел довольно много времени, исполняя роль связующего звена между наместником и князем Мадраскара – Ратмиром.  Часто присутствовал на приемах, видел дочь наместника, красавицу Льясу. Она по-настоящему понравилась Рагнару. Яркая, веселая. Сколько чудесных дней и ночей провели они вместе! Вот тогда-то Рагнар и вспомнил  об участи первой жены и, как мог, оттягивал зачатие наследника, подарив им с Льясой пять лет счастливой жизни.

Но Льяса очень хотела ребенка и однажды он не устоял. Княгиня забеременела, но об этом  они не успели почти никому сообщить, знали только они сами, Сиян и сестра с матерью. Рагнар планировал объявить о знаменательном событии на пиру после большой охоты в день Осеннего Равноденствия.

Князь вздохнул, вспомнив тот страшный для него день – Льяса упала вместе с лошадью в ловчую яму, напоровшись на колья.  Шансов у нее не было никаких.

Как это случилось, почему конь оступился, зачем вообще княгиня прискакала в эту часть лесных угодий – все это осталось загадкой.

Охота  шла, как заведено – загонщики с собаками выгоняли зверя и гнали его в сторону приготовленных ловчих ям и засады из знатных охотников. Жены и дочери должны были не спеша ехать в полной безопасности позади цепи загонщиков и достичь ям и засады, когда со зверями уже было бы покончено.

Но что-то пошло не так, княгиня оказалась там, где быть никак не должна была.

Ох, и запил же он тогда! Наверное, целый месяц выпал из жизни. Только благодаря Сияну да поддержке матери и сестры он тогда и оправился.  Сестра даже переехала в его дворец вместе с маленькими Критеном, новорожденным Сигуром и окружила брата поистине неоценимым вниманием и заботой.

После Льясы Рагнар даже думать не хотел о женитьбе.

Женщин, готовых скрасить его досуг, всегда было в избытке. Мужчине не надо было напрягаться, ухаживать, изобретать что-то – достаточно было передать со слугой, что он хотел бы видеть  наедине ту или эту.

К сожалению, он не сразу понял, что каждая из временных любовниц мечтает стать постоянной и не только любовницей, поэтому пережил несколько неприятных сцен. Когда он сообщал, что в услугах дамы больше не нуждается, что ей за оказанные князю услуги выделена солидная сумма и поместье, а так же,  может быть оказана помощь в выборе мужа, большинство были рады и благодарны. Но три или четыре женщины  устроили скандалы, из которых Рагнар, к своему изумлению, узнал о больших матримониальных планах любовниц.

С того времени он не держал одну и ту же женщину дольше полугода, предпочитая ограничиваться месяцем-двумя или вообще одноразовой встречей.

Время шло, окружающие все настойчивее и настойчивее напоминали князю о его долге перед государством – родить и воспитать наследника. Любовницы на роль матери наследника никак не годились, и тут от Лорена тир Гранд пришли  отчаянная просьба о мире и предложение  руки его дочери.

И теперь у него есть Алана. Его последняя княгиня. И  последняя надежда родить наследника.

Ррыл знает, почему все сразу пошло наперекосяк?

Девчонка не особенно понравилась внешне, слишком молодо и недозрело выглядела.

О чем ему с ней разговаривать? С Льясой они и спорили, и смеялись, она, порой, давала дельные советы, но чаще просто веселила нелепыми предположениями и идеями. Его вторая жена делала все так легко и открыто,  что он ни разу не смог на нее всерьез рассердиться. Наверное, он полюбил ее, ведь после гибели Льясы долго не мог прийти в себя.

А Алана оказалась совсем другая. Намного моложе, но временами князю казалось, что внутренне она значительно умнее и старше.  Он не всегда понимал, что она говорит  и почти никогда не мог предугадать реакцию жены на то или иное свое действие. Она искренне радовалась коню, восходу солнца или когда у нее получилось магичить. И осталась равнодушной, когда он подарил ей сундучок с украшениями. Она старательно избегала физического контакта с ним, но неожиданно остро и чувственно отреагировала на его ласки. Сходу выдала жрецам решение проблемы близнецов, но растерялась, обнаружив за ширмой горшок.  Постоянно забывала закрыть волосы, но ни разу не забыла взять морковку для текинца или поблагодарить служанку.  Стиснув зубы, молча, она вытерпела обряд чистоты и не упрекнула  его за боль и страх, которые пережила. А потом  отрезала косы, стоило ему отругать ее за слетевшую накидку.

Непостижимая, непредсказуемая, необыкновенная!

Алана притягивала его, но князь ощущал себя мотыльком, упорно летящим на свет лампы. 

Наверное, было бы правильным сразу отказаться от женитьбы на дочери Лорена, но Никодий так расписывал выгоду, упирался на последний шанс… А теперь он и сам ни за что с княгиней не расстанется. По крайней мере, пока не разгадает все ее загадки.

Вот что ее понесло в лес? Что заставило переодеться, собрать сумку и бежать?

Ведь у них была такая чудесная ночь, да и утро подарило радость. Он чувствовал, что жена оттаивает, что начинает если не доверять, то, как минимум, перестает видеть в нем врага и чужого.  Что же случилось за те несколько часов с момента, когда он покинул княгиню и до ее побега? Почему кормилица сестры кричала, что пропала Лиана? Почему Лиана оказалась в платье и в повозке княгини?  Неужели, то хрупкое и чистое, что он почувствовал в эмоциях жены, когда они ночью были близки – притворство? Неужели, она готовила побег, усыпляя его, изображая страсть и удовольствие?

Рагнар взъерошил волосы, вспоминая.

Нет, это не было притворством, он это точно знает!  Но тогда – почему? К кому она бежала? Неужели, хотела догнать магистра с дочерью?  Быть приживалкой лучше, чем княгиней?

Сколько вопросов и ни одного ответа!

Князь рассеянно переворошил вестники, но мысли  не переключались.

Он вспомнил, какой испытал ужас, узнав, что у столба не Лиана. Вспомнил обмякшее тело в руках и ее кровь, мгновенно пропитавшую его рубашку. Вспомнил, как сидел у кровати, часами вглядываясь в затылок жены и ее спину с повязками, мучительно пытаясь найти ответ – почему она убежала?

А известие, что организм Аланы отторгает целительскую магию,  вообще повергло в шок. Как ему теперь защищать ее?

