Мы оставили нашу машину – красную «Мазду», отобранную у какого-то добропорядочного чеха при помощи преступного магического вмешательства 4-й степени, – у стен замка. Старых, обветшалых стен, многократно испытанных дождем и солнцем.

В небе висели тяжелые тучи, и вдалеке, за поросшими соснами холмами, маслянисто поблескивала гладь Махова озера. Погода была не самая хорошая, туристов не наблюдалось. Последний экскурсионный автобус спустился по холму нам навстречу.

– Будем сканировать? – предложил Игорь.

Тибет стоял, чуть покачиваясь, засунув руки в карманы джинсов, и презрительно щурился на горизонт. В дороге он прикончил полбутылки виски. Все-таки, у него очень специфическое представление о том, как должна проходить рабочая командировка...

– Давайте снесем это нахер... – провозгласил он, по-имперски величественным жестом указывая на возвышающиеся над нами стены.

– Мне кажется, стоит связать его, – рассудил я, кивнув на Тибета. – Впрочем... давай-ка лучше сканировать...

Игорь согласно кивнул.

Я зажмурил глаза и попытался расслабиться. Меня несколько смущало громкое сопение Тибета, который, постояв немного и не найдя себе никакого подходящего занятия, полез в машину за неприконченной бутылкой виски.

Впрочем, через некоторое время все отвлекающие факторы отошли на второй план...

Существовала лишь Тьма... Лишь легкий шелест и едва слышимый звон – отзвуки иных пространств и тысяч и тысяч сущностей. Паутина многомерна. Наш мир – лишь одна из ее Нитей. Лишь переплетение мириад разноцветных световых линий. Лишь точка их пересечения.

Паутина вела меня... Я спрашивал ее. И тут же находил ответ, выхватывая его из фантастических цветных узоров, из подрагивающих сплетений светящихся нитей.

Паутина манила меня... Я нырял в нее, погружался все глубже и глубже, теряясь для того мира, мира людей, где оставался древний замок, холодные воды озера и пьяный Тибет, я уходил все дальше по незримым дорогам чужих миров и уже начинал забывать о том, что мне нужно вернуться.

Паутина шептала мне... она расцвечивала Тьму тысячами ярких цветных картинок, тысячами образов. И среди них я увидел то, что хотел.

Я распахнул глаза, возвращаясь.

Тибет понуро курил, в свободной руке удерживая бутылку забористого янтарного напитка.

Игорь стоял, закрыв глаза и что-то беззвучно шепча, страхуя меня в моем Скольжении.

Я похлопал его по плечу. Он неохотно распахнул глаза, возвращаясь из неполного погружения в Паутину.

– Я нашел, Игорь. – Я перевел дух и потащил из кармана пальто пачку «Собрания». – Там во внутреннем дворе будет дверь. Откроем ее разрыв-травой. Дальше вниз по ступеням до первого поворота. Еще одна дверь и ход в подвалы. Это там – слишком сильно фонит. Процентов на девяносто – там захоронение. Ход замурован – придется идти по Нити...

Я не спеша раскурил сигарету и глубоко затянулся, глядя на замшелые стены.

– Сейчас посмотрим, парни, что или кто там запрятан...

У Игоря зазвонил мобильный. Вытащив его из кармана серой джинсовки, мой напарник состроил серьезное выражение лица.

– Слушаю. Да, узнал... – Игорь зажал трубку рукой и прошептал мне: «Крюшон». – Да, слышали... Что? А ты где? Что?! – выражение лица Игоря постепенно менялось. – Нет. Нет, понятия не имею. Да? Серьезно? Е... Да, конечно... Да... Постараюсь... Давай.

Игорь молча спрятал мобильный.

Посмотрел сначала на меня, потом на враз протрезвевшего Тибета, у которого очень хороший нюх на неприятности... ну, не совсем нюх – он сам говорил: «Я их задницей чувствую».

– Что случилось? – глухо спросил я.