Когда княгиня отрезала волосы, её магия не замерла, как происходило у других  остриженных одаренных. Но взамен пропала возможность лечиться магией  и посветлела до практической невидимости брачная татуировка. Сиян уверил, что отрастут волосы и все вернется, но это было слабым утешением – когда еще они отрастут до прежней длины?

Да, еще надо разобраться, что случилось с браслетами на обеих девушках. Почему, когда он пытался сначала вернуть, а потом просто  определить местоположение Лианы, у него ничего не получилось? Хорошо, у Аланы однажды  подчинение дало сбой, видимо, ее дар позволяет ей сопротивляться приказам извне. Возможно, её дар даже смог отключить маяк на браслете. Но почему не сработал и браслет Лианы? Ведь он принялся искать именно ее и пытался через браслет заставить девушку вернуться! Сдается ему, что эта кормилица не так проста, как ему показалось сначала. Никто другой не смог бы заблокировать действие браслета Лианы. Интересно, неужели, Риная думала, что, убрав Алану, она сможет заменить ее сестрой и, главное, что он согласится на такую замену? Или надеялась, что он не заметит разницы? Нет, эта версия совсем не годится – перепутать сестер невозможно. Вот взять воду – вроде, она одинаковая пресная и прозрачная вода – и в придорожной луже и в бурной реке. Но достаточно одного взгляда, чтобы увидеть разницу.

Скорее бы Алана проснулась и поправилась настолько, что с ней можно было поговорить!

Прежде чем принимать решения, он должен понять, что случилось.

- Князь!

- Да, Сиян, входи, - Рагнар устало откинулся на спинку стула. – Что княгиня?

- Проснулась. Стойте, не ходите пока к ней! – целитель едва успел  остановить рванувшегося к двери мужчину.

- Не ходить? С ней все плохо? Ты ее снова усыпил?

- Нет, мистрис не спит. Я обработал ее раны, но сонный порошок давать не стал.

- Тогда почему мне нельзя к ней?

- Вам можно, - вздохнул Сиян.- Но лучше немного подождать. Княгине сильно досталось, дайте ей время прийти в себя.

- Она не хочет меня видеть? – догадался Рагнар. – Но мне необходимо поговорить с ней. Надо разобраться, что здесь творится!

- Не то, чтобы совсем не хочет, скорее, не хочет прямо сейчас, - ответил Сиян. – Вы еще успеете поговорить и расспросить. Кстати, а что рассказали кормилица и сестра?

- Ничего, - буркнул князь. – Я к ним еще не заходил.

- Можно пока их допросить, а когда княгиня сама позовет, то поговорите и с ней, - предложил целитель.

- Не хочу их видеть, боюсь не сдержаться, да и бессмысленно сейчас с ними разговаривать.  Вон, - князь кивнул на кучку вестников. – Есть чем заняться. Сначала поговорю с женой,  через несколько дней  выслушаю, что поведают кормилица с Лианой.

- Князь, а не зря ли их вместе заперли? – осторожно предположил целитель. – Конечно, в государственных делах или в ведении допросов я не очень разбираюсь, но две сидящие вместе испуганные женщины, спасая свои жизни, непременно выдумают такую историю, что им и камень поверит.

- Не выдумают. Вернее, не смогут договориться, - отрезал Рагнар. – Я велел обеих напоить молчальником, благо, у лиходеев его приличный запас обнаружился. Чем он хорош – магически его действие невозможно снять, так что пусть сидят и молчат. Авось, в мозгах просветление наступит или, наоборот, накрутят себя до предела и сразу все выложат.  Как здоровье княгини? Есть улучшения?

- Заживает понемногу и волосы хорошо растут. То ли мои отвары и бальзамы помогают, то ли магия княгини способствует. Князь, - целитель немного помолчал, собираясь с мыслями. – Княгиня не убегала, ее обманули.

- Откуда ты знаешь? – резко приблизился Рагнар, наклонился, пытливо всматриваясь в лицо Сияна.

- Княгиня рассказала. Без подробностей, конечно, но в целом картина получается такая: кто-то узнал, что вы обещали жене сюрприз и сказали, что пришлете слугу. Когда она кормила текинца ее позвал слуга, сказал, что вы ее зовете, дал ей сумку, мол, вы велели принести и отвел в лес, утверждая, что ведет к вам.

- Вот, как? Если правда, то это многое объясняет.

- Думаю, правда.

- Посмотрим.  Там лиходеев немного помяли, пока вязали, загляните к ним, как время будет. Ничего такого не надо, просто посмотрите, чтоб были в памяти,  и говорить могли.

- Лиходеев?

- Ну, а что думали, что я их отпущу? Нет, пока все не выясню, всех придержу.

- Воля ваша, - согласился Сиян. – Пойду, посмотрю, насколько «немного» ваши воины их помяли.

Оставшись один, Рагнар все-таки просмотрел вестники, быстро отправил ответы по большинству из них, но один придержал.

Интересно,  Аскотт  руми Салер выехал навстречу «свадебному отряду», по пути оставив в княжеском дворце жену и детей. Впрочем, Критена уже не назовешь ребенком, восемнадцатый год парню. Кто же едет – главный военачальник Мадраскара, зять Рагнара или отец Критена?

В связи с происшедшим, подозрительность князя утроилась, и он теперь  любой поступок любого подданного рассматривал с разных точек зрения.

Совпадение или нет,  но в момент гибели и Тины и Льясы,  семейство руми Салер находилось у князя в гостях.

Рагнар потряс головой, отгоняя мысли – этак он до чего угодно додумается! Зачем  сестре и зятю ему вредить, ведь стараниями брата, Мариолла ни в чем не нуждается, ее муж обласкан почестями и высоким чином,  сыновья получают лучшее воспитание, он всегда рад их  видеть.

Потом, после смерти Тины и особенно, Льясы, было проведено тщательное расследование, которое показало  трагические случайности и отсутствие злого умысла. Тине было всего шестнадцать, ее организм просто не справился с вынашиванием и родами. А Льяса в азарте погони увлеклась и случайно опередила линию загонщиков. Затем на нее выскочил волк, конь испугался, шарахнулся и оступился.

Аскотт  едет, чтобы приветствовать княгиню и встретить невесту сына.

Увы, бывшую невесту, но зять об этом пока не знает.

После всего случившегося, а еще ввиду бесплодия Лианы, Рагнар не имеет права  вводить в семью эту ходячую неприятность.