– Это Крюшон. – Игорь прищурил холодные глаза. – Его пытались взять какие-то ушлые ребята со стволами. Он уехал из города. Говорит, что в Москве творится неописуемый бардак. Что в Совете Кланов теперь только один голос имеет значение – голос нашего шефа. Что шефу явно не до нас. Что вампирские Семьи подозреваются в пособничестве преступникам, якобы готовящим переворот. То есть мы с вами почти мятежники. И главное... – Игорь помедлил. – В связи с экстренными событиями в московском регионе Орден принял решение о переброске в регион по Закрытой Нити трех карательно-сдерживающих соединений Серебряных мароссов. Задачи их пока не установлены.

– Но если они будут перебрасывать их по Закрытым нитям... – начал Тибет, глотнув из бутыли и резко выдохнув. – И если мы вне закона...

– Совершенно верно, – кивнул я. – В таком случае, они могут накрыть именно нас. Для верности. И притом раскрыть Окно где угодно... Хоть в этом лесу... – я кивнул на спускающиеся к озеру холмы.

В следующий миг где-то там, за соснами, мигнула ярко-голубая вспышка и раздался отдаленный треск... а потом до нас долетели порывы холодного ветра, зашумевшего в сосновых кронах.

– Только не говорите, что это то, о чем я подумал... – Тибет страдальчески заломил бровь.

Игорь вытащил из-за пояса «гюрзу» и проверил обойму.

– Судя по всему, парни, – сказал он скучным голосом, – мы по уши в дерьме...

– Нахрена делать такие крутые лестницы?! – риторически вопросил Тибет, слетая следом за мной вниз по ступенькам.

Я не ответил, занятый сложными попытками сохранить скорость, но притом не споткнуться о стертые ступени и не покатиться кувырком вниз, в темноту.

Игорь бежал за нами, замыкая шествие, периодически оглядываясь и поводя из стороны в сторону пистолетом...

Поворот лестницы... Широкая каменная площадка... Ниша в стене... Замурованный вход...

– Нам сюда! – я остановился, обеими ладонями хлопнув по закрывающей проход кирпичной кладке. – Вы сможете пройти через Паутину?!

Тибет промямлил в ответ что-то невразумительное, пытаясь отдышаться после стремительного спуска по крутой лестнице, ведущей в подземелья замка.

– Быстрее, Серж! – поторопил Игорь, глядя в ту сторону, откуда мы пришли. – Быстрее, у нас мало времени.

Приводя дыхание в норму, я последними словами клял Орден, Кланы и Управление... За последние несколько суток у меня было столько Скольжений по Нитям Паутины, что едва я попробовал вновь уйти в Нее, голова моя закружилась сумасшедшей пестрой каруселью. В ушах загудело, я попробовал привести в порядок свои мысли, поспешно оперся на стену. Мне нужно было восстановить свои силы, но сейчас это было невозможно. Надо было торопиться.

Голова закружилась, я потерял равновесие, но удержался на ногах, уперевшись руками в стену... Из носу пошла кровь.

– Серж?! – Игорь удерживал меня за плечи. – Серж, ты здесь?

И тут, последним усилием воли, пользуясь своим пограничным состоянием, я ушел в Скольжение... Разноцветные нити метнулись перед глазами, застилая Тьму тонким переплетением световых лучей...

Я прошел насквозь и вырвался. Паутина оттолкнула меня, как пресыщенная любовница, и я повалился вперед... Споткнулся, больно стукнувшись о какое-то препятствие, уже осязая, но еще не видя ничего кроме бешеной пляски огненной пыли.

Распахнул глаза.

Я вынырнул прямиком посреди склепа и сейчас упирался грудью в резной каменный саркофаг, стоящий на ступенчатом постаменте.

Крышку его украшал барельеф, изображающий воина в кольчуге, с длинным мечом, вложенным в сцепленные по-покойницки на груди руки, красивым благородным лицом и навсегда сомкнутыми веками.

По краю крышки тянулась какая-то трудноразличимая надпись.

– Здесь... покоится... – прочитал я вслух, с ходу переводя с чешского на русский, – князь... Дарка...