После того, как он лично  выяснит, какую роль Лиана сыграла в последнем случае с Аланой, можно будет подумать, куда спровадить  проблемную и бесполезную свояченицу.

Голова опять потяжелела, веки стали свинцовыми, и Рагнар не выдержал, дал себе зарок, что поспит только час, перешел на низкий диван и мгновенно отключился.

Судя по солнцу, проспал он не час, а все три или даже больше и чувствовал себя намного бодрее.

- Свен, узнай, как княгиня, - крикнул слуге, направляясь в купальню.

День клонился к закату, а у него еще ни крошки во рту не было. Есть хотелось зверски.

Пока Рагнар размышлял, что лучше -  приказать подать еду сюда или спуститься в столовую, вернулся Свен.

- Служанка мистрис, Деяна, передала, что мистрис лучше. Она сейчас кушает.

Решение возникло мгновенно – он поест вместе с женой!

Да, целитель намекал, что Алана не хочет его видеть, но это было три часа назад. Может быть, княгиня уже передумала? В любом случае, он идет к ней.


       Все время лежать было неудобно, а принимать пищу, лёжа, тем более. Но выхода не было – спина отзывалась болью на каждую попытку изменить положение.

- Потерпите, мистрис, раны только-только схватились, кожица еще очень тонкая и нежная, поэтому лучше поменьше двигаться, - увещевал Сиян. – Еще день-два и вы сможете и сидеть и ходить.

Попытку Деяны накормить ее с ложки, Светлана отвергла - что она, недееспособная, что ли?

Тогда служанка поставила блюдо прямо на подушку, дала ложку и отошла, скорбно вздыхая.

- Сходи, сама поешь, - разрешила Света. – Да не смотри так, ничего со мной не случится! В тарелке мне не утонуть, в окно не выпрыгну – встать еще не могу. Да не пугайся, это я шучу так. Неудачно. Иди, поешь, я справлюсь. Возле дверей охрана, мне ничего не угрожает.

Деяна с сомнением посмотрела на княгиню, но не стала спорить и вышла.

Светлана, морщась, приподнялась на локтях и ухватила ложку.

Суп вкусный, но надо черпать поменьше, а то половина расплескивается, пока до рта донесется.

Сзади открылась дверь,  и Света с досадой проговорила:

- Я же велела тебе идти и поесть!

- Я и пришел поесть, - голос Рагнара.

Света вздрогнула и ложка, звякнув, выпала из руки в тарелку.

Муж подскочил, придержал, не касаясь пострадавшей спины, как маленькой, вытер подбородок от брызг, подсунул ей под грудь еще одну подушку, так что девушка теперь не висела на локтях,  и подобрал ложку.

- Суп сегодня очень удачный – наваристый, ароматный! Отрывай рот!

Как под гипнозом, Светлана послушалась.

Есть так было намного удобнее и ни капли не проливалось.

Когда тарелка опустела, Рагнар опять промокнул ей рот и подбородок и спросил:

- Что еще хочешь? Здесь жареные цыпы, рыба в сметане, тушеные овощи, колбаса, отварная оленина.

- Жареного цыпленка.

Князь невозмутимо пододвинул блюдо, быстро покромсал птичку и прямо руками принялся подносить  по одному небольшому кусочку.

Светлана старалась брать аккуратно, но нет-нет да ее губы прихватывали вместе с мясом и палец Рагнара. Это было… волнующе?

Светлана скосила глаза, пытаясь поймать лицо мужа, но перед носом возник следующий кусочек.

- Вкусно? – ровный голос князя.

- Вкусно.

- Еще что-нибудь?

- Нет, спасибо, я вполне сыта.

- Но отвар или взвар? Запить-то надо!

- Взвар, - решила Светлана, гадая, как князь будет ее поить.

Мужчина опустился на колени перед кроватью и поднес чашку с напитком, осторожно  наклонив край так, чтобы Светлане было удобно пить.

Стукнула дверь, кто-то еще вошел.

- Поставьте все на стол, - не поворачивая головы, бросил князь.

Глухо звякнуло, шаги, хлопок двери и опять они вдвоем.

- Еще взвар? – спросил муж, когда чашка опустела.

- Нет, спасибо.

- Тогда давай, я устрою тебя поудобнее, а потом и сам поем. Так проголодался, что готов сырое мясо есть, - добродушно проговорил мужчина, поправляя подушки и помогая жене лечь.

Светлана  повернула голову и с интересом наблюдала, как супруг расправляется с принесенными ему кушаньями.

Да, голодный мужчина – страшное зрелище.

Нет, Рагнар не особенно чавкал или швыркал, но скорость, с которой он закидывал куски в рот, как поленья в топку, поражала.

Видимо, на самом деле очень проголодался, вон, как мечет!

Интересно, зачем он пришел к ней? Ругать будет.

Света вздохнула – а заслужила же! Одна радость, он сейчас поест и подобреет. Порку она так и так получила, вряд ли князь придумает что-то еще в наказание, хотя с него станется!

Хорошо, что Сиян успел ей кое-что рассказать, а то она себе такого бы навыдумывала!

   Рагнар поел и отодвинулся от стола, чувствуя, как сытостью наливается тело и опять подкрадывается предательская дремота.

Покосился на кровать  - широкая же, он может прилечь с краешку и не заденет жену, не потревожит…

- Ты не возражаешь, если я лягу? Я осторожно и тебя касаться не буду.

Светлана удивленно захлопала глазами – он это ее спрашивает? Прилечь рядом? А как же выговор за нарушения и разбор полетов?

- Не возражаю, - выдавила она, ошарашено наблюдая, как мужчина снимает безрукавку, потом рубаху, потом штаны и осторожно укладывается сбоку.

- Эх, накрыться бы чем, - бормочет Рагнар. – А то зайдет твоя служанка, да обомлеет.

- Покрывало где-то сзади лежало, -  отмерла Светлана, вспомнив, как постель перестилала Деяна.

- А, вот оно. Замечательно, - муж повозился и затих.

Светлана считала минуты. Рагнар молчал.

Что, даже ругать не будет и ничего не спросит?

Басовитый храп  разнесся по комнате, и Светлана неожиданно для себя тихо рассмеялась.

Вот вам и сатрап иномирный -  поел и баиньки, как обычный мужик.

Как там, в русской народной мудрости – сказках – рецепт правильного ведения допроса? В баньке попарь, накорми, спать уложи, а утром и расспрашивай.

Неужели,  в Мадраскаре тоже есть такие сказки или Рагнар случайно угадал? Впрочем, баньки-то не было! Не выдержит ее спина баньку, а мягкими тряпочками ее по нескольку раз на день Деяна обтирает. Считается это за баньку?

Господи,  что за идиотские мысли в голову лезут?

Выпороли-то  чужое тело, но болит у Светланы. Хотя, кого она обманывает? Её это тело. Теперь её тело и жизнь иномирная тоже  её. Значит, хватит витать в облаках и надеяться, что «само рассосется».

Светлана покосилась на мужа –  не подгреб бы ее по привычке. Есть у него стремление грабастать все, до чего руки дотянулись.

Но сатрап выводил носом рулады и руки держал при себе.

Незаметно для себя, Света уснула,  и снилось ей, что лежит она, вернее, ее прошлое тело, все в трубочках и клеммах в какой-то больнице, а рядом стоит ее мать и ругается с врачами, требуя… отключить аппаратуру?! Мол, это и не человек уже, а растение, столько времени в коме, и ей самой жить тошно. Но врачи любящую родительницу из палаты вытеснили и что дальше, Света уже не видела и не слышала.

Проснулась, как от толчка и несколько секунд пыталась понять, где сон, а что явь.

Ведь, если ее тело там, в Москве, до сих пор живо, то, может быть, у нее есть шанс вернуться?

Рагнара в кровати не наблюдалось, но прежде чем Света успела удивиться, дверь открылась – девушка уже знала, что там купальня – и муж вышел подозрительно румяный и довольный жизнью.

- Выспалась? Сейчас впущу служанок, они помогут привести тебя в порядок, а потом позавтракаем.

Хм, князь продолжает играть роль «доброго полицейского»?

После того, как все утренние процедуры и завтрак завершились, супруги остались одни.

Светлана, чувствуя, что Рагнар стал серьезным, напряглась и сама.

- Алана, - начал сатрап, подсаживаясь так, чтобы видеть лицо жены. – Что ты знаешь о магических наказаниях через плеть?

«Не оригинально – целитель то же самое уже спрашивал», - про себя.

- Что надо попросить прощения, признать вину, и она остановится, - вслух.

- И все?

- Я знаю, что ты подставил свою спину, закрыл меня, когда понял, что я потеряла сознание.

- Ясно, практически ничего не знаешь. Мне очень хочется повернуть назад и лично придушить твою… матушку.  Одна дочь выросла в невежестве и пренебрежении, вторая – во вседозволенности и потакании любым капризам, - Рангар покачал головой и продолжил. – Много веков назад один умный князь – Рэнлиф – обратил внимание, что при наказаниях аристократов один и тот же палач бьет по-разному. Пять ударов кнута могли оставить синяки, а могли убить и люди знали это, поэтому родственники приговоренных старались задобрить палача, что бы он бил мягче. А еще он заметил, что были случаи, когда наказанию подвергались невиновные. Оговорили человека или он просто попал под руку, а настоящий преступник остался безнаказан.  Рэнлиф был сильный маг и очень умный человек, он решил, что нужен такой исполнитель приговоров, которого нельзя подкупить, который ровно относится ко всем. Сила удара также должна быть одинакова для всех и еще – он не должен наказывать невиновных, если вдруг люди, проводившие расследование, ошиблись.   Спустя некоторое время для наказания знатных подданных Рэнлиф создал магическую плеть и магический кнут, а так же, заклинание, которое запускало их в действие.   Я – потомок Рэнлифа, поэтому только мне подчиняются магические палачи,  и только я могу их  запустить. Для этого мне необходимо вслух произнести, какой проступок совершен,  и назначить количество ударов, а дальше все сделает магический палач.  Я могу не называть имя провинившегося, но должен четко назвать сам проступок – в какой день и в каком месте он совершен и в чем заключался.  Если после запуска заклинания, палач не станет бить,  это сигнал, что человек не виновен.  Кстати, несколько раз было, что  обвиняемые сами просили проверку кнутом или плетью, если не могли иначе доказать свою невиновность. Благодаря магии, кнут и плеть бьют всегда с одинаковой силой и сразу останавливаются, если наказываемый признает свою вину. Не  просто кричит «больше не буду»,   а понимает, что виноват, и что больше такого не допустит.   И если человек не желает громко признавать вину, а такие всегда были, но внутренне он знает, что виноват и раскаивается – наказание останавливается. Если кто-то решит закрыть собой наказываемого, его отшвырнет и наказание получит тот, кому назначено. Если отвязать и попытаться унести преступника, плеть и кнут последуют за ним, пока он не раскается или не получит все причитающееся.

Светлана слушала, еле сдерживая рвущиеся вопросы.

Рагнар помолчал, посмотрел в глаза жены и кивнул:

- Да, мы оба виноваты, поэтому плеть позволила нам разделить наказание. Я думал, что наказываю Лиану. Наказываю за то, что она  ослушалась и ещё за то, что пыталась бежать, заставив  нас задержаться и два дня прочесывать лес.  Когда я понял, что у столба не Лиана, а ты, у меня не было времени думать, я действовал  машинально.

 Ты – моя жена и защитить, закрыть – естественный порыв. Магический палач не умеет думать, как думал бы человек, это просто магия, связанная заклятием. В случае с наказанием тебя вместо Лианы, для плети запуском послужило то, что я назвал нарушение – ослушание.  Ты ослушалась, уйдя без охраны и сняв накидку, поэтому плеть и отпустила тебе десять ударов, два из которых  забрал я.

- А почему тогда плеть на них не остановилась, а достучала до конца? – спросила Светлана. – Вы же сами себя не ослушивались?

- Я запустил заклинание, магия связала меня, плеть и тебя.  Когда я понял, что допустил оплошность, то меня накрыло чувство вины за происшедшее с тобой, поэтому для плети это стало сигналом разделить наказание на обоих. Я не сразу осознал, что могу прекратить порку, а когда понял, то решил, что мне она не помешает. Боль хорошо отрезвляет и заставляет голову работать лучше и не допускать просчетов.

.-  Я тоже была виновата, - пробормотала Светлана. –  Сначала по глупости отрезала косы,  и нас с Лианой стало не отличить. Потом забыла, что ты запретил мне удаляться от лагеря, снимать на людях накидку и велел везде ходить в сопровождении охраны. Я поверила слуге, хотя и колебалась, и пошла с ним без накидки и охраны.