У меня за спиной раздался невнятный шорох, а затем, матерясь вполголоса, на саркофаг наткнулся выскользнувший из Паутины Игорь...

– Быстрее, Серж! Мароссы могут появиться с минуты на минуту...

Мы вдвоем навалились на крышку саркофага... Рыча и ругаясь, попытались сдвинуть ее с места. Камень скрипнул, но не поддался.

– Поднажми! – прорычал я.

Крышка поддалась... Торжествующе заорав, мы надавили еще сильнее, вздымая под низкий потолок клубы пыли.

Нам открылась внутренняя часть саркофага.

Тяжело дыша и сверкая в темноте красными от переполняющих эмоций зрачками, Игорь перегнулся через борт.

Я обессилено опустился на ступеньки, вытирая идущую из носу кровь и жадно хватая ртом спертый воздух подземелья.

Игорь некоторое время смотрел внутрь.

Потом очень медленно повернулся ко мне.

Я попытался сфокусировать взгляд на напарнике, но перед глазами продолжали плясать цветные круги и мелкие пестрые искорки.

Паутина волновалась... Паутина чувствовала тех, кто шел сейчас к нам.

Игорь молча сел на каменную ступень рядом со мной и уставился куда-то вперед.

Оттолкнувшись от каменного пола, сделав несколько неверных шагов по ступеням и облокотившись о край саркофага, я заглянул внутрь.

Заглянул в могилу, скрывшую от мира вампирского князя... Всмотрелся в полутьму, царящую на дне саркофага.

– Млять... – я ударил ладонью по сдвинутой крышке.

Внутри было пусто.

Внутри не было ничего, кроме многолетних наслоений пыли...

Но сокрушаться над произошедшим не было времени. Дорога была каждая минута. Я подхватил мрачного Игоря, впавшего в оцепенение.

– Быстрее, нужно возвращаться к Тибету...

Торопливо и кое-как, поскольку сил практически не оставалось, мы один за другим ушли в Скольжение...

Змеящаяся и извивающаяся, пронизанная светом Нить привела меня обратно.

Ситуация была катастрофической.

Тибет стоял, укрываясь за каменным выступом стены, и стрелял из «Макарова» вверх по лестнице, туда, откуда доносились невнятные шорохи и сильно веяло ледяным воздухом...

– Они уже здесь! – заорал он, увидев нас Игорем и прекращая стрельбу. – Мароссы!

Словно подтверждая его слова, сверху донеслась заливистая и мелодичная птичья трель... Но я точно знал, что пела вовсе не какая-нибудь диковинная птичка.

Донеслось еще несколько сладкоголосых трелей.

– Курлы-мурлы... – передразнил Игорь, наводя дуло пистолета на поворот лестницы, за которым укрывались мароссы. – Переговариваются, с-суки...

Голова кружилась, погруженная в полумрак винтовая лестница плыла перед глазами.

Я прислонился к стене и помассировал кончиками пальцев виски, пульсирующие сводящим с ума набатом.

– Через Паутину не уйти... я выдохся... – пробормотал Игорь. – Отдохнуть бы...

Я устало провел рукой по лицу и потащил из-за пояса пистолет.

Наверху, за поворотом лестницы, раздавался какой-то отвратительный скрежет и шорохи...

У меня в кармане пальто зазвонил телефон.

– Сл-лушаю... – ответил я заплетающимся языком.

– Привет, Серж... – этот голос я ожидал услышать меньше всего.

– П-привет, котенок... – ответил я не без труда.

Из-за выступа стены показалась смутная тень...

– Ты не занят?

Одной рукой прижимая к уху мобильник, другой я медленно навел на гибкий черный силуэт, выглянувший из-за поворота лестницы, дуло пистолета...

– Совсем немного... – ответил я. – Знаешь, тут много чего произошло... но главное... у меня все отлично... и... я скучаю по тебе...

– Серж?..

– Я перезвоню.

Игорь смерил меня многозначительным взглядом и покачал головой.

Он, я и Тибет молча переглянулись.

И побежали вверх по лестнице, на ходу стреляя по гибким черным силуэтам.