- Я рад, что ты это понимаешь. Расскажешь, что произошло?

- Я кормила Фейри, как вдруг меня дернули за юбку. Из кустов выглядывал слуга, я его видела в отряде, он вел одну из повозок. Он знаками показал, что надо молчать и идти за ним, прошептав, что он от князя.  Я подумала, что ничего не случится, ведь охрана рядом и зашла за куст. Там слуга сказал, что ты прислал его за мной и велел отвести меня к месту встречи. Предварительно мне надлежало быстро переодеться в мужскую одежду, а свое платье и накидку отдать слуге.

Я колебалась, но он надавил, что ты сам обещал мне сюрприз, и слуга подтвердил, что ты зовешь, ради обещанного сюрприза, я решилась.

- Постой, - перебил Рагнар. – Слуга сказал, что я тебя зову, чтобы показать сюрприз? Дело в том, что я никому о нем не говорил. Вспомни, как именно говорил слуга. Кстати, надо будет всех слуг показать тебе, чтобы ты назвала предателя. Когда заживет спина и ты сможешь хотя бы сидеть.

- Я не помню точно, как говрил этот слуга, - Светлана наморщила лоб, вспоминая. – Кажется, я усомнилась, что именно ты так таинственно зовешь меня, а слуга спросил – неужели, князь ничего не говорил, не предупреждал? О….

Света поражено посмотрела на мужа:

- Ведь это я ему сказала про сюрприз! На его вопрос, я ответила, что ты говорил только, что приготовишь мне сюрприз, и слуга сразу подхватил – мол, так это и есть сюрприз, надо скорее идти, князь не любит ждать. Рагнар, я такая глупая… Потом мы  шли какое-то время,  дальше слуга дал мне сумку и велел бежать к двум высоким деревьям, сказав, что ты меня там ждешь. А он сам, слуга то есть, будет ждать меня и князя на этом месте. Я поверила! Под деревьями меня ударили по голове, очнулась я у лиходеев. Они ругались, что я стриженая и такую дорого не продать. Тогда решили, что просто вернут меня князю, дескать, встретили в лесу, а князь даст вознаграждение.  А, еще – они говорили, что их кто-то предупредил, что я убегу и они два дня караулили, пробираясь вслед за отрядом. Я сразу сказала, что княгиня, но главарь не поверил и велел запереть. А потом я поела и больше не могла говорить.

Света перевела дух и продолжила:

- Когда меня привезли, я кинулась к тебе, но ты даже не посмотрел! Я думала, что ты сразу узнаешь, но меня заперли вместе с Ринаей и никто даже не подошел, не спросил, не проверил – я ли это, здорова ли, - голос Светланы дрогнул, и она поперхнулась.

Рагнар погладил девушку по плечу, успокаивая.

- Это было, как в страшном сне! Ты – совсем рядом, но не видишь, не смотришь! А Лиана в моей повозке, и никто не видит, что это не я! А потом… это было очень больно и страшно. А я даже не могла говорить!!!

- Все позади, не плачь, - Рагнар вытер пальцем слезинку, сбежавшую по щеке девушки. – Ты испугалась и не  поняла, что виновата, что ослушалась. Если бы это произошло раньше, то плеть остановилась бы и без моего вмешательства.

- Я поняла, что тоже виновата, только здесь, залечивая спину, - поморщилась княгиня. – В тот момент я была вне себя от ярости, злости и обиды, мне и в голову не пришло, что наказание в чем-то заслужено.

- Оба постарались, - вздохнул Рагнар. – Я бы ни за что не подверг свою княгиню публичной порке. Если бы разобрался, кто из вас где, то пороли бы Лиану. Испорченная девчонка, мне даже удивительно, что она твой близнец, настолько вы с ней разные.

- А Ринаю? Кормилицу не пороли бы? Ведь она мне сама рассказала, пока сидела со мной, что это ее план. Что она мне мстит за своего ребенка и то, что заняла место Лианы. Ты же сказал, что взял с нее клятву, каким образом она ее обошла?

- Для кормилицы другое наказание, - скрипнул зубами Рагнар. – Клятву взял, поэтому не понимаю, как она умудрилась ее нарушить и остаться живой. А еще – почему не сработали браслеты, которые я сам надел и тебе и Лиане.

Светлана потупилась, соображая, признаться или нет? И решила, что раз уж у них такой откровенный разговор, то надо колоться.

- А мой браслет никогда и не работал.

- Как это? – выгнул бровь князь. – Ты же слушалась, когда я его применял! На обряде и потом.

- Я просто слушалась, когда понимала,  что именно ты хочешь, - горько ответила девушка. – А когда не понимала, то просто не делала. Я ощущаю, когда ты пытаешься активизировать браслет.

- Вон оно как. То есть, на обряде… ты не сопротивлялась по своей воле??!

- А что мне надо было делать? Убежать с воплями? Меня все равно вернули бы, только опозорилась бы и все. А еще мне сказали, что если девушка не проходит обряд или сопротивляется так, что его невозможно совершить, ее казнят.

- Триединый!!! – потрясенно выдохнул Рангар. -  Ты могла убежать, могла сопротивляться, но не двигалась и добровольно все терпела?!!

- Ты потом магические путы применил, двигаться вряд ли получилось бы, - буркнула Светлана.

- Да, но я думал, что ты под полным подчинением. К слову, если девушка не проходит обряд или не дается, то ее не казнят, а просто возвращают родителям и брак отменяется. Кто тебе рассказал про казнь?

- Уже не помню, да сейчас это и не важно. Главное, мой браслет не работает и поэтому ты не мог бы меня найти ни по подчинению, ни по маяку.

- Но искали мы не княгиню, искали невесту Критена Лиану! Или у нее браслет тоже не работает?

- Этого я не знаю. Думаю, кормилица предусмотрела и подстраховалась.

- Боюсь, я сильно недооценил кормилицу, хотя меня жрецы о ней предупреждали. Но кто знал, что она сумеет обмануть клятву, такого в Мадраскаре никогда не случалось. Мой просчет, я думал, что она всего лишь обычная женщина. Ладно, с ней я разберусь. А пока надо решить, что делать нам. Сиян говорил, что пока не отрастут твои волосы, целительская магия на тебя не действует? И, кстати, - князь провел по руке жены. – Брачная татуировка почти не видна, слилась по цвету с цветом кожи. Мне пришлось сказать, что ты наказана за очередное появление на людях без накидки, поэтому тебя лечат без магии.

Светлана недоуменно посмотрела на мужа, а потом ее осенило – конечно!  Ее переодели  в женское, но накидки-то ей не дали и она прошлась простоволосая перед всеми и у столба стояла с непокрытой головой. Можно было бы оспорить, мол, она не виновата, но зачем? Хорошая причина для объяснения ее мазям и примочкам вместо целительской магии.

- А как объяснить мою порку и что было потом? – осторожно спросила девушка.

- Об этом я сообщу, когда допрошу преступниц и вынесу им приговор.  Придумывать ничего не придется – тебя подставила сестра и ее кормилица.

- Ясно.

- Алана, - князь опять провел пальцем по щеке девушки. – Мы оба сделали ошибки и оба понесли наказание. Благодарю Триединого, что не позволил свершиться непоправимому. Я очень терпелив с тобой, но, боюсь, мое терпение достигло предела. Когда мы наедине – я твой муж и готов быть терпеливым и закрывать глаза на некоторые капризы, упрямство и своеволие. Но когда мы на людях, в том числе и на глазах слуг, я – князь Мадраскара.  Я могу быть холоден или жесток, если этого требуют обстоятельства. Ты должна все время помнить, что мое слово не подлежит сомнению и любое мое распоряжение должно неукоснительно выполняться. Если ты ведешь себя вызывающе или неподобающе, я обязан тебя наказывать. Нам жить вместе, рожать и воспитывать детей, поэтому у нас всего два варианта. Или ты прислушаешься и примешь к сведению, или мне придется, - Рагнар голосом выделил последнее слово. – Применять силу, ментальную и физическую, чтобы княгиня  на глазах у всех не подвергала авторитет мужа сомнению и вела себя согласно своему статусу. Я бы очень хотел, чтобы между нами возникло взаимопонимание и теплота, но бесконечно уступать я не могу. Подумай, какой жизни ты хочешь и как решишь, так и будет.

- Хорошо. Я правильно понимаю, что на людях обязана всегда держать лицо, не высказывать недовольства, не перечить и слушаться? А наедине? Мне позволено высказываться или жаловаться? Могу я ждать верности и внимания или моя роль будет заключаться в кукле на людях и молчаливой грелки ночью? И еще – чем мне заниматься? Шить-вышивать не люблю. Сидеть в покоях и накидки примерять?

- На людях ты – княгиня, которая слушается мужа, почитает его и ведет себя, как примерная и послушная жена. Наедине можешь высказывать претензии,  выдвигать требования и капризничать, но последнее, все-таки, лучше в умеренных дозах. Я хотел бы  в твоем обществе обрести покой и уют, а не очередное поле боя. Пока ты пускаешь меня в свою постель, других женщин не будет.  Ты можешь обустраивать дворец, как пожелаешь, заниматься фрейлинами, гонять прислугу, наряжаться. Вижу, любишь лошадей, я разрешу тебе наблюдать за всеми тремя текинцами – у меня еще две кобылы ждут - не дождутся жеребца. И главная твоя обязанность – родить и воспитать детей.

- А если я не смогу забеременеть? – Светлана вспомнила о «антидетине» на год, гадая, как муж воспримет, если ему рассказать. – Твоя первая жена умерла от родов, мне не хотелось бы повторить ее судьбу.

- Не повторишь, - твердо ответил Рагнар. – не допущу. С беременностью спешить не будем, тебе всего семнадцать, подождем твоего совершеннолетия.  А за этот год ты как раз и ко мне привыкнешь и вести себя, как положено княгине, научишься.

Света поерзала, расправляя затекшие руки, попутно отметив, что двигаться проще и спина не обжигает болью – неужели, все на самом деле заживает?!

- Хорошо, я попробую.

- Нам давно надо было поговорить, - вздохнул Рагнар. – Прежде чем что-то сделать – спроси меня. Если есть вопросы – не придумывай сама ответы, спроси меня. Если я огорчил – не принимай решение, сначала выскажи претензии мне. Наедине! Еще – доверять ты можешь только мне,  Сияну и советнику Никодию. Через несколько дней ты познакомишься с моим зятем, мужем сестры, потом и с сестрой и матерью. Они – мои родные, но отныне моя семья – это только ты и наши будущие дети. Повторяю – доверяешь ты только мне, Сияну и Никодию. Слушаешься только меня, Сияна и Никодия. Все остальные, что бы ни сказали, что бы ни просили или на что бы ни склоняли – сначала рассказываешь мне, а я говорю, что делать или не делать.

Светлана ошарашено кивнула.

-  Тебе положена свита из молодых, незамужних и знатных девушек. Присматривайся к дочерям аристократов, через чьи поместья и замки мы будем проезжать, если кто-то понравится, говори Никодию, он и Сиян теперь всегда будут поблизости. Ешь и пей только то, что тебе принесут твои служанки, ни у кого не бери никаких украшений, цветов, подарков. Если кто-то хочет одарить княгиню, он передаст дары охране, их проверят маги и только тогда передадут тебе.

- Такие предосторожности, - пробормотала Светлана. – Есть причины?

- Народ Мадраскара не может сознательно вредить князю и княгине, магия этого не допустит. Но это не касается высшей аристократии и иноземцев. Я не уверен, что кто-то захочет лишить меня княгини и наследников, но береженого и Триединый бережет.  Надеюсь, ты все поняла?

- Конечно! Я у меня – самое ценное, - серьезно ответила Светлана. – Поэтому постараюсь жить долго и, по возможности, без неприятных приключений.

- Умница, - князь кивнул, встал и направился к выходу. – Обедаем вместе.


    Разговор с женой оставил двоякое чувство. С одной стороны, он доволен, что княгиня не истерила, не возмущалась, а спокойно все выслушала и приняла к сведению. С другой стороны,  веры, что жена вот так сразу исправится и начнет слушаться,  не ощущалось.

Еще одна мысль ковыряла и не давала покоя вот уже несколько дней. Обдумывая ее так и этак, Рагнар принял решение.

   - Никодий, я  изменяю порядок наследования, - дождавшись, когда советник сядет, приступил князь. – В данный момент моим наследником считается Критен. Не хочу сказать, что это может давать надежду его родителям, но и пренебрегать этим не могу.

- Да, это разумный шаг.  Чтобы жизнь была долгой,  полезно, если нет никого, кто выигрывал бы от смерти,  - поддержал Никодий.

- Тоже так подумал. Значит, сделаем так – если у меня не родится ребенок или, упаси Триединый, не доживет до совершеннолетия и вступления на княжение, то власть передается в руки Верховного жреца Триединого. Выборы следующего князя произойдут в Главном Храме Триединого на сороковой день после похорон. Выбор сделает сам Триединый: претенденты по очереди наденут  это кольцо. На чьем пальце оно задержится, тот и станет следующим князем, - Рагнар поднял правую руку, демонстрируя магический перстень, передаваемый от князя к князю.

- Это очень мудрое решение! Ведь когда детей несколько, именно перстень выбирает из них наследника, - поддержал советник. – Составить указ и разослать его вестниками?

- Да, напиши, я подпишу, скреплю магией и будешь рассылать.

Рагнар проводил взглядом Никодия и удовлетворенно хмыкнул – виноваты родственники или нет, но после этого указа, смысла изводить княгиню ни у кого не будет.

Подкупить Триединого или магический перстень невозможно, это всем известно, так что, даст Триединый, больше трагических происшествий в правящей семье Мадраскара не произойдет.

Продуктивное у него сегодня утро, что значит, хорошо выспался!

Но есть еще одно дело, которое больше не надо откладывать – разговор с Лианой. Кормилицу он оставит напоследок.

- Пригласите Сияна, пусть захватит нейтрализатор молчальника! – крикнул князь.


Муж вышел, проблемы остались.

Светлана вспоминала, что читала про средневековье, и получалось, что перспективы у нее весьма так себе.

Да, князь идет ей навстречу, дает послабления, хотя бы и наедине, но в целом и общем для нее все по-прежнему  печально. Любая ошибка или нарушение – ее накажут.  Еще раз испытать на себе справедливость магического палача Свете совсем не хотелось, а то, что она будет совершать ошибки,  сомнению не подлежало. Как бы она ни старалась, пройдет еще немало времени, пока она запомнит, что она себе не принадлежит и научится жить с оглядкой.

И от Рагнара требовать больше невозможно – он такой, не потому, что сам по себе сатрап, а потому,  что здесь вообще такой уклад и воспитание. У всех мужчин, поэтому найти другого  с цивилизованным отношением к женщине, не получится. Не вывели еще таких.  Мужчин всё и так устраивает, а женщины ничего другого не видели и считают, что иначе и быть не может.

Хорошо она попала. Качественно.

Изменить порядок в государстве  – утопия. Перевоспитать мужа – утопия в квадрате.  Бежать – несусветная глупость. Во-первых, поймают,  и «здравствуй, плеть»! Во-вторых, княгиней она имеет больше прав и лучшую жизнь, чем у любого другого местного мужчины. Остается или смириться и приспосабливаться или… Жрецы Триединого! Черт, с этими событиями совсем забыла – у нее же дар есть!

Светлана попробовала сосредоточиться.

Ага, есть – вот же он! Ну, что бы попробовать? Волосы? Как она тогда делала?

Девушка закрыла глаза и принялась представлять себя с длинными косами. А потом – с распущенными густыми волосами. Какие они красивые, блестящие, шелковистые! Сначала картинка не очень получалась. В голову лезло все, что угодно – воспоминания о плене у лиходеев, столб, к которому ее привязывали, лицо мужа, она сама – там, в Москве, под капельницами…  Наконец, получилось сосредоточиться. Да, вот такие у нее были волосы! Как бы она хотела, чтобы они вернулись!

Полюбовавшись некоторое время, Света открыла глаза и замерла, боясь повернуть голову – а ну, как не получилось? Оперлась на одну руку, а вторую завела к голове, провела и счастливо рассмеялась – вот вам! Пальцы коснулись головы, пропустили длинные пряди, прошлись до конца. Кажется, даже немного длиннее стали.

- Мистрис, - пораженно воскликнула вошедшая Деяна. – Его Светлость разрешил отрастить вам волосы! Я сейчас же вас расчешу и заплету косу!

Света хмыкнула, но разубеждать служанку не стала. Конечно, девушка ей не враг, но чем меньше окружающие знают о ее способностях, тем лучше.

Деяна что-то щебетала, бережно разбирая и переплетая пряди, Светлана слушала вполуха.

Интересно, а заживить спину она сможет? Жаль, что свою спину она никогда не видела и не уверена, что сможет ее представить, но попытаться-то можно?

Однако эксперимент пришлось отложить – пришел целитель.

Сиян, обнаружив изменение во внешности княгини,  сначала замер, а потом просиял и бросился к девушке.

- Мистрис! Я так рад! Когда это произошло?

- Да полчаса назад, - ответила Света и обратилась к Деяне. – Принеси напитки и закуски для целителя.

- Да я мне ничего не надо, - запротестовал Сиян, но увидев мимику княгини, согласился. – Я бы выпил холодного взвару.

- Сиян, - дождавшись, когда служанка покинула помещение, проговорила Светлана. – Я просто представила, какие мои волосы были раньше, и они выросли! Деяна думает, что князь позволил их вам восстановить, я не стала ее разубеждать.

- Правильно, - кивнул целитель. – Вы всегда будете иметь преимущество, если вас станут недооценивать. Но ваша спина – возможно, вы можете и ее восстановить?

- Хотелось бы, но я не уверена.

- Попробуйте!

- Но сейчас вернется Деяна, - возразила Света. – Я должна сосредоточиться, движение и шум меня отвлекут. И я никогда не видела свою спину, как я ее представлю?

- Попробуйте представить не спину, а ощущение, что у вас ничего не болит, что кожа ровная и гладкая, что вы, например, купаетесь и трете себя. Или, что князь трет вам спину.

Светлана густо покраснела и отвела глаза.

Да уж, ей только воспоминаний о купании с мужем и не хватает!

- Не смущайтесь, я же не могу видеть, что вы представляете, - добродушно ответил Сиян и добавил вошедшей служанке.- Поставь кувшин и чашку на стол, а сама выйди и подожди за дверью. Я буду лечить княгиню магией, нельзя, чтобы кто-то мешал и отвлекал.

Деяна кивнула и исчезла за плотно прикрытыми дверями.

- А если не получится? Зря вы ей сказали про лечение.

- Получится! – убежденно заявил целитель. – Просто постарайтесь. Давайте, я сниму повязки, чтобы видеть, происходит что-нибудь или нет.

В принципе, что она теряет?

Светлана опустила голову на подушку, закрыла глаза и стала мечтать.

Как и в случае с волосами, поначалу картинка не складывалась, девушку швыряло от одного образа к другому. Мысли о  коже вызвали сначала изображение сумочки из «молодого дерматина», потом почему-то перепрыгнули на изображение  головки мужского полового органа, далее мелькнула серебристая шея Фейри.  Нет, надо выкинуть все лишнее из головы, так у нее ничего не выйдет!

Наконец, получилось – гладкая нежная кожа, она трет ее мягкой тряпочкой с мыльным раствором. И чьи-то  - ха! Чьи-то? Известно, чьи! -  руки легко скользят по ее спине, гладят, разминают, ласкают плечи, лопатки, проходят по позвоночнику.

Светлана не видела свою спину, но отчетливо ощущала эти руки на ней, стекающую воду и мыло, томную негу, которую вызывали эти прикосновения…

- Мистрис…

На возглас целителя образы и ощущения пропали, Светлана открыла глаза и повернула голову, ощутив небольшое головокружение.

- Мистрис, - Сиян проговорил это чуть ли не с благоговением. – У вас получилось, и я видел все собственными глазами!

- Получилось? – девушка попробовала извернуться и оглядеть спину, совсем забыв, что лежит обнаженная.

- Все получилось, но пока не вставайте! – Сиян направился к двери. – Я выйду, тогда все посмотрите.

Спина не болела. Совсем.

Светлана приподнялась, сначала осторожно, потом более свободно – не больно! Встала, провела руками по телу, где достала, пощупала рукой – все цело! Эх, зеркало бы!

Какая чудесная у нее магия! Она здорова, здорова!!!

- Алана!

Света подскочила и резко развернулась на голос, потом, ойкнув, метнулась к кровати и до носа закуталась в покрывало.

- Алана,  твои волосы, - Рагнар приблизился и провел рукой по голове жены.

 –  Дай сюда, - потянул покрывало.

- Но я не одета! – возмутилась девушка. – Совсем не одета!

- Я твой муж, тебе нечего стесняться. Сиян сказал, что спина зажила. Позволь, я посмотрю.

Света поспешно повернулась, прижимая покрывало к груди.

- Потрясающе, - широкая и горячая ладонь прошла между ее лопаток, напоминая ощущения, которые она сама себе недавно воображала. – Сиян сказал, что все зажило всего лишь за час с небольшим.

Час с небольшим? Ей показалось, что прошло минут пять, не больше!

- Ни одной отметины! – продолжал восхищаться Рагнар. – Да брось ты это покрывало! Дай мне полюбоваться. Ты так забавно краснеешь, неужели, до сих пор меня стесняешься?

Князь опустился на кровать, притянул жену и уткнулся ей в волосы, поглаживая одной рукой ее грудь.

- Рагнар! – Светлана попыталась отодвинуться. – Белый день! Любой может зайти!

- Никто не рискнет потревожить князя и княгиню, - прошептал  муж. – Тем более что я  заблокировал дверь и навесил полог тишины. Я так рад, что у тебя получилось вылечиться!

Руки мужчины продолжали гулять по телу, даря ласку, но Светлана не желала продолжения.

Нет, близость, как оказалось, может подарить большое наслаждение, но не сейчас, когда она еще два часа назад лежала с располосованной спиной.

- Где моя одежда? – Света все-таки выскользнула из объятий мужа и торопливо надела сорочку. – Я бы хотела одеться,  раз полностью здорова.

- Сейчас тебе все принесут, - Рагнар с сожалением посмотрел на жену. – Ладно, у нас еще вся жизнь впереди, а сейчас и вправду тебе нужно одеться и выйти вместе со мной. Конечно, воины и слуги не сплетничают о произошедшем,  никому языка лишиться не хочется, но все равно лучше я им все объясню, чем пойдут домыслы.

- Снимешь? – Света подняла руку с браслетом.  Второй, надетый лиходеями для маскировки, сняли с нее давно.

- Ты же сказала, что он на тебя не действует, - удивился Рагнар.

- Не действует физически, зато давит психологически, - ответила Светлана. – Все знают, что это браслет подчинения. Мне, знаешь, ли,  не очень приятно носить такое.

- Опять ты непонятные слова говоришь.

- Браслет не действует, но мне обидно его носить, ведь все думают, что ты держишь жену под подчинением.

- Понял, - кивнул Рагнар. – Давай, сниму. Смотри-ка, твоя брачная вязь опять проявилась! Больше никогда не стриги волосы! Ни на сантиметр!

       Одежду принесли быстро, едва Светлана успела искупаться. Деяна помогла одеться, еще раз переплела волосы, закрепила накидку. Затем навесила на нее столько украшений, что Светлана закачалась.

- Куда столько? – возмутилась она.

- Приказ князя, - ответила Деяна.

Рагнар, терпеливо дожидавшийся у двери, протянул руку:

- Пойдем.  Все уже собраны и готовы выслушать.

Князь вывел жену из комнаты, провел по коридору, спустился с ней по лестнице и вышел на улицу.

Уже почти привычная картина – воины, стоящие в несколько рядов по периметру небольшой площади перед зданием и Рагнар перед ними. Правда, на этот раз рядом с ним стояла княгиня.

- Несколько дней назад случилось неслыханное предательство! Лиана тир Гранд вместе со своей кормилицей Ринаей при помощи магии и лиходеев, воспользовавшись тем, что Алана тир Гранд и ее охрана нарушили мой приказ, выкрали княгиню и подменили на Лиану.  Княгиня не готовила и не совершала побега, она полностью оправдана, - Рагнар вывел Светлану вперед и поставил впереди себя.

Воины дружно топнули, показывая, что услышали.

- Алана тир Гранд, княгиня Мадраскара, моя дорогая жена,  наказание за ослушание уже понесла. Я, князь Рагнар, муж Аланы тир Гранд, княгини Мадраскара, наказание за то, что не уберег жену от предательства, уже получил.

Воины  синхронно пристукнули правой ногой, в знак, что слышали и поняли.

- Остальные, включая самих предателей, воинов, охранявших княгиню и не сумевших воспрепятствовать похитителям, а также всех, кто помог похитителям, понесут заслуженные наказания в ближайшие дни. Я сказал.

Воины одновременно топнули, подтверждая, что запомнили.


Глава 9 | Лишняя дочь | Глава 11